РАЗМЫШЛЕНІЯ НА КАЖДЫЙ ДЕНЬ СЕДЬМИЦЫ.
ВОСКРЕСЕНЬЕ.
Въ началѣ сотвори Богъ небо и землю. Земля же бѣ невидима и неустроена: и тьма верху бездны: и Духъ Божій ношашеся верху воды. И рече Богъ: да будетъ свѣтъ! и бысть свѣтъ. И видѣ Богъ свѣтъ, яко добро: и разлучи Богъ между свѣтомъ, и между тьмою: и нарече Богъ свѣтъ день, а тьму нарече нощь; и бысть вечеръ, и бысть утро, день единъ. (Быт. 1, 1-5)
Вотъ первыя строки Богодухновенныхъ Писаній, тѣхъ глаголовъ Бога съ человѣками, безъ которыхъ не возможно ни истинное вѣдѣніе, ни вѣчное наше спасеніе. Древность назвала писанія сіи Библія, по греческому произношенію, Вивлія, это значитъ книги, такія книги, съ которыми не равнялись и не могутъ равняться никакія другія книги. Но положительно знаемъ, что Библіи во многихъ христіанскихъ домахъ не было и нѣтъ, – а у многихъ изъ христіанъ Библія и въ рукахъ не бывала. Ознакомить таковыхъ съ Библейскою рѣчью, и съ высокимъ содержаніемъ, по крайней мѣрѣ, первой главы этой великой книги, считаемъ долгомъ.
Рано поутру въ день Воскресный Святая Церковь возглашаетъ: слава Тедѣ Показавшему намъ свѣтъ! Да! этотъ день былъ первый, отдѣлившійся отъ вѣчности.
Въ началѣ, когда нигдѣ ничего не было, кромѣ Единаго Безначальнаго Тріипостастнаго Бога, Его благость творитъ небо и землю, то есть, основное вещество для мірозданія въ смѣшеніи. Смѣшеніе это, пока не приняло еще опредѣленнаго вида и порядка, названо бездною невидимою и неустроенною. И какъ въ этомъ смѣщеніи жидкости было болѣе, чѣмъ твердыхъ частей, – потому что и теперь видимъ на земномъ шарѣ болѣе влаги чѣмъ суши, – то оно названо вообще водою, надъ которою носился всеоживляющій Духъ Божій.
По непосредственному повелѣнію Божію изъ смѣшенія сего отдѣляется свѣтъ. Тьма ему предшествовавшая названа вечеромъ, а постепенное разлитіе прозрачнаго вещества надъ бездною названо утромъ. Отсюда началось счисленіе времени. Изъ нѣдръ вѣчности является день первый, небывалый, потому единственный по своей важности. И этотъ торжественнѣйшій день, по примѣненію къ нынѣшнимъ названіямъ, былъ Воскресенье, или, какъ именуется онъ въ священномъ писаніи (Апок. 1, 10) и на языкѣ церковномъ, день недѣльный, потому что въ этотъ день заповѣдуется христіанину недѣлать ничего, относящагося къ суетѣ мірской.
Чрезъ 5508 лѣтъ, Возсоздатель, Обновитель міра Господь нашъ Іисусъ Христосъ въ этотъ же день зѣло рано, еще сущи тьмѣ, возсталъ изъ гроба, – отъ чего день, сей и получилъ наименованіе Воскресенія. Прежде же Воскресенія Христова, онъ назывался у Евреевъ первымъ по Субботѣ, или единою отъ субботъ, а у язычниковъ римлянъ днемъ солнца.
Счисленіе времени началось отъ вечера, и послѣ того каждый день мірозданія начинался вечеромъ. Въ память сего, православная церковь дневныя службы, относящіяся ко дню послѣдующему, и понынѣ начинаетъ съ вечера. Отсюда начальная служба въ воспоминаніе ли какого событія вѣры, или въ память святыхъ, именуется Вечернею.
Когда ударятъ въ колоколъ въ вечеръ субботы, при этомъ поразмысли всякій христіанинъ, возвѣсти своимъ дѣтямъ и домочадцамъ, что въ этотъ часъ напоминается живущимъ на землѣ о томъ первомъ вечерѣ, которымъ началось образованіе міра. Прекрати лишнія заботы о тѣлѣ, поспѣши въ Храмъ Божій, гдѣ paзсѣется тьма, лежащая на душѣ твоей отъ тревогъ житейскихъ. А рано поутру въ Воскресенье не упусти съ церковію и въ церкви раздѣлить торжественное отъ всея твари благодареніе Содѣтелю: слава Тебѣ Показавшему намъ свѣтъ! Кромѣ, напоминанія о первомъ днѣ мірозданія, день сей посвященъ прославленію Воскресшаго Господа, и твоего съ Нимъ совоскресенія.
