Опубликовано Общество - сб, 09/21/2019 - 22:00

ТРАГЕДИЯ РУССКОЙ ЦЕРКВИ. 1917-1945

Лев Регельсон

(Книга прекрасно показывает путь РПЦ к "церковной свободе" и какой страшной трагедией обернулась эта клятвопреступническая "свобода" для русского православного народа).

От автора

Замысел этой работы, посвященной истории Русской Православной Церкви после 1917 года, складывался в не­посредственной и органической связи с теми духовными ис­каниями и событиями, которыми отмечена Ее история за последние десять лет.

Открытое письмо Патриарху о. о. Н. Эшлимана и Г. Яку­нина положило начало постепенному просветлению той ту­манной атмосферы благочестивого мифа, которая скрывала правду о Русской Церкви от Нее Самой и от Ее искренних друзей. Значительность и новизна этого духовного акта за­ключалась не только в обличении государственного насилия над Церковью, хотя и это было сделано с большей энергией и убедительностью, чем кем бы то ни было прежде.

Главное заключалось в преодолении той бездуховной прикованности к внешней стороне жизни, которая в совре­менной России заставляет каждого искать корни своих болезней где угодно, но только не в себе самом. Обычное бессильное негодование против лживости и жестокости государственной политики начало сменяться стремлением "навести порядок в собственном доме", не дожидаясь возникновения "благоприятных условий", ибо для духов­ного, церковного делания всякое время благоприятно, и время скорбей и гонений, быть может, благоприятно в наибольшей степени.

Отрезвляющее впечатление, произведенное "Открытым письмом", было связано, таким образом, не столько с разо­блачением очередной попытки насильственного уничтоже­ния Церкви, сколько с разоблачением той дряблости цер­ковного духа, той вовлеченности в мирскую стихию, той зараженности страхом и ложью, которая обнаружилась при этом в самой Русской Церкви, в особенности в Ее высшей иерархии.

Однако, когда встал вопрос о выходе из этого болезнен­ного и невыносимого состояния, вскоре стало очевидным, что путь обличений и призывов, направленных к архиереям, также несостоятелен. Хотя несомненно, что преодоление всякого церковного кризиса начинается с личного духов­ного подвига, а характер нынешнего кризиса требует этого подвига прежде всего от епископов, однако именно здесь вскрывается самая глубокая болезнь современной русской церковности, наглухо закрывающая возможность для та­кого спасительного усилия.

Трагизм нынешнего положения не в том, что Патриарх и большинство епископов избрали путь малодушного сер­вилизма, усугубляющий в новых условиях худшие традиции эпохи церковно-государственной симфонии, но в том, что усилия отдельных ревнителей сохранить Церковь от растле­ния и разрушения пресекались не только государственным насилием, но прежде всего и главным образом — насилием церковно-административным.

Ярким прецедентом, убившим всякую надежду отдель­ных епископов на возможность самостоятельной церковной инициативы, была судьба владыки Ермогена (Голубева), ко­торый в период "хрущевского гонения" сумел, опираясь на поддержку духовенства и верующего народа, не выходя за рамки гражданской законности, успешно противостоять государственному нажиму. В двух епархиях он сохранил храмы от закрытия, в период, когда была ликвидирована половина приходов Русской Церкви. Однако владыка Ермоген, проявивший реальность своей архипастырской власти перед лицом гражданских чиновников, оказался духовно безоружным перед насилием со стороны тех же чинов­ников, когда оно осуществилось не прямо, а через посред­ство Патриарха Алексия, устранившего владыку Ермогена — под видом "увольнения на покой" — от архиерейского служения и сославшего его в удаленный монастырь. Анало­гичная судьба постигла тех епископов, которые пытались возражать против постановления Церковного Управления, изъявшего контроль над церковным имуществом из рук иерархии и передавшего этот контроль в руки старост, а через них — в руки местных органов гражданской власти.

В сознании и сердце епископов не мог не возникнуть трагический конфликт между требованиями церковной совести и архипастырского долга, с одной стороны, и требованием административного послушания Патриарху — с другой. Конфликт этот неизменно решался в пользу послушания, порождая чувства уныния, безнадежности, бесплодности каких-либо попыток проявления церковной инициативы, в малейшей степени противоречащей очеред­ному повороту курса государственно-церковной политики. Однако всякий другой путь казался покушением на вели­чайшую святыню — церковное единство...

Такой принципиальный разлад в недрах церковной со­вести, такой безысходный конфликт между требованиями церковной правды и церковного единства свидетельст­вовал, конечно, не о том, что Церковь не может сохранить свою чистоту в условиях недоброжелательства гражданской власти, но о том, что существует глубокий дефект в самом церковном сознании, в самом понимании природы и струк­туры Церкви. Как следствие этого дефекта сознания над Русской Церковью нависла, с одной стороны, угроза рас­пада на враждующие между собой части с различной по­литической ориентацией, с другой — угроза "канонического плена", позволяющего одному человеку, ставшему Патри­архом не без помощи "мирских начальников", завести Цер­ковь в бездну духовного падения, явным образом не нару­шая при этом букву православных догматов.

Реальность первой угрозы доказывается опытом цер­ковных расколов 20-х годов, а также тем фактом, что и в настоящее время Русская Церковь распадается, по край­ней мере, на пять частей: две на территории СССР — Мос­ковская Патриархия и "катакомбная Церковь", малочислен­ная, но хранящая богатое духовное наследство, и три "юрис­дикции" за рубежом: синодальная ("Карловацкая"), запад­но-европейская и американская — каждая из которых, по-видимому, остается в глубинном экклезиологическом смы­сле принадлежащей к Русской Церкви, несмотря на все временные попытки того или иного решения проблемы ад­министративно-канонического управления.

Реальность второй угрозы — "канонического плена" — доказывается постепенной эррозией православного цер­ковного сознания, вызываемой длительным и настойчивым воздействием на него со стороны официальной государ­ственной идеологии через посредство Высшего Церковного Управления. Эта постепенная эррозия едва не перешла в духовную катастрофу, когда после смерти Патриарха Алексия возникла вполне реальная возможность, что Патриархом Русской Церкви станет митрополит Никодим (Ротов).

В "Обращении к Поместному Собору 1972 г." свящ. Н. Гайнова и мирян Ф. Карелина, Л. Регельсона и В. Капитанчука на основании тщательного исследования было показа­но, что митр. Никодим с группой богословов на протяже­нии многих лет развивал и насаждал в Русской Церкви новое, соборно не обсуждавшееся учение в духе апокалип­тического религиозного коммунизма, в котором давалась новая догматическая формулировка тех основ христиан­ской веры, которые не были сформулированы в Догматах Вселенских Соборов.

Ни в какой степени не отрицая свободы богословского творчества в Православной Церкви, авторы "Обраще­ния", помимо анализа сомнительных аспектов нового уче­ния, указали на тот глубоко тревожный факт, что внедрение нового учения и с ним — новой духовности производилось путем целенаправленной смены состава епископата, так что несколько десятков новых епископов были поставлены под влиянием и по выбору митр. Никодима, пытавшегося таким образом усилить свои позиции среди русской иерархии. При существующей практике иерархического взаимоотноше­ния между Патриархом и епископами ничто не могло по­мешать митр. Никодиму, если бы он стал Патриархом, сме­нить весь состав русского епископата. Очередное колебание государственной политики, совершившееся — мы верим — не без Промысла Божьего, помешало митр. Никодиму прийти к власти в Церкви и привело к этой власти иерарха более консервативного в отношении богословских новшеств. Однако пережитая опасность с ужасающей очевидностью вскрыла тот факт, что в сознании и в практике Русской Церкви, во всяком случае в той ее части, которая админи­стративно подчинена Московской Патриархии, нет ника­ких начал, никаких принципов, которые могли бы воспре­пятствовать такому духовному насилию над всей Церковью со стороны одного иерарха, вставшего во главе Церковного Управления и пользующегося поддержкой государственной власти.

При всем этом для православного сознания представ­лялось несомненным, что патриаршество, восстановленное Поместным Собором 1917-18 гг., является величайшим ду­ховным достоянием Русской Церкви, так что принципиальный экклезиологический разрыв с Патриархом, какими бы личными недостатками Патриарх ни обладал, чреват воз­никновением какой-то глубинной ущербности церковной жизни. Эта ущербность реально переживалась в опыте от­делившихся от Патриарха группировок Русской Церкви, не­смотря на сохранение ими чистоты веры, благодатности таинств и свободы от внедрения в Церковь чужеродных Ей государственных начал.

Положение казалось безвыходным: ради сохранения одного аспекта церковности необходимо было жертвовать другими — с чем православное сознание примириться не могло, ибо такой вывод означал бы частичное разрушение веры в Церковь.

Невозможность найти положительное разрешение во­проса, оставаясь в рамках привычных понятий и истори­ческих прецедентов, свидетельствовала о том, что Русская Церковь поставлена перед лицом глубокого экклезиологического кризиса, выход из которого не может осуществиться иначе, как путем углубления и прояснения православного понимания природы Церкви — в аспекте церковного устройства.

Такое углубление экклезиологического сознания не мо­жет быть, однако, достигнуто без приобщения к реальному опыту исторического становления Церкви, в котором и осу­ществляется откровение Ее природы.

Между тем, в сознании большинства членов Русской Церкви в настоящее время имеется зияющий провал церковно-исторической памяти, причем провал этот относится к наиболее содержательному и духовно напряженному пе­риоду русской церковной истории — тому периоду, в который зарождался нынешний церковный кризис и, одновременно, вынашивались возможности его разрешения.

Отсюда становится ясным, что первым шагом к выходу из кризиса должно быть восполнение этого пробела, и лишь приобщение к этому беспрецедентному опыту может дать прочное основание для всех последующих духовных усилий.

Работа по осмыслению материала, относящегося к исто­рии Русской Православной Церкви после Поместного Собо­ра 1917-18 гг., началась сразу же после опубликования "От­
крытого письма" двух священников и с перерывами про­должалась все эти годы.

Хотя данное исследование непосредственно написано одним человеком, однако автор считает своим правом и долгом назвать тех лиц, которые принимали участие в этом осмыслении: о.о. Николай Эшлиман и Глеб Якунин, Феликс Карелин, Виктор Капитанчук и Евгений Барабанов. Каждый из них внес решающий духовный вклад в понимание того или иного аспекта духовных проблем, возникших в связи с этой работой, так что отсутствие одного из названных лиц, ско­рее всего, привело бы к тому, что данная работа не появи­лась бы на свет. Соборность процесса осмысления, разу­меется, не снимает с автора полной ответственности за по­нимание и изложение как частных вопросов, так и общих выводов.

Автор выражает благодарность о. Николаю Педашенко, о. Сергию Желудкову, а также Анатолию Левитину и ряду других лиц за обсуждение отдельных моментов русской цер­ковной истории, в которых они принимали личное участие; о.о. Г. Якунину и Н. Педашенко, а также Е. Барабанову и М. Агурскому за помощь в собирании необходимых доку­ментов и книг.

Особо должна быть отмечена роль тех ревностных тру­жеников, которые посвятили свою жизнь собиранию и хра­нению уникальных или труднодоступных материалов по истории Русской Церкви.

Ценнейший архив таких материалов был изъят следст­венными органами во время паломничества нескольких участников этой работы в Новый Афон в 1968 году и до сих пор не возвращен. Потеря, казавшаяся невосполнимой и вынудившая на время отложить работу, милостью Божией была впоследствии возмещена с лихвой.

Отметим, далее, те исследования, на которые автор бо­лее всего опирался при сборе и анализе исторического ма­териала. Для периода 1922-24 гг. одним из основных источ­ников явилось фундаментальное исследование А. Левитина и В. Шаврова "Очерки по истории русской церковной сму­ты 20-30-х годов XXвека", тт. 1-3, Москва, Самиздат, 1960 г., посвященное обновленческому расколу. Богатый, хотя да­леко не полный, материал по истории гонения на Церковь в 1918-1925 гг. дает ставшая библиографической редкостью, но и теперь остро актуальная работа А. А. Валентинова "Черная книга" ("Штурм небес"), Париж, 1925 г. (с вводной статьей Петра Струве). Незаменимым пособием явилась единственная в своем роде книга прот. М. Польского "Но­вые мученики российские", Джорданвилль, т. 1, 1949г.; т. 2, 1957 г. Хотя некоторые духовные установки М. Польского представляются спорными, однако значение этой книги для церковного читателя в СССР, если бы она была ему хоть в какой-то степени доступна, трудно переоценить.

Для изучения церковной оппозиции против митр. Сер­гия (Страгородского) в конце 20-х годов важную роль сы­грала диссертация архимандрита (теперь архиепископа) Иоанна Снычева "Церковные расколы в Русской Церкви 20-х и 30-х годов XXстолетия", 1965 г., написанная по ма­териалам и под руководством митрополита Мануила (Лемешевского), сохранившего для истории многие важнейшие сведения о той эпохе. Работа архим. И. Снычева ценна еще и тем, что она представляет собой наиболее разработанную попытку серьезной и вполне искренней апологии церковной позиции митр. Сергия. Шеститомный словарь русских епи­скопов митр. Мануила (Самиздат) явился уникальным источником для исследования изменений состава русской иерархии и для получения биографических сведений о епи­скопах.

Отметим также небольшую, но содержательную статью католического священника А. Дейбнера "Русские иерархи под игом безбожников" ("Благовест", № 4, 1931, Париж).

Граждански-правовой аспект положения Церкви в СССР в 20-е годы обстоятельно рассмотрен в ряде статей в жур­нале "Путь" (в частности, И. Стратоновым).

Остальные источники указаны в списке, помещенном в конце Приложения I (Часть II).

Данное исследование состоит из двух частей: в I части рассматриваются с авторских позиций узловые моменты русской церковной истории 1917-1945 г. II часть пред­ставляет собой научно-историческое приложение, в которое входят: 1) история Русской Церкви этого периода в датах и документах; 2) изменение состава русского епископата по годам и 3) биографические сведения о епископах, находив­шихся в церковной оппозиции к митрополиту Сергию. Пере­несение во II часть всего объема фактических сведений позволило избежать чрезмерной перегруженности I части.

Позиция автора, безусловно, отразилась и в подборке цитируемых в Приложении I документов, хотя он стремился к тому, чтобы в этой подборке были представлены различные точки зрения и чтобы основные темы можно было про­следить в их развитии. Автор надеется, что односторонность, неизбежная в данном исследовании, будет преодолена в дальнейшем изданием возможно более полного, объектив­ного и беспристрастного сборника документов, который со­ставит несколько объемистых томов.

В настоящем исследовании несомненно будут обнару­жены ошибки и неточности. Если ошибки в авторской по­зиции могут быть исправлены только соборным церковным обсуждением, то научно-исторические и литературные де­фекты, возможно, удалось бы уменьшить при наличии вре­мени и сил. Учитывая реальную опасность, что возможность дальнейшей работы может в любой момент прерваться, ав­тор решается выпустить этот труд в несколько незавершен­ном виде. Слишком велик долг перед мучениками Русской Церкви, чтобы можно было далее откладывать эту попыт­ку свидетельства об их подвиге и духовных исканиях.

Цель автора не в том, чтобы заставить услышать себя, но в том, чтобы помочь услышать их. Большую часть иссле­дования составляют выдержки из подлинных церковных документов, в своей совокупности неизвестных почти нико­му в Русской Церкви. Авторский текст сведен до минимума и служит задаче выделения — из всего богатства церковного свидетельства — нескольких основных идей и тенденций, наиболее важных для решения церковных проблем сегод­няшнего дня.

ЧАСТЬ I

 

 

У ИСТОКОВ ЦЕРКОВНОЙ СВОБОДЫ…

 

Глава I.

 

Всероссийский Церковно-Поместный собор 1917-18 гг. и русская междоусобица

Поместный Собор 1917-18 гг. является поворотным со­бытием в истории Русской Церкви, определяющим все фор­мы ее нынешнего существования. Во всех разномыслиях и разделениях, которые возникали впоследствии, авторитет Собора оставался непререкаемым. Полнота церковного пред­ставительства на Соборе, охватившем все основные течения церковной жизни, и благодатное единодушие Собора в ре­шении основных, узловых вопросов — превращают этот Со­бор в одно из тех незыблемых оснований, на которых строи­лась и продолжает строиться Русская Церковь. Память о Соборе, верность его духу есть единственная надежда на достижение грядущего единства Церкви, кажущегося столь далеким от нынешней церковной реальности. Более того, это явленное соборное единство было и остается единственной альтернативой тому духу ненависти и братоубийственной вражды, которым и поныне больна Россия.

В годы великой смуты только Русская Церковь проти­востояла всеобщему раздору и жертвенной кровью своих страстотерпцев, пролитой за неучастие в братоубийстве, скрепила незыблемое евангельское основание грядущего и чаемого единства.

И сейчас, когда Русская Церковь и Россия разодраны на враждующие части, а в самой Русской Земле все тот же нераскаянный грех братоубийства непрестанно порождает мертвенное отчуждение и взаимную ненависть под личиной насильственного и механического единства, — нет и не бу­дет иного спасения, как припасть к тем заброшенным, но неиссякающим источникам жизни, любви и духовной силы, нет другого пути, как заново обрести для себя неисчерпае­мые духовные богатства, которые под внешне непритяза­тельной формой явила Русская Церковь в те зачинательные, судьбоносные годы...

Всероссийский Церковно-Поместный Собор неразрывно связан с одним из самых критических моментов истории христианства. Это был момент окончания Константиновской эпохи, длившейся без малого 1600 лет и начавшейся тогда, когда Бог призвал императора Константина принять духов­ное покровительство христианской Церкви над земным го­сударством.

В свое время этот неожиданный и резкий, по непосред­ственному Божественному Повелению совершившийся по­ворот духовной истории человечества был с немалым тру­дом и не без тяжких внутренних потрясений воспринят Все­ленской Церковью — на Русскую же Церковь пала вся тяжесть окончательного разрыва земного государства с христианством как своей духовной основой.

Особый характер церковно-государственной "симфо­нии" в России был обусловлен тем, что здесь Церковь не встретилась с прочно сложившимся, веками устоявшимся государственным устройством, как это имело место в Рим­ской империи в эпоху Константина и Юстиниана, где поэто­му речь могла идти лишь об освящении, об одухотворении, о религиозно-нравственном наполнении уже существовав­ших государственных форм и где римская государствен­ность в силу своей зрелости сама оказала формирующее влияние на структуру и организацию Вселенской Церкви; напротив, в России Православная Церковь в значительной степени осуществляла творческую задачу созидания и фор­мирования государственного организма. Образцами для та­кого созидания являлись библейские ветхозаветные царства, Византийская империя и, наконец, непосредственное духов­ное созерцание Божественной Премудрости, стремление осмыслить и построить земную жизнь как софийный образ, как икону жизни небесной. "Взирая на единство Святой Троицы, побеждать ненавистное разделение мира сего", — учил преподобный Сергий Радонежский.

Несмотря на многие провалы и неудачи, Церковь смот­рела — и не без оснований — на русскую государственность как на свое детище, связанное с ней неразрывными узами. Народ относился к царю с почти религиозным благогове­нием, как к некоему малому Помазаннику-Христу, как бы прозревая в нем икону и символ Самого Господа Иисуса, царствующего в творении, т. е. Иисуса в апокалиптической перспективе — "Господа господствующих и Царя царей" (Откр. 17,14). Глубокая сакрализация идеи земного царя, связанная с характерным для России остро-софийным вос­приятием символа, вплоть до потери ощущения различия между символическим и реальным воплощением Первооб­раза, приводила к тому, что православное народное созна­ние склонно было видеть Церковь и Царство как реально­сти, расположенные в одной плоскости бытия, забывая о том, что Церковь, как Тело Христово, онтологически уко­реняется в Самом Боге, тогда как земное царство — какому бы церковному освящению оно ни подвергалось — есть ре­альность ветхого человека, и в лучшем случае — реальность прообразовательная.

Вот, например, какую картину монархии нарисовал Иннокентий Херсонский — картину, явно выходящую за пределы исторической реальности, восходящую к тому Царству Христову, которое лишь как бы прозревается и предвосхищаетсявнесовершенномхристианскомцарстве, осуществленномвистории:

"Христианин... верует, что Вышний владеет царством человеческим (Дан. 4,22) и что народоправители, при всем величии их, суть только слуги (Рим. 13,4) Самодержца не­бесного. Посему между Царем земным и Небесным должно происходить непрестанное, живое сношение для блага на­рода...

Моисей выходит на Синай для собеседования с Богом и принятия от Него закона (Исх. 19,20); Илия возводится на Хорив для созерцания славы Божией (3 Цар. 19,11); Сам Сын Божий на безмолвной вершине Фавора слышит глас, нарицающий Его Сыном возлюбленным (Матф. 17,5). Должен быть и для народов постоянный Синай, на коем слышна бы­ла бы воля небесного Законодателя; — постоянный Фавор, где бы свет славы Божией отражался на лице венчанных представителей народа. Этот Синай, сей Фавор есть — пре­стол царский". (В. М. Скворцов, "Церковный Совет и го­сударственный разум" (сборник цитат), СПб, 1912).

Член. Собора 1917-18 гг., Н. И. Троицкий, писал о том времени, когда царь Феодор установил в Москве в 1589 году "превысочайший престол патриарший": "Получилась карти­на поистине умилительная, когда эти два трона, царский и патриарший, стали рядом в Московском Успенском Соборе: престол царя и престол патриарха — пред престолом "Царя царствующих и Вечного Первосвященника, прошедшего небеса". Так две власти верховные на земле, поддержи­ваемые одна другой, стали под сению единой благодати Вседержителя Христа". (Деяния Собора, кн. III, прил. IIк деян. 31, Пг., 1918).

Идея о том, что земное царство есть плоть от плоти детище Церкви, получила свое предельное выражение в тот период истории, когда Русская Церковь, достигшая зрело­сти, осознавшая свою вселенскую миссию как хранитель­ницы полноты и чистоты Православия, вывела Россию из бедствий Смутного времени и, обладая непререкаемым авторитетом, смогла на короткое время при Патриархе Фи­ларете и царе Михаиле реализовать свое представление о со­отношении Церкви и Царства. Однако дальнейшие события показали всю непрочность этого исторического воплощения идеала симфонии. Трагедия старообрядческого раскола, в котором была разорвана связь национальной традиции с вселенской природой Православия; бунт царя Алексея Михай­ловича против духовного руководства Патриарха Никона, завершившийся сокрушением мощи и влияния патриарше­ства; реформы Петра, превратившие церковную организа­цию в придаток государственного организма; конфискация Екатериной II церковных земель, подорвавшая материаль­ную независимость Церкви — все это доказывало, что Цер­ковь и государство — это два разных организма, имеющих разную природу и лишь частично совпадающие цели.

Много усилий к восстановлению самостоятельного достоинства Церкви приложил великий московский митро­полит Филарет. Ощущением этого достоинства полны его слова о взаимном отношении Церкви и государства.

"Да, есть в том польза, когда алтарь и престол союзны, но не взаимная польза есть первое основание союза их, а са­мостоятельная истина, поддерживающая тот и другой. Благо и благословение царю покровителю алтаря; но не боится алтарь падения и без сего покровительства. Прав священник, проповедующий почтение царю, но не по праву взаимности, а по чистой обязанности, если бы то случилось и без надежды взаимности... Константин Великий пришел к алта­рю Христову, когда сей уже стоял на пространстве Азии, Европы и Африки: пришел не для того, чтобы поддержать оный своей мощью, но для того, чтобы со своим величест­вом повергнуться пред его Святыней. Живый на небесах ра­но посмеялся тем, которые поздно вздумали унизить Его божественную религию до зависимости от человеческих по­собий. Чтобы сделать смешным их мудрование, Он три века медлил призывать мудрого царя к алтарю Христову, а меж­ду тем со дня на день восставали на разрушение алтаря сего: царь, народы, мудрецы, сила, искусство, корысть, хитрость, ярость. Что же, наконец? Все сие исчезло, а Церковь Хри­стова стоит не потому, что поддерживается человеческою силой..." (В. М. Скворцов, стр. 26).

Со всей ясностью и трезвостью видит митрополит Фила­рет естественные истоки государства — в нравственном за­коне и семейной жизни ветхого человека:

"Что есть государство? Союз свободных нравственных существ, соединившихся между собой с пожертвованием ча­стью своей свободы для охранения и утверждения общими силами закона нравственности, который составляет необхо­димость их бытия. Законы гражданские суть не что иное, как примененные к особенным случаям истолкования сего закона и ограды, поставленные против его нарушения...

...В семействе лежат семена всего, что потом раскрылось и возросло в великом семействе, которое называют государ­ством. Там нужно искать и первого образа власти и подчи­нения, видимых ныне в обществе. Отец, который естествен­но имеет власть дать жизнь сыну и образовать его способно­сти, есть первый властитель; сын, который ни способностей своих образовать, ни самой жизни сохранить не может без повиновения родителям и воспитателям, есть природно под­властный. Но как власть отца не сотворена самим отцом и не дарована ему сыном, а произошла вместе с человеком от Того, Кто сотворил человека, то открывается, что глубо­чайший источник и высочайшее начало первой, а следова­тельно всякой последующей между людьми власти в Боге" (там же, стр. И).

Большую роль в критике синодального строя сыграли славянофилы, проповедовавшие идеи соборности Церкви и свободы человеческого духа, видевшие в Церкви особый духовный организм, основанный на свободном, чуждом какого-либо принуждения единении всех членов его между собою.

Однако, требуя восстановления самостоятельного бытия Церкви, как организма высшего по отношению к госу­дарству, церковные деятели не одобряли идею отделения государства от Церкви в смысле принятия государством религиозно-индифферентной позиции.

"Отделенное от Церкви государство, — писал Вл. Соло­вьев, — или совсем отказывается от духовных интересов, лишается высшего освящения и достоинства и вслед за нрав­ственным уважением теряет и материальную покорность подданных; или же, сознавая важность духовных интересов в жизни человеческой, но не имея, при своем отчуждении от Церкви, компетентной и самостоятельной инстанции, ко­торой оно могло бы предоставить высшее попечение о ду­ховном благе своих подданных или о воспитании народов для Царства Божия, государство решается брать эту заботу всецело в свои руки; а для этого ему пришлось бы последователъно присвоить себе высший духовный авторитет, что было бы безумной и пагубной узурпацией, напоминающей "человека беззакония" последних дней: ясно, что государст­во, забывая свое сыновнее положение относительно Церкви, выступало бы тут во имя свое, а не во имя Отца".(В. М Скворцов, стр. 48; подч. нами — Л. Р.).

Не менее категорично высказывается о катастрофичес­ких последствиях отпадения государственной власти от хри­стианских начал епископ Феофан Затворник:

"Царская власть, имея в своих руках способы удержи­вать движения народные и держась сама христианских на­чал, не попустит народу уклониться от них, будет его сдер­живать. Как антихрист главным своим делом будет иметь отвлечь всех от Христа, то и не явится, пока будет в силе царская власть. Она не даст ему развернуться, будет мешать ему действовать в своем духе. Вот это и есть удерживающее (подч. еп. Феофан — Л. Р.). Когда же царская власть падет, и народы всюду заведут самоуправство (республики, демо­кратия), тогда антихристу действовать будет просторно. Са­тане не трудно будет подготовлять голоса в пользу отрече­ния от Христа, как это показал опыт во время французской революции. Некому будет сказать veto — властное. Смирен­ное же заявление веры и слушать не станут. Итак, когда за­ведутся всюду такие порядки, благоприятные раскрытию антихристовых стремлений, тогда и антихрист явится. До того же времени подождет, удержится". (Там же, стр. 30).

