Опубликовано Общество - сб, 10/26/2019 - 12:09

Житие преподобноисповедника схиигумена Кукши Одесского чудотворца.

Преподобный схиигумен Кукша (в миру Косма Кириллович Величко) родился 12/25 января 1875 года в селе Гарбузинка Херсонской губернии (ныне Николаевская область), в благочестивой крестьянской семье Кирилла и Харитины Величко. У Кирилла и Харитины было три сына: Феодор, Косма, Иоанн и дочь Мария.
Особым благочестием отличалась Харитина. Она в юности очень желала быть монахиней, но родители не согласились с нею и благословили ее на замужество. Скорбя о том, что ей не удалось стать монахиней, Харитина пламенно молилась Богу, чтобы хоть кто – то из ее чад сподобился подвизаться в иноческом чине.
Харитина была благочестивой богобоязненной женщиной, она с мужем часто посещала храм Божий и причащалась Святых Христовых Тайн, укрепляя свою душу Божественной благодатью. Пример благочестия Кирилла и Харитины оказывал сильное благотворное влияние на их детей. Их чада росли послушными и богобоязненными, украшая себя христианскими добродетелями.
Семью Величко постигло горе: дочь Мария в возрасте 15 лет сильно простудилась и проболев полгода отошла ко Господу.
Преподобный Кукша просил всегда молиться за его родных и крестного отца Захарию. Также преподобный в конце своей жизни неоднократно говорил: «Кто будет поминать моих родителей Кирилла и Харитину, тех не оставлю без милости ни в этой жизни, ни в будущей».
Среди троих сыновей Кирилла и Харитины особенно выделялся Косма. Он любил тишину и уединение, избегал пустых увеселений и празднословия. В свободное время молился или читал духовную литературу, особенно любил читать Евангелие.
Вместе с родными Косма усердно посещал храм Божий, его чистая душа незримо озарялась лучами Божественной благодати, увлекая к горнему его сердце и ум. С раннего возраста Косма имел особую любовь и усердие к храму Божию и богослужению.
С юности Косма отличался состраданием к ближним, особенно к больным и страждущим. Любовь к Богу и любовь к ближним были для него словно дыханием.
У Космы был двоюродный брат, одержимый нечистым духом. Косма поехал с ним к одному старцу, изгонявшему бесов. Старец исцелил юношу, а Косме сказал: «За то только, что ты привез его ко мне, враг будет мстить тебе – ты будешь гоним всю жизнь.»
В возрасте 20 лет, в 1895 году Косма отправился вместе со своими односельчанами в паломничество по святым местам, освященных земной жизнью Спасителя. В это время даже простые крестьяне благодаря щедрой помощи царского правительства имели возможность путешествовать в Иерусалим, на Афон и другие святые места Востока.
Побыв в Палестине и посетив все святые места, и Иерусалим Косма на обратном пути вместе с односельчанами посетил Святую гору Афон. Здесь, при виде подвижников афонских монастырей, Косма возгорелся неудержимым желанием посвятить всю свою жизнь служению Богу в земном жребии Божией Матери – на Святой Горе Афон.
Посетив Афонские обители Косма вместе со своими односельчанами – паломниками направились к настоятелю Русского Пантелеимонового монастыря за благословением на дорогу. Настоятель, имевший дар прозорливости, прозрел будущее Космы. Косма подошел под благословение, настоятель спросил: «А на какое послушание послать тебя?» Косма ответил: «Отче, я очень хочу здесь остаться, но прежде мне надо поехать домой и получить благословение родителей». – «Ну, хорошо, поезжай, через год приедешь», - и благословил (по обычаю, как и всех) иконочкой святого великомученика Пантелеимона – небесного покровителя русского монастыря на Афоне, где храниться его честная глава. Эту иконочку прп. Кукша позже вставил в киот и хранил всю жизнь до самой своей кончины.
По возвращении в Россию Косма посетил Киевского старца Иону, известного всем своей прозорливостью и чудотворениями. Старец принимал людей во дворе Свято – Троицкой Ионовской обители, всем давал разные благословения. Приближался в очереди со всеми и Косма, с замиранием сердца думая: «А вдруг старец меня не благословит на Афон?!» Неожиданно старец Иона сам подошел к Косме, благословил крестом и прикоснувшись им к голове сказал: «Благословляю тебя в монастырь! Будешь жить на Афоне!»
Приехав домой Косма открыл своей матери желание стать афонским монахом. Харитина с величайшей радостью и благодарением Богу восприняла известие о решении сына и сказала ему, что надо попросить благословение у отца.
Отец рубил во дворе хворост, когда Косма подошел к нему и поведал о своем намерении уехать на Афон – попросил благословения на отъезд. Но отец наотрез отказался его отпустить в монастырь.
Грустный отошел от него юноша, он закрылся в кладовой и целый день провел в слезной молитве ко Господу и Пречистой Его Матери о смягчении сердца отца, дабы тот позволил ему уехать и поселиться на Святой Горе, без которой он уже не мыслил о будущей жизни своей. Почти год Косма провел в молитве и тоске по Афону. Вместе с ним скорбела и мать, но перечить отцу не смела. Она поступила так: уговорила своих братьев, чтобы они упросили ее мужа Кирилла отпустить Косму на Афон.
Когда на Пасху вся родня собралась в доме Кирилла Величко, братья жены стали его уговаривать: «Кирилл, отпусти Косму на Афон, пусть там будет молитвенник за вес наш род. Видишь, как он убивается, как скорбит? Пусть будет монахом!» Умилилось сердце Кирилла: «Быть по вашему, пусть едет!» Все повеселели, а Косма в радости сердца возблагодарил Бога и Божию Матерь.
После этого Косма немедленно стал собираться в дорогу. Мать благословила его на монашество иконой Казанской Божией Матери в небольшом старинном деревянном киоте. Эту икону прп. Кукша хранил до самой своей смерти, а когда умер, ее положили ему в гроб.
Попрощавшись с родными и односельчанами, Косма отправился в путь, славя и благодаря Бога, стремясь к нему всем сердцем и всей душой.
А в селе Гарбузинка оставалась девушка Марфа, которая в тайне пламенно любила Косму и, узнав, что он поехал на Афон, решила также уйти в монастырь, но зная, что родители ее не отпустят, скрывала от всех свое намерение. Вскоре Марфу просватали за молодого крестьянина, назначили день свадьбы. Дня за три до свадьбы подруги Марфы уезжали на поклонение святым местам в Иерусалим. Марфа попросилась у родителей разрешить ей проводить подруг до станции. Родители разрешили. Она ушла, но обратно не возвратилась. Напрасно ждали и искали ее родители – она уехала с подругами в Иерусалим, где и поступила в Горнюю обитель, приняла монашество с именем Мария; впоследствии была игуменьей монастыря и, прожив в обители 30 лет. Отошла ко Господу.
Прп. Кукша просил поминать ее о упокоении в своих молитвах, с умилением вспоминая о ее поступке.
Прибыв в 1896 году на Афон в Свято – Пантелеимонов монастырь, Косма пошел к настоятелю, чтобы взять у него благословение. Старец сразу узнал юношу и сказал: «Ну, вот и приехал! Благословляю тебя в просфорню».
Косма ревностно исполнял возложенное на него послушание просфорника, стараясь во всем подражать древним преподобным отцам. Жизнь на Афоне была исполнена многих лишений и трудностей. В пище и одежде соблюдалась строгость. Все послушники и монахи, старые и молодые ходили только в сапогах. Прп. Кукша, будучи уже в 90 – летнем возрасте, всегда ходил в сапогах, несмотря на глубокие венозные раны.
Всенощное бдение на Афоне начиналось всегда (и сейчас также) в 8 часов вечера, а оканчивалось в 8 часов утра. Когда провозглашали: «Слава Тебе, показавшему нам свет» – было уже утро. Во время всенощного бдения все стояли не шевелясь. Монахи возносили свою пламенную молитву о всем мире, о своих соотечественниках, прося Матерь Божию защитить от бед и напастей православный народ.
В 1897 году мать Космы Харитина направлялась в паломничество на Святую Землю. Когда корабль с путешественниками сделал остановку у берегов Афона, Харитина письменно испросила благословение у настоятеля монастыря посетить Святую Землю и Косме. Отечески любивший Косму настоятель благословил его на поездку. Так блаженная родительница, вознося благодарение Богу, увидела еще раз свое богоизбранное чадо.
В Иерусалиме с Космою произошло два чудесных события, которые предзнаменовали дальнейшую жизнь преподобного.
Когда путешествующие были у Силоамской купели, произошло следующее. Существовал обычай погружаться в воду Силоамской купели всем паломникам, особенно бесплодным женщинам. Той из них, которая первой успеет погрузиться в воду, Господь даровал чадородие. Находясь у Силоамской купели, Косма близко стоял возле источника. Кто – то нечаянно задел его, и он в одежде неожиданно упал первым в воду купели, и таким образом вышел из воды весь мокрый. Люди стали смеяться, говоря, что у него теперь будет много детей. Но слова эти оказались пророческими, ибо у преподобного впоследствии действительно было множество духовных чад. Когда же паломники были в храме Воскресения Христова, они очень хотели помазаться елеем из лампад, горевших при Гробе Господнем. Тогда Ангел Господень, незримо опрокинув среднюю лампаду, излил на Косму весь елей. Люди быстро окружили Косму и, собирая руками стекающий по его одежде елей, благоговейно помазывались им. Сие событие предзнаменовало то, что впоследствии благодать Божия, обильно почивающая на преподобном, будет через него неоскудно подаваться людям.
Через год после приезда из Иерусалима на Афон Господь благоизволяет Косме еще раз быть во Святом Граде. Он направляется туда уже на полтора года нести в порядке очередности послушание у Гроба Господня.
Вернувшись на Афон, Косма был назначен на послушание гостинника в странноприимную для паломников, в котором подвизался 11 лет. Прилежно исполняя его столь долгое время, Косма стяжал благодушное терпение и истинное смирение.
Вскоре послушник Косма был пострижен в рясофор с именем Константин, а 23 марта 1904 года – в монашество, и наречен Ксенофонтом.
Духовным отцом Ксенофонта был духоносный старец – подвижник о. Мелхиседек, который подвизался отшельником в горах. У него Ксенофонт постигал основы духовной и монашеской жизни, обучался, как вести внутреннюю брань с духами злобы, овладевал правильными понятиями об аскетическом образе жизни в монашестве. Отец Мелхиседек был монахом духовной жизни. Однажды, стоя на молитве, старец и его духовный сын услышали в ночной тишине приближение свадебного кортежа, топот конских копыт, игру на гармошке, веселое пение, хохот, свист.
- Отче, откуда здесь свадьба?
- Это гости едут, надо их встретить.
Старец взял крест, святую воду, четки и, выйдя из келии, окропил вокруг нее святой водой читая крещенский тропарь и осенил крестом – сразу сделалось тихо, как будто и не бывало никакого шума. Видимо, старцу явления эти были обычны и нисколько не смущали его.
Под его окормлением и монах Ксенофонт в недолгое время сподобился стяжать все добродетели иноческие и преуспел в духовном делании. Несмотря на то, что Ксенофонт был внешне малограмотным человеком, едва умел читать и писать, святое Евангелие и Псалтырь он знал наузусть, службу церковную совершал на память, никогда не ошибаясь. Изъяснение Священного писания он знал от просвещения его Духом Святым и по трудам святых отцов, чтение которых всегда внимательно слушал и запоминал. Он отличался истинным христианским смирением, которое редко кто может стяжать в течении всей своей жизни, и за которое Дух Святой вселяется в человека и освещает его божественной благодатью, делая его жилищем Своим.
Приведя своего избранника в духовное совершенство, Господь уготовляет Ксенофонту жребий служения страждущему миру.