Если бы Христосъ не воскресъ, никогда не возсіялъ бы въ сердцахъ нашихъ свѣтъ истиннаго Богопознанія; душа наша испорченная подавленная грѣхомъ оставалась бы вѣчно бездною невидимою и неустроенною, – на ней лежала бы погибельная тьма во времени и превратилась бы для нее во тьму кромѣшную въ вѣчности... Если бы Христосъ не умеръ за человѣковъ, на нихъ безконечно тяготѣлъ бы страшный приговоръ Правосудія Божія: смертію умрете (Быт. 2, 17), и если бы Христосъ не воскресъ, жизнь блаженная не возвратилась бы роду нашему. Въ томъ животъ бѣ, и животъ бѣ свѣтъ человѣкомъ (Іоан. 1, 4). Если бы Христосъ не воскресъ, то затворившійся для преступнаго, неблагодарнаго человѣческаго рода Рай, никогда бы не отверзся, и та удобопроходная стезя, которую указалъ намъ теперь нашъ Возсоздатель Іисусъ Христосъ къ вѣчной блаженной жизни, ни кѣмъ другимъ не могла бы быть проложена. Возблагодаримъ Воскресшаго и съ собою вся Воскресившаго, возблагодаримъ отложеніемъ излишнихъ житейскихъ попеченій хотя въ день Воскресный.
ПОНЕДѢЛЬНИКЪ.
И рече Богъ: да будетъ твердь посредѣ воды: и да будетъ разлучающи посредѣ воды и воды: и бысть тако. И сотвори Богъ твердь: и разлучи Богъ между водою, яже бѣ подъ твердію, и между водою, яже бѣ надъ твердію. И нарече Богъ твердь, небо: и видѣ Богъ яко добро. И бысть вечеръ, и бысть утро; день вторый. (Быт. 1, 6-8)
Въ Понедѣльникъ Господь сотворенное смѣшеніе раздѣляетъ на двѣ половины; одна остается на своемъ мѣстѣ, а другая поднимается вверхъ, и между обоими слоями образуется пространство, но столь упругое, что не позволяетъ раздѣленному веществу слиться: почему пространство сіе и названо на славянскомъ языкѣ твердію. На языкѣ ученомъ нижній слой сего пространства именуется атмосферою. Она наполнена тѣмъ благотворнымъ веществомъ, невидимымъ, неосязаемымъ, но поддерживающимъ жизнь всякой твари, за которое церковь благодаритъ создателя: Ты по отдыханіямъ воздухъ проліялъ еси! Можно обходиться безъ пищи и питія нѣсколько часовъ и даже нѣсколько дней, но безъ воздуха жить нельзя ни минуты. И этотъ живительный источникъ, въ теченіи седьми тысящелетій не изсякающій, дарованъ намъ прежде сотворенія всякой живой твари, какъ безъ воздуха не могшей бы существовать. Въ этомъ отношеніи благость и предусмотрительность творческая преимущественно да воспомянутся нами разумными созданіями, да прославятся преимущественно въ день образованія надземной тверди и разліянія въ ней воздуха, сей основной стихіи всякой жизни, отъ жизни растѣній до жизни человѣческой.
Понедѣльникъ, въ который разлучено видимое небо отъ земли, православная церковь въ службѣ своей, еженедѣльно посвящаетъ (исключая нарочитыхъ, могущихъ прилучиться въ сей день празднествъ) прославленію Ангеловъ и Архангеловъ и всѣхъ Силъ Безплотныхъ, нисходящихъ и восходящихъ (Быт. 28, 12) съ неба на землю и съ земли на небо, въ служеніе человѣкамъ, хотящимъ наслѣдовать спасеніе (Евр. 1, 14), и тѣмъ свидѣтельствующихъ о неразрывномъ невидимомъ союзѣ между небомъ и землею. Въ этотъ день особенно подумай, грѣшный человѣкъ, о любви къ Тебѣ святыхъ Ангеловъ, безъ всякаго сравненія высшихъ тебя по своей природѣ, но всегда готовыхъ на служеніе, на помощь твоему спасенію, всегда готовыхъ охранять и вразумлять тебя даже на всѣхъ путяхъ временной жизни, лишъ бы ты пожелалъ того. Но раздружись излишнимъ прилѣпленіемъ къ землѣ съ друзьями небесными!
ВТОРНИКЪ.
И рече Богъ: да соберутся вода, яже подъ небесемъ, въ собраніе едино, и да явится суша: и бысть тако: и собрася вода, яже подъ небесемь, въ собранія своя, и явися суша. И нарече Богъ сушу, землю: и собранія водъ нарече моря, и видѣ Богъ, яко добро. И рече Богъ: да прораститъ земля быліе травное, сѣющее сѣмя по роду и по подобію, и древо плодовитое творящее плодъ, ему же сѣмя его въ немъ по роду на земли: и бысть тако. И изнесе земля быліе травное, сѣющее сѣмя по роду и по подобію, и древо плодовитое творящее плодъ, емуже сѣмя его въ немъ по роду на земли: и видѣ Богъ, яко добро. И бысть вечеръ и бысть утро, день третій. (Быт. 1, 9-13).