Надеждам на восстановление достоинства и незави­симости Церкви, при одновременном сохранении основных принципов церковно-государственной симфонии, не суждено было сбыться.

В действительности процесс возрождения церковной свободы шел параллельно с разрушением симфонии.

31 марта 1905 г. Николай II, в ответ на просьбу Св. Си­нода, возглавляемого митр. Антонием (Вадковским), выра­зил готовность на созыв в подходящее время Поместного Собора, который должен был сам решить вопрос о новой форме церковного управления, а 17 апреля вышел царский указ о веротерпимости, согласно которому отпадение из православия в другое христианское исповедание перестало подлежать какому-либо преследованию со стороны государ­ства, а при известных условиях допускался и переход в нехристианские исповедания.

По свидетельству митр. Евлогия, "внесение правитель­ством в Государственную Думу законопроектов о свободе вероисповедания или, по принятой терминологии, "о свободе совести" вызвало большое негодование в церковном обществе,особенносредиепископовидуховенства..."(митр. Евлогий, "Путь моей жизни", стр. 202).

Государственная Дума, в которой вероисповедный во­прос привлек исключительное внимание, пошла значитель­но дальше правительства, признав равноправие перед лицом закона всех вероисповеданий, как христианских, так и не­христианских. Хотя это решение Думы было отвергнуто Го­сударственным Советом, однако оно показало, что большин­ство либеральных политических деятелей категорически от­казывалось от одной из основ константиновской симфонии — обеспечения прав и привилегий господствующей Церкви методами государственного принуждения.

Болезненные удары со стороны Думы были нанесены Церкви также в вопросах о государственном финансирова­нии и о церковно-приходских школах. Обсуждение этих во­просов все яснее показывало, что большая часть русской общественности, за исключением правой и националисти­ческой партий, не имевших достаточно широкой поддержки в народной массе, уже отказалась от идеи симфонии.

Одновременно в самой Церкви шла интенсивная твор­ческая работа, особенно ярко проявившаяся в деятельности Предсоборного Присутствия 1906-1907 гг., приводившая к осознанию Ею самой себя как самостоятельного организ­ма, для нормальной жизнедеятельности которого необходи­мо освобождение от слишком тесной связи с государствен­ной властью и одновременно ограждение от разгоравшихся в то время в России, стремившихся захватить Церковь, пар­тийных страстей. Процесс этого осознания далеко не закончился к моменту созыва Собора, но сдвиги в этом направлении были несомненны и весьма велики.

Разочарование в обещаниях царя в связи с постоянно откладывавшимся созывом Собора и глубокое потрясение, вызванное 10-летним господством распутинщины, привели многих искренних членов Церкви к заметному охлаждению верноподданнических чувств и к сомнениям в способности монархии вывести Россию из кризиса без глубоких реформ всей государственной и церковной жизни. Не случайно Св. Синод отнесся резко отрицательно к предложению обер-прокурора Раева (за несколько дней перед отречением Го­сударя) обратиться с воззванием к народу с призывом под­держать рушащуюся монархию. Церковь, напротив, полно­стью поддержала позицию Великого Князя Михаила и Государственной Думы, открывавшую возможность ненасиль­ственного выражения воли всего русского народа о желае­мом образе правления (монархия, республика и т. д.) путем созыва Учредительного Собрания. (Все ссылки на источники, а также даты событий и выдержки
из документов см. Приложение I(ЧастьII). При всех неясностях исто­
рического характера рекомендуется обращаться к этому Приложению,
т. к. там фактические события отражены более полно). Несомненно, значи­тельная часть Церкви приняла с чувством облегчения и за­явление нового обер-прокурора об освобождении Церкви от опеки государства и увольнение на покой ставленников Распутина — митрополитов Петроградского Питирима, Мос­ковского Макария, Тобольского Варнавы и др.

Однако ослабление связей с монархией отнюдь не при­вело к укреплению связей Церкви с политическими партия­ми, возглавлявшими правительство в период подготовки страны к Учредительному Собранию. Неоднократные кон­фликты Церкви с октябристами и кадетами, не говоря уже о социалистах, еще в период 3-й и 4-й Думы, затем властная политика обер-прокурора В. Н. Львова, пытавшегося "осво­бождать" Церковь от опеки государства путем глубокого государственного администрирования, наконец, чрезвычай­но болезненное для Церкви постановление Временного Пра­вительства о переходе церковно-приходских школ в ведом­ство Министерства народного просвещения, пресекавшее церковную инициативу в деле народного образования, — все это побуждало Церковь отказаться от надежд на полити­ческие силы России и действовать самостоятельно, в соот­ветствии с собственными духовными принципами, выражав­шими религиозные убеждения и чувства ее многочисленных чад.

Разумеется, это освобождение Церкви от органической связанности с государством, ставшей многовековой тради­цией, проходило не безболезненно, постепенно, путем иногда великих духовных усилий, под давлением чрезвычайных исторических событий, но все же исключительно важно, что процесс этого освобождения к моменту созыва Помест­ного Собора достиг уже такой степени, что позволил Церкви достойно выполнить в новых условиях свою духовную мис­сию, свой долг перед русским народом.

Нам представляется фактом первостепенной важности, что Церковь осознала свою историческую миссию в критический момент жизни России не в борьбе за то или иное государственное устройство (прежде всего — не в борьбе за монархию, любовь к которой, несомненно, сохранялась в сердцах многих верующих), не в борьбе за укрепление своих собственных позиций в государстве, а прежде всего и главным образом — в борьбе за прекращение народной распри и вражды, за прекращение партийных и социальных раздоров, за сохранение в России подлинно христианского, подлинно православного духа братолюбия.

12 июля Св. Синод обращается к Церкви и гражданам России с призывом к прекращению партийных раздоров, 24 августа Всероссийский Церковно-Поместный Собор (от­крывшийся 15 августа) обращается к народу, а также от­дельно к армии и флоту, с призывом к прекращению распри. Болью и тревогой за будущее родины наполнены слова об­ращений, порой возвышающихся до библейского пророчес­кого пафоса: "...Ныне в рядах нашего воинства рядом с до­блестными защитниками родины находится немало людей, забывших Бога, и совесть, и Отечество. Несмотря на совер­шившийся переворот, призывающий всех к обновлению и усовершенствованию народной жизни, разложение проник­ло далеко вглубь России, и по всей земле водворилась смута. Совершающиеся ежедневно в разных местах нашего Оте­чества события порождают мысль, что близится гибель Рос­сии, раздираемой и внешними и внутренними врагами... Забвение христианских начал ведет к пробуждению живот­ных и зверских инстинктов в жизни и грозит разрушением всей христианской культуры и основ всякого разумного че­ловеческого общежития..." — гласило послание Св. Синода от 2 августа 1917 г.

1 сентября Собор принимает постановление по поводу угрожающей России братоубийственной войны:

"Верная своим священным заветам, Церковь Православ­ная не принимает участия в борьбе политических партий", говорится в постановлении. "Междоусобие должно быть предотвращено, братоубийство должно быть оставлено окончательно, примирение обеих враждующих сторон должно быть полным и прочным. Не должно быть места для недостойных актов кровавой мести".

Чем больше проходит времени, чем яснее раскрывается перед нами духовный смысл эпохи, тем все глубже и значитальней звучат эти простые, искренние, подлинно еван­гельские слова.

То, что это были не только слова, а глубочайшее рели­гиозное убеждение, лучшие сыны Церкви — им же несть числа — доказали в дальнейшем не только своей жизнью, но и своей смертью, принятой во имя братолюбия, принятой за неучастие в братоубийственной бойне, за призыв к пре­кращению кровавого раздора...

Призыв этот рождался из самых недр церковности, ибо прежде всего на самом Соборе дух мира, терпения и любви все более явственно торжествовал над подозрительностью, завистью, гневом, злобной одержимостью политическими идеями — над всеми этими предтечами того духа брато­убийственной вражды, который овладевал в то время Рос­сией. Вот как рассказывает об этом участник Собора, мит­рополит Евлогий:

"Русская жизнь в те дни представляла море, взбаламу­ченное революционной бурей. Церковная жизнь пришла в расстройство. Облик Собора, по пестроте состава, неприми­римости, враждебности течений и настроений, поначалу тре­вожил, печалил, даже казался жутким... Некоторых членов Собора волна революции уже захватила. Интеллигенция, крестьяне, рабочие и профессора неудержимо тянули влево. Среди духовенства тоже были элементы разные. Некоторые из них оказались теми "левыми" участниками предыдущего революционного Московского Епархиального съезда, кото­рые стояли за всестороннюю "модернизацию" церковной жизни. Необъединенность, разброд, недовольство, даже взаимное недоверие... — вот вначале состояние Собора. Но — о, чудо Божие! — постепенно все стало изменяться... Тол­па, тронутая революцией, коснувшаяся ее темной стихии, стала перерождаться в некое гармоническое целое, внешне упорядоченное, а внутренно солидарное. Люди становились мирными, серьезными работниками, начинали по-иному чув­ствовать, по-иному смотреть на вещи. Этот процесс молит­венного перерождения был очевиден для всякого вниматель­ного глаза, ощутим для каждого Соборного деятеля. Дух мира, обновления и единодушия поднимал всех нас..."

"Основная задача Священного Собора, — писал член Собора А. В. Васильев, — это — положить начало вос­становлению в жизни нашей Церкви и нашего Отечества исповедуемой нами в 9-м члене Символа веры, но в жизни пренебреженной и подавленной — соборности (разрядка Васильева — Л. Р.). Если мы исповедуем Церковь соборною иапостольскую, а Апостол определяет ее кактело Христово, как живой организм, в котором все члены находятся во взаимообщении и соподчинены друг другу, то значит такая соподчиненность не чужда началу соборности и соборность не есть полное равенство одинаковых членов или частиц, а содер­жит в себе признаниеличного и иерархического начал... Соборность не отрицает власти, но требует от нееопределения к добровольному ей повиновению. Итак,власть, определяющая себякак служение, по слову Иисуса Христа: пер­вый из вас да будет всем слуга, — иподвластные, добровольно покорствующие признаваемому ими авторитету, согласие, единомыслие и единодушие, в основе кото­рых лежат взаимные, общие друг к другу доверение и любовь, —такова соборность. И только при ней возможно осуществление истинной христианской сво­боды и равенства и братства людей и народов... В соборно­сти стройно согласуются личноиерархическое и обществен­ное начала. Православное понимание соборности содержит в себе понятиевселенскости, но оно — глубже, указывает на внутреннюю собранность, цельность, как в от­дельном человеке его душевных сил, воли, разума и чувства, так и в целом обществе и народе — на согласованность со­ставляющих его организмов — членов..." (Деян. Собора, кн. III, прил. к деян. 31, Пг., 1918).

Другой член Собора, профессор-архимандрит Иларион (Троицкий), в пламенных словах выразил чувства тех, кто видел в восстановлении патриаршества прежде всего патри­отический смысл, возрождение древней русской церковной традиции, видел в будущем Патриархе духовного главу всего православного русского народа.

"Есть в Иерусалиме "стена плача",— писал архим. Ила­рион. — Приходят к ней старые правоверные евреи и пла­чут, проливая слезы о погибшей национальной свободе и о бывшей национальной славе. В Москве, в Успенском соборе, также есть русская стена плача — пустое патриаршее место. Двести лет приходят сюда Православные русские люди и плачут горькими слезами о погубленной Петром церковной свободе и о былой церковной славе. Какое будет горе, если и впредь навеки останется эта наша русская стена плача! Да не будет!

Зовут Москву сердцем России. Но где же в Москве бьет­ся русское сердце? На бирже? В торговых рядах? На Куз­нецком мосту? Оно бьется, конечно, в Кремле. Но где в Кремле? В Окружном суде? Или в солдатских казармах? Нет, в Успенском соборе. Там, у переднего правого столпа должно биться русское Православное сердце. Орел петров­ского, на западный образец устроенного самодержавия вы­клевал это русское Православное сердце. Святотатственная рука нечестивого Петра свела Первосвятителя российского с его векового места в Успенском соборе. Поместный Собор Церкви Российской от Бога данной ему властью снова по­ставит Московского Патриарха на его законное, неотъемле­мое место. И когда под звон московских колоколов пойдет Святейший Патриарх на свое историческое священное место в Успенском соборе — тогда будет великая радость на земле и на небе". (Деян. Соб., прил. к деян. 31).

Вот как описывает торжество избрания Патриарха один из членов Собора, кн. И. Васильчиков, ("Нов. Журнал", кн. 102, 1971, стр. 149):

Когда депутация Собора, во главе с митр. Вениамином, явилась к преосвященному Тихону в Троицкое подворье (кандидаты при торжествах избрания не присутствовали), чтобы сообщить об избрании в Патриархи, в ответном слове он сказал:
"...Ваша весть об избрании меня в Патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: "Плач, и стон, и горе", и какой свиток должен был съесть пророк Иезекииль (II, 10; III, 1). Сколько и мне придется глотать слез и испускать стонов в предстоящем мне патриаршем служении, и особенно — в настоящую тяжелую годину! По­добно древнему вождю еврейского народа — Моисею, и мне придется говорить ко Господу: "для чего Ты мучишь раба Твоего? И почему я не нашел милости пред очами Твоими, что Ты возложил на меня бремя всего народа сего? Разве я носил во чреве весь народ сей и разве я родил его, что Ты говоришь мне: неси его на руках твоих, как нянька носит ребенка. Я один не могу нести всего народа сего, по­тому что он тяжел для меня" (Числ. XI, 11-14).

Во время торжественной интронизации Патриарха Ти­хона 21 ноября в Успенском соборе представитель Вселен­ского Престола архим. Иаков в своем приветственном слове говорил:

"Лучшие и избранные люди нового Израиля, предста­вители клира и народа, совершили великое торжество, из­бравши Ваше Святейшество при псалмопении и молитвах...

Святейший Первосвятитель! Ничего нет под небесами такого, чего не было бы предназначено свыше. Там, где происходили гонения и потрясения, всегда Божественное Провидение поднимало и борцов сильных и призывало пра­вителей опытных.

Мрачные поднимаются на горизонте тучи, ревет и зло­веще стонет море, бурлящее тысячами сталкивающихся страстей. Ужасны подводные скалы физической борьбы и гражданской войны и невидимые подводные камни духов­ных опасностей. Всюду неизмеримые высоты воли и бездонные пропасти религиозного сомнения, суеверия, охлаждения и полного безверия превращают ровный и нормальный ход великого, богоустановленного церковного корабля в много­трудный и едва осуществимый...

В Вас воля Всевышнего воздвигла вовремя человека нужного. "В руке Господа власть над землею, и человека потребного Он вовремя воздвигнет на ней". (Сирах. Х.4). Мужайся же и стойко держись в предстоящих Тебе подви­гах. Ибо страшен поднявшийся в вертограде Господнем ура­ган, велика и ужасна нависшая отовсюду опасность. Но не­устанно держись, Богоизбранный Патриарх..."

Первое время после интронизации Патриарх на Соборе не появлялся и Собор заседал под председательством митро­полита Новгородского Арсения. "Но вот, — рассказывает митр. Евлогий, — как-то раз, словно ясное солнышко, — появился на Соборе Патриарх... С каким благоговейным тре­петом все его встречали! Все — не исключая "левых" про­фессоров, которые еще недавно так убедительно высказы­вались против патриаршества... Когда, при пении тропаря и в преднесении патриаршего креста, Патриарх вошел, — все опустились на колени. Патриарх проследовал прямо в ал­тарь, вышел в мантии, приветствовал Собор и, после молеб­на, благословив всех, — отбыл.

Это посещение — высшая точка, которую духовно до­стиг Собор за первую сессию своего существования. В эти минуты уже не было прежних несогласных между собой и чуждых друг другу членов Собора, а были святые, правед­ные люди, овеянные Духом Святым, готовые исполнять Его веления... И некоторые из нас в тот день поняли, что в ре­альности значат слова "Днесь благодать Святаго Духа нас собра...".

В те же дни, когда Собор переживал благодатные ми­нуты единения человеческих сердец, в стране все более раз­расталась междоусобная народная распря.

2 ноября 1917 г. Собор во время осады Кремля и улич­ных боев, исход которых был далеко не ясен, обратился к враждующим сторонам: военно-революционному комитету, с одной стороны, и к Московскому комитету общественной безопасности и старшему военному начальнику обо­роны Кремля, — с другой: "Во имя Божие Всероссийский Священный Собор призывает сражающихся между собой дорогих наших братьев и детей ныне воздержаться от дальнейшей ужасной кровопролитной брани. Священный Собор от лица всей нашей дорогой Православной России умоляет победителей не допускать никаких актов мести, жестокой расправы и во всех случаях щадить жизнь побеж­денных. Во имя спасения Кремля и спасения дорогих всей России наших в нем святынь, разрушения и поругания ко­торых русский народ никогда и никому не простит, Свя­щенный Собор умоляет не подвергать Кремль артиллерий­скому обстрелу".

Мы не знаем, вняли бы мольбам Собора о милосердии к пленным юнкера, если бы они победили, но победили большевики, и мольбам Собора они не вняли.

11 ноября Собор обращается к победителям:

"До членов Собора доносятся возмущающие душу и сердце вести о том, что в Москве и разных концах России юнкерам и другим беззащитным людям угрожают со сто­роны вооруженной толпы самосуд и иные виды насилия и кровавой расправы.

Священный Собор во всеуслышание заявляет: доволь­но братской крови, довольно злобы и мести.

Мести не должно быть нигде и никогда; тем более она не допустима над теми, кто, не будучи враждующей сторо­ной, творил лишь волю их посылавших.

Победители, кто бы вы ни были и во имя чего бы вы ни боролись, не оскверняйте себя пролитием братской крови, умерщвлением беззащитных, мучительством страждущих! Не причиняйте нового горя и позора истерзанной Родине, и без того слишком обагренной кровью своих сынов!

Вспомните о несчастных матерях и семьях и не приме­шивайте еще новых слез и рыданий о пролитой крови. Даже и те, кто отказался от Бога и Церкви, кого не трогает голос совести, остановитесь хотя бы во имя человеколюбия.

Собор взывает и к вам, руководители движения: упот­ребите все свое влияние на обуздание кровожадных стрем­лений тех, кто слишком упивается своей братоубийственной победой".

Здесь Церковь свидетельствует о ценностях, бесконечно более значительных и глубоких, чем любые партийные про­граммы и проекты общественного переустройства: о цен­ности человеколюбия, о ценности народного единства, о том, что нет в мире таких целей, во имя которых допустимо братоубийство. "...Во имя чего бы вы ни боролись, не оскверняйте себя пролитием братской крови, умерщвлением без­защитных, мучительством страждущих..."

Издревле в России дух милосердия и братолюбия коре­нился в глубокой сердечной вере в Бога и потеря веры шла рука об руку с ожесточением против братьев. Призывы Со­бора к братолюбию не были прекраснодушными фразами, не были проявлением терпимости ко злу, не были вызваны чувством страха и бессилия. В посланиях Собора поражает впечатление великой духовной силы, той силы, которая со­хранилась у исповедников Русской Церкви и тогда, когда всякие надежды на установление по воле народа законной государственной власти были полностью исчерпаны, когда надежды на 100-миллионный православный народ, который встанет на защиту своей Церкви, оказались иллюзорными, когда никакая человеческая сила уже не стояла за спиной свидетелей евангельской Истины. И мы с уверенностью мо­жем сказать: призывая к братолюбию и обличая его нару­шителей, делая это "как власть имеющий, а не как книжни­ки и фарисеи", Собор одновременно со свидетельством о евангельской любви свидетельствовал о необоримом могу­ществе Бога-Вседержителя. И если это могущество до вре­мени не проявляется внешним образом, то лишь потому, что Господь долго терпит, ожидая сердечного покаяния и внут­реннего преодоления величайшего народного греха против величайшей народной святыни — братолюбия. Не может появиться и достойной власти у русского народа, пока он не изгонит из своего сердца дух братоубийственной ненави­сти и вражды.

Со скорбью, гневом и духовной силой свидетельствует обо всем этом послание Собора от 11 ноября 1917 г.:

"Великие бедствия постигли уже Родину нашу, но чаша гнева Божия все еще изливается на нас, и новыми грехами умножаем мы сей праведный гнев. Ко всем несчастьям при­соединилась великая междоусобица, охватившая Русскую землю. Одна часть войска и народа, обольщенная обещания­ми всяких земных благ и скорого мира, восстала на другую часть, и земля наша обагрилась братской кровью. Русские ружья и пушки были направлены уже не против врага, но на родные города, не щадя беззащитного населения, жен и детей. Но вождям междоусобицы оказалось мало и этого. Было совершено кощунственное преступление перед пра­вославной верой, перед всем православным народом и его историей. В течение ряда дней русские пушки обстреливали величайшую святыню России — наш священный Москов­ский Кремль с древними его соборами, хранящими святые чудотворные иконы, мощи св. угодников и древности рос­сийские. Пушечным снарядом пробита кровля дома Бого­матери, нашего Успенского собора, поврежден образ Св. Ни­колая, сохранившийся на Никольских воротах и во время 1812 года, произведено разрушение в Чудовом монастыре, хранящем св. мощи Митрополита Алексия. С ужасом взи­рает православный народ на совершившееся, с гневом и от­вращением будут клеймить это злое дело потомки наши, стыд покрывает нас перед всем миром, не можем поднять головы от посрамления и горя. Поистине исполняются и над нами слова Иеремиина плача: "сором и мерзостью Ты сде­лал нас среди народов... Ужас и яма, опустошение и разо­рение — доля наша" (Плач Иер. III, 45-47). Но чьими же руками совершено это ужасное деяние? Увы! Нашего рус­ского воинства, того воинства, которое мы молитвенно чтим именованием христолюбивого, которое еще недавно являло подвиги храбрости, смирения, благочестия. Совершители этого злого дела живут теперь среди нас, с клеймом Каина братоубийцы, с грехом страшного кощунства на совести; быть может, упоенные кровавою своей победой, они и не думают о соделанном. Но есть Божий суд и Божия прав­да! Бог поругаем не бывает. Вместо обещанного лжеучите­лями нового общественного строения — кровавая распря строителей, вместо мира и братства народов — смешение языков и ожесточенная ненависть братьев. Люди, забывшие Бога, как голодные волки бросаются друг на друга. Проис­ходит всеобщее затемнение совести и разума. Неодинако­вая ответственность лежит на разных участниках этого злого дела, ибо многие из них — думаем, даже большинство — простые и темные люди, сбитые с толку, обманутые и раз­вращенные, и не ведали, что творили, и вся ответственность ложится на обольстителей и руководителей их... "Горе ми­ру от соблазнов, ибо надо прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит" (Мф. XVIII, 7). Давно уже в русскую душу проникают севы антихристовы, и сердце народное отравляется учениями, ниспровергаю­щими веру в Бога, насаждающими зависть, алчность, хище­ние чужого. На этой почве обещают они создание всеобщего счастья на земле. Христиане предварены Словом Божиим об этих лжеучителях. "Дух же ясно говорит, что в послед­ние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским" (I Тим. IV, 1). "В по­следние дни наступят времена тяжкие. Ибо люди будут са­молюбивы, нечестивы, недружелюбны, непримирительны, клеветники, невоздержны, жестоки, не любящие добра, пре­датели, наглы, напыщенны" (2 Тим. III, 1-4). Открыто про­поведуется борьба против веры Христовой, противление вся­кой святыне и самопревознесение против всего, называемого Богом (2 Фесс. II, 4). Поэтому не случайно русские пушки, поражая святыни кремлевские, ранили и сердца народные, горящие верою православною. Но не может никакое земное царство держаться на безбожии: оно гибнет от внутренней распри и партийных раздоров. Посему и рушится Держава Российская от этого беснующегося безбожия. На наших гла­зах совершается праведный суд Божий над народом, утра­тившим святыню. Вместе с кремлевскими храмами начи­нает рушиться все мирское строение Державы Российской. Еще недавно великая, могучая, славная, она ныне распада­ется на части. Покинутая благодатию Божией, она разлага­ется как тело, от которого отлетел дух. "И в народе один будет угнетен другим, и каждый ближним своим; юноша будет нагло превозноситься над старцем и простолюдин над вельможею" (Исайя, III, 5).

Для тех, кто видит единственное основание своей вла­сти в насилии одного сословия над всем народом, не суще­ствует родины и ее святыни. Они становятся изменниками Родины, которые чинят неслыханное предательство России и верных союзников наших. Но, к нашему несчастью, доселе не родилось еще власти воистину народной, достойной по­лучить благословение Церкви Православной. И не явится ее на Русской земле, пока со скорбною молитвою и слезным покаянием не обратимся мы к Тому, без Кого всуе трудятся зиждущие град.

Священный Собор ныне призывает всю Российскую Церковь принести молитвенное покаяние за великий грех тех своих сынов, которые, поддавшись прельщению, по не­ведению впали в братоубийства и кощунственное разруше­ние святынь народных. Примем содеянное ими, как всена­родный грех, и будем просить Господа о прощении. Сам Господь да пробудит в сердцах их спасительное покаяние и сознание всей вины их перед Богом и русским народом.

Покайтесь же и сотворите достойные плоды покаяния! Оставьте безумную и нечестивую мечту лжеучителей, при­зывающих осуществить всемирное братство путем всемир­ного междоусобия! Вернитесь на путь Христов!

Да воскреснет Бог и расточатся враги Его и да бежат от лица Его все ненавидящие Его". (Деян. Соб. 38, стр. 185-187).

Лжеучители не только отвергали существование Бога, они возводили хулу на человека, доказывая, что человек есть лишь слепое орудие корыстных классовых интересов, что мир всегда был построен лишь на лжи и насилии, и потому нет ничего нового или особенного в том, что за более со­вершенный — по их убеждениям — общественный строй приходится расплачиваться кровью даже и невинных лю­дей. Это тяжелое и греховное заблуждение, это отрицание в человеке образа и подобия Божия нельзя было искоренить из соблазненных душ одним лишь справедливым возмез­дием за совершенное зло. Такое возмездие и принудитель­ное установление законности и порядка ограничило бы воз­можности осуществления злых помыслов, но не изгнало бы их из глубины сердец человеческих.

Был лишь один путь для духовного преодоления народ­ного греха: свидетельство о богоподобии и свободе человека, свидетельство об истинности и реальности братолюбия как основы отношений между людьми — свидетельство путем личной жертвы, принятой безропотно, без попыток сопро­тивления, с одним лишь нравственным обличением греха.

С высоты Патриаршего Престола этот призыв был об­ращен прежде всего к пастырям Русской Церкви.