В 1913 году Святую Гору Афон постигла трагедия. Укоренившаяся среди российских архиереев имяборческая ересь нашла себе в лице афонских подвижников грозных обличителей. Этим воспользовались враги Самодержавия, готовившие революцию в России, которые понимали, что главными противниками революции в церковной среде будут афонские монахи. Синод и правительство, игнорируя распоряжения Государя, общими усилиями обрушили страшное гонение на афонских монахов – имяславцев, защитников православия. С помощью войск была устроена физическая расправа, несколько монахов было убито, многие получили ранения, часть монахов от полученных ран вскоре скончалась. Более 1000 монахов были вывезены с Афона, оклеветаны и подвергнуты гонениям, унижениям и оскорблениям в России. Монах Ксенофонт был в числе монахов – имяславцев, вывезенных с Афона.
Накануне отъезда мон. Ксенофонт побежал в пустыньку к своему духовному отцу и сказал ему: «Отче, я никуда не поеду! Вот, лягу на берегу под камнем или под лодкой и умру здесь, на Афоне!»
- Нет, чадо, - возразил старец, - так Богу угодно, чтобы ты жил в России, там тоже надо спасать людей.
- Затем вывел его из келий и спросил:
- Хочешь увидеть, как стихии покоряются человеку?
- Хочу, отче!
Тогда смотри. И старец перекрестил темное ночное небо, и оно стало светлым; перекрестил еще раз – оно как береста свернулось и Ксенофонт увидел Господа во всей славе в окружении сонмов Ангелов и всех святых. Что они видели, слышали и что им было возвещено, батюшка Кукша, рассказывая об этом в последствии, не поведал. Он закрыл лицо руками, упал на землю и закричал:
- Отче, мне страшно!
Через некоторое мгновение старец произнес:
- Вставай, не бойся.
Ксенофонт поднялся с земли – небо было обычным. На нем по – прежнему мерцали звезды. Так батюшка, уезжая с Афона, был утешен и удостоен Божественных откровений.
На следующий день он навсегда простился с любимой обителью и насильно вместе с другими монахами – имяславцами вывезен в Россию.
Так афонский монах Ксенофонт оказался в 1913 году насельником Киево – Печерской Лавры. Киевские монахи встретили афонских монахов недружелюбно; они знали только то, что с Афона их выслали за какое – то неповиновение или бунт и относились к ним с недоверием.
В это время Синод РПЦ выпустил своё послание, в котором открыто исповедовалась ересь варлаамитов и евтихиан – имяборчество, а защитники Православия монахи – имяславцы осуждались Синодом как «еретики». Все храмы в России огласились исповедованием ереси и тем самым лишил их благодати Божией, что и стало причиной бедствий русского народа.
Батюшка Кукша рассказывал, что первое время в Киевской Лавре он (и другие афонцы) тосковал по Афону и, ходя по пещерам, со слезами молился, лобызая мощи святых угодников, а киевские монахи говорили: «Вон, афонские воры пошли, надо следить, чтобы они не покрали деньги из кружек!» Слыша это, усугублялась скорбь афонских изгнанников. Но постепенно истина выяснилась, и на афонцев стали смотреть, как на «изгнанных правды ради».
Император Николай II вскоре убедился в полной несправедливости обвинения имяславцев и незаконном запрещении их в священнослужении, а также запрещении им приступать к Причастию. Государь повелел архиереям отменить незаконное осуждение имяславцев, но иерархи наотрез отказались подчиниться повелению Императора, так как почти все архиереи были тайными сторонниками республиканской формы правления в России, а революция была уже не за горами. Поэтому иерархи первыми начали революционные действия, показав полное неподчинение Царю, взяв управление в Церкви исключительно в свои руки.
Только Митр.Макарий Московский исполнил волю Государя и выпустил распоряжение о снятии церковных прещений с имяславцев. Об этом в Синоде не забыли и после свержения Монархии он подвергся ужасному гонению как от масонов Временного правительства, так и от руководства РПЦ.
Во время первой мировой войны мон.Ксенофонт разделил печали и скорби военного времени, молитвами и трудами служа отечеству. В 1914 году Ксенофонт на 10 месяцев был отправлен на нелегкое послушание «брата милосердия» в санитарный поезд, ходивший по линии «Киев - Львов». В это время проявились в нем редкие душевные качества и добродетели: терпение, сострадание и любовь в служении тяжелобольным и раненым.
Проходя это нелегкое послушание монах Ксенофонт сподобился великой милости Божией, видеть Императора Николая Второго. Однажды санитарный поезд попал под обстрел противника, но чудом вышел от опасности. «Когда приехали к месту назначения – вспоминал позже преподобный – нам сообщили, что приехал Царь Николай īī и хочет всех нас видеть. Мы выстроились все в два ряда, солдаты, священники и монахи с разных поездов. В руках держим кресты и хлеб с солью. Пришел Царь, стал посреди нас и сказал: «Святые отцы и братия! Благодарю вас за подвиги. Пусть же Бог пошлет на вас свою благодать. Желаю вам уподобиться Сергию Радонежскому, Антонию и Феодосию Печерским и в будущем молиться за нас всех грешных.» Так все и исполнилось. После его слов мы все, кому он пожелал святости. Стали схимниками, в том числе и я грешный.»
По окончании этого времени о. Ксенофонт возвратился в лавру. Своим усердным служением Богу, любовью к нему и ближним, смирением и послушанием о. Ксенофонт снискал всеобщее уважение среди братии, служа для них примером в монашеском делании.
Монах Ксенофонт нес послушание в Дальних Пещерах: зажигал лампады перед святыми мощами, переоблачал святые мощи, следил за чистотой и порядком.
«Мне очень хотелось принять схиму, - рассказывал он, - но по молодости лет (40 лет с небольшим) мне отказывали в моем желании. И вот однажды ночью я переоблачал мощи в Дальних пещерах. Дойдя до святых мощей схимника Силуана, я переоблачил их, взял на свои руки и, стоя на коленях пред его ракой, стал усердно ему молиться, чтобы угодник Божий помог мне сподобиться пострижения в схиму. И так, стоя на коленях и держа в руках святые мощи, я под утро заснул.
Вдруг слышу сильный стук наверху – это братия шли от полунощницы прикладываться к святым мощам в Дальние пещеры, двери которых в это время должны были быть уже открыты. Я положил святые мощи в раку и поспешил наверх открывать двери братии».
Прошли годы. В 56 лет он неожиданно тяжело заболел, как думали, безнадежно. Решено было немедленно постричь умирающего в схиму. 8 апреля 1931 года при пострижении в схиму нарекли ему имя священномученика Кукши, мощи которого находятся в Ближних Пещерах. Конечно, душа преподобного и тогда уже была готова ко вселению в небесные обители, но Господь продлил дни его земной жизни для служения людям во спасение их. После пострига о. Кукша стал поправляться и вскоре совсем выздоровел.
В 1917 году мон.Ксенофонт в числе других афонских монахов-имяславцев поставил свою подпись под прошением к Поместному Собору РПЦ о пересмотре незаконного осуждения имяславцев, а также напоминалось об убийстве и истязании афонских монахов под руководством Архиеп.Никона(Рождественского), выполнявшего распоряжение Синода. Уже несколько лет, как была издана книга иеросхим.Антония(Булатовича), в которой он привёл неопровержимые доказательства о том, что Имяславие – это Православное учение, а мнение Синода – настоящая ересь. Поместный Собор, навсегда заклеймивший себя позорным соучастием в клятвопреступлении и предательстве Государя, отказался от пересмотра вопроса об Имяславии. Более того, под председательством Патр.Тихона было выпущено очередное осуждение имяславцев и отмена распоряжения Митр.Макария.
Как праведное наказание Божие служителям Церкви за сочувствие еретическому имяборчеству началось ужасное гонение на Церковь. Гонение на Церковь полностью остановило гонение на имяславцев, архиереям уже было не до этого, гонению подверглись они уже сами.
Однажды из Полтавы в Киево – Печерскую Лавру прибыл ее бывший насельник престарелый митрополит Серафим, чтобы посетить любимую обитель и проститься с ней прежде своей кончины. Побыв несколько дней в Лавре, он собрался уезжать. Вся братия, прощаясь, стала подходить к Владыке под его святительское благословение. Святитель, изнемогая от старости, благославлял всех сидя в храме. Следом за другими подошел и преподобный Кукша. Митрополит Серафим благословив его воскликнул: «О, старец, тебе давно в этих пещерах место уготовано!»
В тридцатых годах Киево – Печерскую Лавру закрыли, монахов разогнали, некоторые устроились в Киевских храмах, многие скрывались в городе. Часто они собирались на ночлег у матушки Херувимы в маленькой комнатке человек по 19, спали, сидя на полу, тесно прижавшись друг к другу. Она готовила им скудную трапезу, поддерживала, чем могла.
3 апреля 1934 года отец Кукша был рукоположен в сан иеродиакона, 3 мая того же года – в сан иеромонаха. После того, как Киево –Печерскую Лавру закрыли, батюшка служил до 1938 года в Киеве, в церкви на Воскресенской Слободке. Надо было иметь великое мужество, чтобы служить священником в то время. С 1938 года для батюшки Кукши начался тяжелый восьмилетний исповеднический подвиг – его как «служителя культа» приговаривают к 5 годам лагерей в г. Вильма Молотовской области, а после отбытия этого срока – к 3 годам ссылки.
- Когда меня привели в тюремную камеру, - вспоминал прп. Кукша, - в ней было много «урок» (хулиганов), все сидели на нарах, свободного места не было. В углу сидел знакомый священник, арестованный раньше меня. Я стал у двери со своим узелком, осматривался, ища себе место на нарах, а тот священник незаметно дал мне знак, чтобы я не двигался с места. Если бы прошел к нарам, меня бы урки избили – такой у них был тюремный «закон». Я оставался стоять у двери и молился про себя Богу. Вдруг урки потеснились и освободили для меня место на нарах, один говорит: « Отец, иди, садись здесь».
Так в возрасте 63 лет отец Кукша оказался на изнурительных лесоповалочных работах. Труд был очень тяжелым, особенно в зимнее время, в лютые морозы. Работали по 14 часов в сутки, получая очень скудную и плохую пищу. Но всегда содержа в своей памяти, что «многими скорбями подобает нам внити в Царство Небесное» (Деян. 14, 22), что «недостойны страсти нынешнего времени к хотящей славе явитися в нас» (Рим. 8, 18), батюшка, споспешествуемый благодатью Божией, не только терпеливо и благодушно сносил мучительную жизнь в заключении, но всегда духовно укреплял окружающих.
Господь, взирая на мужество исповедников, вот как однажды явно для всех утешил и укрепил присных своих в терпении и уповании. Вместе с о. Кукшой в лагере содержалось много духовенства и иночествующих, как монахов, так и монахинь. В то время Киевским епископом был преосвященный Антоний, который хорошо знал о. Кукшу и почитал его. Однажды, о. Кукша, будучи в заключении, получил от преосвященного Антония посылку, в которую владыка вместе с сухариками умудрился положить сто частиц просушенных запасных святых Даров. Проверяющие не обнаружили святые Дары и сочли их за сухари.
«Но разве мог я один потреблять святые Дары, когда многие священники, монахи и монахини, долгие годы находясь в заключении, были лишены этого утешения? – рассказывал в последствии батюшка. – Я сказал некоторым священникам, что получил святые Дары. Верующие с большой осторожностью оповестили «своих», чтобы те в назначенный день в определенном месте незаметно для конвоя готовы были принять святое Причастие. Мы сделали из полотенцев епитрахили, нарисовав на них карандашом кресты. Прочитав молитвы, благословили и одели на себя, спрятав под верхнюю одежду. Священники укрылись в кустарнике. Монахи и монахини по одному, по одной подбегали к нам, мы быстро накрывали их епитрахилями – полотенцами, прощая и отпуская грехи. Так в одно утро по дороге на работу причастилось сразу сто человек. Как они радовались и благодарили Бога за Его великую милость!»