Во Вторникъ Творецъ повелѣваетъ, чтобъ въ нижнемъ слоѣ сотвореннаго вещества жидкость отдѣлилась отъ плотныхъ частей. И бысть тако. Изъ жидкости образовались источники, рѣки, озера, моря; а обсушившееся вещество составило землю, которая въ то же время украсилась зеленью, цвѣтами и древами, получившими приличную себѣ жизнь растительную, и творческое благословеніе, чтобъ въ послѣдующее время сіи первозданныя произведенія земли плодились уже сами и возрастали собственными внутрь себя сокрытыми силами.
Человѣкъ, для котораго сотворено восхитительное царство растѣній! Ты любишь природу одѣтую зеленью, какъ потерянный рай. Ни полъ, ни званіе, ни возрастъ не полагаютъ разницы въ мѣрѣ привязанности къ наслажденіямъ красотами весны и лѣта. Возлюби же Создателя сихъ красотъ, для твоей радости, для твоего питанія, для твоего здоровья по всей землѣ разсыпавшаго и траву, и цвѣты и плоды. Разнообразіе ихъ неизслѣдимо, тѣмъ болѣе не перечислимо. Каждый Вторникъ въ седьмицѣ да будетъ днемъ особеннаго нашего благодаренія Отцу небесному, не отказывающему намъ въ непокупныхъ, и всегда невинныхъ радостяхъ, почерпаемыхъ въ необозримомъ, но для каждаго подручномъ хранилищѣ ежегодно обновляющейся земли, – не отказывающему и тогда, когда мы по грѣхамъ нашимъ недостойны бы и безотрадной привременной жизни.
Еженедѣльно во Вторникъ церковная служба положена въ память, по имени Ангела (Марк. 1, 2), и по житію близкаго къ ангеламъ, Крестителя Господня Іоанна, котораго не возста въ рожденныхъ женами болій (Матѳ. 11, 11). Много глубокихъ размышленій возбуждаетъ въ душѣ православной и жизнь и смерть и служеніе предрѣченнаго пророками предтечи Господня!
СРЕДА.
И рече Богъ: да будутъ свѣтила на тверди небеснѣй, освѣщати землю, и разлучати между днемъ, и между нощію: и да будутъ въ знаменія, и во времена, и во дни и въ лѣта. И да будутъ въ просвѣщеніе на тверди небеснѣй, яко свѣтити по земли: и бысть тако. И сотвори Богъ два свѣтила великія: свѣтило великое въ начала дне, и свѣтило меньшее въ начала нощи, и звѣзды. И положи я Богъ на тверди небеснѣй, яко свѣтити на землю, и владѣти днемъ и нощію, и разлучати между свѣтомъ и между тьмою: и видѣ Богъ, яко добро. И бысть вечеръ и бысть утро день четвертый. (Быт. 1, 44-19.)
Въ Среду, въ день срединный въ счетѣ седьмицы, Творецъ приводитъ въ достойный своей благости и премудрости порядокъ верхній слой первоначальнаго вещества, которое во вторый день творенія отдѣлилъ Онъ твердію отъ нижняго, и нарекъ небомъ. По Его всесильному манію являются на своихъ мѣстахъ солнце, луна, и безчисленное множество звѣздъ. Каждому изъ сихъ великихъ и меньшихъ свѣтилъ даются законы самаго точнаго движенія, которымъ донынѣ они слѣдуютъ неуклонно.
Общее назначеніе свѣтилъ освѣщати землю и полагать различіе между днемъ и нощію. Но Творецъ предвидѣлъ, что человѣкъ поимѣетъ надобность въ указаніи ему пути или по дремучимъ лѣсамъ, или по неизмѣримымъ степямъ, или на безграничномъ океанѣ, и свѣтиламъ небеснымъ дано еще назначеніе, служить человѣку въ знаменіе того, какъ страннику и мореплавателю не сбиться съ пути своего, или какъ найти потерянный путь. Обсушившаяся земля, по манію Всемогущаго Творца своего, мгновенно взнесла изъ себя и стебли и листы и цвѣты, и древа съ свойственными по роду каждаго плодами. Но коль скоро Творецъ предоставилъ ей на будущія времена плодотворить самой, то потребовались условія къ пополненію ограниченныхъ силъ ея, условія четырехъ перемѣнъ въ году, извѣстныхъ подъ именемъ весны, лѣта, осени, зимы. А разграничивать сія времена предоставлено свѣтиламъ небеснымъ; – мѣрою вліянія солнечной теплоты на землю указываются сроки сѣятвы и жатвы. Творецъ предзналъ, что человѣку откроется необходимость, когда онъ вступитъ въ строго-условное общежитіе, строго начислять время не только по годамъ, но и день и ночь привести въ дѣленіе мгновеніи. Солнце, луна и другія свѣтила небесныя навели человѣка на мысль устроить искуственные часы и хронометры, и сами же служатъ повѣркою ихъ.