"В наши смутные дни, — писал Патриарх, — явил Гос­подь ряд новых страдальцев — архипастырей и пастырей, как Святитель Киевский, митрополит Владимир (Богоявлен­ский), отец Иоанн Кочуров, отец Петр Скипетров, убиенные и замученные обезумевшими и несчастными сынами Роди­ны нашей. Да минует нас чаша сия. Но если пошлет Господь нам испытание гонений, уз, мучений и даже смерти, будем терпеливо переносить все, веря, что не без воли Божией со­вершится это с нами и не останется бесплодным подвиг наш, подобно тому, как страдания мучеников христианских по­корили мир учению Христову.

Верим, что как быстро и детски доверчиво было паде­ние народа русского, развращаемого много лет несвойственной нашей христианской стране жизнью и учениями, так же пламенно и чисто будет раскаяние его, и никто не будет так любезен сердцу народному, как пастырь родной его Ма­тери Церкви, вызволившей его из египетского зла.

Призываю Божие благословение на пастырский труд Ваш покорять людей по Закону Христову". ("Открытое пись­мо свящ. Николаю Троицкому" от 30 января/12 февраля 1918 г.).

Долг Церкви перед русским народом не был бы выпол­нен, если бы Она в эти дни наступившей смуты, когда люди были одержимы политическими страстями и классовой враждой, уклонялась бы от свидетельства о главном и выс­шем — о Боге и грядущем Суде Божием, свидетельства о Человеке, о его духовной гибели и спасении. И кроткий па­стырь Ее — Святейший Тихон — становится грозным про­роком, произносящим властное обличительное слово, пол­ное благодати и истины:

"...Гонение воздвигли на истину Христову явные и тай­ные враги сей истины и стремятся к тому, чтобы погубить дело Христово и вместо любви христианской всюду сеют семена злобы, ненависти и братоубийственной брани.

Забыты и попраны заповеди Христовы о любви к ближ­ним: ежедневно доходят до Нас известия об ужасных и зверских избиениях ни в чем неповинных и даже на одре болезни лежащих людей, виновных только в том, что честно исполняли свой долг перед Родиной, что все силы свои по­лагали на служение благу народному. И все это соверша­ется не только под покровом ночной темноты, но и въявь, при дневном свете, с неслыханной доселе дерзостью и бес­пощадной жестокостью, без всякого суда и с попранием вся­кого права и законности совершается в наши дни во всех почти городах и весях нашей Отчизны: и в столицах, и на отдаленных окраинах (в Петрограде, Москве, Иркутске, Се­вастополе и др.)...

Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые рас­правы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это — поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей — загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей — земной.

Властию, данною Нам от Бога, запрещаем вам присту­пать к Тайнам Христовым, анафемствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной.

Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви Христовой, не вступать с таковыми извергами рода челове­ческого в какое-либо общение: "измите злого от вас самих" (1 Кор. 5,13)". (Послание от 19 янв./1 февр. 1918 г.).

Снова и снова обращается Патриарх с призывом пре­кратить братоубийственную междоусобицу, которая лишь сильнее разгорелась после заключения позорного мира с внешним врагом:

"...Братие! Настало время покаяния; наступили святые дни великого поста. Очиститесь от грехов своих, опомни­тесь, перестаньте смотреть друг на друга, как на врагов, и разделять родную страну на враждующие станы. Все мы — братья и у всех нас одна мать — родная русская земля и все мы чада одного Отца Небесного, которого молим: Отче наш, остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должни­ком нашим...

Взываю ко всем вам, архипастыри, пастыри, сыны Мои и дщери о Христе: спешите с проповедью покаяния, с при­зывом к прекращению братоубийственных распрей и раздо­ров, с призывом к миру, тишине, к труду, любви и едине­нию.

Убеждайте всех усердно молиться Богу, да отвратит Он праведный гнев Свой, грех наших ради на ны движимый, да укрепит наш расслабленный дух и да восставит нас от тяжкого уныния и крайнего падения. И милосердный Гос­подь сжалится над грешной русской землей и помилует ее ради святых угодников Божиих, наипаче же Заступницы усердной рода христианского, молитвами коих да снизой­дет на вас благословение Божие. Аминь". (Из обращения по поводу Брестского мира).

Если первой духовной вершиной Всероссийского По­местного Собора было избрание Патриарха, то, несомненно, второй такой вершиной было прославление Собором памяти убиенного митр. Владимира.

Здесь, на торжественном заседании 15/28 февр. 1918 г., были сказаны глубокие, полные убежденности и в то же время религиозного дерзновения слова, вскрывающие со­держание и смысл духовного подвига русских мучеников, свидетельствующие о несомненном убеждении Собора в их святости для Бога и для Церкви.

Первым принес свое религиозно ответственное, авто­ритетное свидетельство сам Святейший Патриарх. "Мы глу­боко верим, — сказал он, — как высказал на прошлом за­седании митрополит Антоний, что эта мученическая кончина владыки Владимира была не только очищением вольных и невольных грехов его, которые неизбежны у каждого, плоть носящего, но и жертвою благовонною во очищение грехов Великой Матушки — России". Здесь и далее подч. нами — Л. Р.).

Подвиг этот — стать "жертвой очищения" — величай­ший из возможных для христианина. Включая в себя поне­сенный древними мучениками подвиг исповедничества и свидетельства веры, он содержит в себе нечто большее — прямое соучастие в искупительной жертве Иисуса Христа, ибо не кто иной, как Христос и был в первую очередь "Жер­твою благовонною во очищение грехов".

"Народ наш совершил грех... — подхватывает мысль Патриарха протоиерей Иоанн Восторгов. — А грех требует искупления и покаяния. А для искупления прегрешений на­рода и для побуждения его к покаянию всегда требуется жертва. А в жертву всегда избирается лучшее, а не худшее. Вот где тайна мученичества старца-митрополита...

...Эта смерть есть воистину жертва за грех. Бог творит Свое дело. Он не карает, а спасает, призывая к покаянию. Если бы только карал, то погибли бы убийцы, а не убитый митрополит.

И мученическая смерть старца-митрополита, человека чистого и сильного, — ими же Бог весть судьбами, верим, — внесет много в то начинающееся движение покаяния, от­резвления, которое мы все предчувствуем сердцем, кото­рое мы призываем и которое одно принесет спасение на­шему гибнущему в кровавой и безверной смуте народу".

Будучи, подобно Христу, искупительной жертвой — как было засвидетельствовано Патриархом Тихоном перед ли­цом Собора, — русские страстотерпцы, несомненно, были, подобно Христу и его ученикам, исповедниками и мучени­ками и с венцом мученичества предстоят перед Богом, — продолжает Соборное свидетельство митрополит Арсений Новгородский:

"Наступивший период гонения на Церковь, — сказал он, — уже ознаменовался мученическими кончинами священнослужителей, а теперь — и такою же кончиной архи­пастыря. Но история показывает, что сила гонений всегда слабее духа исповедничества и мученичества. Сонм мучени­ков освещает нам путь и показывает силу, пред которой не устоят никакие гонения. История же свидетельствует, что ни огонь, ни меч, ни настоящее, ни будущее, ни глубина, ни высота (подч. митр. Арсением — Л. Р.) — ничто не может отторгнуть верующих, и особенно пастырей, от любви Христовой. И такие жертвы, какова настоящая, никого не устрашат, а напротив — ободрят верующих идти до конца путем служения долгу даже до смерти.

Убиенный святитель предстоит теперь пред престолом Божиим, увенчанный венцом мученичества. Он кровью оро­сил служение Русской Церкви и ничего не уступил из сво­его долга. И на нем исполняются Слова Тайнозрителя: буди верен до смерти, и дам ти венец живота".

Многие честные люди во всем мире, какие бы убежде­ния они ни разделяли, многие верные сыны России, узнавая о том, что творили насильники по отношению к Церкви и духовенству, ко всем безоружным и беззащитным жертвам, не могут удержаться от упрека по отношению к Собору и Патриарху — почему они не стали оплотом героической борьбы против неслыханного разгула изуверства и нечестия, как в Смутное время стали таким оплотом Троице-Сергиевская лавра и Патриарх Ермоген? Почему не был наложен запрет на все богослужения, пока православный народ си­лой не сбросит преступивших все человеческие нормы со­вратителей России? Почему Собор и Патриарх не благосло­вили белое движение, при всех своих недостатках безуслов­но героическое и благородное? Казалось бы, ничего, кроме благодарности потомков, не заслужила бы Русская Церковь, если бы в критическую минуту она проявила всю, далеко не сразу сокрушенную мощь своего духовного и нравственного авторитета, подняв еще здоровую часть русского народа на священную войну с невиданными преступниками против Бога и человечества. Чтобы понять духовный смысл проис­шедшего, надо отдавать себе ясный отчет в том, что такая возможность у Церкви реально была, что Церковь эту воз­можность сознавала — и воспользоваться ею не захотела.

В той великой духовной войне, которую пришлось вести Русской Церкви, религиозная победа могла быть одер­жана только теми, кто ни словом, ни делом не приобщился к антихристианскому и античеловеческому духу и в то же время отклонил путь только внешней борьбы со злом.

"Строители нового мира" ставили свои псевдорелигиоз­ные ценности так высоко, считали достижение их столь ве­ликим и необходимым для будущего человечества, что оправдывали этим и кровь, даже и невинную кровь, не толь­ко кровь братьев — врагов, но и кровь братьев — агнцев, в междоусобице — не участвующих.

Духовную победу над лжеучителями одержали именно эти кроткие, не поднимавшие меча против коммунистических ценностей, но игнорировавшие их, как мало сущест­венные, как вторичные, как условные, ибо для этих людей ценность одна — Иисус Христос и вечная жизнь с Ним, а все остальное — лишь постольку, поскольку "приложится". Лучше умереть с Христом, чем жить со всеми обещанными благами, но — без Христа, с грехом братоубийства в сердце.

Они умерли, чтобы никогда больше не воскресла каино­ва идея — построить счастье детей на крови братьев...

Отвергнув путь героизма, по-своему несомненно благо­родный, Церковь пошла сама и повела своих верных детей путем святости. В обезумевших насильниках Церковь про­должала видеть своих несчастных, но родных детей и бра­тьев. Сыны Церкви захотели не истребить и покарать пре­ступников, а — искупить их вину, принеся в жертву самих себя. Потому что борьба шла не против большевиков, а против греха, "не против плоти и крови, а против духов злобы поднебесных".

Послушаем, что говорили в те времена одержимые, ко­торые смотрели на небо и землю сквозь призму ненависти:

"Эксплоататоры всех стран в деле закабаления и подчи­нения своей воле широких трудовых масс — всегда смотрели на религию, как на медное кольцо в ноздре у быка. Идея крестных страданий Бога, спасителя трудящихся и обремененных, бьет по сознанию борца сильнее, чем ременная плеть по обнаженным плечам истязуемого... вот почему эксплоататоры всех стран, все хищники и кровососы, питающиеся трудовым потом трудящихся угнетенных классов, всегда бы­ли убежденными христианами и тратили уйму денег на распространение среди трудящихся разлагающей волю их религии Христа распятого... "Воистину воскресе", — вопят они, стараясь заглушить сотни страдающих пролетариев.

— Нет, — решительно скажем мы им в ответ. — Нет, никогда не воскреснет ваше право распоряжаться жиз­нью трудящихся там, где власть толстосумов низвергнута пролетарскими штыками. Долой буржуазию.

В яму всех палачей народной свободы.

В яму все орудия нашей кабалы, орудия пролетарской пытки в руках врагов наших.

Долой религиозный дурман.

Воистину не встанет с земли поповская ложь и гнусная идея христианского смирения перед капиталом". ("Безбож­ник", 1923, N2 4).

Разве людей с таким искаженным сознанием может вер­нуть к рассудку даже самое справедливое возмездие! Что, кроме еще большего ожесточения, мог вызвать в них новый Крестовый Поход! Бог побеждает Правдой и Жертвой, и потом лишь — но неизбежно — являет Силу.

Воистину воскресе! — продолжают свидетельствовать христиане, заглушая вопли уже не страдающих, а победив­ших и озверевших от злобы богоненавистников (не "проле­тариев" — православные рабочие проявляли наибольшую стойкость перед гонителями Церкви).

"Слушайте, вы, обитатели Смольного, — говорил прот. Владимир Воробьев, воскрешая память о древних христиан­ских исповедниках, — вас мы не послушаемся, вам мы не подчинимся ни за что и никогда... Мы будем совершать все таинства нашей Церкви и все общественные богослужения. Вы силою отнимете наши храмы, мы будем править службу Господу Богу в домах и даже подземельях. Вы произволом захватите наши антиминсы. Мы будем без них, с благосло­вения своих епископов, совершать литургии. Вы насилием заберете наши священные сосуды. В домашних сосудах то­гда мы совершим страшную жертву Тела и Крови Господ­ней. Без нее мы не можем жить, она — наша жизнь, без нее нам смерть. Св. Евхаристия дает нам радость, неземной восторг и силу жить, бороться и силу мужественно, бестре­петно перенести страдания. Гонений и мук от вас мы не боимся. Мы их хотим, мы жаждем их кровавой красоты. Мы не трепещем ваших революционных трибуналов (судов ведь нет). Изуродованные вашим самосудом наши тела бу­дут пронзать, словно иглами, и вашу совесть, будут прокла­дывать путь к победе света над беспросветною тьмою, христианству над новым язычеством, и победа бесспорно будет наша...

Радуйтесь, ликуйте и торжествуйте, люди: воистину вос­крес Христос Спаситель мира, Господь наш и Бог наш!!!..."

(Из речи перед молебном о защите Св. Православной Церкви по поводу декрета об отделении Церкви от государ­ства, "Церк. Вед.", 1918, 11-12).

Языком, понятным для неверующих гонителей, говорил прот. И. Восторгов, известный православный миссионер, по убеждениям — правый монархист:

"В свое время за нашу веру мы получали брань, поно­шения, гонения, в дни революции на нас выместили всю пол­ноту злобы. Если нас теперь заточат, убьют, разорвут на части, то мы и в преследованиях и в смерти сохраним чувст­во удовлетворения, сознание нашего морального торжества. Этого счастья нет и не может быть у наших противников".

У Пермского владыки Андроника среди посмертных бу­маг был найден конспект речи перед судом, который, как он думал, будет рассматривать обвинения против него:

"1. Моя речь кратка: радуюсь быть судимым за Христа и Церковь. Вы дорого стоите, а моя жизнь — плевок.

2. Контрреволюция! Политика — не мое дело. Ибо по­гибшая Россия не спасется в нашей взаимогрызне от отча­янности.

3. Но церковное дело святыня моя. Всех всюду зовя, от­лучаю, анафематствую восстающих на Христа и посягаю­щих на Церковь.

4. Кто слов не принимает, тот может быть убоится Суда Божия за захват священного.

5. Посему, только через мой труп захватите святыню. Это мой долг, почему и христиан зову к стоянию до смерти.

6. Судите меня, а прочих освободите — они должны исполнять волю мою, пока христиане. Иначе — анархия, развал, презрение от всех". ("Тобольские Еп. Вед.", 1919, № 6).

Епископ Тобольский и Иркутский Ермоген в предсмерт­ном послании к пастве писал:

"Братия христиане! Поднимите ваш голос на защиту церковной, апостольской веры, церковных святынь и цер­ковного достояния. Защитите наше право веровать и исповедовать нашу веру так, как вы научились от дней древ­них... Оберегайте святыню вашей души, свободу вашей со­вести. Скажите громко, что вы привыкли молиться и спасать­ся в храмах, что церковные святыни дороже вам самой жиз­ни, что без них спасение невозможно. Никакая власть не может требовать от вас того, что противно вашей вере... Богу мы должны повиноваться более, чем людям... Апостолы с ра­достью страдали за веру. Будьте готовы и вы на жертвы, на подвиг и помните, что физическое оружие бессильно против тех, кто вооружает себя силою веры во Христа. Вера горами двигает, вера христиан победила дерзость языческую... Станьте же все на защиту своей веры..."

За несколько дней до ареста владыка говорил прибли­женным: "Я от них пощады не жду, они убьют меня; мало того, они будут мучить меня, но я готов, готов хоть сейчас. Я не за себя боюсь, не о себе скорблю, скорблю о городе, боюсь за жителей, что они сделают с ними?" После чего из окон благословил весь город, в том числе и ту его часть, сторону и тех людей, которые в это время рождали преступ­ный замысел об аресте и убийстве владыки", — рассказы­вает очевидец.

В последней церковной проповеди, накануне ареста, архиеп. Ермоген сказал:

"Я никогда великое, святое дело учения Христа не по­ложу к подножию той или иной политической партии. Я безбоязненно говорил святую правду бывшему самодержцу и не умолчу о ней перед самодержцами новыми. Знаю участь свою, но знаю также и то, что по скончании своей земной жизни предстану перед Страшным Престолом Судии жи­вых и мертвых, и, когда буду вопрошаем Им, что скажу Ему?" ("Тобольские Еп. Вед.", 1919, № 10).

Глубоко символичным было убийство летом 1918 г. бывшего русского царя Николая II и его семьи. Сердца многих людей, даже далеких от любви к монархии и по­следнему царю, были глубоко потрясены вестью об этих царственных жертвах братоубийственной вражды.

Патриарх Тихон, презрев смертельную опасность, кото­рой подвергал себя лично, презрев все слишком "земные" соображения о пользе Церкви, исполнил свой нравственный долг и открыто осудил это бессмысленное и жестокое зло­деяние:

"Счастье, блаженство наше, — сказал Святейший во время проповеди в одном из московских храмов, — заклю­чается в соблюдении нами Слова Божия, в воспитании в на­ших детях заветов Господних. Эту истину твердо помнили наши предки. Правда, и они, как все люди, отступали от учения Его, но умели искренно сознавать, что это грех, и умели в этом каяться. А вот мы, к скорби и к стыду наше­му, дожили до такого времени, когда явное нарушение за­поведей Божиих уже не только не признается грехом, но оправдывается, как нечто законное. Так, на днях соверши­лось ужасное дело: расстрелян бывший государь Николай Александрович, по постановлению Уральского Областного Совета рабочих и солдатских депутатов, и высшее наше пра­вительство — Исполнительный Комитет одобрил это и при­знал законным. Но наша христианская совесть, руководясь Словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его. Не будем здесь оценивать и судить дела бывшего государя: беспристрастный суд над ним принадле­жит истории, а он теперь предстоит перед нелицеприятным судом Божиим, но мы знаем, что он, отрекаясь от престола, делал это, имея в виду благо России и из любви к ней. Он мог бы, после отречения, найти себе безопасность и сравни­тельно спокойную жизнь за границей, но не сделал этого, желая страдать вместе с Россией. Он ничего не предпринял для улучшения своего положения, безропотно покорился судьбе... и вдруг, он приговаривается к расстрелу где-то в глубине России, небольшой кучкой людей, не за какую-либо вину, а за то только, что его будто бы кто-то хотел похи­тить. Приказ этот приводят в исполнение, и это деяние — уже после расстрела — одобряется высшей властью. Наша совесть примириться с этим не может и мы должны во все­услышание заявить об этом, как христиане, как сыны Цер­кви. Пусть за это называют нас контрреволюционерами, пусть заточат в тюрьму, пусть нас расстреливают. Мы готовы все это претерпеть в уповании, что и к нам будут отнесены слова Спасителя нашего: "Блаженны слышащие Слово Божие и хранящие е".

"Его Святейшество говорил с волнением, — свидетель­ствует член Собора Лахостский. — К сожалению, его слы­шали не все, но мне показалось и другим, что те, которые слышали, почувствовали какое-то облегчение от сознания, что заговорили те, кому следует говорить и будить совесть. Правда, на улицах говорят различно, некоторые злорадст­вуют и одобряют убийство..."

В пору своей юности Россия уже испытала страшные последствия греха братоубийства. И впервые в истории хри­стианства Русская Церковь явила новый тип святости, про­славив князей Бориса и Глеба как "страстотерпцев", — не только как свидетелей веры, подобно древним мучени­кам, но в первую очередь как святых, подражавших Иисусу Христу — невинному Агнцу, безропотно понесших страда­ние во имя братолюбия, во имя искупления Каинова греха.

"Господи Иисусе Христе! — молится Борис, оставив свою дружину и ожидая приближения убийц, посланных его братом Святополком. — Как Ты в этом образе явился на землю нашего ради спасения, собственною волею дав при­гвоздить руки Свои на кресте, и принял страдание за наши грехи, так и меня сподобь принять страдание. Я же не от врагов принимаю это страдание, но от своего же брата, и не вмени ему, Господи, это в грех". (Подч. нами — Л. Р.). И подхватывает его молитву Глеб, решившийся идти вслед за своим возлюбленным старшим братом:

"Увы мне, Господи! Лучше было бы мне умереть с бра­том, нежели жить на свете этом. Если бы видел я, брат мой, лицо твое ангельское, то умер бы с тобою: ныне же зачем я остался один? Где речи твои, что говорил ты мне, брат мой любимый? Ныне уже не услышу тихого твоего наставле­ния. Если доходят молитвы твои к Богу, то помолись обо мне, чтобы и я принял ту же мученическую кончину. Лучше было бы мне умереть с тобою, чем в свете обманчивом жить..."

"Повар же Глеба, — повествует летописец, — именем Торчин, зарезал Глеба, как безвинного ягненка. Так был он принесен в жертву Богу, вместо благоуханного фимиама жертва разумная".

И через много столетий, на закате русской историчес­кой жизни, вторит летописцу Патриарх Церкви Россий­ской, говоря о новых жертвах новых "окаянных святополков":

"....жертва благовонная во очищение грехов Матушки России".

"...Слава они князей наших и заступники земли рус­ской, ибо славу этого мира они попрали, а Христа возлю­били, по стопам Его решились идти. Овцы Христовы доб­рые, они не противились, когда влекли их на заклание, не уклонились от насильственной смерти! Потому-то и с Хри­стом воцарились в вечной радости..." — свидетельствует ле­топись.

Урок, преподанный промыслом Божиим на заре русской истории, помогает понять духовный смысл и нынешних со­бытий. Пусть послужит грозным предостережением тем, кто и поныне считает братоубийство законным способом реше­ния мировых вопросов, возмездие окаянному Святополку, совершившееся по молитве к Богу и к страстотерпцам (ибо искупление греха не означает, что в свое время не придет и возмездие нераскаянному братоубийце).

"Ярослав стал на месте, где убили Бориса, — продол­жает летописец, — и воздев руки к небу, сказал:

"Кровь брата моего вопиет к Тебе, Владыка! Отомсти за кровь праведника этого, подобно тому, как отомстил Ты за кровь Авеля, осудив Каина на стенание и содрогание: так поступи и с этим".

Взмолился и сказал:

"Братья мои! Хоть вы телом отошли отсюда, но молит­вою помогите мне против врага этого — убийцы и гор­деца".

...К вечеру же одолел Ярослав, а Святополк бежал. И во время бегства напал на него бес, и расслабели суставы его, он не мог сидеть на коне, и несли его на носилках. Он же говорил: "Бегите бегом со мной, гонятся за нами". От­роки же его посылали посмотреть: "Не гонится ли кто за нами?" И не было никого, кто бы гнался по следам их, и продолжали бежать с ним. Он же в бессилии лежал и, при­вставая, говорил: "Вон гонятся, ой, гонятся, бегите"...

Это Бог явил в поучение князьям русским, — свиде­тельствует преподобный Нестор, — что, если они еще раз совершат такое же братоубийство, зная об этом конце Святополка, они ту же казнь примут, даже еще большую той, потому что совершат такое злое убийство, уже зная об этом.."

И как будто к нам, пожинающим горькие плоды нового ига, проистекшего из новой русской междоусобицы, обращена проповедь святого летописца:

"Да никто не дерзнет говорить, что ненавидимы мы Бо­гом! Пусть этого не будет! Ибо кого так любит Бог, как нас возлюбил Он? Кого так почтил Он, как нас прославил и превознес? Никого! Потому именно гнев Свой воздвиг на нас, что больше всех почтены бывше, мы худшие всех со­вершили грехи. Ибо больше всех просвещены бывше, зная волю Владычную и, презрев ее и красоту, горше других на­казаны".

26 июля (8 августа) 1918 года Патриарх Тихон обратился ко "всем верным чадам Православной Российской Церкви" с призывом к всенародному покаянию в грехах в наступав­шие дни Св. Успенского поста:

"Возлюбленные о Господе братия и чада!

Долг архипастырской любви, объемлющей болезни и скорби всего православного народа русского, повелевает Нам снова обратить к вам Наше отеческое слово.

Вместе с вами Мы страждем сердцем при виде непре­кращающихся бедствий в Нашем Отечестве; вместе с вами молим Господа о том, чтобы Он укротил Свой гнев, доныне поядающий землю нашу.

Еще продолжается на Руси эта страшная и томительная ночь, и не видно в ней радостного рассвета. Изнемогает Наша Родина в тяжких муках, и нет врача, исцеляющего ее.

Где же причина этой длительной болезни, повергающей одних в уныние, других в отчаяние?

Вопросите вашу православную совесть, и в ней найдете ответ на этот мучительный вопрос.

Грех, тяготеющий над нами, — скажет она вам, — вот сокровенный корень нашей болезни, вот источник всех на­ших бед и злоключений.

Грех растлил нашу землю, расслабил духовную и те­лесную мощь русских людей. Грех сделал то, что Господь, по слову пророка, отнял у нас и посох и трость и всякое подкрепление хлебом, храброго вождя и воина, судью и пророка, и прозорливого и старца (Ис. III, 1-3).

Грех помрачил наш народный разум и вот мы ощупью ходим во тьме, без света, и шатаемся, как пьяные (Иов. XII, 25).

Грех разжег повсюду пламень страстей, вражду и зло­бу, и брат восстал на брата, тюрьмы наполнились узниками, земля упивается неповинной кровью, проливаемою брат­скою рукою, оскверняется насилием, грабежами, блудом и всякою нечистотою.

Из того же ядовитого источника греха вышел великий соблазн чувственных земных благ, которыми и прельстился наш народ, забыв о едином на потребу.

Мы не отвергли этого искушения, как отверг его Хри­стос Спаситель в пустыне. Мы захотели создать рай на зем­ле, но без Бога и Его святых заветов. Бог же поругаем не бывает. И вот мы алчем, жаждем и наготуем на земле, бла­гословенной обильными дарами природы, и печать прокля­тия легла на самый народный труд и на все начинания рук наших.

Грех тяжкий, нераскаянный грех — вызвал сатану из бездны, извергающего ныне хулу на Господа и Христа Его и воздвигающего открытое гонение на Церковь.

О, кто даст очам нашим источники слез, чтобы оплакать все бедствия, порожденные нашими всенародными грехами и беззакониями, — помрачение славы и красоты нашего Отечества, обнищание земли, оскудение духа, разорение градов, поругание храмов и святынь и все это потрясающее самоистребление великого народа, которое сделало его ужа­сом и позором для всего мира.

Где же ты, некогда могучий и державный русский пра­вославный народ? Неужели ты совсем изжил свою силу? Как исполин, ты великодушный и радостный совершал свой великий, указанный тебе свыше путь, благовествуя всем мир, любовь и правду.

И вот, ныне ты лежишь, поверженный в прах, попирае­мый твоими врагами, сгорая в пламени греха, страстей и братоубийственной злобы.

Неужели ты не возродишься духовно и не восстанешь снова в силе и славе своей?