Одно из первых чудес, явленных преподобным Кукшей, произошло еще в заключении. Господь открыл старцу, что у одного из охранников дома заболела дочь. «Чадо, возьми отпуск, поезжай домой, тебя отпустят. У тебя дома заболела дочь», — напутствовал его святой. Тот не поверил, что его могут отпустить: «Летом не отпустят», — сказал он. Охранник ушел, а старец молился о нем и о его больной дочери. Не прошло и часа, как тот вернулся, говоря, что пришла срочная телеграмма, в которой сообщалось, что дочь сильно заболела, и начальство отпускает его съездить домой. «Помолись, отец, о ней, — попросил он, — ведь она у меня одна, Анной зовут». Старец ответил: «Если ты дашь обет Богу изменить свою жизнь и будешь ходить в храм, то дочь твоя будет здорова». Тот заплакал, как дитя, и дал обет. По молитвам преподобного девочка получила исцеление.
Как – то батюшка тяжело заболел. Его положили в больницу, он был близок к смерти. Но Господь явно хранил угодника Своего и воздвиг от одра смертного. «Не умру, но жив буду и повем дела Господня» (Пс. 117, 17), - преисполнялось благодарением сердце исповедника Христова.
Батюшка вспоминал: «Это было на Пасху. Я был такой слабый и голодный, - ветром качало. А солнышко светит, птички поют, снег уже начал таять. Я иду по зоне вдоль колючей проволки, есть нестерпимо хочется, а за проволкой повара носят из кухни в столовую для охранников на головах противни с пирогами. Над ними вороны летают. Я взмолился: «Ворон, ворон, ты питал пророка Илию в пустыне, принеси и мне кусочек пирога». Вдруг слышу над головой: «Кар –р –р!», - и к ногам упал пирог, - это ворон стащил его с противня у повара. Я поднял пирог со снега, со слезами возблагодарил Бога и утолил голод».
Весной 1943 года, по окончании срока заключения, на праздник великомученика Георгия Победоносца прп. Кукшу освободили, и он отправился в ссылку в Соликамскую область. В деревню близ г. Кунгура. Взяв благословение у епископа в г. Соликамске, он часто совершал богослужения в соседнем селе. Как к светильнику, в ночи зажженному, стекались к нему люди.
Так в труде, в терпении, в деннонощной молитве старец подвизался до своего освобождения.
В 1947 году окончилось время ссылки. Завершился восьмилетний исповеднический подвиг. За все это время ничто не отлучило старца от «любве Божия» (Рим. 8, 39), и он, как доблестный воин Христов, увенчанный исповедническим венцем, вышел победителем в сей страшной брани.
В 1947 году о. Кукша вернулся в Киево – Печерскую Лавру и был с великой радостью принят братией. Нес он послушание в Ближних Пещерах.
На о. Кукшу, искустного и опытного в духовной жизни, запечатлевшего верность Христу различными испытаниями, предочищеного несением скорбей, лишений и гонений, Господь возлагает подвиг служения страждущему человечеству путем духовного окормления людей – старчество. Безбожие, маловерие, нужда, горе, греховное пленение приводили к преподобному людей в те минуты, когда испытания достигали наибольшей остроты и становились невыносимыми, когда иссякала надежда. И старец оказывался тем несокрушимым камнем истинной веры, непоколебимого упования на Бога, о который бессильно разбивались пенящиеся волны многовидного зла. Через старца, испытанного в горниле всевозможных искушений, люди начинали трудный, узкий, но истинный путь спасения. Ведает только Господь, скольким он помогал и скольких он обнимал всепрощающей и всепокрывающей любовью, которая так привлекала людей, стремящихся к нему со всех концов страны. Как за пол века в Иерусалиме паломники окружили Косьму и старались с его головы и одежды взять чудесно излившийся из лампады елей, чтобы помазаться им, так и к отцу Кукше в страждущей земле нашей шла нескончаемая вереница людей, ждущих Божией помощи и благодати, изливавшихся чрез молитвы, духовные советы и наставления святого подвижника.
В Киево – Печерскую Лавру к преподобному Кукше стекались и многие катакомбники, зная его неоспоримую святость. Он их благословлял и дальше идти путем, на который их благословили архипастыри и пастыри Истинно – Православной Церкви. Тех, кому было дано катакомбными старцами благословение жить без паспорта и проводить странническую жизнь он укреплял и дальше следовать путем исповедничества и подвижничества.
Так одна девица – катакомбница, проводившая чисто монашеский образ жизни в миру, жившая без паспорта и терпевшая лишения и гонения, уже было поколебалась помыслом в правильности избранного пути. Когда она была в Киеве с катакомбной монахиней, то пришла к преподобному Кукше спросить совета, как дальше жить. Подойдя под благословение, она не успела и сказать слова, как старец ей сказал: «Да тебя Господь и избрал, да тебя Господь и наставляет, да тебя Господь и укрепляет» - и запретил менять образ жизни.
Пораженная прозорливостью преподобного, девица осознала, что враг смущал ее помыслами и всю оставшуюся жизнь прожила без паспорта, пенсии, электричества, терпя многие лишения и притеснения, в посте и молитве, сохраняя свою душу в чистоте и девстве.
Есть свидетельства, что с ним в переписке в этот период находился и тайный катакомбный инок Феодосий (Журбенко), будущий схиархиепископ Лазарь. Почему же и сам прп. Кукша не перешел в ИПЦ? Дело в том, что он находившийся под тотальным контролем безбожных властей, переходом к катакомбникам мог выявить их и окончательно погубить. Сергианство он не воспринимал как ересь, зная, что настоящая ересь, имяборчество, которую в 1913 году проповедовали в храмах РПЦ, читая послание Синода составленное Митр. Сергием (Страгорским) не осознана и не заглажена покаянием, а с сергианством он никогда не соглашался, за что и был гоним всю жизнь. Преподобный прекрасно понимал, что клятвопреступление 1917 года и еретическое исповедание всей Церковью имяборчества являются более ужасным отступлением нежели декларация Митр.Сергия. Клятвопреступление и имяборческая ересь были открыто исповеданы в Церкви, а сергианство лишь его сторонниками. Митр.Сергия явился автором не только своей преступной декларации, но и исповедания имяборчества, а также и клятвопреступления, признав правителями России масонов Временного правительства. Поэтому все, кто был против сергианства, но не был противником имяборчества и клятвопреступления, оставались в том же сергианском нечестии. Поэтому преподобный и не счёл необходимым уйти в Катакомбную Церковь, так как вопрос о покаянии в имяборчестве в ней никогда не подымался.
Молитвою, терпением и состраданием, добрым словом и духовным советом старец отвращал от безбожия и греха и обращал к Богу, вразумляя закоснелых в неверии, укрепляя маловерных, ободряя малодушных и ропщущих, смягчая ожесточенных, умиротворяя и утешая отчаявшихся, пробуждая спящих в греховном сне, дремлющих в забвении и нерадении.
Старец никогда не осуждал согрешающих и не сторонился их, а наоборот, всегда с состраданием принимал их. Говорил: «Я сам грешный и грешных люблю. Нет человека на земле, который бы не согрешил. Един Господь без греха, а мы все грешные». Исповедь всю жизнь была его основным послушанием, и все стремились у него исповедаться и получить душеспасительные советы и назидание.
Старец Кукша имел от Бога дар духовного рассуждения и различия помыслов. Он был великим прозорливцем. Ему были открыты даже самые сокровенные чувства, которые люди едва могли понять сами, а он понимал и объяснял, от чего они и откуда. Многие шли к нему, чтобы рассказать о своих скорбях и спросить совета, а он, не дожидаясь объяснений, уже встречал их с нужным ответом и духовным советом. Еще, было, у дверей стоят, а он уже каждого по имени вызывает, хотя видит их в первый раз в жизни, Господь ему все открывал.
Преподобный Кукша был ревностным почитателем святых Царственных Великомучеников, своих духовных чад он учил чтить их как святых. Также заповедовал, если где кто найдет царские монеты с изображением Царя – Великомученика Николая Второго, то просверлить отверстие и носить на себе, как иконочку.
Богоборческую власть раздражала и страшила жизнь угодника Божия. Он был постоянно преследуем и гоним. В 1951 году отца Кукшу из Киева переводят в Почаевскую Свято – Успенскую лавру. Пресвятая Богородица, которую всю жизнь так любил преподобный, принимает избранника Своего здесь, где Она чудесно явилась в древности.
В Почаеве старец нес послушание киотного у чудотворной иконы, когда к ней прикладывались монахи и богомольцы. Кроме этого, о. Кукша должен был исповедовать людей. Свои обязанности он исполнял с отеческой заботой о всех приходящих, тонко и любовно обличая их пороки, прозорливо предостерегая от духовных падений и предстоящих бед.
Все, кто приезжал в Почаевскую лавру, старались обязательно попасть на исповедь к о. Кукше. Люди в храме сотнями стояли в очереди к нему. Многих он принимал и в своей келии, не жалея себя и почти без отдыха проводя целые дни, несмотря на преклонный возраст и старческие болезни.
Какую всенародную любовь имел старец, видно из следующего. Он, по афонскому обычаю, всю жизнь обувался только в сапоги. От долгих и многих подвигов у него на ногах были глубокие венозные раны. Однажды, когда он стоял у чудотворной иконы Божией Матери, у него на ноге лопнула вена, и сапог наполнился кровью. Его увели в келию, уложили в постель. Пришел знаменитый своими исцелениями игумен Иосиф (в схиме Амфилохий), осмотрел ногу и сказал: «Собирайся, отец, домой» (то есть умирать), и ушел. Все монахи и миряне горячо со слезами молились Матери Божией о даровании здравия дорогому и любимому старцу. Через неделю игумен Иосиф опять пришел к о. Кукше, осмотрел почти зажившую рану на ноге и в изумлении воскликнул: «Вымолили чада духовные!»
В течении трех лет о. Кукша ежедневно совершал раннюю лутургию в Пещерном храме, за исключением редких дней болезни. Во время литургии, стоя у престола, он весь преображался, становился каким – то светлым, «воздушным». Как познавшему Бога Духом Святым преподобному Силуану Афонскому хотелось, чтобы все люди познали Бога, так и старец Кукша, некогда подвизавшийся в одно время с преподобным на Горе Афон, очень желал, чтобы ищущие милости и благости Божией познали, как благ Господь и как неизъяснимо благостно быть с Ним.
Одна духовная дочь старца поведала, что ей очень хотелось узнать, как он себя чувствует во время Божественной литургии. Старцу это было открыто Богом. «Однажды, войдя в Пещерный храм, когда о. Кукша служил в нем Божественную литургию, - рассказывала она, - я сразу почувствовала сильную близость души к Богу, как будто вокруг никого не было, а только Бог и я. Каждый возглас о. Кукши возносил мою душу «горе», и преисполнял ее такой благодатью, как будто я стояла на небе перед лицом Самого Бога. На душе было по – детски чисто, необыкновенно светло, легко и радостно. Ни одна посторонняя мысль не беспокоила меня и не отвлекала от Бога. В таком состоянии я находилась до конца литургии. После литургии все ждали, когда о. Кукша выйдет из алтаря, чтобы взять у него благословение. Подошла и я к своему духовному отцу. Он благословил меня и, крепко взяв обе мои руки, повел за собой, внимательно с улыбкой вглядываясь в мои глаза, вернее, через душу, как бы стараясь рассмотреть, в каком она состоянии после такой чистой молитвы. Я поняла, что батюшка дал мне возможность пережить такое же святое блаженство, в каком он сам всегда пребывал во время Божественной литургии».