Родители! Побесѣдуйте съ детьми о всепромыслительной благости Божіей, такъ много въ свѣтилахъ небесныхъ сочетавшей на пользу и въ радованіе наше. Невыразимо прекрасно сіяніе солнечное, неизяснимо живительна теплота его! А Сотворившій солнце есть тотъ Свѣтъ и та теплота любви, которыми наслаждаться всѣ мы приглашены въ жизни будущей, если только дерзко не отречемся отъ сего чрезъ вольномысліе и невѣріе; но благотворнаго на насъ дѣйствія сего свѣта и теплоты не силенъ выразить теперь никакой языкъ, ничей умъ представить не можетъ, хотя бы приблизительно. Ихъ жe око не видѣ, и ухо не слыша, и на сердце человѣку не взыдоша, яже уготова Богъ любящимъ Его (1 Кор. 2, 9). Посвятимъ на подобное размышленіе хотя одинъ день въ седмицѣ – день сотворенія свѣтилъ небесныхъ, а день этотъ Среда.
Въ среду Іуда запродалъ Небеснаго учителя, и въ этотъ же день жиды положили непремѣнное въ зломъ совѣтѣ своемъ рѣшеніе – погубить Іисуса, испросить ему у Пилата, смерть самую тяжкую, самую позорную, – крестную. На семъ основаніи церковная служба среды посвящена воспоминанію спасительнаго Креста Христова съ совмѣщеніемъ въ ней празднованія въ честь Честнѣйшей Херумивовъ и славнѣйшей Серафимовъ Матери Божественнаго Крестоносца. На память печальныхъ событій богоубійственнаго совѣта жидовъ и предательства Іудина, церковь чадамъ своимъ дала заповѣдь воздерживаться въ сей день отъ тучныхъ снѣдей – молока, яицъ и мяса. Кто же изъ любящихъ Христа, за насъ страдавшаго, не соблюдетъ съ благоговѣніемъ такого устава церкви, который отнюдь не тяжелъ, даже полезенъ въ діэтическомъ отношеніи, а между тѣмъ имъ указуется хотя нѣкая возможность выразить наше сѣтованіе о Неповинномъ страдальцѣ, взявшемъ на одного себя всѣ наши согрѣшенія, и всю нашу за нихъ отвѣтственность?
ЧЕТВЕРТОКЪ.
И рече Богъ: да изведутъ воды гады душъ живыхъ, и птицы летающія по земли по тверди небеснѣй: и бысть тако. И сотвори Богъ киты великія, и всяку душу животныхъ гадовъ, иже изведоша воды по родомъ ихъ, и всяку птицу пернату по роду: и видѣ Богъ, яко добра. И благослови я Богъ, глаголя: раститеся и множитеся, и наполните воды, яже въ моряхъ: и птицы да умножатся на земли. И бысть вечеръ, и бысть утро, день пятый. (Быт. 1, 20-23)
Богъ, явившій себя въ третій день мірозданія Творцемъ жизни растительной, неодушевленной, въ четветый день по недѣльномъ, въ четвертокъ изводитъ въ міръ жизнь животную, одушевленную. Повелѣваетъ возникнуть изъ небытія въ бытіе тѣмъ существамъ, которыя должны жить въ водахъ, и летать по воздуху, жить и летать самодвижно, произвольно, уже въ нѣкоторомъ сознаніи радости о бытіи своемъ. Сюда относятся всѣ рыбы, всѣ земноводныя животныя, всѣ гады плавающіе въ водахъ, и всѣ птицы. И всѣмъ имъ преподается Творческое благословеніе въ послѣдующія времена размножать каждому виду свой родъ.
Въ Четвертокъ каждой седьмицы Православная церковь совершаетъ память святыхъ Апостоловъ Христовыхъ, изъ рыбарей, ставшихъ ловцами человѣковъ, и которыхъ проповѣдь съ быстротою птицы облетѣла всю Вселенную. Къ службѣ апостольской присоединяется память Николая, Святителя Мирликійскаго, какъ всемірнаго чудотворца, котораго имя получило преимущественную извѣстность во всѣхъ концахъ міра, и даже у такихъ племенъ, которые не исповѣдуютъ Христіанской Вѣры.