Неужели Господь навсегда закрыл для тебя источники жизни, погасил твои творческие силы, чтобы посечь тебя, как бесплодную смоковницу?

О, да не будет сего. Одна мысль об этом повергает Нас в трепет.

Плачьте же, дорогие братья и чада, оставшиеся верными Церкви и Родине, плачьте о великих грехах вашего Отечества, пока оно не погибло до конца. Плачьте о себе самих и о тех, кто по ожесточению сердца не имеет благодати слез. Богатые и бедные, ученые и простецы, старцы и юноши, девы и младенцы, соединитесь все вместе, облекитесь, по­добно ниневитянам, во вретище и умоляйте милосердие Божие о помиловании и спасении России.

...Когда услышите печальный звон церковных колоко­лов, знайте, что настало время покаяния. Отложите тогда житейские заботы и попечения и спешите в Божий храмы, чтобы восплакать перед Господом о грехах своих, чтобы восскорбеть печалью вашею перед лицом нашей Заступни­цы Усердной и всем сонмом великих угодников Божиих.

Пусть каждый из вас попытается очистить свою со­весть перед духовным отцом и укрепиться приобщением Животворящего Тела и Крови Христовых. Да омоется вся Русская земля, как живительной росой, слезами покаяния и да процветает снова плодами духа.

Господи Человеколюбче! Приими очистительную жер­тву кающихся пред Тобою людей Твоих, отыми от нас дух малодушия и уныния и духом владычним, духом силы и крепости утверди нас.

Воссияй в сердцах наших свет Твоего Разума и посети виноград сей и соверши и, его же насади десница Твоя. Аминь".

Мы верим, что Русская Церковь, а с ней — Россия, а с Россией, быть может, и мир — спасены подвигом Бо­риса и Глеба, тысячекратно (если не миллионнократно!) по­вторенным новыми страстотерпцами Русской земли. В них — свидетельство, что мир стоит любовью, а не насилием; правдой, а не ложью; что по-прежнему Крест — хранитель Вселенной; что дело Христово не умерло на земле. И с но­вой силой звучат для нас слова древнего исповедника: "Му­ченики — семя Церкви".

Мы, нынешние дети Русской Церкви, — та земля, в которой должно прорасти это новое семя. Не будем же сухой землей. Живое церковное предание донесло до нас весть о том, что они, совершая свой духовный подвиг, ду­мали и о нас, о своих духовных наследниках, они, которые "испытали поругания и побои, а также узы и темницы; были побиваемы камнями, перепиливаемы, подвергаемы пытке; умирали от меча; скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления. Те, которых весь мир не был достоин, скитались по пустыням и горам, по пеще­рам и ущельям земли. И все сии, свидетельствованные в вере, не получили обещанного, потому что Бог предусмот­рел о нас нечто лучшее, дабы они не без нас достигли со­вершенства". (К Евреям, XI, 36-40).

5/18 апреля 1918 г. Собор издал определение "О меро­приятиях, вызываемых происходящим гонением на Право­славную Церковь", первые 9 пунктов которого посвящены подготовительным мерам к церковному прославлению му­чеников:

"1. Установить возношение в храмах за Богослуже­нием особых прошений о гонимых ныне за Православную Веру и Церковь и о скончавших жизнь свою исповедниках и мучениках.

2. Совершить торжественные моления: а) поминальное об упокоении со святыми усопших и б) благодарственное о спасении оставшихся в живых.

Примечание (в тексте Определения — Л. Р.). Тако­вые моления совершены соборным служением: заупокой­ное в храме Духовной Семинарии 31 марта и молебное в Храме Христа Спасителя 1 апреля.

3. Установить во всей России ежегодное молитвенное поминовение в день 25 января (ст. стиля) — (день убий­ства митр. Владимира — Л. Р.), или в следующий за сим воскресный день (вечером) всех усопших в нынешнюю лютую годину гонений исповедников и мучеников.

4. Устроить в понедельник второй седмицы по Пасхе во всех приходах, где были скончавшие жизнь свою за Ве­ру и Церковь исповедники и мученики, крестные ходы к местам их погребения, где совершить торжественные па­нихиды с прославлением в слове священной их памяти.

5. Преподать благословение от Священного Собора всем исповедникам.

6. Обратиться к Святейшему Патриарху с просьбой о выдаче благословенных патриарших грамот пострадавшим за Веру и Церковь.

7. Напечатать и раздать Членам Священного Собора к их отъезду из Москвы краткое сообщение о пострадав­ших в нынешние дни гонений за Православную Веру и Церковь для распространения среди православного народа.

8. Просить Святейшего Патриарха, чтобы в случаях ареста гонимых за Веру и Церковь и впредь, согласно уже применяемому ныне порядку, Его Святейшеством были делаемы непосредственные сношения с местными властями об освобождении арестованных и одновременно о сделан­ных сношениях были извещаемы местные епархиальные архиереи.

9. Поручить Высшему Церковному Управлению соби­рать сведения и оповещать православное население посред­ством печатных изданий и живого слова о всех случаях гонения на Церковь и насилия над исповедниками Право­славной Веры".

Это постановление Священного Собора Православной Российской Церкви, выражающее требование христианской совести и никем не отмененное (да и нет в Русской Церкви такой власти, которая имела бы духовное право это по­становление отменить), остается в составе действующего права для нас — членов Русской Церкви во всех ее частях, признающих свою преемственную связь с Поместным Со­бором 1917-18 гг., и неисполнение нами этого постановле­ния или наше недостаточное усердие к его исполнению должно восприниматься как церковный и личный грех.

Молитвенное поминовение исповедников, прославление в проповедях с амвона их священной памяти, ходатайство перед гражданскими властями о пересмотре их судебных дел (если таковые были), снятие с них несправедливых и позорящих обвинений, собирание и публикация сведений об их жизни и смерти — все эти действия, являющиеся на­шим несомненным долгом, могут быть лишь подготови­тельными к тому великому акту, в неизбежное свершение которого мы непреклонно верим, — к общецерковной ка­нонизации великого сонма новых русских святых.

На пути к этому акту, без которого, по нашему глубо­кому убеждению, никогда не произойдет подлинного воз­рождения Русской Церкви, лежат немалые трудности.

Прежде всего, трудно для постижения само духовное содержание подвига новых святых во всем его смиренном величии. В частности, относительная неудача той попытки прославления новых мучеников российских, которую пред­приняла Синодальная Русская Церковь за рубежом (т. н. "Карловацкая"), столь много сделавшая для увековечива­ния их памяти, но попытавшаяся опознать в их подвиге лишь один из уже явленных во Вселенской Церкви типов святости, побуждает нас призвать соборный разум всей Русской Церкви к углублению в те вдохновенные прозре­ния Патриарха и Собора, которые приоткрывают для нас завесу над новыми тайнами церковности, над истинным смыслом подвига новых святых.

Другая, не меньшая, трудность состоит в том, что уси­лиями гонителей имена и судьбы огромного большинства новых подвижников остались в полной неизвестности. Беспрецедентности подвига соответствует беспрецедентная изощренность зла. Наученные опытом римских гонений, новые Диоклетианы сделали все возможное, чтобы, совер­шая расправу тайно, "массовидно" и по ложным обвине­ниям, не дать возможности Церкви прославить новых му­чеников.

Верим твердо — Бог поругаем не бывает.

Согласно церковной традиции, подтвержденной по­становлением Поместного Собора 1917-18 г. г., для канони­зации святого необходимо посмертное его прославление Самим Богом, чудесами и знамениями указывающим Цер­кви своего избранника. Церковью многократно и твердо установлено, что в этом случае ожидание и принятие чу­дес и знамений от Бога не есть духовное любодеяние, но есть акт веры и смирения.

Мы считаем поэтому вполне уместным поднять вопрос об общецерковном молитвенном обращении к Богу со сми­ренным прошением во имя Искупителя нашего, Агнца Божия Иисуса Христа, о прославлении новых святых — "их же имена Ты, Господи, веси" — тем способом, который лишь Самому Богу известен. Мы должны быть готовы и к тому, что новый тип святости может быть по-новому и за­свидетельствован Богом.

Пусть послужит нам к утешению и надежде то откро­вение, которое Иисус Христос дал своему возлюбленному ученику:

"После сего взглянул я, и вот, великое множество лю­дей, которого никто не мог перечесть, из всех племен и колен, и народов, и языков, стояло перед престолом и перед Агнцем в белых одеждах и с пальмовыми ветвями в руках своих... И начав речь, один из старцев спросил меня: сии облеченные в белые одежды кто, и откуда пришли? Я ска­зал ему: ты знаешь, господин. И он сказал мне: это те, ко­торые пришли от великой скорби; они омыли одежды свои и убелили одежды свои Кровию Агнца. За это они пребы­вают ныне перед престолом Бога и служат Ему день и ночь в храме Его, и Сидящий на престоле будет обитать в них. Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будет палить их солнце и никакой зной: ибо Агнец, Который среди пре­стола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их" (Откр. 7, 10-17).

Пусть же ныне явит и нам имена и лики тех, "которые пришли от великой скорби, которые омыли одежды и убелили одежды свои Кровию Агнца..."

Глава II

 

 

Установление канонических основ церковной организации Всероссийским Поместным собором и патриархом Тихоном

Основным содержанием константиновской эпохи было глубокое единение и взаимное влияние христианской Цер­кви и земного государства.

В частности, если вся таинственно-литургическая струк­тура Церкви определилась задолго до начала константи­новской эпохи и выражалась простой формулой "где Епи­скоп — там Церковь", то структура ее организации как це­лого, выразившаяся прежде всего в образовании Помест­ных Церквей, возглавляемых Первосвятителями-Патриархами, окончательно сложилась уже под сильным воздей­ствием римской государственности.

Стремительное и катастрофическое крушение послед­него оплота этой христианской государственности в лице русской православной монархии поставило Церковь перед необходимостью выяснения собственно экклезиологического содержания структуры церковной организации и церков­ного управления — того содержания, которое должно незыблемо сохраняться при любых изменениях в жизни человеческого общества.

Это была подлинно творческая, если не сказать более, — пророческая задача.

Трагические события, потрясавшие снаружи и изнутри здание Русской Церкви после крушения христианского го­сударства, вынуждали соборный разум Церкви приложить огромные духовные усилия к решению этой задачи, неожи­данно приобретшей первостепенную жизненную важность.

Мы призваны теперь пожать плоды этих усилий, рас­смотрев с пристальным вниманием тот исключительный по своей глубине духовный опыт, который приобрела Русская Церковь в борьбе за прояснение и развитие канонических основ своего бытия как единого духовного организма.

Быть может, приобщение к этому недостаточно осоз­нанному опыту поможет нам найти путь к восстановлению ныне утраченного церковного единства.

Более того, автор дерзает предположить, что этот опыт необходим не только для свершения будущих судеб Рус­ской Церкви, но окажется ценным вкладом в искания и усилия Церкви Вселенской, стремящейся осознать и осу­ществить свою онтологическую структуру, как она задума­на в Замысле Божием.

Хотелось бы надеяться на то, что события, отделенные от нас десятилетиями, привлекут к себе внимание не только церковных историков, но и всех тех, кому дороги грядущие судьбы Церкви, тех, кто ясно понимает, что наше будущее коренится в нашем прошлом.

Всероссийский Церковно-Поместный Собор 1917-18 гг. заложил основы канонического устройства Православной Российской Церкви. Согласно общему положению о высшем церковном управлении, основы эти заключаются в следую­щем:

"1. В Православной Российской Церкви высшая власть — законодательная, административная, судебная и контроли­рующая — принадлежит Поместному Собору, периодически, в определенные сроки созываемому в составе епископов, клириков и мирян.

2. Восстановляется патриаршество, и управление цер­ковное возглавляется Патриархом.

3. Патриарх является первым среди равных ему епи­скопов.

4. Патриарх вместе с органами церковного управления подотчетен Собору".

По смыслу дальнейших соборных определений, изби­раемый Собором Высший Церковный Совет, а также Свя­щенный Синод, образуют Высшее Церковное Управление, возглавляемое Патриархом Российской Церкви, причем Патриарх наделен правом при необходимости единолич­но принимать самостоятельные решения, подлежащие в таком случае утверждению ближайшего Собора.

Как же понималась природа первосвятительской вла­сти соборным сознанием? Отметим прежде всего, что со­знание это было многогранным и Собор далеко не сразу пришел к единству даже в основном вопросе — следует ли восстанавливать патриаршество?

"Встал жгучий вопрос, — рассказывает митр. Евлогий,— как управлять Церковью — стоять ли за старый синодаль­ный строй или за патриаршество? "Левые" — светские про­фессора Духовных Академий и либеральные "батюшки" — были против патриаршества. Вновь, как и в Предсоборном Присутствии, заговорили об одиозном монархическом на­чале, об единодержавии, от которого революция освободила не для того, чтобы вновь к этому принципу возвращать­ся. Это был все тот же закоренелый интеллигентский ли­берализм — верность отвлеченным идеям, не считаясь с фактами и исторической действительностью".

Митр. Евлогий показывает, что восстановление пат­риаршества было ускорено теми великими потрясениями государственной и духовной жизни России, которые про­исходили в период деятельности Собора. Переживание со­вершающихся на глазах Божьих Судеб вызвало глубокие сдвиги в сознании многих членов Собора:

"В начале октября, — продолжает рассказчик, — ста­ли приходить вести из Петербурга одна другой ужаснее, одна другой тревожнее... Временное Правительство дожи­вало свои последние дни. Учредительное Собрание каза­лось исходом из безвыходного положения, но созыв его от­срочивали. Русская жизнь разваливалась и надвигался хаос...

В эти ужасные, кровавые дни в Соборе произошла большая перемена. Мелкие человеческие страсти стихли, враждебные пререкания смолкли, отчужденность сглади­лась. В сознание Собора стал входить образ Патриарха, печальника, заступника и водителя Русской Церкви. На будущего избранника стали смотреть с надеждой. На­строение поднялось. Собор, поначалу напоминавший пар­ламент, начал преображаться в подлинный "Церковный Собор": в органическое церковное целое, объединенное одним волеустремлением — ко благу Церкви. Дух Божий повеял над собранием, всех утешая, всех примиряя..."

"Когда Члены Всероссийского Церковного Собора съезжались в Москву, — писал в своей подготовленной для выступления на Соборе статье-речи проф. С. Н. Булгаков, — то лишь у немногих было определенное мнение по во­просу о патриаршестве, а иные и сами не ожидали, что они станут вскоре горячими поборниками его восстановления. Бесспорно, нечто совершилось здесь в самой атмосфере соборной: произошло новое духовное рождение, в недрах соборности церковной родилось патриаршество". С. Н. Булгаков, ссылаясь на "живое соборное сознание, кото­рое долго выбаливало и перебаливало это новое рожде­ние", свидетельствует, что рождение патриаршества в Рус­ской Церкви было чем-то значительно большим, чем про­стым восстановлением нормального канонического строя поместной Церкви: "...Русская Церковь, конечно, могла бы и теперь оставаться при синодальном строе, никакой не­обходимости восстановления патриаршества здесь нет, и речь может идти лишь о его возможности, которая ста­новится действительностью только в творческом акте цер­ковного соборного сознания. Восстанавливаемое патриар­шество не есть только реставрация, но совершенно новый акт Русской Церкви, хотя, конечно, она и действует здесь в согласии с древним преданием".

Подчеркивая роль Патриарха как церковной верши­ны, через которую осуществляется связь со Вселенской Церковью, С. Н. Булгаков усматривает в восстановлении патриаршества великий пророчественный смысл — важ­нейший шаг к всемирному соединению христианства. "Важ­нее всего, конечно, — писал он, — стоит вопрос об основ­ной болезни всего христианского мира, о разделении меж­ду восточной и западной Церковью, которое не может не вызывать непрестанной боли в христианском сердце. В европейской, а вместе и русской трагедии, развертываю­щейся перед нашими глазами, не осуществляется ли ныне зло, которое было посеяно тысячу лет назад, в те недоб­рые дни, когда назревала последняя распря константино­польского и римского престолов? И если Провидению угод­но, чтобы настал, наконец, исторический час, когда ощу­тится близость чуда — нового мира по всей Вселенской Церкви, то мы должны быть готовы, чресла наши препоя­саны и светильники горящи. Вот какие всемирно-истори­ческие перспективы открываются с той вершины, на кото­рой мы ныне находимся, вот какие думы навевает день торжественного настолования Святейшего Патриарха всея Руси. В таком смысле приемлем мы совершающееся тор­жество". (Деян. Собора, кн. III, прилож, к деян. 31, Пг., 1918).

Важные догматические основания патриаршества из­ложил в своей статье-речи член Собора Н. И. Троицкий (там же):

"...Каким же должен быть Патриарх в отношении к прочей иерархии, особенно — к епископам? На это уже существует ответ: в отношении к епископам Патриарх дол­жен быть "первым иерархом между равными". И это есть совершенно точное о нем понятие, и только оно придает ему истинно апостольский характер (разрядка Н. И. Троицкого). Здесь, в обширных речах, некоторые собеседники несколько касались святости Церкви, многие и много до излишества говорили о соборности ее, но сравнительно очень мало была сказано о ее апостольстве. А между тем, именно с этим ее характером стоит в связи данное понятие о Патриархе как "первом среди равных"...

Понятие "первый среди равных" имеет для себя глу­бокое догматическое и историческое основание. Пред воз­несением Своим на небо Спаситель, посылая учеников Своих на всемирную проповедь, повелел им: "Шедше научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святого Духа"(Мф. 28,19). И мы православно исповедуем, что Лица Св. Троицы равны и равночестны, но первое именуется От­цом, и это Лицо Отца будет именоваться всегда первым из трех Лиц Св. Троицы, равных между собою. Переста­новка здесь невозможна, и порядок этот останется вечно неизменным, ибо и он основывается на истории божест­венного Откровения... И при этом порядке Лица Святой Троицы все равны: здесь нет подчинения одного Лица дру­гому, но есть первое между равными — все­гда первое между всегда равными, и при таком равенстве сии Лица никогда не могут быть смешиваемы и перестав­ляемы. Посему-то и Спаситель, открывший тайну трех Лиц Божества, повелел возвещать ее только в порядке истори­ческого откровения, как она действительно была и пребу­дет открытою...

Но, от Евангельской догмы переходя к апостольской истории, видим, что идея "первый среди равных" встречается при самом возникновении Апостольской Церкви — в первом сонме 12-ти Апостолов. ...И Самому Христу, и Апостолам, и всему народу Симон Петр говорил, как "первый между равными", или, как выражается дееписатель Лука, "став посреди учеников", или "став с одиннад­цатью"... Как первый и таковой между сими ему равными он и есть Апостольский прототип всех патриархов последующих исторических времен Церкви. Таким-то имен­но должен быть и высший иерарх Русской Церкви — "как первый между равными ему иерархами", первый — в деле исповедания веры, и в управлении Церковью, и в приум­ножении ее членов.

Таковое, истинно апостольское патриарше­ство и предстанет в Русской Церкви, если Патриарх ее будет именно как первый среди равных...".

Те же догматические основания патриаршества, но в других выражениях и с подчеркиванием других аспектов, излагает член Собора А. В. Васильев в своей статье-речи "Патриаршество и Соборность" (там же):

"...Православно понимаемая соборность, по которой все стосковались и восстановления которой хотят, объеди­няет в себе совет и священноначалие. Прообраз соборности Триединый Бог: при равночестности Божественных Лиц в нем есть и свя­щенноначалие. От Единого источника Начала-Отца рож­дается Слово-Сын и исходит Дух Святый. Господь наш Иисус Христос говорит: "Аз и Отец едино есма", "видевый Меня виде и Отца", но Он же сказал: "Отец Мой болий Мене есть" и — "снидох с небесе не да творю волю Мою, но волю пославшего Мя Отца". В предвечном Божием Со­вете о творении мира и человека участвуют все Божест­венные Лица; но Сын покорствует Отцу до самоуничиже­ния, до сошествия на землю в образе человека-раба, до страданий и смерти крестной. И Дух равен Сыну и Отцу; но Сын посылает Его от Отца и Он покорен Отцу и Сыну, нисходит на нашу грешную землю, животворит, просве­щает и святит ее. И весь мир, и все населяющие его Бого-зданные твари носят в себе, в меру большего или мень­шего их совершенства, образ и подобие своего Творца.

О человеке прямо сказано в книге Бытия: "Сотворим человека по образу Нашему и по подобию". Человек, как и его Творец, соборен и иерархичен в телесном составе, а в душевном существе — триедин. Но в его отдельности он еще не венец Божественного Творчества. Правда, сотво­рив его в 6-й день, Бог почил от дел Своих; но Господь наш Иисус Христос говорит: "Отец Мой доселе делает, и Аз де­лаю". Но это Божественное делание уже не непосредст­венный вызов стихий и существ Божественным Словом из небытия к бытию, а зодчество из данных в первые дни сти­хий и сил, совершаемое при посредстве созданных тогда же разумных тварей, главным образом — человеков и ан­гелов...

Церковное наше священноначалие идет и получает свое освящение и благодатную силу и власть не от избрания снизу, а сверху. "Не вы Меня избрали, — говорит Христос ученикам, — но Я вас избрал". И Он дал им власть учить и священнодействовать, вязать и решать и пасти Его стадо, и от Апостолов передается преемственно эта власть чрез святительское рукоположение доныне. По православному нашему пониманию, Церковь не только общество верую­щих, но — тело Христово; тело же возглавляется единою главою, и все члены его от нее получают веления, куда им двигаться или что делать. Верховному Апостолу Петру трижды повелел Господь: "паси агнцы (овцы) Моя", и на этом камне воздвиг Он Церковь Свою и обещал, что врата адова не противостанут ей. И Церковь Христова, в Пра­вославном ее понимании, не бездеятельная и не оборон­ческая, но воинствующая, наступательная. "Дадеся Мне всяка власть на небеси и на земли. Шедше научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа, учаще их блюсти вся, елика заповедах вам; и се Аз с вами есмь до скончания века", — таковы последние слова, по­следний завет Господа нашего Иисуса Христа Апостолам и их преемникам перед вознесением Его на небо. И как всякому великому воинству необходимы единый верхов­ный вождь и подчиненные ему вожди — военачальники в каждом самостоятельно действующем отряде, так и вели­кое воинство Христово — Святая Вселенская Церковь, возглавляемая единым Верховным Пастыреначальником Господом Иисусом Христом, в каждой из автокефальных, самостоятельных своих частей должна иметь своего вер­ховного пастыреначальника и вождя в лице первоиерарха своего народа, своей области или страны".

Таким образом, и в непосредственном переживании, и в попытках догматического осмысления патриаршего сана Собор усваивал этому сану характер священный, софийный (т.е. несущий на себе образ Божий), благодатный. Для закрепления этого восприятия в народном сознании 16/29 февр. 1918 г. Св. Синод принимает постановление о поминовении Патриарха на великом входе во время литургии во всех православных храмах.

(В других Православных Поместных Церквах имеет место другая практика: там имя Патриарха возносится только в церкви его собственной епархии, в других же епархиях поминает Патриарха епархиальный архиерей, клирики же епархии поминают только своего архиерея — ЖМП, I, 1931).

События, происходившие в это время в политической жизни, показывали, что Св. Церкви угрожает жесточай­шее гонение и не исключена возможность насильственного лишения жизни Патриарха. Реальные события показали в дальнейшем обоснованность этих опасений: до своей ско­ропостижной смерти в 1925 г. Патриарх дважды подвергался покушениям (в 1919 и в 1924 гг.) и затем едва избежал расстрела по приговору суда.

Перед Собором встал вопрос исключительной важности: как в такой чрезвычайной ситуации обеспечить сохранение первосвятительского возглавления Русской Церкви в случае насильственного устранения Патриарха Тихона? Ясно было, что в этих условиях не будет возможности созвать Собор для избрания нового Патриарха, и в то же время нельзя было допустить, не нарушая соборного начала, чтобы сан первосвятителя мог быть получен кем-либо без прямой санкции Собора. Нельзя было вводить ни прак­тику завещаний, осужденную Вселенской Церковью, ни присвоение первосвятительского сана традиционному Ме­стоблюстителю — старейшему по хиротонии члену Синода, полномочия которого, согласно этой традиции, исчерпы­вались обязанностью в кратчайший срок созвать новый Собор. Кроме того, было ясно, что если гонители поста­вят целью обезглавить Русскую Церковь, то одновременно с Патриархом будут устранены и те иерархи, которые смо­гут его заменить, если их имена заранее будут известны.

В этих беспрецедентных обстоятельствах Собор прини­мает столь же беспрецедентное — и в свете будущих событий, дерзнем сказать, Богодухновенное — решение о тайном соборном избрании нескольких Местоблюстителей Патриаршего Престола, наделенных всей полнотой патри­аршей власти, т. е. фактически как бы нескольких "сопатриархов", наделенных правом, в случае необходимости, в порядке старшинства обнаруживать свою первосвятительскую власть.

Беспрецедентность решения заключалась и в том, что для сохранения в тайне имен Местоблюстителей избрание конкретных лиц было доверено Собором Патриарху Тихо­ну. 25 января/7 февраля 1918 г., в день убийства митропо­лита Киевского Владимира, Собор постановил: "на слу­чай болезни, смерти и других печальных для Патриарха возможностей, предложить ему избрать нескольких блю­стителей патриаршего престола, которые в порядке стар­шинства и будут блюсти власть Патриарха и преемствовать ему".

3/16 февраля при обсуждении вопроса о нормальном порядке местоблюстительства было сообщено, что имело место "закрытое заседание Собора", на котором на слу­чай чрезвычайных обстоятельств "было постановлено, что вся полнота власти Патриарха переходит к Местоблюсти­телю", причем имелся в виду не Местоблюститель в обыч­ном смысле, но именно те "чрезвычайные" Местоблюстите­ли, избрание которых было поручено Патриарху Собором.

В своем письме митр. Агафангелу от 17/30 апреля 1926 г. митр. Сергий (Страгородский) писал об этом постановле­нии:

"Собор 1917-18 г. сделал Св. Патриарху поручение, в изъятие из правил, единолично назначить себе преемни­ков или заместителей на случай экстренных обстоятельств. Имена же этих заместителей Патриарх должен был, кро­ме их, не объявлять, а только сообщить Собору в общих чертах, что поручение исполнено. Я знал о таком поруче­нии Собора Патриарху, но на заседании том не был. Пре­освященный же Прилукский Василий (Зеленцов) под­тверждает, что он был и на первом (закрытом) заседании, когда Патриарху было дано поручение, и на втором, когда Патриарх доложил Собору, что поручение исполнено".

Будущее показало, насколько нелишними были все эти предосторожности. К моменту смерти Патриарха Тихона все крупные иерархи, о которых можно было предпола­гать, что именно их избрал по поручению Собора Патриарх Тихон в 1918 г., были тем или иным способом устранены: митрополит Харьковский Антоний — в эмиграции, митро­полит Петроградский Вениамин — расстрелян, митропо­лит Новгородский Арсений, Казанский Кирилл и Ярослав­ский Агафангел — в ссылке.