Одна из духовных чад преподобного во время совершения им литургии явно видела в алтаре стоящего архиерея в мантии, а в конце над преподобным увидела и Божию Матерь покрывающую своим омофором батюшку Кукшу. Потресенная видением она упала. После службы преподобный, по дару прозорливости зная о том, что видела его духовная дочь, подошел к ней и запретил до своей кончины кому – либо открывать о всем виденном. После женщина поняла, что за архиерей был в алтаре – святитель, чья память праздновалась в этот день.
А другая раба Божия рассказывала, что однажды она видела в алтаре Пещерного храма во время совершения Божественной литургии отцом Кукшей благолепного мужа, сослужащего ему. И когда она сообщила об этом о. Кукше, последний сказал, что это был преподобный Иов Почаевский, который всегда служит вместе с ним, и строго приказал никому не открывать этой тайны до самой его смерти.
«Иногда он благословлял, - говорила она, - положив обе ладони своих рук крестообразно на мою голову, читая про себя молитву, и я преисполнялась необыкновенной радости и безграничной любви к Богу с неудержимым желанием «разрешитися» (от бренного тела) и со Христом быти. Все земные муки казались ничто по сравнению с этой всепоглащающей любовью. В таком состоянии я пребывала дня по три». Так о. Кукша укреплял веру новоначальной.
Он говорил: «Молись день и ночь и как Кукша будешь (то есть схимницей)». Но суета мирская и непослушание от лености сделали меня далекой от такого совершенства. Отец Кукша всегда повторял: «Господи, сподоби быть, хоть с краешку, да в раюшку».
Здесь, в Почаевской Лавре, через старца Кукшу приходили к вере богоборцы, находили раскаяние сектанты, облекались в ангельский образ (монашество) многие словесные овцы стада Христова – духовные чада старца. Всем им он находил определение в жизни.
Братия Лавры с любовью относилась к старцу, но были среди братии и те, кто открыто ненавидел старца. В свое время современник преподобного, подвижник благочестия Западной Украины старец Леонтий, открыл причину этого: часть братии в Почаевской Лавре были тайными сотрудниками советской спецслужбы они специально устраивали гонения на преподобного Кукшу, и на праведных насельников Лавры, пытаясь морально уничтожить их. Гонение, таким образом, было не только от безбожных властей, но и внутреннее, в церковной среде от тайных кэгебистов.
Старец благодушно и терпеливо переносил чинимые препятствия к духовному руководству людей. В период с марта по апрель 1957 года церковное священноначалие определяет ему пребывать в затворе «для совершенствования аскетической жизни и несения высшего схимнического подвига». Преподобного насильно поместили в «затвор», чтобы он духовно не окормлял верующих.
Благочинный Лавры архимандрит Флавиан (бывший выпускник Ленинградской духовной академии, впоследствии архиепископ Горьковский и Арзамасский) пылал сатанинской ненавистью к смиренному старцу, преследовал его на каждом шагу и настраивал против него наместника.
Постепенно прп. Кукше создали невыносимые условия, запретили выходить из келий без всякой причины и даже водворили «в затвор» - благочинный Флавиан на дверях келий повесил замок, который самолично отпирал и закрывал.
Однажды, когда батюшка Кукша со второго этажа спускался по лестнице, архим. Флавиан в злобной ярости, чем он особенно отличался от других монахов, толкнул его кулаком в грудь с такой силой, что старец покатился по ступеням вниз.
В конце апреля 1957 года старца на страстной седмице Великого поста переводят в Крещатицкий Свято – Иоанно – Богословский монастырь Черновицкой епархии.
В Вербное Воскресение 1957 года прп. Кукша отслужил последнюю Литургию в Почаевской Лавре и стал собирать вещи, чтобы отправиться на поселение в новую обитель. Замок с его двери сняли в тот день. Люди, узнав об отъезде прп. Кукши, толпами шли к двери его келии, чтобы проститься с великим старцем. Никто не знал, даже сам прп. Кукша, куда его отправляют. Народ плакал. Батюшка Кукша через каждые 10 – 15 минут выходил из келии, чтобы преподать общее благословение приходящим, и они уходили со слезами скорби, а другие заполняли коридор, и старец снова выходил и благословлял. Так продолжалось до 11 часов вечера.
В Великий Понедельник рано утром перед рассветом, когда в храме запели: «Се Жених грядет в полунощи», прп. Кукшу вывезли из Лавры на грузовой автомашине, куда сложили и его вещи. Старец Кукша ехал в кабине, а сопровождавший его келейник – иеродиакон Игнатий – в кузове. От Почаева до с. Крещатика 260 км на юг. 83 – летний Старец тяжело перенес этот путь. Так что, когда приехали на место, он не имел сил двигаться, и келейник Игнатий на своих руках вынес обессилевшего старца Кукшу из машины.
В небольшом Иоанно - Богословском монастыре было очень тихо и просто. Приход старца Кукши в эту обитель был для нее благотворным – ожила духовная жизнь братии. Как за пастырем спешат овцы, куда бы он не направлялся, так и за добрым пастырем – старцем Кукшей сюда, в тихую обитель апостола любви устремились духовные чада, а за ними – народ Божий. Целыми днями по горной тропе, как трудолюбивые муравьи, тянулись вереницей богомольцы – одни в гору, другие навстречу. В основном на средства, передаваемые о. Кукше, которые он сразу отдавал в монастырь, увеличились постройки и строения в обители. Сам он, несмотря на старческую слабость, чувствовал здесь себя хорошо. Он часто повторял: «Здесь я дома, здесь я на Афоне! Вон внизу сады цветут, точно маслины на Афоне. Здесь Афон!» И действительно, чувствовалась особая благодать Божия в этой святой обители, где люди получали утешение и исцеление по молитвам о. Кукши, на котором почивала благодать древних отцев.
К концу своей жизни старец снова претерпел много зла, скорбей и преследований от богоборческой власти. В начале 60 – х годов безбожная власть воздвигает на Церковь новую волну гонений. Стараниями богоборцев – правителей закрывались храмы, обители, духовные школы. Святой апостол Павел говорит, что все «хотящие благочестиво житии о Христе Иисусе, гоними будут» (2 Тим. 3, 12). У безбожной власти лютую ненависть вызывали духовный авторитет, всеобщее почитание и народная любовь, какими обладал старец Кукша.
Незадолго до расформирования монастыря во время Божественной литургии о. Кукша находился в алтаре Покровского храма. Вдруг на жертвенник с подствечника упала свеча, загорелись покровцы и воздух, которыми были накрыты потир и дискос. Огонь тут же загасили, а о. Кукша сказал: «Враг и отсюда меня выживет», что вскоре и сбылось.
В 1960 году закрыли Черновицкий женский монастырь. Монахинь перевели в мужской Иоанно – Богословский монастырь в с. Крещатик, а монахов отправили в Почаевскую Лавру. Настоятеля архимандрита Михаила (в схиме Митрофана) назначили на приход недалеко от села Крещатик, а о. Кукшу – в Одесский Свято – Успенский мужской монастырь
Старец Кукша принадлежит к тем отечественным праведникам, которые в последние века подобно Серафиму Саровскому, Оптинским и Глинским старцам служением Богу светили миру светом любви, терпения и сострадания.
Преподобный был очень кротким и смиренным. Ни перед кем не заискивал, он обличал невзирая на чин и сан, делая это тонко, с любовью к образу Божию, с целью пробудить его совесть и подвигнуть на покаяние.
Бывало, старец идет через храм на исповедь — народу много, все проходы заполнены, — и никогда не попросит пропустить его, а остановится позади всех и ждет, когда можно будет пройти, не расталкивая и не беспокоя людей.
Преподобный имел искреннее смиренномудрие. Он избе¬гал славы человеческой и даже боялся ее, памятуя сказанное псалмопевцем и пророком: «Не нам, Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу, о милости Твоей и истине Твоей» (Пс. 113, 9). Поэтому добрые дела совершал незаметно, очень не любил тщеславия, всегда старался оградить или избавить от него своих духовных чад.
Преподобный советовал все новые вещи и продукты освя¬щать святой водой, перед сном окроплять келию (комнату). Утром, выходя из келий, он всегда окроплял себя святой водой.
Один молодой послушник, не понимая, зачем батюшка каждый вечер окропляет свою келлию святой водой, как-то спросил его: «Батюшка, зачем это вам надо окроплять? Что оно дает?» Прошло дня три. Отец Кукша зашел к послушнику в келлию и на глазах у него начал окроплять ее святой водой. Впоследствии монах рассказывал: «И вдруг я такое увидел, такое увидел! Полная келлия бесов, и все бегут гурьбою в двери, да не успевают, вываливаются один через другого...» Окропив келлию, старец спросил: «Ну что, видел, что оно дает?»
Все жизненные испытания преподобный побеждал воспо¬минанием искупления рода человеческого Спасителем и живоносным Воскресением Его. Своей духовной дочери монахине В. он говорил: «Когда тебя куда повезут — не скорби, но духом всегда стой у Гроба Господня, вот как Кукша: я и в тюрьме, и в ссылке был, а духом всегда стою у Гроба Господня!»
Преподобный Кукша явился воистину блаженным. Последовательно пройдя по лестнице евангельских заповедей блаженства, деятельно запечатлев верность и любовь ко Христу Господу исповедническим подвигом, он взошел на вершину сей лестни¬цы, и ныне мзда его «велика на небесах» (Мф. 5, 12).
Народ Божий, безошибочно чувствуя душою доброго пастыря, всегда называл на Руси благодатных подвижников словом «батюшка». Такие старцы, как отец Кукша, могли «немощи немощных носити» (Рим. 15, 1) и тако исполнили «Закон Христов» (Гал. 6, 2). Преподобный ежедневно при-чащался святых Христовых Таин и указывал, что причастие — это Пасха, благословляя после причащения читать пас¬хальный канон.
О преподобном говорили: «С ним было легко». Это происходило оттого, что блаженный подвижник стяжал мир души и святость жизни. Образ батюшки Кукши близок к образу преподобного Серафима Саровского. Серафим Саров¬ский говорил одному из монахов: «Стяжи дух мирен, и тогда тысячи душ спасутся около тебя». Вокруг старца Кукши, стяжавшего этот «дух мирен», воистину спасались тысячи людей, ибо душевный мир с Богом есть плод Духа Святого, о чем свидетельствует святой апостол Павел, говоря: «Плод же духовный есть любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал. 5, 22, 23).
Преподобный Кукша имел великую любовь и сострадание к людям. Святой апостол Павел пишет, что «любы николиже отпадает» (I Кор. 13, 8). Поэтому старец говорил, уповая на милость Божию к нему в жизни будущего века, чтобы после кончины его приходили на могилку и все ему, как живому, говорили, изливая печали и нужды. И действительно, всякий, приходящий с верою к месту его земного упокоения, всегда получал утешение, вразумление облегчение и исцеление от болезни по его богоугодным молитвам и предстательству.
Отец Кукша жил и действовал в духе и силе оптинских старцев, будучи с ними благословен от Бога дарованиями прозорливости, врачевания, исцеления душевных и телесных недугов и высочайшего призвания в деле домостроительства спасения мира — старческого окормления душ человеческих. О нем можно вполне сказать, что он пришел в меру, святых отцов.
Поучения произносил он краткие, но заключавшие в себе все, что каждому вопрошающему необходимо ко спасению. А это невозможно без ведения воли Божией. Поэтому говорил старец не от человеческой мудрости, а при содействии благо¬дати Святого Духа, просвещающего его.