Сколько удобствъ, сколько пользы, извлекаешь ты, человѣкъ, изъ водныхъ, земноводныхъ и летающихъ созданій Божіихъ! Надобно благодарить Создателя. Да напоминаетъ тебѣ объ этомъ каждый Четвертокъ, день появленія на свѣтъ этихъ животныхъ. Да напоминаетъ тебѣ о семъ слово Апостольское: Аще убо ясте, аще ли піете, аще ли ино что творите, вся въ славу Божію творите (1 Кор. 10, 31). Смотря на плавающихъ въ водахъ, не забывай никто важнаго урока для жизни христіанина, что гдѣ благословеніе Божіе, тамъ и двѣ рыбы могутъ насытить тысящи, и малое обратится въ неоскудѣвающій источникъ довольства; а пока не придетъ это благословеніе, то обнощь всю трудись, и останется съ пустою мрежею. У беззаботныхъ же пернатыхъ научитесь, измученные земными заботами труженики, полной преданности попеченію о васъ Божію: воззрите на птицы небесныя, яко не сѣютъ, ни жнутъ, ни собираютъ въ житницы, и Отецъ вашъ небесный питаетъ ихъ: Не вы ли паче лучши ихъ есте? (Мат. 6, 26)
ПЯТОКЪ.
И рече Богъ: да изведешь земля душу живу по роду, четвероногая и гады, и звѣри земли по роду: и бысть тако. И сотвори Богъ звѣри земли по роду, и скоты по роду ихъ, и вся гады земли по роду ихъ: и видѣ Богь, яко добра. И рече Богъ: сотворимъ человѣка по образу нашему и по подобію: и да обладаетъ рыбами морскими, и птицами небесными, и звѣрми, и скотами, и всею землею, и всѣми гады пресмыкающимися по земли. И сотвори Богъ человѣка, по образу Божію сотвори его: мужа и жену сотвори ихъ. И благослови ихъ Богъ, глаголя: раститеся и множитеся, и наполните землю, и господствуйте ею, обладайте рыбами морскими, звѣрми и птицами небесными, и всѣми скотами, и всею землею, и всѣми гадами пресмыкающимися по земли. И рече Богъ: се дахъ вамъ всякую траву сѣменную сѣющую сѣмя, еже есть верху земли всея; и всякое древо, еже имать въ себѣ плодъ сѣмени сѣменного, вамъ будетъ въ снѣдь: и всѣмъ звѣремъ земнымъ, и всѣмъ птицамъ небеснымъ, и всякому гаду, пресмыкающемуся по земли, яже иматъ въ себѣ душу живота, и всяку траву зеленую въ снѣдь: и бысть тако. И видѣ Богъ вся елика сотвори: и се добра зѣло. И бысть вечеръ, и бысть утро, день шестый. (Быт. 1, 24-31)
Вь Пятокъ, который отъ начала образованія міра есть шестый и послѣдній день творчества Зиждителева, Господь проявляетъ жизнь видимѣе въ существахъ болѣе крѣпкихъ и сильныхъ, чѣмъ плавающія и летающія, въ животныхъ четвероногихъ, и еще въ новыхъ гадахъ, назначаемыхъ жить на землѣ, и отличающихся отъ гадовъ сотворенныхъ наканунѣ тѣмъ, что стихіею сихъ послѣднихъ должна быть вода. Для чего же Господь Богъ далъ бытіе такому множеству разнообразныхъ существъ? Въ предвѣчномъ совѣтѣ Тріипостаснаго Бога было положено сотворить такое существо, которое бы на сей землѣ видимо носило на себѣ образъ и подобіе своего Создателя, и потому было бы любезнѣйшимъ Ему всѣхъ другихъ созданій. Существо это – человѣкъ. Попечительный отецъ Небесный приготовилъ ему въ жилище землю, приготовилъ съ неба лучезарное освѣщеніе и нагрѣяніе земгаго обиталища, оразнообразилъ это обиталище водами и сушею, украсилъ зеленью, цвѣтами, и плодоносными деревьями, далъ жизнь разновиднымъ животнымъ, наполнившимъ собою и воду и воздухъ и землю, потребнымъ на службу и на пользу и на утѣшеніе будущаго богоподобнаго обладателя земли, и, приготовивъ все, за тѣмъ уже торжественно сотворилъ и ввелъ первозданнаго въ обладаніе всею землею, и всѣми наполнившими ее и плавающими, и летающими, и пресмыкающимися и крѣпкоходящими животными. У Всепремудраго Создателя не оказалось ни въ чемъ недостатка: но ничего не сотворено и лишняго. Каждая былинка должна принести какую-нибудь пользу человѣку; каждый звѣрь земыый и земноводный, каждая птица, каждая рыба, каждый гадъ, каждое пресмыкающееся, каждый червь, – все на службу, все на необходимое употребленіе человѣка. Теперь мы видѣть не можемъ, къ чему служитъ, та или другая трава, то или другое дерево, то или другое животное, потому что грѣхъ ослѣпилъ наше умственное око, и ослабилъ зрѣніе внѣшнее. При всѣхъ седьмитысячныхъ усиліяхъ мы узнали кое-что изъ сокровищницы природы, узнали пользу и употребленіе не многихъ ея произведеній, но съ тѣмъ вмѣстѣ узнали и вредъ отъ многихъ изъ сотворенныхъ вещей и существъ. А сколько еще остается недовѣдомаго! Да и такъ ли мы узнанное узнали, какъ слѣдуетъ? Вреднаго ни въ чемъ сотворенномъ нѣтъ и не можетъ быть, поелику все проистекло изъ одного источника любви и благости, – а таковыми сдѣлались иныя вещи и нѣкоторые существа отъ заразы грѣховной, которая вошла послѣ въ міръ. Человѣкъ сотворенъ въ двухъ отдѣльныхъ лицахъ мужа и жены, и богоподобная чета получила благословеніе творческое – размножить родъ человѣческій. Отеческая заботливость создателя прежде всего указала имъ на тѣ вещества изъ природы, въ которыхъ первозданные почувствуютъ ближайшую потребность, – на злаки и плоды земные, долженствующіе служить единственною пищею для человѣка и для всѣхъ другихъ животныхъ. Назначеніемъ же и всѣмъ звѣрямъ земнымъ, и всѣмъ птицамъ небеснымъ, и всѣмъ гадамъ пресмыкающемся по земли, одинаковаго съ ихъ земнымъ владыкою питанія, указана первая ступень, съ которой по лѣстницѣ своихъ преимуществъ долженъ онъ восходить до болѣе и болѣе близкаго уподобленія своему Владыкѣ Небесному, и съ тѣмъ вмѣстѣ дано на память человѣку, что если онъ такаго восхожденія не поставитъ цѣлію своей жизни, тогда останется ему приложиться всемъ существомъ своимъ къ подручной несмысленной твари, и уподобиться ей желаніями, непростирающимися далѣе ея желаній.