Первосвятительскую власть в Русской Церкви после смерти Патриарха Тихона удалось сохранить лишь благо­даря тому, что одним из своих Местоблюстителей Патриарх Тихон избрал в 1918 году будущего митрополита Петра, ко­торый в момент избрания был всего лишь синодальным служащим! Многих архиереев изумляла и смущала его дальнейшая стремительная "карьера", в течение шести лет превратившая его в митрополита Крутицкого и Коломен­ского... Но именно благодаря необычайности своей судь­бы он оказался единственным избранником Патриарха (фактически, избранником Собора, по доверию к Патри­арху), оставленным на свободе к моменту смерти Патри­арха Тихона. Трудно даже предположить, как сложилась бы и без того трагическая судьба Русской Церкви, если бы мудрый замысел Собора и Патриарха не был осуществлен в жизни.

Несмотря на принятые чрезвычайные меры к сохра­нению в Русской Церкви первосвятительской власти, раз­витие событий в 1918-29 гг. показало, что необходимо при­нять решение о форме управления Русской Церковью на тот случай, если первосвятительская власть по тем или иным причинам прекратит свое реальное действие.

После двух творческих актов Поместного Собора: раз­рыва с синодальной формой управления и принятия бес­прецедентной формы местоблюстительства, требовалось еще одно, наиболее трудное, решение — санкционировать организацию церковной жизни при отсутствии первосвя-тительского возглавления. Трудность этого решения, и в особенности воплощения его в реальной жизни, заключа­лась в том, что за всю свою историю Русской Церкви ни­когда не приходилось существовать без централизованного управления. Эта веками укоренившаяся привычка к цен­трализации создавала большую опасность в случае ликви­дации реальных носителей первосвятительской власти — опасность создания ложного, фиктивного центра церков­ного управления, который, в силу своей безблагодатной природы, легко мог стать орудием разрушения Церкви.

>Глава III Русская Церковь после смерти Патриарха Тихона (1925-27 гг.)

Экклезиологические принципы, намеченные Всероссий­ским Церковно-Поместным Собором, углубленные затем Патриархом Тихоном и его ближайшими сотрудниками, не были и не могли быть сразу поняты и осуществлены в жизни Русской Церкви.

Помимо непривычной "новизны" самих принципов, по­ложение осложнялось еще и тем, что расстрелы, эмиграция и ссылки унесли к моменту кончины Святейшего Патриарха Тихона самых видных иерархов и крупнейших церковных деятелей, которые своим авторитетом могли бы утвердить в общецерковном сознании эти дерзновенные прозрения.

Вековые привычки и традиции делали свое дело, при­водя к непроизвольному искажению Соборного и Патриар­шего замысла о созидании подлинно православных форм церковной жизни.

Уже обновленчество, несмотря на все его эффектные нововведения, в своих духовных корнях было течением глу­боко реакционным, ибо возвращалось к преодоленным Цер­ковью формам существования: церковно-государственной симфонии и синодально-бюрократическому управлению. Но если раньше на эти формы можно было смотреть как на промежуточные и несовершенные, то возврат к ним перед лицом воинствующего антихристианства приводил к неиз­бежному духовному краху.

Однако и те члены Русской Церкви, которые сохранили верность патриаршему строю, в большинстве своем еще не осознали с полной ясностью, в чем состоит сущность этого строя. Если Соборные установления были направлены к тому, чтобы Церковь видимым образом осуществила себя как Богочеловеческий организм, как Теократию, реализация которой требовала предельного напряжения свободной че­ловеческой активности, то в сознании многих членов Церкви эта идея Теократии подменялась идеей человеческого еди­новластия, образ монархии церковной невольно подменялся образом несовершенной монархии государственной, с ее лишь частичным освящением, системой наследования вла­сти и патриархальным принципом беспрекословного и без­ответственного послушания "старшим".

Такое частичное отступление с духовных позиций, за­воеванных Собором, казалось единственным способом огра­дить Церковь от натиска обновленчества и прочих расколь­ников. При этом на время был совсем отвергнут тот путь сохранения православной церковности в бедственных усло­виях, который был указан Патриархом Тихоном в духе Со­борных установлений, — превращение Местной Церкви каждого Епископа в самостоятельное и незыблемое осно­вание Православия.

Но, как это не раз случалось в истории Церкви, кажу­щаяся благочестивой — а в действительности означающая нежелание откликнуться на Божественный Призыв — попытка удержаться на консервативной позиции в борьбе с антиправославными течениями и на этот раз привела к по­тере всего, что хотели сохранить.

Попытка подменить Боговластие единоначалием, по­пытка заменить трудный путь утверждения достоинства каждого епископа как самостоятельной основы Церкви лжесмиренным послушанием церковно-административному "начальству" привела к разрушению всего патриаршего строя Русской Церкви. В результате Русская Церковь ока­залась ввергнутой в те же бедствия, которые несло с собой обновленчество, — частичное восстановление церковно-государственной лжесимфонии и подмена соборно-патриаршего строя Церкви строем административно-бюрокра­тическим.

30 марта/12 апреля, после торжественного погребения Святейшего Патриарха Тихона в Донском монастыре, в при­сутствии 60 архиереев было оглашено распоряжение Патри­арха Тихона о порядке местоблюстительства, составленное им 25 дек. 1924/7 янв. 1925 г., следующего содержания: "В случае Нашей кончины Наши Патриаршие права и обязанности, до законного выбора нового Патриарха, предо­ставляем временно Высокопреосвященному митрополиту Кириллу (Смирнову). В случае невозможности по каким-либо обстоятельствам вступить ему в отправление означен­ных прав и обязанностей, таковые переходят к Высокопреосвященному митрополиту Агафангелу (Преображенскому). Если же и сему митрополиту не представится возможности осуществить это, то Наши Патриаршие права и обязанности переходят к Высокопреосвященному Петру (Полянскому), митрополиту Крутицкому.

Доводя о настоящем Нашем распоряжении до общего сведения всех Архипастырей, пастырей и верующих Церкви Российской, считаем долгом пояснить, что сие распоряже­ние заменяет таковое Наше распоряжение, данное в ноябре месяце 1923 года.

Тихон. Патриарх Московский и всея России".

Таким образом, Патриарх Тихон открыл Церкви имена тех избранников, которых он, по поручению Собора, наме­тил в 1918 году и которые были наделены Собором чрезвы­чайными полномочиями — всей полнотой "патриарших прав и обязанностей".

Однако большинство собравшихся архиереев воспри­няло это распоряжение как "завещание" (так называет этот документ и сам митр. Петр в своем первом послании), и в этой нечеткости понимания соборного происхождения власти Чрезвычайных Местоблюстителей уже скрывалась опасность будущих тяжких ошибок. Но никто не мог тогда предполагать, что эти, на первый взгляд, "тонкости" в действительности будут определять судьбу Русской Цер­кви. Все покрывалось благоговением перед волей почившего Патриарха и сознанием необходимости иметь единственного и бесспорного возглавителя Церкви. Возможно, что здесь в сознании архиереев, в их понимании благодатной природы церковной власти на первый план выступила идея "благосло­вения", игравшего столь важную роль в русской церковной и, особенно, монашеской жизни. Отсюда и представления о "преемстве власти" и "послушании во исполнение воли почившего Патриарха", выраженные в тексте заключения, подписанного архиереями, еще не осознавшими, что харизма первосвятительской власти есть нечто такое, что дается лишь при условии соборного избрания и путем завещания или благословения не передается. Текст "заключения" зву­чал так:

"Убедившись в подлинности документа и учитывая 1) то обстоятельство, что почивший Патриарх при данных условиях не имел иного пути для сохранения в Российской Церкви преемства власти и 2) что ни митрополит Кирилл (Смирнов), ни митрополит Агафангел (Преображенский), не находящиеся теперь в Москве, не могут принять на себя возлагаемых на них вышеприведенным документом обязан­ностей, Мы, Архипастыри, признаем, что Высокопреосвя­щенный митрополит Петр (Полянский) не может уклонить­ся от данного ему послушания и во исполнение воли почив­шего Патриарха должен вступить в обязанности Патриар­шего Местоблюстителя ".

Первой под документом стояла подпись Нижегородско­го митрополита Сергия — он снова был самым авторитет­ным иерархом и, возможно, одним из главных составителей текста заключения...

Понадобилось 8 лет дальнейшей мучительной внутрицерковной борьбы, для того чтобы несколько выдающихся иерархов Русской Церкви смогли ясно осознать и выразить существо соборного замысла и подлинное происхождение первосвятительской власти митрополита Петра. Но достигли они этого тогда, когда их голос уже почти никем не был услышан...

Встав во главе Русской Церкви, митрополит Петр в сане первоиерарха, как прежде Патриарх Тихон, оказался тем камнем, об который опять разбились надежды обновленцев.

Вскоре стало ясно, что митрополит Петр — не тот возглавитель Церкви, который может устроить Ее врагов. По-прежнему твердо держа курс на полное уничтожение Церкви — и не скрывая этого, — они нуждались при этом в таких церковных лидерах, которые предварительно помо­гут сломить в народной массе верующих духовное предубеж­дение против новой государственной идеологии, помогут воспитать таких верующих, которые "рука об руку" с непримиримыми врагами Церкви будут "строить коммунизм", а затем "религиозные предрассудки сами собой и безболез­ненно отомрут"... Самые искренние заверения Патриарха Тихона и митр. Петра в гражданской лояльности, но без провозглашения внутренней духовной солидарности с со­ветской властью — устроить последнюю, очевидно, не могли.

Ни Патриарха Тихона, ни митрополита Петра, твердо вставших на позицию "аполитичности", т. е. духовной от­страненности Церкви от политики, заставить сойти с этой позиции так и не удалось. Обновленцы же постепенно теряли паству, а попытка вынудить митр. Петра и православных епископов пойти на "примирение" с обновленцами также потерпела неудачу...

27 ноября/ 10 декабря 1925 г. митрополит Петр и группа близких ему епископов были арестованы.

За несколько дней до ареста он составил распоряжение о своих временных заместителях:

"В случае невозможности по каким-либо обстоятельст­вам отправлять Мне обязанности Патриаршего Местоблю­стителя, временно поручаю исполнение таковых обязанно­стей Высокопреосвященнейшему Сергию (Страгородскому), митрополиту Нижегородскому. Если же сему митрополиту не представится возможности осуществить это, то во вре­менное исполнение обязанностей Патриаршего Местоблю­стителя вступит Высокопреосвященнейший Михаил (Ерма­ков), Экзарх Украины, или Высокопреосвященнейший Иосиф (Петровых), архиепископ Ростовский, если митро­полит Михаил (Ермаков) лишен будет возможности выпол­нить это мое распоряжение.

Возношение за богослужениями Моего имени, как Пат­риаршего Местоблюстителя, остается обязательным.

Временное управление Московской епархией поручаю Совету Преосвященных Московских викариев, а именно: под председательством епископа Дмитровского Серафима (Звездинского), епископу Серпуховскому Алексию (Готовцеву), епископу Клинскому Гавриилу (Красновскому) и епископу Бронницкому Иоанну (Василевскому).

Патриарший Местоблюститель

Митрополит Крутицкий, смиренный
Петр (Полянский)"

23.11 (6.12) 1925 г.
гор. Москва

"Заместителем Местоблюстителя" стал митр. Сергий (Страгородский)...

Трудно было тогда предполагать, какую исключитель­ную роль сыграет это распоряжение митр. Петра в дальней­шей истории Русской Церкви.

Сравнивая этот документ с аналогичным распоряжением Патриарха Тихона перед арестом в 1922 г., мы можем видеть каноническую непоследовательность митр. Петра, в которой проявилась нечеткость экклезиологического сознания, свойственная в то время большинству русских иерар­хов.

Патриарх Тихон передавал митр. Агафангелу всю полно­ту первосвятителъской власти, без всяких, оговорок о воз­ношении имени, на основании чрезвычайного постановле­ния Собора. Очевидно, в случае принятия митр. Агафангелом обязанностей первоиерарха, имелось в виду, что его имя и будет возноситься за богослужением, вплоть до возвраще­ния Святейшего, когда будет восстановлено и фактическое управление, и возношение имени Патриарха.

Но в тот тяжкий период 1922-23 г., когда Патриарх Ти­хон был под арестом, когда митр. Агафангел принять управ­ление Церковью не смог, а натиск обновленчества был стре­мительным и успешным, для многих православных основ­ным символом единения против обновленцев было возноше­ние имени Патриарха Тихона на великом входе за литур­гией. Этот богослужебный символ, введенный Поместным Собором через три месяца после избрания Патриарха, был наиболее понятным и близким для церковного народа выра­жением признания первосвятительского возглавления Цер­кви.

В принципе трудно возразить против такого символи­ческого выражения верности находящемуся под арестом или в ссылке первоиерарху, но отделение в сознании ве­рующих литургического поминания первоиерарха от того реального управления Церковью, в котором заключается сущность первосвятительского сана, могло породить иллю­зию, что сан первоиерарха связан прежде всего с литурги­ческим действием, так что поминание его необходимо для совершения таинства. Более того, мог возникнуть взгляд, что харизматическая природа первосвятительского сана исчерпывается этим литургическим проявлением, тогда как фактическое управление Церковью есть обычное человеческое дело, сопровождаемое или не сопровождаемое Божест­венной благодатью — как и всякое другое дело — в зави­симости от личной духовности первоиерарха.

В дальнейшем обе эти ошибки проявились в церковной практике, и возможность их заложена уже в распоряжении митр. Петра, разделяющем мистический аспект первосвя-тительского сана от фактического управления Церковью.

Оговорив необходимость возношения своего имени, митр. Петр не оговаривает объема полномочий заместите­ля, так что по прямому тексту документа можно предполо­жить, что передается вся полнота власти Местоблюстителя, равная, согласно Чрезвычайному постановлению Собора, власти Патриарха. Между тем, на такую передачу власти митр. Петр полномочий не имел, и если бы даже попытался это сделать, такой акт был бы канонически бездейственным, и никакими постановлениями митр. Петра первоиерархом не мог бы стать никто, кроме лиц, поименованных в распо­ряжении Патриарха Тихона.

Хотя митр. Петр впоследствии поясняет, что он имел в виду лишь весьма ограниченные полномочия своих заме­стителей — ведение текущих дел, — однако и такое замести­тельство было нововведением, не предусмотренным никаки­ми предыдущими церковными установлениями. Если стро­го следовать принципам, установленным Собором и Патри­архом, то с арестом митр. Петра должен был вступить в дей­ствие Указ 7/20 ноября 1920 г. о децентрализации церковной структуры и самоуправлении епархий. Безразлично — с возношением имени митр. Петра, или только своего епар­хиального архиерея, вплоть до освобождения митр. Петра или передачи им своих полномочий другому Местоблюсти­телю.

Не вполне удавшийся опыт исполнения этого Указа в период ареста Патриарха Тихона, возможно, в какой-то ме­ре оправдывал введенную митр. Петром практику замести­тельства, но дальнейший ход церковной жизни показал, что как сама эта практика, так, в особенности, отсутствие чет­кой формулировки круга дел, относящихся к "текущим" и подлежащих ведению заместителя, породило много бедст­вий, соблазнов и недоумений.

Все та же рожденная в синодальный период привычка смотреть на церковное управление, как на дело чисто человеческое, административно-бюрократическое, связанное по преимуществу с государственной политикой, - создавала грозную опасность возникновения новых, помимо обновлен­ческого ВЦУ, фальшивых центров церковного управления.

Вторым (после обновленческого) таким фальшивым центром стал григорианский ВВЦС, третьим — митрополит Сергий, в качестве заместителя Патриаршего Местоблюсти­теля претендовавший на полноту первосвятительскои вла­сти.

Григориане по отношению к митр. Петру повторили (под руководством того же А. Е. Тучкова) почти тот же маневр, что обновленцы с Патриархом Тихоном, но с исправ­лением некоторых наиболее грубых ошибок обновленцев.

9/22 декабря 1925 г. в Донском монастыре собралось 10 епископов, объявивших себя Временным Высшим Церков­ным Советом (ВВЦС), который должен был стать "времен­ным органом церковного управления Российской Православ­ной Церкви", при этом оставаясь "в каноническом и молит­венном общении с Патриаршим Местоблюстителем".

Итак, в отличие от обновленцев, орган — временный, сохраняющий духовную связь с заключенным Главой Цер­кви, и — никакого "женатого епископата".

На первый взгляд может показаться, что в действиях григориан была какая-то связь с Указом 7/20 ноября 1920 г., ибо там говорится о возможности создания Временного Выс­шего Церковного Правительства для группы епархий. Раз­ница, однако, в том, что Указ подразумевает лишь добро­вольное объединение нескольких епархий, находящихся в одинаковых условиях. Если бы речь шла именно о таком объединении, то при условии отсутствия связи с Высшим Церковным Управлением в лице митр. Петра было бы труд­но канонически возразить против того, чтобы 10 григориан­ских епископов управляли своими 10-ю епархиями совмест­но или даже под добровольно признанным руководством самых авторитетных иерархов из своей среды.

Григориане, однако, создали новое Высшее Церковное Управление всей Русской Церкви (хотя и "временное"), вместо того реального возглавления, которое мог осущест­влять лишь один из названных Патриархом Тихоном Место­блюстителей. И такое действие не может быть расценено иначе, как узурпация первосвятительскои власти, тогда как одна из целей Указа 1920 г. — именно предотвращение та­кой узурпации.

В позиции григориан отчетливо сформулирована экклезиологическая ошибка, намеченная уже в распоряжении митр. Петра, — разделение мистического и фактического аспектов власти первоиерарха. Мистический аспект мало беспокоил григориан и тем более А. Е. Тучкова — они го­товы были управлять хотя бы и от имени митр. Петра, лишь бы сам митр. Петр не имел возможности реально вмеши­ваться в церковные дела.

Такая подмена была бы невозможна при ясном сознании единства двух аспектов первосвятительской власти: кто имеет первосвятительскую харизму, тот и управляет Церко­вью — и никто другой!

Узурпаторские цели ВВЦС стали вполне очевидными, после того как членам ВВЦС обманным путем удалось до­биться от митр. Петра (при свидании в тюрьме ГПУ) резо­люции о передаче временного управления коллегии из трех архиереев, в числе которых был назван арх. Григорий (Яцковский) — глава ВВЦС.

Продолжая развивать идею заместительства, митр. Петр полагал безразличным, будет ли поручено временное веде­ние текущих дел единоличному заместителю или архиерей­ской коллегии. На этот раз митр. Петр сформулировал свое поручение более четко, чем в распоряжении от 23 ноября/6 декабря, оговорив, что "коллегия" является "выразитель­ницей Наших, как Патриаршего Местоблюстителя, полно­мочий по всем вопросам, кроме вопросов принципиальных и общецерковных, проведение в жизнь которых допустимо лишь с Нашего благословения", причем и такие полномочия поручались лишь "временно, до выяснения Нашего дела".

Ясно, что после такой резолюции полномочия предыду­щего заместителя — митр. Сергия (и без того ограниченные, как видно из пояснений митр. Петра, относящихся к лю­бому заместительству) теряли какое бы то ни было осно­вание.

Митр. Сергий, однако, не подчинился резолюции на том основании, что григориане добыли ее обманным путем, скрыв от митр. Петра, что другие (кроме арх. Григория) на­значенные им члены коллегии фактически приступить к управлению не могут, а также на том, что митр. Петр не имеет права подменять единоличное управление коллеги­альным...

Если митр. Сергий прав, обвиняя григориан в получе­нии резолюции обманным путем, то его соображения на­счет "коллегиальности" менее убедительны. Единоличное управление митр. Петр не отменил, но оставил за собой, по поводу же структуры "временного заместительства" при живом первоиерархе никаких соборных определений не было, т. к. эта форма управления вообще не предусматривалась. Митр. Сергий, однако, начинает уже развивать идею, что заместительство подразумевает передачу всей полноты "фак­тической" власти (ибо, действительно, где тот принцип, по которому можно "раздробить" первосвятительскую власть на части, а церковные дела разделить на "существенные" и "несущественные"). В этом случае действительно становится оправданным обвинение митр. Сергия против митр. Пет­ра о замене "единоличного" возглавления "коллегиальным". Однако ложна сама идея митр. Сергия, подменяющая вопрос об онтологии первосвятительской власти, о ее проис­хождении (соборное избрание) — вопросом о ее внешнем образе ("единоличная" или "коллегиальная"). Тем самым образ власти отрывался от ее сущности, становился лишь формальным принципом.

Мы здесь не будем рассматривать сложный ход борьбы митр. Сергия с григорианским ВВЦС. Мы полагаем, что в этой борьбе как ВВЦС, так и митр. Сергий намного превы­сили свои полномочия...

Глава IV
БОРЬБА ЗА ЦЕРКОВНУЮ СОБОРНОСТЬ

Соборность, понимаемая как благодатное единство иерархического, личного и общественного начал, всегда была одной из самых излюбленных идей русского рели­гиозного сознания.

Поместный Собор 1917-18 гг., на котором избранные члены Русской Церкви пережили минуты такого благодат­ного единения, еще более увеличил религиозную жажду утверждения этого начала как нормы церковной жизни.

Но как показал реальный исторический опыт, идеал этот предъявляет чрезвычайно высокие требования к каж­дому члену Церкви.

Жажда приобщения к благодатной соборной жизни требовала от каждого члена Церкви воспитания в себе двух способностей: первое — умение и желание смиряться перед общим законом и общим благом, дабы предохранить соборный организм от духовного и физического распада, и второе, оказавшееся намного более трудным, — воспи­тание способности каждого лица быть свободным, не впа­дая в грех, ибо грех есть "преодоление" закона не к сво­боде, а к рабству.

Отказ от непреложного требования быть свободным порождал соблазн осуществления "соборности" уже не пу­тем добровольного взаимного смирения, а путем духовного насилия целого над индивидуальным, общего над частным, власти — над подвластными.

И тогда в Русской Церкви стала расти опасность пре­вращения церковного организма — в механизм, собора — в безликое и безвольное собрание, гармонии иерархичес­кого и личного начал — в канцелярски-бюрократический деспотизм церковного "начальства".

Вместо того, чтобы внедрить дух соборности во все стороны народной жизни, Русская Церковь сама оказалась захваченной смертоносным процессом духовного рас­пада и разложения, который стал уделом русского обще­ства и государства.

Но именно перед лицом этого победоносного шествия духа смерти с небывалой прежде силой проявили себя жи­вотворные энергии подлинной церковности.

Наше спасение — в том, чтобы сквозь долгие годы забвения пробиться к этим источникам, нешумно стру­ящимся у подножия Русской Голгофы; наш долг — обеспе­чить, чтобы доступ к этим источникам не преграждался более никем и никогда...

Надежду на то, что соборность является единствен­ным спасением Русской Церкви, выразил арх. Иларион (Троицкий) в своем письме из заключения:

"Последние два года с лишком я не участвую в цер­ковной жизни, имею о ней лишь отрывочные и, возможно, не точные сведения.

Поэтому для меня затруднительно суждение о частно­стях и подробностях этой жизни, но, думаю, общая линия церковной жизни и ее недостатки, и ее болезни мне из­вестны. Главный недостаток, который чувствовался еще и раньше, — это отсутствие в нашей Церкви Соборов. С 1917 года, т. е. в то самое время, когда они особенно были нужны, так как Русская Церковь, не без воли Божией, вступила в совершенно новые исторические условия, усло­вия необычные, значительно отличающиеся от раннейших условий, — церковная практика, включая и постановления Собора 1917-18 гг., к этим новым условиям не приспособ­лена, так как она образовалась в иных исторических усло­виях. Положение значительно осложнилось со смерти Свя­тейшего Патриарха Тихона. Вопрос о местоблюстительстве, поскольку мне известно, тоже сильно запутан, церковное управление в полном расстройстве. Не знаю, есть ли среди нашей иерархии и вообще среди сознательных членов Цер­кви такие наивные и близорукие люди, которые имели бы нелепые иллюзии о реставрации и свержения советской вла­сти и т. п., но думаю, что все, желающие блага Церкви, сознают необходимость Русской Церкви устраиваться в новых исторических условиях. Следовательно, нужен Собор, и прежде всего нужно просить государственную власть разрешить созвать Собор. Но кто-то должен собрать Собор, сделать для него необходимые приготовления, словом — довести Церковь до Собора. Поэтому нужен теперь же, до Собора, церковный орган. К организации и деятельно­сти этого органа у меня есть ряд требований, которые у меня, думаю, общие со всеми, кто хочет церковного уст­роения, а не расстройства, мира — а не нового смятения. Некоторые из этих требований я и укажу.

1. Временный церковный орган не должен быть в сво­ем начале самовольным, то есть, должен при своем начале иметь согласие Местоблюстителя.

2. По возможности во временный церковный орган должны войти те, кому поручено Местоблюстителем митро­политом Петром (Полянским) или Святейшим Патриархом.

3. Временный церковный орган должен объединять, а не разделять епископат, он не судья и не каратель несоглас­ных — таковым будет Собор. (Подчеркнуто нами — Л. Р.).

4. Временный церковный орган свою задачу должен мыслить скромной и практической — созвание Собора. Последние два пункта требуют особого пояснения. Над иерархией и церковными людьми витает отвратительный призрак ВЦУ 1922 года. Церковные люди стали подозри­тельны. Временный церковный орган должен как огня бояться хотя бы малейшего сходства своей деятельности с преступной деятельностью ВЦУ. Иначе получится только новое смятение. ВЦУ начинало со лжи и обмана. У нас все должно быть основано на правде. ВЦУ, орган совершенно самозванный, объявил себя верховным вершителем судеб Русской Церкви, для которого не обязательны церковные законы и вообще все божеские и человеческие законы. Наш церковный орган — только временный, с одной определен­ной задачей — созвать Собор. ВЦУ занялось гонением на всех, ему не подчиняющихся, то есть на всех порядочных людей из иерархии и из других церковных деятелей, и, грозя направо и налево казнями, обещая милость покорным, ВЦУ вызвало нарекания на власть, нарекание, едва ли желательное для самой власти. Эта отврати­тельная сторона преступной деятельности ВЦУ и его пре­емника, так называемого Синода, с его Соборами 1923-25 гг., заслужила им достойное презрение, доставив много горя и страданий неповинным людям, принесла только зло и имела своим следствием только то, что часть иерархии и несознательных церковных людей отстала от Церкви и составила раскольническое общество. Ничего подобного, до самого малейшего намека, не должно быть в действиях временного церковного органа.

Эту мысль я особенно подчеркиваю, потому что здесь именно вижу величайшую опасность. Наш церковный ор­ган должен только созвать Собор. Относительно этого Со­бора обязательны следующие требования.

5. Временный церковный орган должен собрать, а не подбирать Собор, как то сделано печальной памяти ВЦУ в 1923 году. Собор подобранный не будет иметь никакого авторитета и принесет не успокоение, а только новое смя­тение в Церкви. Едва ли есть нужда увеличивать в истории количество разбойничьих Соборов; довольно и трех: Ефесского 449 г. и двух Московских 1923-25 гг. Самому же бу­дущему Собору мое первое пожелание то, чтобы он мог доказать свою полную непричастность и несолидарность со всякими политически неблагонадежными направлениями, рассеять тот туман бессовестной и смрадной клеветы, которым окутана Русская Церковь преступными стара­ниями злых деятелей (обновления). Лишь только настоя­щий Собор может быть авторитетным и сможет внести успокоение в церковной жизни, дать покой измученным сердцам церковных людей. Я верю, что на Соборе обна­ружится понимание всей важности ответственного церков­ного момента, и он устроит церковную жизнь соответствен­но новым условиям".