Преподобный имел дар прозорливости. И этим даром многих приводил к покаянию и спасению. Однажды один генерал, переодевшись в штатскую одежду, приехал в Почаевскую Лавру и смотрел с любопытством, как исповедует преподобный. Старец подозвал его к себе и беседовал с ним некоторое время. Отошел от старца генерал очень бледный, крайне взволнованный и потрясенный, спрашивая: « Что это за человек? Откуда он знает? Он обличил всю мою жизнь!»
Один раз к преподобному приехал известный ученый, у которого была какая-то неразрешимая задача в его научной работе. В беседе с ним отец Кукша своими простыми словами навел его на мысль о правильном решении вопроса. Ученый, выйдя из келлии, в радостном изумлении рассказывал, как неученый старец помог ему открыть секрет его научных изысканий.
В городе П. жили духовные чада старца — И. с молодой дочерью М. Года через полтора М. решила выйти замуж и спросила через свою подругу старца о венчальной одежде. Старец ответил: «Никогда М. замуж не выйдет!» Пришедшая сказала, что у молодых уже все готово к свадьбе, осталось сшить венчальное платье и после Пасхи они будут венчаться. Но старец снова уверенно повторил, что никогда замуж не выйдет». За неделю до свадьбы у неё вдруг начались эпилептические припадки, (чего раньше с ней не случилось), и испуганный жених немедленно уехал домой. Через несколько лет М. приняла монашество с именем Галина ее мать — с именем Василиса.
К старцу часто приезжала его духовная дочь Е. Она была научным работником — химиком, а ее муж — горным инженером, крупным специалистом по горным породам. Муж был не крещен, и она очень скорбела об этом и даже хотела разойтись с ним, но старец велел ей терпеть и молиться, уверяя, что ее муж будет христианином. Уже после смерти старца она поехала в Псково-Печерскую обитель и уговорила мужа проводить ее туда. В Печерском монастыре есть Богозданные пещеры, где погребают усопших монахов. Е. предложила мужу посмотреть на гробы, которые здесь по обычаю не закапывают, а ставят один на другой в пещерах. Когда муж Е. увидел своды пещер, он, как горный инженер, был поражен тем, что сыпучий песчаник веками не осыпается, держится как камень и обвалов не происходит. На него такое явное чудо произвело необыкновенное впечатление. Он понял, что песок держится только силой Божией, и пожелал немедленно креститься, а потом повенчался с женой, и по-детски был предан Богу и духовным отцам.
Одна женщина приехала к старцу со своей скорбью: в молодости ее выдали замуж в старообрядческую семью, детей eе крестили старообрядческие священники, и она считала, что это крещение недействительно. Она хотела узнать у старца, как ей теперь перекрестить своих взрослых детей. Со слезами подошла к двери келии преподобного (в Почаеве), а он выходит ей навстречу, благословляет и, не дав вымолвить ни слова, говорит: «Не плачь! Крещенные твои дети, крещен¬ные!»
Раба Божия В., жительница г. Одессы, рассказывала, что однажды к ней приехала на время внучка ее сестры, девочка лет 15. Вдруг через два дня В. получает телеграмму от своей сестры (бабушки той девочки), чтобы девочка немедленно возвращалась домой. Удивленная и встревоженная В. с телег¬раммой поспешила к преподобному узнать причину вызова девочки. На ее вопрос старец смиренно сказал: «Я не прозор¬ливый». Но В. продолжала просить об ответе. Тогда старец стал рассказывать В., что родители девочки (племянник В. с супругой) поехали ловить рыбу и, как выразился старец, «к рыбам попали», то есть погибли в воде, и добавил, что племянницу обнаружат в воде через пять дней, а племянника через девять, причем назвал их по именам, никогда их не зная. Впоследствии все подтвердилось так, как об втом рассказывал старец.
Как-то старец стоял, окруженный народом. К ним при¬ближался молодой человек, у которого была супруга и двое детей. Вдруг батюшка позвал его: «Иеромонах!» Тот, протис¬нувшись через людей, сказал, что женат и у него двое детей, но батюшка снова назвал его иеромонахом и просил благосло¬вения. Впоследствии, когда супруга упокоилась и дети опре¬делились в жизни, этот человек стал иеромонахом.
Одна благочестивая девица просила батюшку благословить ее на монашество, но старец благословил ее на замужество. Велел ей ехать домой, сказав, что там ее ждет семинарист, и Господь благословил ее многочадием — было у неё семеро детей.
. Его духовная дочь попросила у кого-то книжку с акафистом, хотела переписать себе. В храме она положила книжицу возле свечного ящика, где продавал свечи ее знакомый инок Фаддей, а сама пошла к помазыванию елеем. Когда она вернулась, обнаружила, что книжки нет. Женщина стала скорбеть, ведь книжка была чужая, и со своей бедою обратилась к отцу Кукше. «Не скорби, проси, чтобы Господь принял это как милостыню. А враг милостыни не любит, он все вернет, вернет», — был ответ батюшки. На другой день вечером книжка лежала на том же месте, где ее положили. Отец Фаддей рассказал: «Вот, принесли люди, сказали, что нашли в трамвае эту книжку. Не знали, куда деть, думали-думали и решили в монастырь сдать. Пришли в монастырь и положили на то самое место, где она и была».
Батюшка как-то сказал настоятелю архимандриту Михаи¬лу: «Возьмем сумочки и поедем в Почаев умирать». После расформирования монастыря о. Михаил был назначен на при¬ход. Вскоре он собрался съездить в Почаевскую лавру, взял сумку и приехал в Почаев. Вечером ему стало плохо, его постригли в схиму, назвали Митрофаном, и он скончался. (О.Михаил был настоятелем Крещатицкого Свято-Иоанно-Богословского монастыря).
Духовная дочь старца Т., однажды придя к нему, застала его расстроенным и скорбным. Т. спросила причину такого его настроения. Старец печально ответил: «Брат умер, умер брат...», и стал собираться в храм. После литургии, встретив Т., старец сказал: «Сейчас в алтаре мне подали телеграмму — умер мой брат» (Иоанн). А сам еще до получения телеграммы знал об атом. Он духовными очами прозрел кончину своего родного брата и печалился о нем.
Схимонахиня А. вспоминает:
«В 1961 году я хотела поступить в женский монастырь, но в то время войти в число насельниц обители было очень тяжело, препятствовали власти. Я устроилась на работу в трапезную Одесской Духовной семинарии. Жила на квартире. Очень хотела быть духовным чадом о.Кукши. Узнала, где живет батюшка. Подошла к двери келии и стала стучать. Долго дверь не открывалась, я уже думала, что не примет меня старец. Но потом, открыв дверь, я увидела батюшку, стоявшего перед иконами. Старец, ранее не знавший меня, сказал: «Иди, мое чадо духовное, иди». Он принял меня в свои духовные чада, дал советы, наставления, благословил в праздничные дни причащаться.
Однажды в праздник св. апостола Иоанна Богослова, отстояв раннюю литургию, я не причастилась святых Тайн, так как не готовилась. После службы увидела батюшку, благословляющего народ. Я тоже подхожу под благословение, но он не благословил и сурово сказал: «Ты что сегодня не причащалась? Что, за ручку надо водить?». Этим он обличил меня за непослушание и показал свою прозорливость, ведь он не видел, кто подходил к святой Чаше. Я попросила проще¬ния, и старец благословил вычитать правило ко причащению и причаститься за поздней литургией».
«Я по какому-то делу зашла к нему, — продолжает матушка А., — а он говорит, что напротив Свято-Никольско¬го храма сидит человек полный, в шляпе, такой голодный, голодный, и чтобы я ему передала пищи.
Я вышла с едой, и действительно, напротив Свято-Никольской церкви сидит тучный мужчина в шляпе. Я подошла и сказала, что батюшка Кукша передал ему еду. Он удивился этому, заплакал и сказал, что он действительно три дня уже ничего не ел и так обессилел, что не может подняться со скамейки. Оказывается, у этого человека на вокзале украли вещи и деньги. Стыдно было ему просить, и он находился в сильном унынии. Долго удивлялся он прозорливости старца.
Помню, старец говорит мне: «Спаси Господи, что ты меня развязала». Я долго не могла понять этих слов. И только намного позже поняла их смысл. Когда батюшку положили в гроб, я завязала ему голову бинтом, чтобы уста были сомкну¬ты, но погребали настолько спешно, что только перед выходом из храма я вспомнила, что нужно снять повязку. Обратилась к наместнику монастыря, он благословил, и я развязала. Вот так сбылись слова преподобного.
Батюшка говорил: «Не будут пускать, а ты через забор» — и у Кукши». И действительно, после похорон кладбище было закрыто, калитка была на замке. Я вспомнила пред¬сказание и благословение старца, и приходила к нему на могилку, перелезая через ограждение».
Монахиня М. рассказывала, что однажды, когда она была на братском кладбище мужского монастыря в Одессе, туда пришел старец Кукша и, подойдя к одному месту, сказал ей: «Вот здесь будут копать мне могилу, но лежать я здесь не буду, на этом месте зарыт гроб, а мне сделают рядом подкоп в земле (он указал место севернее того, где будет выкопана могила) и там поставят мой гроб». Так и случилось. Когда умер старец, на предсказанном месте выкопали могилу, но на дне её оказался чей-то гроб, захороненный ранее. Чтобы не копать другую могилу решили сделать подкоп с северной стороны могилы и туда поставили гроб старца.
Преподобный Кукша имел дар молитвы, хотя по смире¬ннию скрывал это от окружающих
В монастыре был послушник. Он нес послушание дворни¬ка, заметал территорию монастыря. Когда ему надоело это занятие, он попросил отца Кукшу: «Батюшка, помолитесь, чтобы дождь пошел и смыл землю».
«Хорошо, помолюсь». Часа через два на безоблачном небе появились тучи, полил проливной дождь, смывая весь сор с земли, и послушник отдыхал в тот день...
Преподобный всегда пребывал в молитвенном общении со святыми. Однажды спрашивают его: «Не скучно Вам одному, батюшка?» Он бодро отвечает. «А я не один, нас четверо: Косьма, Константин, Ксенофонт и Кукша» (все его небесные покровители).
Старец имел непрестанную молитву.
Божий дар врачевания и исцеления душевных и телесных недугов действовал в преподобном как при жизни его, так и после его кончины. Многих он исцелял своей молитвой. Раба Божия А. заболела раком: на лбу появилась, все увеличи¬ваясь, злокачественная синяя опухоль. Женщину направили на операцию, и она, уже в отчаянии, приехала к старцу. Отец Кукша не велел ей делать операцию, поисповедал, причастил, дал ей металлический Крестик, который велел все время прижимать к опухоли, что она и делала. Побыв у батюшки дня 4 и ежедневно причащаясь, она с матерью поехала домой.
Крестик она прижимала ко лбу всю дорогу и вскоре обнару¬жила, что половина опухоли исчезла, на ее месте осталась белая пустая кожа. Дома, недели через две, пропала и вторая половина опухоли, лоб побелел, очистился, не осталось и следов от рака.
Одну из своих духовных, чад преподобный исцелил от душевной болезни, мучившей ее в течение месяца, — заочно, прочитав ее письмо с просьбой помолиться о ней. После получения старцем ее письма она стала совершенно здорова.
. В годы Великой Отечественной Войны один духовный сын преподобногослужил минометчиком, был тяжело ранен в руку осколком, который так и не удалось извлечь. Со временем осколок стал вызывать нестерпимые боли, и тогда Никон поехал к своему духовному отцу. Преподобный Кукша внезапно отправил его срубить на дрова сухую липу. Изнемогая от боли, Никон за послушание пошел рубить дерево. И после первых ударов топором осколок внезапно сам выскочил из руки, а мужчина получил исцеление.
Все случаи исцелений старцем больных и недужных не¬возможно описать и перечислить, так как он совершал их почти ежедневно в течение десятилетий.