Созданіемъ человѣка окончено сотвореніе міра.
Въ Пятокъ совершишася небо и земля и все украшеніе ихъ (Быт. 2, 1) Въ Пятокъ же, спустя пять съ половиною тысячь лѣтъ совершишася (Іоан. 19, 30) на крестѣ всѣ сокровенные отъ вѣка и отъ родовъ совѣты Божіи о возсозданіи человѣческаго рода, и самое его возсозданіе чрезъ то же Ипостасное Слово, Которое было въ началѣ (Іоан. 1, 1), и Которое теперь во плоти пригвождено было ко Кресту. Въ память распятія Спасителя, въ пятокъ каждой седьмицы церковная служба совершается въ честь и воспоминаніе Креста Христова. Въ этотъ день, въ день смерти Искупителя, было бы грѣшно предаваться пресыщенію, – потому Православная церковь воспрещаетъ употребленіе мясной и молочной пищи.
Все, что сдѣлано въ томъ и другомъ чрезвычайномъ событіи, и въ созданіи и въ возсозданіи міра, сдѣлано для человѣка. Не достанетъ вѣчности, чтобъ отблагодарить за все это Создателя. Не поскучь же, возлюбленное Богу созданіе! въ многознаменательный день Пятка посвятить Ему сколько нибудь достойныхъ Его думъ о великихъ и дивныхъ судьбахъ для тебя и надъ тобою совершившихся.
СУББОТА.
И соверши Богъ въ день шестый дѣла своя, яже сотвори: и почи въ день седьмый отъ всѣхъ дѣлъ своихъ, яже сотвори. И благослови Богъ день седьмый, и освяти его, яко въ той почи отъ всѣхъ дѣлъ своихъ, якоже начатъ Богъ творити. (Быт. 2, 2. 3).
Въ седьмый день отъ начала міра Господь Богъ почи отъ своего великаго дѣла, то есть, пересталъ производить новыхъ тварей, хотя и не перестаетъ хранить сотворенное, и въ этомъ разумѣ Отецъ Небесный доселѣ дѣлаетъ (Іоан. 5, 17) чудеса своего промышленія, подъ которымъ все сотворенное существуетъ болѣе седьми тысящелѣтій. Покой Бога послѣ сотворенія міра, на языкѣ еврейскомъ выраженъ словомъ: шабатъ, отъ чего послѣдній день седьмицы получилъ и донынѣ носитъ наименованіе на нашемъ языкѣ, съ перемѣною буквъ, субботы.