Основные идеи, высказанные арх. Иларионом в письме от 10/12 1927 г. и поныне остаются актуальными...

Опасность, указанная арх. Иларионом, проявилась сра­зу же после начала второго периода заместительства митр. Сергия. Признание за митр. Сергием в качестве "фактичес­кого управителя" Церкви права на перемещения и увольне­ния архиереев создавало порочный круг: изменяя в жела­тельном для себя направлении состав русской иерархии, он затем получал возможность создавать впечатление собор­ного одобрения своих действий. Ясно, что при такой по­становке дела "соборность" превращалась в полную фикцию. Аналогичную "процедуру" митр. Сергий проделал и с Синодом: выбрал по своему усмотрению из нескольких десятков русских архиереев шесть епископов с сомнитель­ной репутацией, но полностью ему послушных, и после это­го стал говорить о "соуправляющем" органе власти, под­крепляя подписями членов Синода свои постановления, по существу не перестававшие от этого быть единоличны­ми.

Признание принципа бюрократического единовластия приводило к тому, что один епископ, захвативший в свои руки церковную канцелярию, получал возможность изме­нить иерархический состав и духовное лицо целой Помест­ной Церкви! Такое положение было бы абсолютно недопу­стимо даже в том случае, если бы митр. Сергий действи­тельно был настоящим первоиерархом...

Первую попытку разорвать порочный круг предпри­нимает Ленинградский митр. Иосиф, которого митр. Сер­гий со своим Синодом указом от 31 авг./13 сент. 1927 г. переводит на Одесскую кафедру на том основании, что гражданские власти запретили митр. Иосифу въезд в Ле­нинград.

Неожиданно, вместо традиционной бессловесной покорности, с которой русские архиереи принимали исходя­щие "сверху" распоряжения, митр. Иосиф отвечает пол­ным и категорическим отказом подчиниться приказу о сво­ем перемещении, как незаконному и неприемлемому. Это была еще не вполне осознанная и обоснованная — но, несомненно, здоровая — реакция церковного организма на внедрение в него инородного и вредоносного бюрокра­тического начала.

Поступок митр. Иосифа создавал прецедент, грозив­ший разрушить весь замысел перестройки Церкви, заду­манный митр. Сергием.

По докладу Петергофского епископа Николая (Ярушевича) о волнениях в Ленинградской епархии в связи с делом митр. Иосифа, митр. Сергий с Синодом (получив­шим уже название Временного Патриаршего (!) Священ­ного Синода) принимают постановление, в котором исполь­зуют все приемы, рассчитанные на поверхностное и незре­лое экклезиологическое сознание: и ссылка на каноны, не относящиеся к сути данного конкретного дела, и напоми­нание о "церковной пользе", о "церковном послушании и дисциплине", об "искусственности" связи с епархией митр. Иосифа, и совет "не соблазняться легкой возможностью жить в Ростове", и требование не производить "смущение" среди верующих...

Викариям Ленинградской епархии пердписывалось пре­кратить за богослужением возношение имени митр. Иоси­фа и подчиниться временному управляющему Ленинград­ской епархии еп. Николаю (Ярушевичу).

Митр. Иосиф, однако, снова не подчиняется, в своем письме к митр. Сергию от 17/30 окт. поясняя, что нестроения в епархии породил тайно оглашенный по Ленинград­ской епархии приказ о его перемещении, что связь его с ленинградской паствой не искусственная, но основанная на горячей любви к нему пасомых, что его скудная жизнь в Ростове не может его ничем "соблазнить" и, наконец, что послушания "церковной власти" он оказывать не же­лает, поскольку сама "церковная власть" находится в раб­ском состоянии...

Митр. Киевскому Михаилу на запрос относительно при­бытия в Одессу митр. Иосиф отвечает телеграммой: "пере­мещение противоканоническое, недобросовестное, угожда­ющее злой интриге, мною отвергнуто".

Митр. Иосиф еще не может сформулировать, в чем именно состоит противоканоничность действий митр. Сер­гия и его Синода, но, признавая их церковной властью, всем своим церковным чутьем знает, что Святые Каноны — это то, что охраняет Церковь, а не то, что разрушает её, и потому именно он, а не митр. Сергий, действительно исполняет церковную правду.

И это оставалось несомненным, несмотря на то, что митр. Сергий, как прежде обновленцы, начал получать одно за другим приветствия Восточных Патриархов, "с ра­достью" узнавших о его примирении с гражданскими вла­стями и признающих его законным возглавителем одной из половин Русской Церкви, наряду с обновленцами, — приветствия, из которых видно, что "симфонической бо­лезнью" страдала не только Русская Церковь...

В октябре 1927 г. с гневным письмом обращается к митр. Сергию Ижевский еп. Виктор (Островидов), так от­зываясь о "воззвании" (Декларации) митр. Сергия: "...от начала до конца оно исполнено тяжелой неправды и есть возмущающее душу верующих глумление над Святой Православной Церковью и над нашим исповедничеством за истину Божию. А через предательство Церкви Христовой на поругание "внешним" оно есть прискорбное отречение от своего спасения, или — отречение от Самого Господа Спасителя. Сей же грех, как свидетельствует слово Божие, не меньший всякой ереси и раскола, а несравненно боль­ший, ибо повергает человека непосредственно в бездну погибели...

Насколько было в наших силах, мы, как себя самих, так и паству сберегали, чтобы не быть нам причастниками греха сего, и по этой причине самое "воззвание" возврати­ли обратно. Принятие "воззвания" являлось бы пред Бо­гом свидетельством нашего равнодушия и безразличия в отношении к Святейшей Божией Церкви — Невесте Хри­стовой..."

Как это часто свойственно ревнителям, еп. Виктор не проявляет должного терпения и снисхождения к тем колеблющимся и малодушным членам Церкви, выразите­лем настроений которых явился митр. Сергий. Но еп. Вик­тор, защищая духовную чистоту Церкви, также выразил чувства многих верующих, и это лишний раз указывало всю ложность и фальшь претензий митр. Сергия навязать свою частную политическую позицию всей Русской Церкви! Не все писали такие письма, как еп. Виктор, но, как сообщает исследователь этого вопроса, архим. Иоанн (Снычев), во многих епархиях большинство православных приходов ото­слали Декларацию обратно ее автору!

В связи со своим категорическим отказом принять курс церковной политики, навязываемый митр. Сергием, Воткинская и часть Вятской епархии во главе с еп. Викто­ром перешли на самоуправление, повторяя опыт борьбы против обновленчества.

Затем возвысила свой голос Петроградская епархия.

В декабре 1927 г. проф.-прот. В. Верюжский изложил в обращении к митр. Сергию требования, которые митр. Сер­гий должен был, по мнению ленинградского духовенства, исполнить, чтобы прекратить вызванные его деятельностью настроения в Церкви:

"1. Отказаться от намечающегося курса порабощения Церкви государству.

2. Отказаться от перемещений и назначений епископов помимо согласия на то паствы и самих перемещаемых и назначаемых епископов.

3. Поставить Врем. Патриарший Синод на то место, которое было определено ему при самом его учреждении в смысле совещательного органа, и чтобы распоряжения исходили только от имени Заместителя.

4. Удалить из состава Синода пререкаемых лиц (т. е. арх. Серафима Александрова, еп. Алексия Симанского и еп. Филиппа Гумилевского — Л. Р.).

Глава V

 

 

ДВИЖЕНИЕ "НЕПОМИНАЮЩИХ" И МОСКОВСКАЯ ПАТРИАРХИЯ

Различное переживание и понимание природы Церкви, с предельной остротой выраженное в каноническом споре двух выдающихся иерархов — митр. Сергия и митр. Ки­рилла, — породило два церковных течения, две традиции, и поныне создающие самое глубокое разномыслие в Рус­ской Церкви. Выбор между той или иной духовной тра­дицией вынуждены совершать и зарубежные члены Рус­ской Православной Церкви.

Необходимо со всей искренностью и взаимным дове­рием продолжить великий спор, в атмосфере терпимости и церковного братолюбия, между членами Церкви, духовно тяготеющими к той или иной традиции, однако не жертвуя церковной правдой, ибо цель состоит в достижении под­линно православного понимания природы Церкви, нераз­рывного с осуществлением подлинно православных форм церковной жизни.

Такой спор может стать плодотворным лишь при от­казе от распространенного заблуждения, что единомыслие по всем нерешенным, но важным вопросам есть обязатель­ное условие церковной любви. Напротив, любовь предше­ствует единомыслию и рождает его, но рождает в муках. Братолюбие при отсутствии единомыслия есть несомненно тяжелый крест, но отказ от него означает отказ от надеж­ды на достижение единства и полноты Церкви. Весь траги­ческий опыт Русской Церкви в последние десятилетия убеждает в том, что именно недостаток братолюбия явил­ся главной причиной ее нынешнего бедственного положе­ния.

2/15 мая 1929 г. раздается, наконец, голос Казанского митрополита Кирилла — первого из названных Патриархом Тихоном Местоблюстителей, самого авторитетного (как по­казал опрос 1926 г.) иерарха в Русской Церкви.

В своем письме к митр. Сергию из места ссылки в Туруханском крае митр. Кирилл подвергает критике созда­ние Синода, нарушающее Соборное постановление о порядке избрания органов Высшего Церковного Управления. При этом митр. Кирилл все еще повторяет общую ошибку, усматривая главный вред Синода в том, что он "приостанавливает" "действие и обнаружение единолично-преемст­венной власти".

Митр. Кирилл на этом основании идет дальше митр. Агафангела (который оставил за собой лишь свободу ис­полнения или неисполнения распоряжений Заместителя).

"...До тех пор, пока митр. Сергий (Страгородский) (в дальнейшем фамилии для сокращения опускаем — Л. Р.) не уничтожит учрежденного им Синода, ни одно из его административно-церковных распоряжений, издаваемых с участием так наз. Патр. Синода, я не могу признавать для себя обязательным к исполнению".

Этот аргумент еще недостаточен для сделанных выво­дов, что и доказывал в своем ответе митр. Сергий. Право­славное переживание церковности привело митр. Кирилла к безупречным действиям, хотя убедительное обоснование этих действий он нашел несколько позже. В данном посла­нии представляется наиболее ценным именно развитие тех взглядов на природу церковного единства, которые про­водили в жизнь митр. Иосиф (в своем послании от 25. 12/7. 1. 1928 г.) и в особенности митр. Агафангел.

"Такое отношение к митр. Сергию и его Синоду, — продолжал митр. Кирилл, — я не понимаю как отделение от руководимой митр. Сергием части Православной Церкви, т. к. личный грех митр. Сергия относительно управле­ния Церковью (здесь и ниже подч. нами — Л. Р.) не по­вреждает содержимого и этой частью Церкви православ­но-догматического учения, но я глубоко скорблю, что среди единомысленных митр. Сергию архипастырей, в нарушение братской любви, уже применяется по отношению к несо­гласным и обличающим их неправоту кличка отщепенцев, раскольников. Ни от чего святого и подлинно церковного я не отделяюсь; страшусь только приступать и прилепляться к тому, что признаю греховным по самому происхожде­нию, и потому воздерживаюсь от братского общения с митр. Сергием и ему единомышленными архипастырями, так как у меня нет другого способа обличить согрешающего собрата... Этим воздержанием с моей стороны ничуть не утверждается и не заподазривается якобы безблагодатность совершаемых сергианами священнодействий и таинств (да сохранит всех нас Господь от такого помышления), но только подчеркивается нежелание и отказ участвовать в чужих грехах. Посему литургисать с митр. Сергием и еди­номышленными ему архипастырями не стану, но в случае смертной опасности со спокойной совестью приму елеосвя­щение и последнее напутствие от священника сергиева поставления или подчиняющегося учрежденному им Синоду, если не окажется в наличии священника, разделяющего мое отношение к митр. Сергию и так наз. Времен. Патр. Синоду. Подобным образом, находясь в местности, где все храмы подчиняются так наз. Врем. Патр. Синоду, я не пойду в них молиться за общим богослужением, но совершить в одном из них литургию в одиночку, или с участием едино­мышленных мне клириков и верующих, если бы таковые оказались в наличии, признаю возможным без предварительного освящения храма. Также, по моему мнению, мо­жет поступать и каждый священнослужитель, разделяю­щий мое отношение к митр. Сергию и учрежденному им Синоду.

Что касается мирян, то участвовать деятельно в церковно-приходской жизни приходов, возносящих имя митр. Сергия за храмовым богослужением, в качестве возглав­ляющего иерархию архипастыря, по совести не следует, но само по себе такое возношение имени митр. Сергия не может возлагаться на ответственность мирян и не должно служить для них препятствием к посещению богослужения и принятию Св. Даров в храмах, подчиняющихся митр. Сер­гию, если в данной местности нет православного храма, хранящего неповрежденным свое каноническое отношение к Местоблюстителю Патриаршего Престола.

Молиться же о митр. Сергии наряду с остальными ар­хипастырями и вообще православными христианами (за­пись в поминовении на проскомидии, молебне и т. п.) не является грехом — это долг всех православных христиан, пока общецерковное рассуждение не объявит учиненное митр. Сергием злоупотребление доверенной ему церковной властью грехом к смерти (Мф. 18. 15-17; IИоан. 5,16)".

В другом письме, имевшем хождение среди епископа­та приблизительно в то же время (1929 г.), митр. Кирилл высказывает важные мысли о реальном духовном содер­жании понятия "церковная дисциплина", развивая идеи, выраженные ранее митр. Иосифом и митр. Агафангелом:

"...Я никого не сужу и не осуждаю, но и призывать к участию в чужих грехах никого не могу, как не могу осуж­дать и тех иерархов во главе с митр. Иосифом (Петровых), которые исповедали свое нежелание участвовать в том, что совесть их признала греховным. Это исповедание вменяется им в нарушение ими церковной дисциплины, но церковная дисциплина способна сохранять свою действенность лишь до тех пор, пока является действительным отражением иерархической совести Соборной Церкви; заменить же собою эту совесть дисциплина никогда не может. Лишь только она предъявит свои требования не в силу указаний этой совести, а по побуждениям, чуждым Церкви, неискрен­ним, как индивидуальная иерархическая совесть непремен­но станет на стороне соборно-иерархического принципа бытия Церкви, который вовсе не одно и то же с внешним единением во что бы то ни стало. Тогда расшатанность церковной дисциплины становится неизбежной, как след­ствие греха. Выход же из греха может быть только один — покаяние и достойные его плоды. И кажется мне из моего далека, что покаяния этого одинаково ждут и ленинградцы, и осуждающие их ташкентцы (Имеются в виду архиереи, находившиеся в ташкентской ссыл­ке (Никандр Феноменов, Арсений Стадницкий и др.), осуждавшие иосифлян)..."

24. 7/6. 8. 1929 г. митр. Сергий и его Синод принимают Постановление об отношении к священнодействиям, совер­шаемым "раскольничьим клиром".

Приравняв всех несогласных с церковными действиями митр. Сергия к обновленцам и григорианам, постанов­ление, в частности, гласит:

"Таинства, совершенные в отделении от единства цер­ковного... последователями быв. Ленинградского митр. Ио­сифа (Петровых), быв. Гдовского епископа Димитрия (Лю­бимова), быв. Уразовского епископа Алексия (Буй), как тоже находящихся в состоянии запрещения, также недей­ствительны, и обращающихся из этих расколов, если по­следние крещены в расколе, принимать через таинство Св. Миропомазания; браки, заключенные в расколе, также навершатъ церковным благословением и чтением заключи­тельной в чине венчания молитвы "Отец, Сын и Св. Дух".

"Умерших в обновленчестве и в указанных расколах не следует хотя бы и по усиленной просьбе родственников от­певать, как и не следует совершать по их и заупокойную литургию. Разрешать только проводы на кладбище с пе­нием "Святый Боже".

Итак, если отдельные горячие головы из иосифлян в азарте полемики допускали в первое время высказывание хулы на таинства, совершаемые в сергианских храмах, то ответом была та же хула на таинства церковные, но хула продуманная, ответственная, закрепленная официальным постановлением. Церковное разномыслие закреплялось этими действиями как непримиримая вражда. Логика на­силия довела митр. Сергия до этого крайнего способа воз­действия на психологию церковного народа: тех, кто думает иначе, чем митр. Сергий, — перемазывать, перевенчиватъ, не отпевать...

Из всех церковных преступлений митр. Сергия эта хула на благодать — несомненно, преступление самое тяжкое. За церковное инакомыслие (и не в вопросах веры — а в вопросах церковной политики!) митр. Сергий лишал че­ловека не жизни и свободы, но гораздо большего — он от­лучал его от Самого Источника Вечной Жизни. И хотя "от­лучение" это, несомненно, оставалось только на бумаге, это не уменьшает тяжкого греха митр. Сергия, возомнив­шего, что Божественная Благодать подчиняется его кан­целярским указам, принятым во исполнение велений НКВД!

С возмущением и скорбью пишет об этом митр. Ки­рилл в своем втором письме к митр. Сергию от 28.10(10.11) — 30.10(12.11) 1929 г.

"О хулах этих я узнаю впервые от Вас; о единственно же возможном для меня отношении к ним Вы можете судить хотя бы по тому ужасу, с каким "отталкивал я от себя мысль о безблагодатности совершаемых сергианами священнодействий и таинств". Вы сами отмечаете этот мой ужас и, приобщая после сего и меня к таким хульникам, говорите просто неправду. Если хулы такие действительно кем-нибудь произносятся, то они плод личного темпера­мента говорящих, плод — скажу Вашими словами — "бес­просветной темноты одних и потери духовного равнове­сия другими". И как горько, Владыко, что потерю духов­ного равновесия обнаруживаете и Вы в равную меру. Для своей христианской любви, имеющей по Вашему созна­нию "некоторую смелость верить, что грозное изречение Господа (Мф. ХII,31) ("всякий грех и хула простятся че­ловекам, а хула на Духа не простится человекам" — Л. Р.) не будет применяться к этим несчастным со всею строго­стью", Вы, однако, не осмеливаетесь найти более любовный способ воздействовать на них, как постановление Вашего Синода от 24. 7.(6 августа) 1929 г. за № 1864, воспрещаю­щее, несмотря ни на какие просьбы, отпевать умерших в отчуждении от Вашего церковного управления. Не говоря уже о перемазывании крещеных, тем же Св. Миром по­мазанных, каким намазуют и послушные Вам священники, — или о перевенчивании венчанных. В апреле Вы в заботе о заблудших хлопочете о снятии клятв Собора 1667 г., а в августе — вызванный Вашей деятельностью, не для всех еще ясный спор церковный закрепляете как непримири­мую церковную вражду".

Далее митр. Кирилл выражает самую суть противо­поставления двух пониманий природы Церкви и церков­ного единства:

"...Отрицательное отношение к Вашей деятельности по управлению церковному Вы с Синодом воспринимаете как отрицание самой Церкви, Ее таинств и всей Ее святыни. Поэтому же Вас так изумляет, что воздерживаясь от со­вершения с Вами литургии, я не считаю, однако, ни себя, ни Вас стоящим вне Церкви. "Для церковного мышления такая теория совершенно неприемлема, — заявляете Вы,

— это попытка сохранить лед на горячей плите". Если в данном случае есть с моей стороны попытка, то не к со­хранению льда на горячей плите, а к тому, чтобы растопить лед диалектически-книжнинеского пользования кано­нами и сохранить святыню их духа. Я воздерживаюсь литургисать с Вами не потому, что тайна Тела и Крови Хри­стовых будто бы не совершится при нашем совместном слу­жении, но потому, что приобщение от чаши Господней обоим нам будет в суд и осуждение, так как наше внутреннее настроение, смущаемое неодинаковым пониманием своих церковных взаимоотношений, отнимет у нас возмож­ность в полном спокойствии духа приносить милость мира, жертву хваления".

Митр. Кирилл восстает против того формально-законнического пользования канонами, которым постоянно зло­употребляет митр. Сергий:

"...не злоупотребляйте, Владыко, буквой канонических норм, чтобы от сев. канонов не остались у нас просто ка­ноны. Церковная жизнь в последние годы слагается не по буквальному смыслу канонов. Самый переход патриарших прав и обязанностей к митр. Петру совершился в небыва­лом и неведомом для канонов порядке, но церковное со­знание восприняло этот небывалый порядок как средство сохранения целости патриаршего строя, считая последний главным обеспечением нашего православного бытия..."

Все еще употребляя неточное выражение "единолич­ная преемственная власть", митр. Кирилл в этом письме отчетливо выражает идею харизматичности первосвятительской власти:

"Становясь на Вашу точку зрения равенства Ваших прав с правами митр. Петра, мы, при наличии подобных актов (речь идет о действиях митр. Петра из заключения), имели бы одновременно два возглавления нашей Церкви: митр. Петра и Вас. Но этого в Церкви быть не может и Ваши права в ней только отражение прав митр. Петра и самостоятельного свето-лучения не имеют (подч. нами — Л. Р.). Принятие же Вами своих полномочий от митр. Пет­ра без восприятия их Церковью в том порядке, как совер­шилось восприятие прав самого митр. Петра, т. е. без утверждения епископатом, ставит Вас перед Церковью в по­ложение только личного уполномоченного митр. Петра, для обеспечения на время его отсутствия сохранности приня­того им курса церковного управления, но не в положение заменяющего главу Церкви или "первого епископа стра­ны"...

Образ "свето-лучения" первосвятительской власти у митр. Кирилла — замечательное выражение православного представления о харизматической, благодатной природе патриаршества. Не сделан еще лишь последний шаг — выяснить канонические условия, необходимые для того, чтобы церковная власть имела это "свето-лучение". Но пока этот шаг не сделан, митр. Сергий еще имеет возможность защищаться, опираясь на изначально ложную идею заме­стительства как преемства единоличной власти.

"Не ограничивает моих полномочий, — отвечал митр. Сергий митр. Кириллу 20. 12/2. 1. 1930, — и то обстоятель­ство, что получил я их не непосредственно от Св. Патриар­ха, а от Местоблюстителя... Смысл единоличного замести­тельства в том и состоит, что патриаршая власть всегда остается в Церкви налицо во всем ее объеме, хотя бы она в данных руках была лишь на очень короткое время и хотя бы до этих рук она дошла через много промежуточ­ных ступеней" (подч. нами — Л. Р.).

После этого письма митр. Сергий с Синодом принимает постановление о предании митр. Кирилла архиерейскому суду и увольнении его от управления епархией: на запре­щение в священнослужении митр. Сергий на этот раз не осмеливается.

Итак, церковная жизнь настоятельно требует развития учения о Церкви, и оно развивается — двумя все более рас­ходящимися путями, лишь один из которых — правосла­вен.

Митр. Сергий по-своему решает и вопрос об отношении к Указу 1920 г. — как всегда, умело цепляясь за букву и полностью изгоняя реальное экклезиологическое содержа­ние.

В своем письме митр. Евлогию от 15/28 окт. 1930 г. он пишет:

"Свой административный разрыв с Патриархией Ваше Высокопреосвященство хотите обосновать на Указе Св. Пат­риарха от ноября 1920 г. Но указ этот предусматривает, так сказать, физическую невозможность сношений с Цер­ковным центром, у нас же с Вами, по Вашему собственному признанию, скорее только взаимное непонимание".

Митр. Сергий, видимо, уже не отдает себе отчета в том, что в Указе имеется в виду реальный Церковный центр — Высшее Церковное управление в том смысле, как оно опре­делено Поместным Собором. Таким центром мог бы быть митр. Петр, но с ним действительно нет связи.

А митр. Сергий?

Митр. Сергий — центр экклезиологически фиктивный и связь с ним ничего не решает.

Но митр. Сергий уверен, что он и есть Первый Епископ, по крайней мере, "фактический".

"Вы успокаиваете себя (по примеру Карловацкой груп­пы), — продолжает он в письме к митр. Евлогию, — тем, что порывая с теперешним Московским Церковным центром, Вы будто бы не порываете с Русскою Церковью. Увы, это теперь уже избитая "лесть" (самообман) всех, не желаю­щих подчиниться неугодному им распоряжению Патриар­хии и, в то же время, не имеющих смелости открыто учинить раскол (п. ч. они сознают отсутствие достаточных оснований)... Отказав в подчинении Заместителю, Вы окаже­тесь ослушником и Местоблюстителя и потому напрасно будете прикрываться возношением имени последнего, по примеру других раскольников".

Итак, митр. Сергий упорно загоняет всех в ложную альтернативу: или беспрекословное послушание его канце­лярии, или раскол.

В 1931 г. выходит в свет 1-й номер Журнала Московской Патриархии, и первая статья в нем излагает окончательно сформировавшиеся взгляды митр. Сергия на церковную власть.

В основу всего построения поставлена ложная интер­претация чрезвычайного Соборного постановления о местоблюстительстве.

Передачу власти Местоблюстителю Патриархом Тихо­ном митр. Сергий объясняет так:

"Оставался единственный путь к сохранению этой вла­сти: личным Патриаршим распоряжением указать лицо, которое бы по смерти Патриарха восприняло всю полноту Патриаршей власти для передани будущему Патриарху... Он... имел на то особое поручение от Собора 17-18 гг., пред­ложившего ему такую передачу власти временному носи­телю в случае, когда не окажется в наличии Собором уполномоченного учреждения". (Речь идет о Св. Синоде и о Местоблюстителе, как старейшем по хиротонии члене Си­нода — Л. Р.).

Трагедия Русской Церкви. Часть II. Даты и документы. Хронология. 1917 год.

1917

2 марта (ст. стиль)

"Акт об отречении Государя Императора Николая II от престола Государства Российского за себя и за сына в пользу Великого Князя Михаила Александровича.
В дни великой борьбы с внешним врагом, стремящимся почти три года поработить нашу Родину, Господу Богу угодно было ниспослать России новое тяжкое испытание. Начавшиеся внутренние народные волнения грозят бедственно отразиться на дальнейшем ведении упорной войны. Судьба России, честь геройской нашей армии, благо народа, всё будущее дорогого нашего Отечества требует доведения войны, во что бы то ни стало, до победного конца. Жестокий враг напрягает последние силы, и уже близок час, когда доблестная армия наша сможет окончательно сломить врага. В эти решительные дни в жизни России почли мы долгом совести облегчить народу Нашему тесное единение и сплочение всех сил народных для скорейшего достижения победы и, в согласии с Государственной Думою, признали Мы за благо отречься от престола Государства Российского и сложить с Себя верховную власть. Не желая расставаться с любимым сыном Нашим, Мы передаем наследие Наше брату Нашему Великому Князю Михаилу Александровичу и благословляем Его на вступление на престол Государства Российского. Заповедуем брату Нашему править делами государственными в полном и ненарушимом единении с представителями народа в законодательных учреждениях, на тех началах, кои будут им уставлены, принеся в том ненарушимую присягу. Во имя горячо любимой Родины, призываем всех верных сынов Отечества к исполнению своего святого долга перед ним повиновением Царю в тяжелую минуту всенародных испытаний и помочь Ему, вместе с представителями народа, вывести Государство Российское на путь победы, благоденствия и славы. Да поможет Господь Бог России.