Преподобный предвидел оскудение духовных наставников, поэтому для того, чтобы верующие не остались без духовного вразумления в многоразличных житейских недоумениях и обстоятельствах оставил завещание как исправить указание свыше. Преподобный так поступал и многие катакомбники тоже. Отец Кукша благословлял класть жребий: «Когда не знаешь, как в жизни поступить, положи жребий: напиши две записочки («сделать так-то» и «не делать так-то»), скатай каждую в трубочку, положи под икону и прочитай акафист Матери Божией, а потом вынимай, не глядя, любую записку. Что в ней написано, то и выполняй. Но смотри, если положишь, да не выполнишь!..»
19 июля 1960 года старец прибывает в Одесский Свято-Успенский монастырь, где проводит последние 4 года своей страдальческой подвижнической жизни. Но «любящим Бога вся поспешествует во благое» (Рим. 8, 28). Перемещения из монастыря в монастырь для старца были лишь «демонов немощными дерзостями». Господь злобу демонов и тщетные усилия богоборцев обратил во благо для спасения душ человеческих. Благодаря перемещениям батюшки по разным монастырям овцы стада Христова всего юга страны окормлялись у благодатного старца.
В Свято-Успенском монастыре старца Кукшу с любовью встретили насельники обители, но здесь, как и в Почаевской Лавре были тайные агенты КГБ, которые и устроили ему очередное гонение. Ему определено было послушание исповедовать людей и помогать вынимать частицы из просфор во время совершения проскомидии.
Всей душой желая «приметатися в дому Бога» (Пс.83,11), батюшка любил храм Божий и стремился всегда бывать на монастырских богослужениях. Старец вставал рано утром, читал свое молитвенное правило, старался причащаться каждый день. Он любил литургисать, причем любил особенно раннюю литургию, говоря, что ранняя литургия для подвижников, а поздняя для постников. К святой Чаше старец не разрешал подходить с деньгами, чтобы «не уподобиться Иуде». Так же и священникам запрещал с деньгами в кармане стоять у престола и совершать Божественную литургию. Ежедневно, идя в храм, старец под одежду надевал свою афонскую власяницу из белого конского волоса, который больно колол все тело. Старец молился всю ночь, он любил ночную молитву.
Келия старца в монастырском корпусе примыкала прямо к Свято-Никольской церкви.
Многие в монастыре любили и уважали старца. А те, кто были тайными агентами КГБ – ненавидели его. Так благочинный архимандрит Филипп был к нему «неравнодушен» преследовал на каждом шагу, следил за ним, видимо имея такое задание от советской власти, притеснял и постоянно унижал его; подселил к нему в тесную маленькую келию «послушника», который фактически был «подслушником» и соглядатаем и обо всем должен был доносить благочинному Филиппу.
Старец не имел привычки жаловаться, предпочитал молчать и покрывал любовию грех брата, терпя клевету и скорби, как истинный монах.
В келии о. Кукши не было даже своего св. уголка, иконы и святыня стояли на доске, прикрепленной к стене над его кроватью, находившейся против входной двери, а в переднем углу у теплой стены напротив печи стояла кровать для «келейников», вернее, о. Кукшу подселили к келейнику Фаддею, после смерти которого, его место в келии стали занимать его преемники по приказанию благочинного Филиппа.
Одно время благочинный Филипп даже самолично запирал о. Кукшу, чтобы к нему никто не вошел и не общался с ним.
Отец Кукша очень дорожил жизнью в монастыре и желал умереть только в монастыре. За четыре года его жизни в Одессе у него проживало в келье три «келейника». Один был преклонного возраста и сам уже довольно слабый, едва обслуживал самого себя, умер от рака. Звали его Фаддей. Второй — Серафим, в преклонном возрасте пришел в монастырь из села, где у него остались жена и семья. В монастыре он ухаживал за свиньями, которых держали для семинарской кухни, а в келию о. Кукши приходил только во время обеда и на ночлег в своем грязном, вонючем халате.
Никакого «ухода» о. Кукша от него не имел, сам себя обслуживал по силе возможности и говорил: «Мы сами себе послушники до самой смерти».
— Однажды я, — рассказывала сестра, — из Почаева приехала в Одессу к о. Кукше на два дня: на субботу и воскресенье. По благословению о. Кукши в воскресенье после ранней Литургии я пришла к нему в келию, т. к. в этот день я должна была уезжать. В келии находился послушник Серафим, который был настроен недоброжелательно к посетителям о. Кукши и старался не допустить их к нему. Отец Кукша пригласил меня к своему столику и стал угощать тем, что у него было: рыбой, виноградом, белым хлебом. Послушник Серафим собирался к поздней Литургии и, одеваясь, поторапливал меня: «Скорее, сестричка, скорее, в келии нельзя оставаться, я ухожу в храм!»
О. Кукша мне тихонечко говорит: «Не спеши, не спеши, он сейчас уйдет». Я не знала, кого слушаться, преподобного или послушника, который уже оделся и стоял надо мной, настойчиво требуя, чтобы я ушла. Вдруг раздался нетерпеливый стук в дверь; думая, что это стучит благочинный Филипп, я схватилась руками за голову, представляя, какой скандал разразится сейчас из-за меня, каково – то будет о. Кукше. Громкий голос крикнул в дверь: «Отец Серафим, быстрее, свинья поросится, четвертый поросенок!!!»
Серафим стал срывать с себя парадную монашескую одежду, с головы камилавку, накинул рабочий халат и на ходу поспешил заметить: «Скорее, сестра, уходи!»
Когда за ним захлопнулась дверь, о. Кукша спокойно сказал: «Теперь до четырех часов не придет, не спеши и не бойся, Филипп на поздней обедне».
Я часа два была в келье у о. Кукши, обо всем нужном с ним поговорила, передала просьбы и вопросы духовных сестер, получила для всех благословения (иконочки, просфорочки) и тепло простилась со старцем. Так, чтобы проводить меня утешенной, о. Кукша помолился, и свинья опоросилась именно в то время, когда мне надо было быть у него, а келейник за непочитание старца вместо Литургии весь воскресный день вынужден был находиться в хлеву.
Последним «келейником» был деревенский молодой, здоровый телом, но больной душевно послушник Николай (позднее в монашестве Епифаний), злобно и откровенно ненавидевший о. Кукшу, вернее, не он, а сидевший в нем враг, который устами послушника Николая раздраженно ворчал: «Почаевские еще только думают приехать, а ты уже молишься, чтобы они благополучно доехали!» Он так издевался над о. Кукшой, что приехавший навестить его родной отец возмутился и упрекнул сына с угрозой, что Господь накажет , его за бесчеловечное отношение к старцу.
В Одессе трудно было попасть в келию к о. Кукше, зато как он радовался, увидев своих духовных чад, которым удавалось к нему придти! Сразу одевал епитрахиль, исповедовал и причащал Святых Христовых Тайн, пока келейник был на послушании. А духовные чада всю дорогу в поезде готовились ко Причащению, стараясь незаметно для окружающих вычитать правило, не ели и не пили до прибытия поезда в Одессу (до трех часов дня).
— Днем ворота монастыря были заперты и охранялись семинаристами. Мы перелазили через высокую каменную ограду сзади прачечной со стороны маяка, — вспоминает сестра, — украдкой пробирались в келию дорогого отца, вручали привезенные гостинцы и скромные подарки
Отца Кукшу люди старались встретить, когда он шел из храма в келию, чтобы поговорить или передать что-либо так, чтобы не видел благочинный.
В последнее время о. Кукша был освобожден от послушания исповедовать людей, и во время Литургии должен был находиться в алтаре, вынимать частички из просфор, таким образом мучители преподобного пытались изолировать от общения с людьми.
Одна из его духовных чад рассказывала: «Когда мы приехали к о. Кукше и узнали, что он уже не исповедует в храме, то заскорбели и заплакали. Отец Кукша, проходя мимо нас в притворе, остановился, благословил и стал успокаивать, что он в алтаре, в самом святом месте. А когда нам удалось побывать у него в кельи, он радостно сказал мне: «Матерь Божия хочет меня забрать к Себе».
В последний год жизни батюшка ездил в Свято-Троицкую Сергиеву Лавру на праздник обретения святых мощей преподобного Сергия Радонежского. По окончании праздничной литургии, когда батюшка вышел из Свято-Троицкого храма, его обступили со всех сторон, испрашивая благословения. Он долго благословлял людей на все стороны и смиренно просил отпустить его. Но народ не отпускал старца. Только после долгого время он, наконец, с помощью других монахов с трудом добрался до кельи.
Возвратившись в Одессу, о. Кукша продолжал безропотно нести свой крест. Он говорил: «Монахи не жалуются и не оправдываются». Осенью 1964 года он заболел: в очередном приступе злобы келейник Николай в октябре месяце в первом часу ночи выгнал о. Кукшу раздетым из кельи. Намереваясь пройти к коровнику, Старец, блуждая в темноте где-то по винограднику упал в яму, повредив ногу (трещина в кости), и так лежал в той яме до утра, пока братия, идущая в храм на службу не услышали его слабые стоны и вытащили из ямы. Отец Кукша сильно простудился, его уложили в постель, к больной ноге привязали поперечную палочку, чтобы он не смог обуть сапоги и уйти в церковь, без которой он не мог прожить и дня.
Кровать его стояла под самым окном у холодной стены, за которой был неотапливаемый коридор: он застудился еще больше, получил двустороннее воспаление легких. Отец Кукша никогда не принимал лекарств, называя врачебницей святую Церковь. Даже страдая в предсмертной болезни, он также отказался от всякой врачебной помощи, полагая в Господе Боге Единого помощника и покровителя, причащаясь каждый день святых Христовых Таин.
Блаженный подвижник предвидел свою кончину. Духовная дочь старца схимонахиня А, вспоминает: «Батюшка иногда говорил: «90 лет – Кукши нет. Хоронить – то как будут, быстро-быстро, возьмут лопаточки и закопают». И действительно, его слова исполнились в точности. Он упокоился в 2 часа ночи, а в 2 часа пополудни этого же дня над могильным холмиком возвышался уже крест. Скончался, когда ему было около 90 лет».
Так вспоминает свой последний визит к о. Кукше его духовная дочка:
— В ноябре месяце, в свободные от работы дни, я приехала в Одессу к о. Кукше, которого нашла прикованным к постели. Он, лежа, поисповедовал меня и причастил из лежавшей на его груди дароносицы. Около него была матушка Херувима — благочинный разрешил ей ухаживать за умирающим старцем. Она рассказала мне, что о. Кукша «только телом еще на земле, а душой уже на небе», что по ночам она видит и слышит, что он дает возгласы, как бы совершая Литургию, открывает уста для принятия Св. Даров, а когда утром приходят братья причастить его, то после их ухода он сетует, что неправильно поступил, причастился дважды: ведь он был предстоящим на Литургии и причащался Св. Дарами.
« — На следующее утро я сама видела, — рассказывала сестра, — он лежал с закрытыми глазами, но не спал, а бодрствовал, внимание его было где-то не здесь, на земле, а в ином мире, видимом только его духовным очам. Он часто крестился, шепча губами молитву. Я вымыла в келье пол по просьбе матушки Херувимы и, стоя у кровати в ногах о. Кукши, плакала, не в силах удержать слезы, которые лились потоком при виде полуживого, слабого и беспомощного старца. Он открыл глаза, посмотрел на меня и спросил: «Что это за дивчина плачет?» — «Это Ваша духовная дочка В., батюшка», — сказала матушка Херувима. – «А, моя духовная дочечка В.! Спаси, Господи, помилуй и сохрани Твоею благодатию мою духовную дочку В.».
Он часто открывал глаза и беспрестанно благословлял меня своею слабою рукою. А я не могла отвести от него взор и уйти, зная, что вижу в последний раз самого мне дорогого человека на свете, стараясь запомнить навсегда каждое его слово и движение.