И благослови Богъ день седьмый! и освяти его! Яко въ той почи отъ всѣхъ дѣлъ своихъ. Богъ благословенъ во вѣки, и благословенны всѣ дѣла Его; всякій день предъ нимъ равно святъ. Это для тебя, о человѣкъ! положилъ Онъ различіе въ дняхъ седьмицы. Шесть дней даетъ тебѣ на исправленіе твоихъ жизненныхъ дѣлъ, а седьмый освящаетъ для Себя, для своего прославленія, на память неизреченныхъ своихъ милостей, явленныхъ въ сотвореніи для тебя міра, и въ сотвореніи тебя для вѣчнаго радованія въ Богѣ. Первозданнымъ было поставлено въ обязанность благословлять, считать преимущественно святымъ тотъ день, которымъ окончено твореніе міра и началось первое утро существованія ихъ. Но не слышимъ заповѣди, о томъ, чтобъ они въ этотъ день прекращали труды и заботы, – потому что труда еще никакого на нихъ не лежало, а заботы имъ были и по имени невѣдомы. Если прародителямъ предоставлено было воздѣлывать Едемъ, въ которомъ они помѣщены были, и наблюдать за разнообразіемъ красотъ его, то это была не работа, а удовольствіе, дополненіе къ ихъ блаженной жизни. Но коль скоро грѣхъ обрекъ человѣка въ потѣ лица снискивать дневное пропитаніе, тогда заповѣдь о храненіи дня покоя получила то обширнѣйшее приложеніе къ жизни, о которомъ напомнено съ Синая при молніяхъ и громахъ, при колебаніи земли, – напомнено, что на каждомъ человѣкѣ лежитъ современная сотворенію его обязанность святить одинъ день въ седьмицѣ, и отложивъ все земное, всѣмъ сердцемъ, всею душею и всѣмъ помышленіемъ обратиться въ этотъ день къ Создателю; а между тѣмъ дать время отдохнуть и рабу и рабынѣ, и волу и ослу. Помни день субботний, еже святити его. Шесть дней дѣлай, и сотвориши въ нихъ вся дѣла твоя: въ день же седьмый суббота Господу Богу твоему: да не сотвориши всякаго дѣла въ онь, ты, и сынъ твой, и дщерь твоя, и рабъ твой, и раба твоя, и волъ твой, и осля твое, и всякій скотъ твой, и пришлецъ обитаяй у тебе. (Исx. 20, 8-9. 10).
Важное ли дѣло нарушить день субботній, который у насъ христіанъ слился нынѣ со днемъ воскресенія Возсоздателя міра, и что за это можетъ быть? До какой степени важна обязанность святить и наблюдать день покоя, это видно изъ того, что Господь Богъ, изложивъ заповедь о памятованіи этого дня, и за тѣмъ давъ другія заповѣди, въ заключеніе всего опять повторилъ свое повелѣніе о храненіи дней праздничныхъ и уже съ строгимъ прещеніемъ за нарушеніе: И рече Господь къ Моисею, глаголя: смотрите, и субботы моя сохраните: есть бо знаменіе между Мною и вами въ роды ваша, да увѣете, яко Азъ Господь освящаяй васъ. И сохраните субботу, яко свята сія есть Господу, и вамъ: осквернивый ю смертію умретъ: всякъ, иже сотворитъ въ ню дѣло, потребится душа та отъ среды людей своихъ. Шестъ дней да сотвориши дѣла, въ день же седьмый суббота, покой святъ Господу: всякъ иже сотворитъ дѣло въ седьмый день, смертію умретъ. (Исх. 31, 12-15). По этому можно судить, какъ много прогнѣвляетъ Господа ослушникъ, не полагающій различія между днемъ покоя и между днями дѣланія! Открылся таковый ослушникъ и между сынами израилевыми, и вотъ что о немъ записано въ священныхъ книгахъ въ урокъ всѣмъ презрителямъ слова Господня, и нарушителямъ его заповѣди: и бяху сынове Израилевы въ пустыни, и обрѣтоша мужа, собирающа дрова въ день субботный. И приведоша его обрѣтшій собирающа дрова въ день субботный къ Моисею и Аарону, и ко всему сонму сыновъ Израилевыхъ, и ввергоша его въ темницу: не совѣщаша бо, что сотворятъ ему – по важности проступка не могли придумать рода смерти преступнику, – И рече Господъ къ Моисею, глаголя: смертію да умретъ человѣкъ сей, да побіете его каменіемъ весь сонмъ внѣ полка. И изведоша его весь сонмъ внѣ полка, и побиша его каменіемъ весь сонмъ внѣ полка, якоже глагола Господь Моисею. (Числ. 15, 32-36).
И никому и никогда не пройдетъ даромъ пренебреженіе самаго перваго установленія творческаго, которое прежде всѣхъ другихъ божественныхъ законовъ объявлено было къ исполненію человѣка. Не такъ давно между нами былъ случай, рѣзко напомнившій, что какъ вѣченъ Законоположитель, такъ никакимъ временемъ не можетъ бытъ ослаблена сила Его Законоположенія. Одинъ казакъ пошелъ стрѣлять тарбагановъ, и застрѣлилъ нечаянно человѣка. Судъ духовный замѣтилъ, что день для звѣриной охоты выбранъ былъ неприличный, – праздникъ Преображенія Господня, въ который и по гражданскимъ законамъ отечества воспрещено всякое удаляющее отъ церкви и отъ богомыслія занятіе, – и казаку сдѣлано было особенное на этотъ счетъ внушеніе. Но несчастный пренебрегъ предостереженіемъ, и какъ же наказалъ его Богъ? Чрезъ нѣсколько времени онъ опять пошелъ за тарбаганами въ день Воскресный, и убилъ опять безъ всякаго намѣренія своего урядника, и къ тому близкаго родственника. Какъ бы убійца не былъ человѣкъ огрубѣлый, но терзаніе его совѣсти должно быть ужасно!