Город Псков, 2-го марта, 15 час., 1917 г."
Церк. Вед., 1917,
№ 9-15, стр. 55-56

3 марта

"Акт об отказе Великого Князя Михаила от восприятия верховной власти до решения Учредительного Собрания.
Тяжкое бремя возложено на меня волею брата моего, передавшего Мне Императорский Всероссийский престол в годину беспримерной войны и волнений народных.
Одушевленный единою со всем народом мыслью, что выше всего блага Родины Нашей, принял Я твердое решение в том лишь случае воспринять верховную власть, если такова будет воля великого народа нашего, которому надлежит всенародным голосованием, чрез представителей своих в Учредительном Собрании, установить образ правления и новые основные законы Государства Российского. Посему, призывая благословение Божие, прошу всех граждан Державы Российской подчиниться Временному Правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всею полнотой власти, впредь до того, как созванное в возможно кратчайший срок, на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования, Учредительное Собрание своим решением об образе правления выразит волю народа.
3-го марта 1917 г. Петроград."
Церк. Вед., 1917,
№ 9-15

9 марта

Обращение Св. Синода ко всем чадам Православной Российской Церкви по поводу отречения Николая II и отказа Вел. Князя Михаила воспринять власть до решения Учредительного Собрания.
"Свершилась воля Божия. Россия вступила на путь новой государственной жизни. Да благословит Господь нашу великую Родину счастьем и славой на ее новом пути.
Возлюбленные чада Святой Православной Церкви!
Временное Правительство вступило в управление страной в тяжкую историческую минуту. Враг еще стоит на нашей земле, и славной нашей армии предстоят в ближайшем будущем великие усилия. В такое время все верные сыны Родины должны проникнуться общим воодушевлением.
Ради миллионов лучших жизней, сложенных на поле брани, ради бесчисленных денежных средств, затраченных Родиною на защиту от врага, ради многих жертв, принесенных для завоевания гражданской свободы, ради спасения ваших собственных семейств, ради счастья Родины оставьте в это великое историческое время всякие распри и несогласия, объединитесь в братской любви на благо России, доверьтесь Временному Правительству; все вместе и каждый в отдельности приложите усилия, чтобы трудами и подвигами, молитвою и повиновением облегчить ему великое дело водворения новых начал государственной жизни и общим разумом вывести Россию на путь истинной свободы, счастья и славы.
Святейший Синод усердно молит Всемогущего Господа, да благословит Он труды и начинания Временного Российского Правительства, да даст ему силу, крепость и мудрость, а подчиненных ему сынов Великой Российской Державы да управит на путь братской любви, славной защиты Родины от врага и безмятежного мирного ее устроения".
Подписали Члены Синода: Владимир, митр. Киевский; Макарий, митр. Московский; Сергий, арх. Финляндский; Тихон, арх. Литовский; Арсений, арх. Новгородский; Михаил, арх. Гродненский; Иоаким, арх. Нижегородский; Василий, арх. Черниговский; протопресв. Александр Дернов.
Церк. Вед., 1917,
№ 9-15, стр. 57

6—20 марта

Постановление Св. Синода об увольнении на покой:
митр. Петроградского Питирима,
митр. Московского Макария,
арх. Тобольского Варнавы (с назначением еп. Гермогена),
арх. Сарапульского Амвросия
В дальнейшем уволено еще восемь архиереев, поставление которых было связано с влиянием Распутина.
Церк. Вед., 1917,
№ 9-15, стр. 69-70

20 марта

Постановление Врем. Правительства об отмене вероисповедных и национальных ограничений.
Церк. Вед., 1917,
№ 9-15, стр. 64-66

Начало апреля

Закрытие обер-прокурором В. Н. Львовым, во время перерыва работ Синода на праздничное время, официального органа Синода "Церк. Вестник" и передача этого органа в ред. коллегию СПб Дух. Академии. Из трех членов Синода, оставшихся в Петербурге, этот акт подписал Финляндский арх. Сергий (Страгородский) и еще один член Синода, тогда как арх. Литовский Тихон (Белавин) дать свою подпись отказался.
1. Боголепов, стр. 132
2. Деян. Соб., Прил. III
к Деян. XXXI, кн. III, стр. 37

14 апреля

Указ Врем. Правительства об освобождении от присутст вия в Св. Синоде:
митр. Киевского Владимира (первенств. член Синода)
арх. Новгородского Арсения
арх. Литовского Тихона, арх. Гродненского Михаила, арх. Нижегородского Иоакима, арх. Черниговского Василия,
протопресв. Александра Дернова, протопресв. Георгия Шавельского
с оставлением на летнюю сессию:
арх. Финляндского Сергия
и вызовом для присутствия в Синоде:
экзарха Грузии арх. Платона, арх. Ярославского Агафангела, еп. Уфимского Андрея, еп.Самарского Михаила, протопресв. Ник. Любимова, проф. прот. Александра Рождественского
членов Государственной Думы: проф. Петроградского университета Александра Смирнова и Феодора Филоненко.
В изданной в 1926 г. брошюре Донского епархиального совета, утвержденной членом ВВЦС митр. Донским Митрофаном (Симашкевичем), о митр. Сергии, в связи с этим изменением состава Синода, сообщается следующее: "Мы знаем, что он способен нарушить клятвенное обещание. В 1917 году митр. Сергий (Страгородский) поклялся присутствующим в Св. Синоде иерархам, что не войдет в состав нового Синода, организованного новым обер-прокурором Синода Львовым, но через короткое время нарушил эту клятву и вошел в состав этого Синода, что ему было поставлено на вид собранием архипастырей на Соборе 1917 года". ("Правда о ВВЦС и о Нижегор. митр. Сергии", 1926 г.).
Церк. Вед., 1917,
№ 16-17, стр. 83

29 апреля

Обращение Св. Синода к Церкви о восстановлении принципа выборности епископата и о подготовке к предстоящему Собору. Учреждение Предсоборного Совета.
Церк. Вед., 1917,
№ 18-19

13 мая

Первое явление Пресвятой Богородицы в Фатиме (Португалия) трем детям. Богородица призывает детей "принять... страдания... для искупления... людских грехов, дабы спасти грешников, искупить их богохульства и оскорбления", наносимые Господу и Пресвятой Богородице. Обещание Богородицы являться 13-го числа каждого месяца до октября.
"Фатима", стр. 9-10

20 июня

Принятие Св. Синодом "Временного Положения о православном приходе".
Из Пункта 2 Положения: "Составляя особую церковную общину, приход состоит через своего епископа в тесной связи со всею единою, святою, соборною и апостольскою Церковью..."
Церк. Вед., 1917,
№ 28, стр. 193-199

20 июня

Постановление Врем. Правительства об объединении всех учебных заведений, включая церковные школы (около 37.000) — в ведомстве Мин. народного просвещения (до этого они входили в ведомство Св. Синода).
Протесты против этого постановления всех церковных кругов, включая левые.
Церк. Вед., 1917,
№ 28, стр. 191

23 июня

Поставление Св. Синодом на Московскую кафедру арх. Литовского Тихона, "избранного свободным голосованием клира и мирян Московской епархии".
Церк. Вед., 1917,
№ 28, стр. 11

3 июля

Выход из Врем. Правительства министров-кадетов в связи с решением социалистов о признании автономии Украины (узурпация социалистами права Учредительного Собрания на решение основных вопросов государственного устройства России).
Речь, 1917, 4(17) июля

13 июля

Третье явление Пресвятой Богородицы в Фатиме. Видение ада ("огненное море, в котором купались грешники, похожие на прозрачные раскаленные угли...").
Слова Богородицы (записаны Люсией Марту):
"Вы видели ад, куда падают грешники. Чтобы спасти их, Господь хочет установить в мире почитание Моего Пречистого Сердца. Если люди будут делать то, что Я скажу, много душ спасется и наступит мир. Война идет к концу. Но если люди не перестанут оскорблять Господа, то при следующем папе начнется новая война, хуже этой".
"Когда вы увидите ночь, освещенную неведомым ярким сиянием, то знайте, что это знамение, посланное вам Богом, означающее, что близится наказание мира — война, голод и преследования, направленные против Церкви и Святейшего Отца".
"Чтобы не допустить этого, Я буду просить о посвящении мира Моему Пречистому Сердцу и о причащении в первую субботу каждого месяца во искупление грехов".
"Если люди послушаются Моих слов, то Россия снова обратится к Богу и наступит мир на земле, иначе она распространит свои лжеучения по всему миру, вызывая войны и преследования против Церкви; многие праведники претерпят мучения; Святейший Отец будет много страдать; многие народы исчезнут с лица земли... Но в конце концов восторжествует Мое Пречистое Сердце".
"Фатима", стр. 15-16

22 июля

Принятие Св. Синодом послания к чадам Церкви и гражданам России "о чрезвычайных обстоятельствах переживаемого времени".
"...Пробил час общественной свободы Руси. Вся страна, из конца в конец, единым сердцем и единой душой возликовала о новых светлых днях своей жизни, о новом, благоприятном для нее лете Господнем. И расцветала надежда на то, что Русь, сбросив с себя сковывавшие ее политические цепи, обратит всю мощь свою на освобождение свое от немецкого ига, и весь разум свой — на мирное внутреннее развитие и устроение государства и общего народного блага.
Однако, к глубокой скорби страны, не долго было суждено исстрадавшейся Родине жить этой надеждой. Вслед за свободой к нам проник новый злой враг и посеял на Руси плевелы, которые не замедлили дать всходы, заглушающие ростки желанной свободы. Хищения, грабежи, разбои, насилия и обострившаяся партийная политическая борьба стали достоянием нашей новой жизни и поселили в народе озлобление и рознь, повлекшие за собой внутреннюю братоубийственную войну, неоднократное кровопролитие. И в результате, с одной стороны, приостановка блестяще начатого наступления на врага, с другой, вместо свободы — новое взаимное угнетение, вместо братства — охлаждение любви, упадок добрых, мирных, братских общественных отношений. Страна пошла по пути гибели, а в будущем ее ждет та страшная бездна, которая заполнена для всех нас ужасающим отчаянием, если только не прекратится "Смятение и попрание и замешательство от Господа Бога" (Ис. 27,5).
Церк. Вед., 1917,
№ 30, стр. 231-233

25 июля

Назначение обер-прокурора А. В. Карташева.
Боголепов, стр. 134

2 авг.

Определение Св. Синода о мерах к повышению в воинских частях и в народе религиозно-нравственного сознания и воинского долга.
"...Ныне в рядах нашего воинства, рядом с доблестными защитниками родины, находится немало людей, забывших и Бога, и совесть, и Отечество. Несмотря на совершившийся переворот, призывающий всех к обновлению и усовершенствованию народной жизни, разложение проникло далеко вглубь России и по всей земле водворилась смута. Совершающиеся ежедневно в разных местах нашего Отечества события порождают мысль, что близится гибель России, раздираемой и внешними и внутренними врагами... Забвение христианских начал ведет к пробуждению животных и зверских инстинктов в жизни и грозит разрушением всей христианской культуры и основ всякого разумного человеческого общежития..."
Церк. Вед., 1917,
№ 32-33, стр. 263

5 авг.

Постановление Врем. Правительства об учреждении Министерства Исповеданий. Назначение А. В. Карташева.
1. Церк. Вед., 1917,
№ 34, стр. 280
2. Боголепов, стр. 134

10 авг.

Назначение на Владимирскую кафедру арх. Финляндского Сергия, "избранного свободным голосованием клира и мирян Владимирской епархии".
Церк. Вед., 1917,
№ 34, стр. 282

13 авг.

Возведение арх. Московского Тихона, арх. Петроградского Вениамина и экзарха Грузии Платона в сан митрополита.
Церк. Вед., 1917,
№ 35, стр. 295

15 авг.

Открытие Всероссийского Церковно-Поместного Собора Православной Российской Церкви, в день Успения Пресв. Богородицы, в Успенском Соборе Кремля (588 членов).
Церк. Вед.,
1917, № 34

16 авг.

Назначение Св. Синодом на Харьковскую кафедру пребывавшего на покое арх. Антония (Храповицкого), "избранного свободным голосованием клира и мирян Харьковской епархии".
Церк. Вед., 1917,
№ 35, стр. 295

24 авг.

Обращение Собора ко всему православному русскому народу.
"...Братие возлюбленные, услышьте голос Церкви. Родина гибнет. И не какие-либо не зависящие от нас несчастия тому причиною, а бездна нашего духовного падения — то опустошение сердца, о котором говорит пророк Иеремия: "два зла сотворили люди Мои: Меня, источник воды живой, оставили и выкопали себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды". (Пророч. Иерем. 2,13).

Совесть народная затуманена противными христианству учениями. Совершаются неслыханные кощунства и святотатства; местами пастыри изгоняются из храмов. Люди всех званий и состояний стремятся использовать народную беду для легкой наживы. Изо дня в день возрастает дерзость грабежей. Захват чужого добра провозглашается как дозволительный. Люди, живущие честным трудом, становятся предметом глумления и хулы. Забывшие присягу воины и целые воинские части позорно бегут с поля сражения, грабя мирных жителей и спасая собственную жизнь. А в это время на несчастную Россию надвигается ужас междоусобной войны. Наша Родина стала притчей во языцех, предметом поношения среди иноземцев из-за алчности, трусости и предательства ее сынов.

Православные! Именем Церкви Христовой, Собор обращается к вам с мольбою. Очнитесь, опомнитесь, отбросьте вашу взаимную ненависть и внутренние распри, встаньте за Россию. Вспомните предостерегающие слова Предтечи Христова: "уже и секира при корне дерев лежит: всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь". (Лук. 3,9). Не допустите Родину до поругания и до позорного конца.
...Прежде всего и больше всего да возгорятся сердца ваши любовью Христовой. Явите в делах ваших эту любовь к многострадальной, измученной России..."
Церк. Вед., 1917,
№ 36-37, стр. 311-313

24 авг.

Обращение Собора к армии и флоту.

"...С болью душевной, с тяжкой скорбью Собор взирает на самое страшное, что в последнее время выросло во всей народной жизни и особенно в армии, что принесло и грозит еще принести Отечеству и Церкви неисчислимые беды. В сердце русского человека стал затуманиваться светлый образ Христов, начал гаснуть огонь веры православной, начало слабеть стремление к подвигу во имя Христа. Что поддерживало наш народ, что утешало и укрепляло его во дни великих испытаний среди многих скорбей тяжкой доли, что вдохновляло нашего воина служить до смерти, страдать не укоряя, умирать благословляя? — Образ Христа Страдальца, распятого за грехи человечества; примеры шедших по стопам Христа подвижников и страдальцев; заветы и благословения Церкви Святой. Начало все это меркнуть в русских сердцах — непроглядная тьма окутала русскую землю, и стала гибнуть великая, могучая Святая Русь...

Вы, забывшие Бога и совесть, растлители в воинах чистой веры, убийцы их духа, разрушители устоев, на которых доселе крепла и развивалась воинская мощь и сила, ужаснитесь вашего сатанинского дела! Горе тому, кто соблазнит одного из малых сих (Мф. XVIII, 6), а вашим ядом отравлены целые полки, может быть на всю жизнь развращены у многих сердца. За ваше безумие Родина уже заплатила врагу теми ужасными поражениями, которые он так легко, без жертв и усилий, нанес нам на нескольких фронтах. Вы виновники тех бесчисленных жертв, которые в последнее время бесплодно принесены лучшими сынами Родины, павшими не только от вражеских, но и от своих мечей и пуль. Вы сделали то, что надежда России, ее богатырь-солдат теперь для многих мирных граждан стал предметом ужаса и отвращения. Вы будете виновны, если сраженная Россия склонит свою голову, лишится своей свободы и подпадет под немецкое рабство, которое сильнее татарского придушит народ, вас же и ваших детей и внуков. Если вы делаете это по неразумию, раскайтесь и принесите плод достойный покаяния. Верните армии то, что вы безбожно отняли у нее — ее могучий дух. Если вы делаете это по злому умыслу — горе вам! Придет пора, что преданный вами народ, народ прозревший, наученный великим страданием, поймет и жестоко осудит вас. Души замученных, зарезанных, расстреливаемых по вашим наветам и советам своими же братьями наших героев долга призовут вас к суду Всевышнего. Кровь бесчисленных мучеников наших воинов, пролитая в эту войну, падет на вашу голову. Опомнитесь! Ведь и вы сыны России! Ужель мученья и смерть матери не трогают вас? Ужель ее проклятие не страшит вас?
Обманутые врагами и предателями, изменой долгу и присяге, убийствами своих же братии, грабежами и насилиями запятнавшие свое высокое священное звание воина, — молим вас, — опомнитесь! Загляните в глубину своей души, и ваша, придушенная вражьими наветами, совесть — совесть русского человека, христианина, гражданина — может быть, скажет вам, как далеко вы ушли по ужасному, преступнейшему пути, какие зияющие, неисцелимые раны нанесли вы Родине — матери своей. Ужель вы хотите свое благополучие построить на развалинах и пожарище Святой Руси? Иль вы думаете свое личное счастье купить гибелью Родины? Не может быть счастья изменнику, предателю. Ужасно Каиново счастье! "Нет мира нечестивым, говорит Бог мой" (Ис. VII, 11). Молим вас: вернитесь к Богу, к правде, к своему великому долгу!.."
Церк. Вед., 1917,
№ 38-39, стр. 327-330

28 авг.

Требование ген. Корнилова о передаче ему полномочий для создания нового кабинета, с участием Керенского и Савинкова.
Речь, 1917, 28 авг.

30 авг.

Согласие ген. Корнилова подчиниться требованиям Врем. Правительства. Керенский — верх. главнокомандующий.
Речь, 1917, 28 авг.

31 авг.

Подчинение ген. Крымова, возглавлявшего войска, идущие на Петроград, приказу Временного Правительства. Самоубийство ген. Крымова после личной беседы с Керенским.
Речь, 1917, 1 сент.

1 сент.

Постановление Собора "по поводу угрожавшей Родине братоубийственной войны".
"...Теперь, когда вера русского воина ослаблена соблазнами противных христианству учений и власть русского военачальника подорвана, русское войско перед лицом внешнего врага готово распасться на два враждующих стана. Не со вчерашнего дня началась эта междоусобная распря. За последние месяцы от руки своих же братьев солдат погибло великое множество офицеров, преданных долгу Родины. Верная своим священным заветам, Церковь Православная не принимает участия в борьбе политических партий. И, однако, ныне, как и в дни священномученика Патриарха Ермогена, она не может оставаться равнодушною зрительницею распада и гибели Родины.

Собор свидетельствует, что упавший воинский дух русской армии может быть восстановлен не прельщением вещественными благами, а только верою Христовой, которая побуждает к бескорыстным подвигам. Этим создается та дисциплина духа, которой утверждается дисциплина внешняя.

...Междоусобие должно быть предотвращено, братоубийство должно быть оставлено окончательно, примирение обоих враждующих станов должно быть полным и прочным. Не должно быть места для недостойных актов кровавой мести. Памятуя о лежащей на нем обязанности служить делу мира во Христе, Собор указывает, что непременным для того условием должно служить отрешение от односторонних точек зрения класса и партий. Власть должна быть не партийною, а всенародною. А народно-русскою может быть только власть, просветленная верою Христовою.
Несокрушимо веруя, что для спасения Родины требуется Божья помощь и самоотверженная любовь ее сынов, Собор ждет от русской государственной власти тех подвигов этой любви, которая сделает ее достойною благословения Божия".
Церк. Вед.,1917,
№ 40-41, стр. 359-360

2 сент.

Провозглашение Российской Республики Врем. Правительством (узурпация права Учредительного Собрания на выбор формы правления) и передача власти "Совету пяти".
Речь, 1917, 3/1Х

14 сент.

Всенародное моление в день Крестовоздвижения о спасении Державы Российской.
Церк. Вед 1917,
№ 36-37, стр. 313
1918

1/14 янв.

Слово Патриарха Тихона в Храме Христа Спасителя перед новогодним молебном.
"...Минувший год был годом строительства Российской Дер­жавы. Но увы! Не напоминает ли он нам печальный опыт Ва­вилонского строительства?..
...И наши строители желают сотворить себе имя, своими реформами и декретами облагодетельствовать не только не­счастный русский народ, но и весь мир, и даже народы го­раздо более нас культурные. И эту высокомерную затею их по­стигает та же участь, что и замыслы вавилонян: вместо блага приносится горькое разочарование. Желая сделать нас бога­тыми и ни в чем не имеющими нужды, они на самом деле превращают нас в несчастных, жалких, нищих и нагих (Апок. 3,17). Вместо так еще недавно великой, могучей, страшной вра­гам и сильной России, они сделали из нее одно жалкое имя, пустое место, пожирающее в междоусобной войне одна дру­гую. Когда читаешь "Плач Иеремии", невольно оплакиваешь словами пророка и нашу дорогую Родину...

...И вся эта разруха и недостатки оттого, что без Бога строится ныне Русское Государство. Разве слышали мы из уст наших правителей святое имя Господне в наших многочислен­ных советах, парламентах, предпарламентах? Нет. Они полага­ются только на свои силы. Желают сделать имя себе, а не так, как наши благочестивые предки, которые не себе, а имени Господню воздавали славу. Оттого Вышний посмеется планам нашим и разрушит советы наши. Подлинно праведен Ты, Гос­поди, ибо мы не покорны были слову Его (Пл. Иерем., 1,18).
Забыли мы Господа! Бросились за новым счастьем, бегать за обманчивыми тенями, прильнули к земле, хлебу, к деньгам, упились вином свободы, - и так, чтобы всего этого достать как можно больше, взяли именно себе, чтобы другим не оста­валось. Заботимся о том, что преходит - прилежати же о душе - вещи бессмертней - совсем забываем. Оттого и наши заботы о создании "храмин и житниц" постигает неудача. Церковь осуждает такое строительство, и мы решительно пре­дупреждаем, что успеха у нас не будет никакого до тех пор, пока не вспомним о Боге..."
Церк. Вед.,
1918, № 1

5/18

Расстрел демонстрации в поддержку Учредительного Соб­рания в Петрограде.
Известия ВЦИК, 1918, 7 янв.

5/18 янв.

Открытие Учредительного Собрания.
Количество депутатов по результатам выборов: русских с.-р. 338; с.-р. других национальностей 99; большевиков 168; меньшевиков 18; других социалистов 16; "буржуазных" и на­ционалистических партий 64.
Собралось около 400 депутатов, из них за избрание пред­седателем Чернова - 244; против - 153 (большевики и левые эсеры). Депутатов "буржуазных" партий (в том числе к.-д.) были единицы.
Из речи Бухарина: "...Вопрос о власти партии революцион­ного пролетариата есть коренной вопрос текущей действи­тельности, который будет решен гражданской войной".
Из речи Церетели: "...С того момента, как вы вступили на путь диктатуры меньшинства, линия гражданской войны прошла через сердце демократии, и единства в рядах этой демократии нет".
Разгон Учредительного Собрания в ночь с 5 на 6 января.
1. Известия ВЦИК,
1918, 6 янв.
2. Милюков,
т. 2, стр. 12-14

9/22 янв.

Похороны жертв расстрела 5 янв. в Петрограде. Расстрел демонстрации в Москве ("по предварительному подсчету" число "случайных жертв" - убитых более 50, ра­неных - более 200).
Известия ВЦИК,
1918, 11 янв.

12/25 янв.

Статья М. Рейснера в "Известиях" о разделении Церкви и государства в связи с готовящимся декретом.
Известия ВЦИК,
1918, 12 янв.

14/27

"Россия в проказе..." Слово Патриарха Тихона, сказанное им при служении в Николо-Воробьинском храме г. Москвы (на Воронцовом поле).
"...Где же выход из современного печального положения нашего? Все чаще и чаще раздаются голоса благомыслящих людей, что "только чудо может спасти Россию". Верно слово и всякого приятия достойно, что силен Бог спасти погибающую Родину нашу. Но достойны ли мы этой милости Божией, того, чтобы над нами было сотворено чудо? Из Св. Евангелия мы знаем, что Христос Спаситель в иных местах не творил чудес за неверствие жителей (Матф. 13,58), и, с другой стороны, Гос­подь, предуказуя ученикам Своим грядущие бедствия - войны, глады, моры, землетрясения - изрек, что избранных ради пре­кратятся эти тяжелые дни (Матф. 24,22). Есть ли среди нас, братие, хотя бы немногие праведные мужи, ради коих Господь милует народы? То ведает один Бог! А мы, подобно Евангель­ским прокаженным, ставши издалеча, вознесем глас, глаголюще: Иисусе Наставниче, помилуй ны (Лук. 17,12-13). Да не взыщеши дел, оправдывающих нас. Аще бо праведника спасеши, ничтоже велие; и аще чистого помилуеши, ничтоже дивно: достойны бо суть милости Твоея, но на нас грешных удиви милость Твою (из вечерн. молитвы) и спаси ны, прежде даже до конца не погибнем".
Церк. Вед.,
1918. № 11-12

19 янв./1 февр.

Послание Патриарха Тихона с анафематствованием уча­стников расправы над невинными людьми и гонителей Церкви.
"...Где же пределы этим издевательствам над Церковью Христовой? Как и чем можно остановить это наступление на Нее врагов неистовых?
Зовем всех вас, верующих и верных чад Церкви: станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей.
Враги Церкви захватывают власть над Нею и Ее достоя­нием силою смертоносного оружия, а вы противостаньте им силою веры вашей, вашего властного всенародного вопля, ко­торый остановит безумцев и покажет им, что не имеют они права называть себя поборниками народного блага, строите­лями новой жизни по велению народного разума, ибо дей­ствуют даже прямо противно совести народной.
А если нужно будет и пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою словами Святого Апостола: "Кто ны разлучит от любве Божия: скорбь ли, или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч". (Рим. 8,35).
А вы, братие архипастыри и пастыри, не медля ни одного часа в нашем духовном делании, с пламенной ревностью зови­те чад ваших на защиту попираемых ныне прав Церкви Пра­вославной, немедленно устрояйте духовные союзы, зовите не нуждою, а доброю волею становиться в ряды духовных борцов, которые силе внешней противопоставят силу своего святого воодушевления, и Мы твердо уповаем, что враги Церкви будут посрамлены и расточатся силою креста Христова, ибо непре­ложно обетование Самого Божественного Крестоносца: "Созижду Церковь Мою, и врата адовы не одолеют Ей".
Церк. Вед.,
1918, № 2

19 янв./1 февр.

Попытка красногвардейцев проникнуть в Александро-Невскую лавру. Убийство о. Петра Скипетрова.
Церк. Вед., 1918,
№ 2, стр. 82-83

Февраль

Выступления инославного и иноверного духовенства в пе­чати в защиту Русской Православной Церкви (по поводу со­бытий в Александро-Невской лавре).
Евангельский пастор Вальтер:

"Нельзя не высказаться против тех фактов, которыми со­провождается отделение церкви от государства. Религиозные чувства людей, привыкших с особым трепетом входить в храм, не могли не быть глубоко оскорблены в тяжелые недавние дни... Каковы бы ни были теоретические решения, положение Пра­вославной Церкви в настоящую минуту является очень трагич­ным, и в этом наши глубокие симпатии всецело на ее стороне".