Матушка Херувима ухаживала за о. Кукшой, не отходя от него ни днем, ни ночью. Келейника на то время переселили из кельи, а благочинный Филипп был в отъезде, находясь в г. Москве. Вместе с матушкой Херувимой за о. Кукшой ухаживали его духовные чада: схимонахиня Мария-коровница, медсестра монастырской больницы Анастасия (в схиме Ангелина) и приехавшая из Почаева его близкая духовная дочь схимонахиня Феофания. Они не отходили от батюшки и даже на ночь оставались в его кельи, позволяя себе только краткий сон.
В ночь с 23 на 24 декабря (по н. ст.) 1964 года отец Кукша перестал дышать... Когда во втором часу ночи проснулись дежурившие матушки, его душа уже отлетела в потусторонний мир.
Как при жизни о. Кукша скрывал свои добродетели, так и при кончине он пожелал умереть без свидетелей.
Пришел иеромонах Иеремия (ныне настоятель Пантелеимонова монастыря на Старом Афоне), искренне почитавший о. Кукшу, он велел одевать покойного старца в погребальные одежды, а сам руководил и подсказывал, во что одевать.
Когда тело о. Кукши было одето и положено в гроб, его понесли в Успенский храм, а о. Иеремия сказал настоятелю архим. Антонию, что нужно ударить в церковный колокол, как - полагается по покойнику. Но настоятель, руководствуясь указанием советских спецслужб не разрешил, боясь, что весь город устремится в монастырь, чтобы проститься с великим старцем.
Матушка Феофания и духовная дочь о. Кукши молодая девица Галина Богатырева (в иночестве Феодосия) пошли на шестнадцатую станцию Большого Фонтана г. Одессы за хлебом для панихиды, а когда возвратились, то привратник им сказал, что старца уже отпевают(!!!). Если бы они немного задержались, то не успели бы на похороны старца. После отпевания, часов в 12 дня, о. Кукшу похоронили на монастырском кладбище недалеко от Успенского храма. Народ шел потоком на могилу о. Кукши, чтобы проститься с ним. Дня через два приехал благочинный Филипп и стал запирать кладбищенскую калитку на замок, но люди перелазили через забор, чтобы приложиться к могильному кресту дорогого и всеми горячо любимого старца.
Власти, боясь большого стечения народа, препятствовали тому, чтобы батюшку погребли в монастыре, а требовали совершить погребение на его родине. Но наместник монастыря, боясь возмущения народной толпы ответил: «У монаха родина – монастырь». Власти дали срок на погребение
2 часа. Весь церковный мир был возмущен кощунством над знаменитым старцем.
Так, пройдя земное поприще, претерпев все искушения, воздохнув из глубины души своей: «обратися, душе моя, в покой твой, яко Господь благодействова тя» (Пс. 114, 6) преподобный Кукша 11 (24) декабря 1964 года преставился ко Господу, в селения «идеже все праведнии почивают», вознося там молитвы о всех, прибегающих к его молитвенному предстательству.
Палачи в рясах помогли безбожной власти расправиться с прп. Кукшой, сделав его бескровным мучеником. Позже, чтобы скрыть причастность патриарха Алексия I и Митр.Бориса к этому беззаконию был составлен миф о дружбе «святейшего с преподобным, о почитании прп. Кукшей «святейшего», о «сыновней любви» Митр.Бориса к преподобному.
Никакие запреты почитания прп. Кукши на простой верующий народ не действовали, с каждым годом его почитание всё увеличивалось, чему способствовали многочисленные чудеса и исцеления, совершаемые преподобным после кончины. Вспоминает одна из почитательниц преподобного:
«Через несколько лет после кончины о. Кукши я была свидетельницей такого чуда: придя на морнастырское кладбище, встретила там молодую монахиню, которая зажигала свечкой лампады на могилках. Сначала она зажгла лампаду у митрополита Бориса, затем перешла к могиле о. Кукши, налила в лампаду масло, заправила фитилек и со свечкой да огнем направилась к могилке митрополита Бориса. Но в это время фитиль в лампаде у о. Кукши загорелся сам собою. Я вернула монахиню и сказала, что лампада горит! Что за чудо? Она ответила, что уже не первыій раз случается, когда лампада загорается, а также и свечи на могиле о. Кукши».
«Осенью 1993 года, - вспоминает одна его духовная дочь, - я пошла к могилке отца Кукши и увидела там много людей, которые приехали из Молдавии. Они рассказали, что одна женщина была тяжело больна желудком. Взяв землю с могилки старца, она приложила ее к животу и заснула. Проснувшись, она почувствовала себя исцеленной так же исцелилась раковая больная г. Одессы семидесятидвухлетняя М.
Воспитанник Одесской духовной семинарии Александр заболел воспалением легких в тяжелой форме. Температура поднялась до 39,9 градусов. И фельдшер семинарии, и живущие с ним в комнате были в тревоге за него. В ночь на 12 декабря 1994 года, когда Александр впал в забытье, они вызвали скорую. Больной, находясь в безпамятстве, вслух призывал имя преподобного Кукши. Вдруг он замолк и на время показался безжизненным. Испуганные этим друзья стали трясти его, называя по имени. Внезапно Александр пришел в себя и поднялся с кровати. К удивлению всех он выглядел совершенно здоровым. Померили температуру — градусник показал 36,6°. Тогда его спросили о такой внезапной перемене состояния. Александр рассказал, что, когда ему было крайне тяжело и появилось ощущение, что жизнь его покидает, он увидел преподобного Кукшу, который, приблизившись, положил ему руку на лоб. Внезапно он ощутил сильнейший прилив благодатной силы, которая прошла трижды от головы до ног. Тогда он почувствовал, что кто-то его трясет и зовет по имени. Очнувшись, он почувствовал себя исцеленным. Приехавшие вскоре врачи нашли его здоровым.
Одна женщина, тяжело страдавшая болезнью ног — тромбофлебитом, приехала из Москвы в Свято-Успенский Одесский монастырь помолиться преподобному Кукше. Тяжко болели ноги, вены распухли, и она, совершенно обессилев, припала к раке со святыми мощами и прошептала: «Преподобне отче Кукшо, помоги!» И только в Москве, сойдя с поезда на перрон и побежав навстречу сыну, она поняла, что исцелена: опухоль исчезла, вены стали нормальными, боль ушла. Тогда эта женщина еще не знала жития преподобного Кукши, который при жизни тоже страдал болезнью ног.
Весной 1996 года рассказ об этом исцелении узнала одна певчая Свято-Никольского храма города Пушкино Московской области. Через несколько дней после услышанного к ней зашла соседка в страшном горе: у мужа гангрена ног, ампутация неизбежна. Певчая рассказала ей о преподобном Кукше и его особой милости к страждущим болезнью ног. Тотчас начали молиться преподобному. Тем временем больного перевезли на операцию в Москву. Все уже было готово к ампутации, но врачи заметили, что кровообращение стало восстанавливаться. «Вас спасло чудо», — так сказали больному врачи, которые, конечно же, ничего не знали о скором помощнике и чудотворце преподобном Кукше.
Через несколько дней после прославления преподобного Кукши одна раба Божия поделилась своей радостью. У нее болел ребенок, несколько дней у него была очень высокая температура, и родители уже не знали, чем ему можно помочь. Эта женщина была на прославлении преподобного и получила частицы облачения и гроба. Дома ее встретили с упреками, что ребенок болен, а матери нет. Она сразу пошла к сыну и, помолившись, приложила частицы облачения и гроба к его голове. Ребенок уснул и на следующий день проснулся абсолютно здоровым.
По молитвенному предстательству преподобного Кукши Господь воскресил из мертвых младенца. В Одессе, в одной православной семье, в ночь с 7 на 8 января 1996 года внезапно заболела двухлетняя Ксения. Температура резко поднялась выше 39 градусов и продолжала расти. Девочка начала метаться в жару. Бабушка Ксении, врач по профессии, видя ее крайне тяжелое состояние, попросила свою дочь — мать девочки — вызвать скорую. Пока она говорила по телефону, Ксения внезапно затихла. Бабушка начала осматривать внучку: сердце ее не билось — жизнь оставила девочку. «Скорую не надо, уже поздно...», — сказала она дочери. В отчаянии мать ребенка встала на колени перед иконами и начала слезно молиться: «Господи, возьми мою душу, а ее душу оставь!» После долгой молитвы она вспомнила, что осенью 1994 года в Свято-Успенском Одесском монастыре ей дали частицы облачения и гроба преподобного Кукши. Призвав имя святого, мать взяла эти частицы и приложила ко лбу умершей девочки. Вдруг Ксения глубоко вздохнула — жизнь вернулась к ней. Когда девочка окончательно пришла в себя, то, показав рукой на икону преподобного, попросила мать: «Дай мне Кукшу...». Прибывший врач, осмотрев девочку, сказал, что никаких оснований для вызова скорой он не нашел. В семье этот день называют вторым днем рождения Ксении.
Есть многочисленные свидетельства того, как после натираний землей с могилки преподобного больных мест на теле с нарывами, ранами, опухолями, или при помазании елеем из лампады на его могилке, раны исцелялись и очищались, от вкушения маленькой частички земли с могилки люди получали исцеление от болезней. Также по свидетельству семинаристов снег на могиле преподобного всегда таял, какой бы сильный не был мороз.
С течением времени не исчезла живая память о старце Кукше, не уменьшилась любовь к незабвенному духовному отцу и пастырю. Всегда ощущалось его духовная близость ко всем, оставшимся в сем бренном мире, его неиссякаемая молитвенная помощь.
В святости старца были убеждены и удостоверены люди еще при его жизни. Это явствует и из блаженной кончины его. Поэтому верующий народ всегда благодарит Господа, что в прп. Кукше он обрел скорого помощника и молитвенника.
Всю жизнь свою, служа людям, преподобный Кукша и сейчас пребывает в молитвенном предстательстве за верных пред престолом Божиим.
В последние годы жизни преподобный написал в письме к духовным чадам следующее: «Последние времена наступают. Скоро будет экуменический Собор под названием «святой». Но это будет тот самый восьмой Собор, который будет сборищем безбожных. На нем все веры соединятся в одну. Затем будут упразднены все посты, монашество будет полностью уничтожено, епископы будут женаты. Новостильный календарь будет введен во Вселенской Церкви. Будьте бдительны. Старайтесь посещать Божии храмы, пока они еще наши. Скоро нельзя будет ходить туда, все измениться. Только избранные увидят это. Людей будут заставлять ходить в церковь, но мы не должны будем ходить туда ни в коем случае. Молю вас, стойте в Православной вере до конца ваших дней и спасайтесь!»
Также прп. Кукша предсказывал в этом письме, что уже не будет благословения на брак, как раньше – в семье не будет того патриархального мира и порядка, царивших в былые времена, а в детей ещё в младенчестве будут вселятся демоны, что проявится в из необыкновенных способностях.
Но сейчас достать точную копию письма прп. Кукши очень трудно, зато появились многочисленные подделки – «письма прп. Кукши», где достойные преемники его гонителей постарались полностью исказить его слова и предсказания. Так и после своей кончины прп. Кукша не оставляет в покое тех, кто служение Богу заменил служением советским спецслужбам.
Всё возраставшие народное почитание прп. Кукши в начале 1990 – ых годов, а также финансовая выгода заставили Синод УПЦМП в 1994 году причислить преподобного к лику святых. Были обретены полностью нетленные мощи преподобного, которые сейчас находятся в подвальном храме Свято-Успенского монастыря. К предстательству прп. Кукше ежедневно обращаются многие из православных, зная его неиссякаемую любовь к людям. Его помощь подкрепляет верующих, плавающих в этом свирепом бушующем злом житейском море. Преподобный, как путеводная звезда, ведёт ко спасению тех, кто с искренней любовью и верой ищет его молитвенной помощи.
Преподобне отче Кукша, моли Бога о нас.