Богъ поругаемъ не бываетъ! И тѣмъ или другимъ образомъ, или болѣзнію, или неудачами въ дѣлахъ, или пожаромъ, или инымъ непредвидимымъ раззореніемъ, или сокращеніемъ жизни, или нерадостію въ дѣтяхъ, рано или поздно, но сдѣлаетъ вычетъ изъ пріобрѣтеній въ тѣ дни, которые указаны Имъ, не для оскорбительнаго для Господа труда, а для покоя тѣлеснаго и для отдохновенія душевнаго. Самая манна, которую запасали алчные противъ божественнаго запрета, смердѣла и покрывалась червями (Исх. 16, 20). Домъ созиждеши, и не поживеши въ немъ. Виноградъ насадиши, и ничего не соберешь отъ него. Сѣмя много изнесеши на поле, мало внесеши въ свою житницу, яко поядять я прузи (Второз. 28, 30. 38). Какъ нельзя ближе сіи божественныя угрозы идутъ къ неуважающимъ праздничныхъ дней.
Въ Субботу еженедѣльно совершается въ церкви память всѣхъ святыхъ, начиная съ Пренепорочной Приснодѣвы, и творится нарочитое поминовеніе всѣхъ умершихъ. Не забудемъ, что у каждаго изъ насъ есть уже въ другой жизни единокровные и единоутробные и въ этотъ установленный святою церковію день прилѣжнѣе помыслимъ о ихъ и о своей загробной участи.
ЗАКЛЮЧЕНІЕ.
Вѣрою разумѣваемъ совершитися вѣкомъ глаголомъ Божіимъ, во еже отъ неявляемыхъ видимымъ быти (Евр. 11, 3). Первый урокъ, съ котораго и начинаютъ обучать отроковъ предметамъ Вѣры, есть и долженъ быть о сотвореніи міра. Хорошо переданный, и хорошо понятый, онъ полагаетъ въ юномъ сердцѣ прочную основу той святой путеводительной вѣрѣ, которую поколебать будетъ трудно. Еще чистый отъ всѣхъ сомнѣній ученикъ, какъ будтобы видитъ въ шестидневномъ твореніи Создателя, прилѣпляется къ Нему дѣтскою душею, и начинаетъ жить упованіемъ на Его всемогущество и благость. Мало того, чтобъ дитя приняло ученіе о сотвореніи міра по классической книжкѣ; намъ кажется, что надобно обязать его изучить твердо на память буквально библейское о томъ сказаніе, которое въ неподражаемой простотѣ своей, и съ тѣмъ вмѣстѣ въ своей неизмѣримой возвышенности, на этотъ преимущественно разъ, единственный глаголъ, достойный описываемаго предмета; и не замѣнитъ боговдохновеннаго языка Моисея никакое витіеватое человѣческое слово. Вѣдь учатъ же дѣти, для изощренія памяти, стишки, повѣсти, сказочки, басенки. Какъ же обойти памятью такое сказаніе, знаніемъ котораго должны быть освящены, и ограждены отъ употребленія во зло, всѣ другія науки? А ознакомленіе, на первыхъ порахъ дѣтства, съ славянскимъ языкомъ, которымъ говорили предки наши, и на которомъ совершается наше богослуженіе, развѣ не важная потребность для христіанскаго отрока или для отроковицы, произшедшихъ отъ славянской крови?
Доводилось видѣть законоучителей, которые, чтобъ глубже напечатлѣть въ памяти учениковъ каждый день творенія міра, употребляютъ слѣдующіе простые пріемы, которые съ тѣмъ вмѣстѣ служатъ и къ развитію въ дѣтяхъ мыслительной силы. Законоучитель напримѣръ, спрашиваетъ: къ какому дню творенія отнести происхожденіе этого пера? Ученикъ отвѣчаетъ: къ пятому къ Четвертку, потому что перо изъ птицы, а птицы сотворены въ этотъ день. А эту бумагу? – спрашиваетъ законоучитель. Ученикъ въ свою очередь спрашиваетъ: а изъ чего дѣлается бумага? – Изъ холста и полотна, – говоритъ законоучитель. Ну, такъ бумага получила начало въ третій день мірозданія – во Вторникъ, потому что всѣ произрастѣнія, и тѣ, изъ которыхъ ткутъ холстъ и полотно, произошли въ третій день, – отвѣчаетъ ученикъ, и т. д. По уходѣ законоучителя дѣти начинаютъ взаимно пробовать другъ друга подобными вопросами, и такимъ образомъ принятый урокъ оставляютъ и въ памяти и въ умѣ.
«Прибавленія къИркутскимъ Епархіальнымъ Вѣдомостямъ». 1863. № 2. С. 11-13; № 3. С. 19-20; № 4. С. 27-28; № 5. С. 39-41; № 6. С. 57-58; № 8. С. 81-84; № 11. С. 129-134.