Исторические материалы о святых местах.

aАхтырский Троицкий монастырь

aАфон и его окрестности

aНовый русский скит св. апостола Андрея Первозванного на Афоне

aХарьковский Свято-Благовещенский Кафедральный собор

aВифлеем

aВИЛЕНСКИЙ СВЯТО-ДУХОВ МОНАСТЫРЬ

aВладимирская пустынь

aСказание о чудотворной Высочиновской иконе Божией Матери и создании Высочиновского Казанского мужского монастыря. Книга 1902 года.

aГефсимания. Гробница Богородицы

aГефсиманский скит.

aГлинская пустынь

aГора Фавор и долина Изреель

aГолгоѳо-Распятскій скитъ

aДИВНОГОРСКИЙ УСПЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ.

aОписание Зилантова монастыря

aЗмиевской Николаевский казацкий монастырь

aСпасо-Преображенский Лубенский Мгарский мужской монастырь.

aКосьмо-Дамиановский монастырь

aКраснокутский Петропавловский монастырь

aЛеснинский монастырь

aНазарет

aСИОНСКАЯ ГОРНИЦА

aмонастыри Афона

aЕлеонская гора - место Вознесения Господня

aЕлецкий Знаменский монастырь на Каменной горе.

aМОНАСТЫРЬ СВЯТОЙ ЕКАТЕРИНЫ

aКиевский Богородице-Рождественский монастырь в урочище «Церковщина».

aКуряжский Старохарьковский Преображенский монастырь

aСпасо-Вифанский монастырь

aНиколаевский храм на Святой Скале

aНиколаевский девичий монастырь

aВсехсвятский кладбищенский храм.

aОзерянская пустынь

aИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ СКИТА ВО ИМЯ СВ. ИОАННА ПРЕДТЕЧИ ГОСПОДНЯ, НАХОДЯЩАГОСЯ ПРИ КОЗЕЛЬСКОЙ ВВЕДЕНСКОЙ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ

aРека Иордан

aИсторическое описание Саввино-Сторожевского монастыря

aЛЕТОПИСЬ СЕРАФИМО-ДИВЕЕВСКОГО МОНАСТЫРЯ.

aКРАТКАЯ ИСТОРИЯ ПОДВОРЬЯ СЕРАФИМО-ДИВЕЕВСКОГО МОНАСТРЫРЯ В ХАРЬКОВЕ

aСЕРАФИМО — ПОНЕТАЕВСКИЙ МОНАСТЫРЬ

aСофийский собор

aСвято-Успенская Святогорская пустынь

aСпасо-Вознесенский русский женский монастырь

aПокровский храм Святогорской обители.

aПещеры Свято-Успенской Святогорской пустыни(Лавры).

aПещерный храм преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских

aСеннянский Покровский монастырь

aХорошевский Вознесенский женский монастырь.

aСобор Христа Спасителя в Спасовом Скиту возле с.Борки.

aСвято-Успенская Почаевская Лавра

aУспенский собор Свято-Успенской Святогорской пустыни(Лавры).

aУспенский собор Киево-Печерской лавры

aУспенский собор в городе Харькове.

aСвято-Успенский Псково-Печерский монастырь

aЧасовня апостола Андрея Первозванного

aПещерная церковь Рождества Иоанна Предтечи

aИСТОРИЯ ПРАЗДНИКА ВОСКРЕСЕНИЯ СЛОВУЩЕГО. ИЕРУСАЛИМСКИЙ ВОСКРЕСЕНСКИЙ ХРАМ.

aИстория Святогорского Фавора и Спасо-Преображенского храма

aСвятая Земля. Хайфа и гора Кармил

aХеврон. Русский участок и дуб Мамврийский (дуб Авраама)

aХрамы в Старобельском районе.

aХрамы Санкт-Петербурга

aПамять о Романовых за рубежом. Храмы и их история.

aШАМОРДИНСКАЯ КАЗАНСКАЯ АМВРОСИЕВСКАЯ ЖЕНСКАЯ ПУСТЫНЬ

Церковно-богослужебные книги и молитвословия.

aАрхиерейский чиновник. Книга 1

aАрхиерейский чиновник. Книга 2

aБлагодарственное Страстей Христовых воспоминание, и молитвенное размышление, паче иных молитв зело полезное, еже должно по вся пятки совершати.

aБогородичное правило

aБогородичник. Каноны Божией Матери на каждый день

aВеликий покаянный Канон Андрея Критского

aВоскресные службы постной Триоди

aДРЕВНЯЯ ЗААМВОННАЯ МОЛИТВА НА ПАСХУ.

aЗаклинание иже во святых отца нашего архииерарха и чудотворца Григория на духов нечистых

aЕжечасныя молитвенныя обращенія кающагося грѣшника къ предстательству Пресвятой Богородицы

aКанонник

aКанонник

aКоленопреклонные молитвы, читаемые на вечерне праздника Святой Троицы.

aМОЛЕБНОЕ ПѢНІЕ ВО ВРЕМЯ ГУБИТЕЛЬНАГО ПОВѢТРІЯ И СМЕРТОНОСНЫЯ ЗАРАЗЫ.

aМОЛИТВА ЗАДЕРЖАНИЯ

aМолитвы иерея

aМолитва ко Пресвятей Богородице от человека, в путь шествовати хотящаго.

aМолитва Михаилу Архистратигу, грозному воеводе

aМОЛИТВА ОПТИНСКИХ СТАРЦЕВ

aМолитва по соглашению

aМОЛИТВА Cвященномученика Киприана

aМолитва святителя Иоасафа Белгородского

aМОЛИТВЫ ПОКАЯННЫЕ КО ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ

aМолитвенное поклонение святым угодникам, почивающим в пещерах Киево-Печерской Лавры

aМолитвы священномученика Серафима (Звездинского), составленные в заключении.

aМолитвы митрополита Филарета (Дроздова)

aМОЛИТВЫ ВЪ НАЧАЛѢ ПОСТА СВЯТЫЯ ЧЕТЫРЕДЕСЯТНИЦЫ.

aМолитвослов

aМолитвослов

aМолитвослов

aОктоих воскресный

aПанихидная роспись в Бозе почивших Императорах и Императрицах, Царях и Царицах и прочих Высочайших лицах. С-Петербург. - 1897г.

aПассия

aПѢСНЬ БЛАГОДАРСТВЕННА КЪ ПРЕСВЯТѢЙ ТРОИЦЫ, ГЛАГОЛЕМА ВО ВСЮ СВѢТЛУЮ НЕДѢЛЮ ПАСХИ

aПОЛНЫЙ СЛУЖЕБНИК 1901 ГОДА

aПоследование молебного пения, внегда Царю идти на отмщение против супостатов. 1655 г.

aПсалтирь

aПсалтирь

aПсалтирь Божией Матери

aПоследование во святую и великую неделю Пасхи

aПоследование седмичных служб Великого поста

aПостная Триодь. Исторический обзор

aПОХВАЛЫ, или священное послѣдованіе на святое преставленіе Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодѣвы Марíи

aСлужбы предуготовительных седмиц Великого поста

aСлужбы первой седмицы Великого Поста

aСлужбы второй седмицы Великого поста

aСлужбы третьей седмицы Великого поста

aСлужбы четвертой седмицы Великого поста

aСлужбы пятой седмицы Великого поста

aСлужбы шестой седмицы Великого поста

aСлужбы Страстной седмицы Великого Поста

aСОКРАЩЕННАЯ ПСАЛТЫРЬ СВЯТОГО АВГУСТИНА

aТипикон

aТребник Петра (Могилы) Часть 1

aТребник Петра (Могилы) Часть 2

aТребник Петра (Могилы) Часть 3

aТриодь цветная

aТРОПАРИОН

aЧасослов на церковно-славянском языке.

aЧинъ благословенія новаго меда.

aЧИНЪ, БЫВАЕМЫЙ ВЪ ЦЕРКВАХЪ, НАХОДЯЩХСЯ НА ПУТИ ВЫСОЧАЙШАГО ШЕСТВІЯ.

aЧИНЪ «НА РАЗГРАБЛЯЮЩИХЪ ИМѢНІЯ ЦЕРКОВНЫЯ»

aЧИН ПРИСОЕДИНЕНИЯ КЛИРИКОВ ПРИХОДЯЩИХ ОТ ИЕРАРХИИ МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ УСТАНОВЛЕННЫЙ СОБОРОМ ЕПИСКОПОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ЗАГРАНИЦЕЙ (27 ОКТЯБРЯ/9 НОЯБРЯ 1959 Г.)

aЧин чтения 12-ти псалмов