Священник армяно-григорианской Церкви Тер-Грегориан:

"В переживаемый нами вообще и Православной Церковью в частности момент... нельзя останавливаться на разрешении теоретических вопросов: слишком трагическая яркая картина развертывается перед нами в церковной жизни, чтобы не при­влечь к себе всю силу нашего внимания своими тяжелыми по­дробностями. Не останавливаясь на фактах последних дней, нельзя не высказаться определенно и прямо против всего того, что глубоко оскорбляет религиозное чувство верующих, ибо есть вещи, к которым нельзя прикасаться так жестоко, как ко всему остальному".

Петроградский раввин Каценелеибоген:

"С чувством особого волнения может говорить еврей о том, чему подвергается в настоящее время Православная Церковь. Только сам носивший кандалы, носивший их долго и беско­нечно тяжело, может понять переживания того, кому хотят эти кандалы надеть. Мы знаем одно: религиозное чувство, в те­чение ряда веков бывшее единственным прибежищем миллио­на людей, задето... Мы, только несколько месяцев тому назад освободившиеся от кошмара религиозного гнета, не можем не высказать Православной Церкви и всем ее сынам нашего глу­бокого сочувствия, не можем отделаться от великой и искрен­ней печали. Однако такое пассивное сочувствие недостаточно. Нужно заявить о нем громко и прямо. Поэтому я считаю необ­ходимым, чтобы евреи, своими долгими страданиями купившие себе право быть первыми в ответе на угнетения, выступили с решительным протестом против фактов, подобных имевшим место в Александро-Невской лавре".

Магометанский имам Давлеканов:

"Мы, мусульмане, так бережно охраняющие заветы своей религии, относимся с громадным уважением к религиозному чувству инаковерующих, и потому с особою грустью мы сле­дим за терниями, выпавшими на долю Православной Церкви и ее прихожан".
Самарские Еп. Вед.,
1918, № 6, стр. 262-263

20 янв./2 февр.

Оповещение ЧК по охране Петрограда о предстоящем 21 января крестном ходе и запрещение препятствовать ему.
Известия, 1918,
21 янв., № 16

20 янв./2 февр.

Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви.
Известия, 1918,
21 янв., № 16

20 янв./2 февр.

Открытие 2-ой сессии Собора.
Деян. Соб., 20 янв.

21 янв./З февр.

Крестный ход в Петрограде.
Церк. Вед., 1918,
№ 2, стр. 85-87

22 янв./4 февр.

Постановление Собора об одобрении послания Патриарха Тихона от 19 янв./1 февр. 1918 г.
Деян. Соб., 22 янв.

22 янв./4 февр.

Воззвание большевиков к населению Москвы по поводу Декрета.

"...Церковь владела не только человеческими душами, но и большими капиталами. Церковные власти и монахи наживали свои богатства не на небе, а на земле; огромные народные бо­гатства отнимали у бедных и нуждающихся, чтобы создать удобную и сытую жизнь духовным властям, церковным служа­щим и многочисленным тунеядцам... Народные комиссары все это отныне отняли у церковников и возвратили народу. Пусть церковное имущество принадлежит тем, кто его создал... Что народ дал, то он же теперь и взял".
Реслер

24 янв./6 февр.

Передовая статья в газ. "Известия" по поводу Декрета об "отделении" Церкви от государства.
Известия, 1918,
24 янв., № 18

25 янв./7 февр.

Убийство в Киеве митрополита Владимира.
Польский,
т. 1, стр. 20-24

25 янв./7 февр.

Статья в "Известиях" В. Славского: "Последняя ставка". По поводу Патриаршей анафемы.
Известия, 1918,
25 янв., № 19

25 янв./7 февр.

Постановление Собора "на случай болезни, смерти и дру­гих печальных для Патриарха возможностей, предложить ему избрать нескольких блюстителей патриаршего престола, кото­рые в порядке старшинства и будут блюсти власть Патриарха и преемствовать ему".

3/16 февр. при обсуждении вопроса о порядке местоблюстительства кн. Трубецкой упоминает о "закрытом заседании Собора", на котором "было постановлено, что вся полнота прав Патриарха переходит к местоблюстителю", и о том, что "не­удобно в открытом заседании говорить о всех мотивах при­нятого решения".

В 1926 г., в одном из своих писем митр. Агафангелу, митр. Сергий сообщал об этом факте:

"...Собор 1917-18 гг. сделал Св. Патриарху поручение, в изъятие из правил, единолично назначить себе преемников или заместителей на случай экстренных обстоятельств. Имена же этих заместителей Патриарх должен был, кроме их, не объяв­лять, а только сообщить Собору в общих чертах, что поручение исполнено. Я знал о таком поручении Собора Патриарху, но на заседании том не был. Преосвященный же Прилукский Васи­лий (Зеленцов) подтверждает, что он был и на первом (закры­том) заседании, когда Патриарху было дано поручение, и на втором, когда Патриарх доложил Собору, что поручение ис­полнено".

1. Церк. Вед., 1918,
№ 3-4, стр. 160
2. Деян. Соб. 76-е,
кн. 6, стр. 249
3. Письмо митр. Сергия
митр. Агафангелу
от 17/30 апр. 1926 г.

26 янв./8 февр.

Расстрел крестных ходов в г. Воронеже и г. Шацке Там­бовской губернии.
Церк. Вед., 1918,
№ 9-10

27 янв./9 февр.

Публичные доклады в Петрограде помощника наркома образования Л. Шпицберга с призывами "отвергнуть Царя Не­бесного", с сообщением, что готовятся декреты о запрещении причащения как "колдовского акта", об изъятии священных сосудов, закрытии церквей и объявлении духовенства "контр­революционным". Прозрачные намеки: "Патриарх еще жив..." (Л. Шпицберг - член одной из комиссий Синода по пригла­шению обер-прокурора В. Н. Львова).
Церк. Вед., 1918,
№ 5, стр. 205
2. Реслер

29 янв./11 февр.

Прекращение деятельности Святейшего Синода в Петро­граде ввиду отобрания властями его помещений.
Церк. Вед.,
1918, № 3-4

30 янв./12 февр.

Статья на 1-й стр. "Известий": "Воинствующая Церковь".
Известия, 1918,
30 янв., № 23

30 янв./12 февр.

Открытое письмо Патр. Тихона свящ. Томской епархии Николаю Троицкому.
Церк. Вед.,
1918, № 5

1/14 февр.

Статья "Известии" "В Александро-Невской лавре" - о предложении нескольких служащих лавры поставить на го­лосование вопрос о передаче помещений лавры Комиссариату Призрения.
Известия, 1918,
14(1) февр., № 25

2/15 февр.

Расстрел крестного хода в Туле. Ранен еп. Корнилий и много других лиц, убито 13 человек, в т. ч. 2 рабочих ору­жейного завода.
Расстрел в Харькове толпы верующих, собравшихся для проведения крестного хода в связи с "Декретом" и гонениями на Церковь.
Церк. Вед.,1918,
№ 5, стр. 209

2/15 февр.

Статья В. Славского в "Известиях": "Мобилизация Цер­кви".
Известия, 1918,
15(2) февр.
1919

Январь

Неполные данные о гонениях на Церковь в течение 8 месяцев (июнь 1918 — январь 1919):

"Убито митрополитов — 1 (Киевский Владимир), архиереев — 18, священников — 102, дьяконов — 154, монахов и монахинь — 94. Закрыто 94 церкви и 26 монастырей. Осквернено 14 храмов и 9 часовен. Секвестрировано имущество и земля у 718 причтов и 15 монастырей. Подвергнуты тюремному заключению за "контрреволюционность" 4 епископа, 198 священников, 8 архимандритов и 5 игумнов. Запрещено крестных ходов 18, разогнано церковных процессий 41, нарушены церковные богослужения непристойностью в 22 городах и 96 селах.

Данные не полны, т. к. не учтены разультаты красного террора — в Поволжье, Прикамье и др. местах".

Тобольск. Еп. Вед.,
1919, № 8-9

Начало года

Постановление Президиума Московского Совета о передаче монастырских помещений Отделу Народного Просвещения. Выселение монахов из большей части московских монастырей, в том числе отданы:

Спасо-Андрониевский — под квартиры

Ново-Спасский — под "концентрационный лагерь"

Страстной — занят Военным Комиссариатом

Чудов — рабочий кооператив "Коммунист" и детсад

Постепенное закрытие монастырей в Тамбове, Калуге, Курске, Воронеже, Новгороде, Ярославле и др. городах и местностях.

Рев. и Церк.,
1919, № 1-2

Начало года

Публикации данных о клириках и монахах — жертвах красного террора в Пермской епархии (июнь — дек. 1918) — под названием: "Мученики XX века":

"В № 1 "Пермских Еп. Ведом." приведен список священно-церковнослужителей и монашествующих Пермской епархии, павших жертвами большевистского гонения на Церковь. Страшен этот список. Во главе его стоят: архиепископ Андроник, схваченный в ночь на 4 июня 1918 г. (в действительности в ночь на 5/18 июня — Л. Р.) и закопанный живым в землю (это сообщение, видимо, ошибочно — закопан был другой человек, тогда как арх. Андроника видели живым еще в дек. 1919 г., как сообщают Тобольск. Еп. Вед., 1919, № 17 — Л. Р.); епископ Феофан (викарий Соликамский), в ночь на 11 дек. 1918 г., после истязания и многократного погружения в воду, утопленный в Каме. Далее идут имена 10 протоиереев, 41 священника, 5 диаконов, 4 псаломщиков, 36 монашествующих (Белогорского монастыря и Серафимовского скита); против каждого имени — род его мученической кончины. Читаем: "утоплен", "исколот штыками", "избит прикладами", "задушен епитрахилью", "прострелен и заморожен", "изрублен саблями", а чаще всего "расстрелян", "расстрелян", причем встречается: "сам себе рыл могилу", "утоплен после долгих мучений", "после жестоких мучений". Встречаются пояснения, за что принял тот или иной служитель Церкви лютую смерть: "за проповеди", "за колокольный звон", "за отказ сражаться в армии красных против сибирских войск".

Мир праху мучеников веры нашей! Имена и подвиг их не забудутся вовеки".

Тобольск. Еп. Вед.,
1919, № 10

3/16 февр.

Постановление НКЮ (Нар. Комиссариат Юстиции) об организованном вскрытии мощей.

Рев. и Церк.,
1919, № 1-2

Февраль—май

Данные по вскрытию св. мощей ("официальный список" — откуда взят не указано) в начале 1919 года:

1. Мученик Авраамий — г. Владимир — 12 февр.

2. Кн. Андрей — г. Владимир — 13 февр.

3. Кн. Гавриил — г. Юрьев Польской — 17 февр.

4. Препод. Даниил — г. Переяславль — 20 февр.

5. Петр и Феврония — г. Муром — 10 февр.

6. Кн. Константин и его дети: Михаил и Феодор и мать его Ирина — 7 февр.

7. Еписк. Иоанн — г. Суздаль — 10 февр.

8. Евфимий Суздальский — г. Суздаль — 12 февр.

9. Митрофаний еп. Воронежский — г. Воронеж — 3 февр.

10. Тихон Задонский — г. Задонск — 28 янв.

11. Сергий Радонежский — г. Сергиев Посад — 11 апр.

12. Савва Звенигородский — г. Звенигород — 17 марта.

13. Кн. Мстислав Удалой — г. Новгород — 3 апр.

14. Муч. Гавриил — г. Москва — 3 апр.

15. Кн. Владимир — г. Новгород — 3 янв.

16. Анна, жена Ярослава — г. Новгород — 3 апр.

17. Иоанн Новгородский — г. Новгород — 3 апр.

18. Кирилл Новоозерский — г. Белозерск — 3 апр.

19. Иаков Боровический — Новгородская губ. — 1 февр.

20. Всеволод-Гавриил — Псковская губ. — 27 февр.

21. Афонские мученики: Евфимий, Игнатий и Акакий — г. Балашов — 21 февр.

22. Питирим Тамбовский — г. Тамбов — 29 февр.

23. Кн. Михаил Тверской — г. Тверь — 18 мая

24. Ефрем Новоторжский — г. Торжок — 15 февр.

25. Евфросиния Суздальская — 11 февр.

26. Иулианий Новоторжский — г. Торжок — 5 февр.

27. Нил Столбенский — г. Осташков — 25 февр.

28. Макарий Калязинский — г. Калязин — 2 февр.

29. Кн. Константин — Ярославская губ. — 9 февр.

30. Кн. Георгий — г. Владимир — 25 февр.

31. Феодосии Тотемский — г. Тотьма Вологодской губ. — 17 февраля

32. Прокопий Устьянский — Бельский уезд — 6 марта

33. Евстафий, Антоний и Иоанн Виленские угодники — 6 марта

34. Еп. Никита — г. Новгород — 3 апр.

35. Кн. Федор — г. Новгород — 3 апр.

36. Арсений Чуд. — г. Тверь — 25 мая

37. Кн. Феодор — Ярославская губ. — 9 апр.

38. Кн. Давид — г. Ярославль — 9 апреля

(До осени 1920 г. — 63 вскрытия мощей - "Рев. и Церк.", 1920, № 9-12).

Валентинов,
Стр. 257-258

4/17 февр.

Указ Св. Патриарха Тихона епархиальным архиереям об устранении поводов к глумлению и соблазну в отношении св. мощей.

"...Господу угодно было прославить некоторых святых Своих нетлением их тела; честные мощи таковых угодников Божиих открыто почивают в храмах в драгоценных раках-гробницах, сооруженных любовию верующих... Благочестивое усердие верующих, окружая их останки благоговейным усердием, соорудило и для таковых честных мощей драгоценные раки и оправы, иногда по подобию человеческого тела, располагая в них, в подобающих облачениях, кости праведников и другие частицы святых их мощей...

...Считая необходимым по обстоятельствам времени устранить всякий повод к глумлению и соблазну (в том, что доселе не вызывало соблазна и было лишь благочестивым народным обычаем), поручаю Вашему Высокопреосвященству, по Вашему непосредственному усмотрению и распоряжению, с архипастырской заботливостью и рассуждением устранить всякие поводы к соблазну в отношении святых мощей во всех тех случаях, когда и где это признано будет Вами необходимым и возможным, с донесением о последующих Ваших распоряжениях Священному Синоду.

Молю Господа, да поможет Он Вам в этом деле и сохранит Вас беспреткновенно в нынешних лютых для Церкви обстояниях..."

1. Обв. заключ.
2. Рев. и Церк.,
1920, № 9-12

8/21 февр.

Указ Патриарха Тихона и Синода арх. Астраханскому Митрофану (Краснопольскому) о прославлении св. мощей убиенного святителя Иосифа в день его памяти 11/24 мая — в ответ на ходатайство епархии.

ЧС-1

20 марта/2 апр.

Обращение Патриарха Тихона к Председателю Совнаркома В. И. Ленину, по поводу кампании "вскрытия мощей".

"Вскрытие мощей нас обязывает стать на защиту поругаемой святыни и вещать народу: должно повиноваться более Богу, нежели человеком..."

1. Обв. заключ.
2. Рев. и Церк.,
1919, № 6-2

31 мая/13 июня

Покушение на Патриарха Тихона П. К. Гусевой, с нанесением ножевой раны. Советский суд признал ее психически невменяемой (Гусева имела политическую судимость, мать двоих красноармейцев).

Рев. и Церк.,
1919, № 3-5

8/21 июля

Послание Патриарха Тихона чадам Православной Российской Церкви — с призывом отказаться от актов мести по отношению к гонителям Церкви.

"Божиею Милостью Мы, смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России, всем верным чадам Святой Православной Российской Церкви.

Господь не перестает являть милости Свои Православной Русской Церкви. Он дал Ей испытать Себя и проверить Свою преданность Христу и Его заветам не во дни только внешнего Ее благополучия, а и во дни гонений. День от дня прилагаются Ей новые испытания. День от дня все ярче сияет Ее венец. Многажды беспощадно опускается на Ее, озаренный смирением лик, бич от враждебной Христу руки и клеветнические уста поносят Ее безумными хулами, а Она, по-апостольски — в тщету вменяет горечь Своих страданий, вводит в сонм небожителей новых мучеников и находит утеху для Себя в благословении Своего небесного Жениха: Блаженны вы, когда вас будут поносить и гнать и всячески злословить за Меня. Радуйтесь и веселитесь. (Мф. 5,11).

Чадца Мои! пусть слабостью кажется иным эта Святая незлобливость Церкви, эти призывы наши к терпеливому перенесению антихристианской вражды и злобы, это противопоставление испытаниям и обычной человеческой привязанности к благам земли и удобствам мирской жизни христианских идеалов; пусть "невместимо" и "жестоко" кажется омирщенному пониманию радость, черпающая себе источник в страданиях за Христа, — но Мы умоляем вас, умоляем всех Наших Православных чад, не отходить от этой единственно спасительной настроенности христианина, не сходить с пути крестного, ниспосланного Нам Богом, на путь восхищения мирской силы или мщения. Не омрачайте подвига своего христианского возвращением к такому пониманию защиты благополучия, которое бы унизило Ее и принизило бы вас до уровня действий Ее хулителей. Убереги, Господи, нашу Православную Русь от такого ужаса.

Трудная, но и какая высокая задача для христианина сохранить в себе великое счастье незлобия и любви и тогда, когда ниспровергнут твой враг, и когда угнетенный страдалец призывается изречь свой суд над недавним своим угнетателем и гонителем. И Промысл Божий уже ставит пред некоторыми из чад Русской Православной Церкви это испытание. Зажигаются страсти. Вспыхивают мятежи. Создаются новые и новые лагери. Разрастается пожар сведения счетов. Враждебные действия переходят в человеконенавистничество. Организованное взаимоистребление — в партизанство, со всеми его ужасами. Вся Россия — поле сражения! Но это еще не всё. Дальше еще ужас. Доносятся вести о еврейских погромах, избиение племени, без разбора возраста, вины, пола, убеждений. Озлобленный обстоятельствами жизни человек ищет виновников своих неудач и, чтобы сорвать на них свои обиды, горе и страдания, размахивается так, что под ударом его ослепленной жаждой мести руки падает масса невинных жертв. Он слил в своем сознании свои несчастья с злой для него деятельностью какой-либо партии и с некоторых перенес свою озлобленность на всех. И в массовой резне тонут жизни вовсе непричастных причинам, пролившим такое озлобление.

Православная Русь, да идет мимо тебя этот позор. Да не постигнет тебя это проклятие. Да не обагрится твоя рука в крови, вопиющей к Небу. Не дай врагу Христа, диаволу, увлечь тебя страстию отмщения и посрамить подвиг твоего исповедничества, посрамить цену твоих страданий от руки насильников и гонителей Христа. Помни: погромы — это торжество твоих врагов. Помни: погромы — это бесчестие для тебя, бесчестие для Святой Церкви! Для христианина идеал — Христос, не извлекавший меча в Свою защиту, утихомиривший сынов грома, на кресте молившийся за Своих врагов. Для христианина путеводный светоч — завет св. Апостола, много претерпевшего за своего Спасителя и смертью запечатлевшего преданность Ему: не мстите за себя возлюбленные. Но дайте место гневу Божию. Ибо сказано: Мне отмщение и Я воздам, говорил Господь. Итак, если враг твой голоден, накорми его. Если жаждет, напой его. Ибо делая сие, ты соберешь на голову его горящие угли. (Рим. 12,19).

Мы не говорим уже о том, что пролитая кровь всегда взывает к новой крови. И отмщение — к новому возмездию. Строительство на вражде — строительство на вулкане. Взрыв — и снова царство смерти и разрушения. Наша боль — боль за светлость и счастье Нашей Святой Церкви, Наших чад. Наши опасения — что некоторых из них может прельстить этот новый, уже показывающий зияющую пасть зверь, исходящий из бездны клокочущего страстями сердца человеческого. Одним порывом мщения навсегда запятнаешь себя, христианин, и вся светлая радость нынешнего твоего подвига — страдания за Христа — померкнет, ибо где тогда дашь ты место Христу.

Мы содрогаемся, читая, как Ирод, ища погубить Отроча, погубил тысячи младенцев. Мы содрогаемся, что возможны такие явления, когда при военных действиях один лагерь защищает передние свои ряды заложниками из жен и детей противного лагеря. Мы содрогаемся варварству нашего времени, когда заложниками берутся в обеспечение чужой жизни и неприкосновенности. Мы содрогаемся от ужаса и боли, когда после покушений на представителей нашего современного правительства в Петрограде и Москве, как бы в дар любви им и в свидетельство преданности, и в искупление вины злоумышленников, воздвигались целые курганы из тел лиц, совершенно непричастных к этим покушениям, и безумные эти жертвоприношения приветствовались восторгом тех, кто должен был остановить подобные зверства. Мы содрогались — но ведь эти действия шли там, где не знают или не признают Христа, где считают религию опиумом для народа, где христианские идеалы — вредный пережиток, где открыто и цинично возводится в насущную задачу истребление одного класса другим и междоусобная брань.

Нам ли, христианам, идти по этому пути. О, да не будет! Даже если бы сердца наши разрывались от горя и утеснений, наносимых нашим религиозным чувствам, нашей любви к родной земле, нашему временному благополучию, даже если бы чувство наше безошибочно подсказывало нам, кто и где наш обидчик. Нет, пусть лучше нам наносят кровоточащие раны, чем нам обратиться к мщению, тем более погромному, против наших врагов, или тех, кто кажется нам источником наших бед. Следуйте за Христом! Не изменяйте Ему. Не поддавайтесь искушению. Не губите в крови отмщения и свою душу. Не будьте побеждены злом. Побеждайте зло добром. (Рим. 12,21).

Чадца Мои! Все Православные русские люди! Все христиане! Когда многие страдания, обиды и огорчения стали бы навевать вам жажду мщения, стали бы проталкивать в твои, Православная Русь, руки меч для кровавой расправы с теми, кого считала бы ты своим врагом, — отбрось далеко так, чтобы ни в минуты самых тяжких для тебя испытаний и пыток, ни в минуты твоего торжества, никогда-никогда рука твоя не потянулась бы к этому мечу, не умела бы и не хотела бы нести его.

О, тогда воистину подвиг твой за Христа в нынешние лукавые дни перейдет в наследие и научение грядущим поколениям, как лучший завет и благословение: что только на камени сем — врачевания зла добром — созиждется нерушимая слава и величие нашей Святой Православной Церкви в русской земле, и неуловимо даже для врагов будет Святое имя Ее и чистота подвига Ее чад и служителей.

Тем, которые поступают по сему правилу, мир им и милость. Благодать Господа нашего Иисуса Христа со духом вашим, братие. Аминь. Гал. 16,18".

ЧС-1

5/18 авг.

Расстрел близ Сарова в канун праздника Преображения почитаемой народом болящей девицы Дуняши, разбитой параличом и 30 лет прикованной к постели, а также четырех других девушек, пожелавших разделить ее участь и оставшихся при ней во время ареста.

Видение одному из очевидцев Духа Св. в виде голубя: когда девушек везли на расстрел, красноармейцы по дороге их секли, и большой Белый Голубь закрывал девушек своими крыльями, принимая на себя удары.

В дополнение к этому свидетельству другие очевидцы сообщают, что один солдат в страхе отказался стрелять, т. к. увидел "что-то белое", закрывавшее Дуняшу, которую подруги держали под руки.

ЧС-1

25 сент./8 окт.

Послание Святейшего Патриарха Тихона к архипастырям Русской Церкви с призывом о невмешательстве в политическую борьбу.

"Многократно с церковной кафедры обращались Мы к верующим со словом пастырского назидания о прекращении и распрей и раздоров, породивших на Руси кровавую международную брань, но и доныне эта брань не прекращается и кровь обильным потоком льется по всему обширному пространству русской земли, взаимная вражда между борющимися сторонами все больше и больше разгорается, все чаще и чаще проявляется в жестоких кровавых расправах не только над теми, кто принимал непосредственное и деятельное участие в этой борьбе, но и над теми, кто только подозревается в таковом участии, иногда и без достаточных к тому оснований.

Если ужасы кровавой расправы враждующих между собой лагерей не могут не производить гнетущего впечатления на сердце каждого христианина, то неизмеримо более тягостное впечатление производят эти ужасы тогда, когда жертвами их делаются нередко неповинные люди, непричастные к этой страстной политической борьбе.

Не мимо идут эти ужасы и нас, служителей Церкви Христовой, и много уже и Архипастырей, и пастырей, и просто клириков сделались жертвами кровавой политической борьбы. И все это, за весьма, быть может, немногими исключениями, только потому, что мы, служители и глашатели Христовой Истины, подпали под подозрение у носителей современной власти в скрытой контрреволюции, направленной, якобы, к ниспровержению Советского строя. Но Мы с решительностью заявляем, что такие подозрения несправедливы: установление той или иной формы правления не дело Церкви, а самого народа. Церковь не связывает Себя ни с каким определенным образом правления, ибо таковое имеет лишь относительное историческое значение.

Говорят, что Церковь готова, будто бы, благословить иностранное вмешательство в нашу разруху, что Она намерена звать "варягов" прийти помочь нам наладить наши дела... Обвинение голословное, неосновательное: Мы убеждены, что никакое иноземное вмешательство, да и вообще никто и ничто, не спасет России от нестроения и разрухи, пока Правосудный Господь не преложит гнева Своего на милосердие, пока сам народ не очистится в купели покаяния от многолетних язв своих, а через то не "возродится духовно в нового человека, созданного по Богу в справедливости и святости истины" (Ефес. 4,24).

Указывают на то, что при перемене власти служители Церкви иногда приветствуют эту смену колокольным звоном, устроением торжественных богослужений и разных церковных празднеств. Но если это и бывает где-либо, то совершается или по требованию самой новой власти, или по желанию народных масс, а вовсе не по почину служителей Церкви, которые по своему сану должны стоять выше и вне всяких политических интересов, должны памятовать канонические правила Святой Церкви, коими Она возбраняет Своим служителям вмешиваться в политическую жизнь страны, принадлежать к каким-либо партиям, а тем более делать богослужебные обряды и священнодействия орудием политических демонстраций.

Памятуйте, отцы и братия, и канонические правила и завет Св. Апостола: "блюдите себя от творящих распри и раздоры", уклоняйтесь от участия в политических партиях и выступлениях, "повинуйтесь всякому человеческому начальству" в делах мирских (I Петр. 2,13), не подавайте никаких поводов, оправдывающих подозрительность Советской власти, подчиняйтесь и ее велениям, ибо Богу, по апостольскому наставлению, должно повиноваться более, чем людям (Деян. 4,19; Галат. 1,10). Посвящайте все свои силы на проповедь Слова Божия, истины Христовой, особенно в наши дни, когда неверие и безбожие дерзновенно ополчились на Церковь Христову, и Бог любви и мира да будет со всеми вами. Аминь (2 Кор. 13,11).

Распоряжения Высш.
Церк. Власти,
№- 21-22, Вятка, 1919 (ЧС-1)

Свидетельство кн. Трубецкого о впечатлении, произведенном в Белой Армии этим посланием ("Руль", 1923, 17/VII).

"...Пастырским посланием, помеченным 25-м сентября (день памяти Св. Сергия), Патриарх вменил в обязанность пастырям церкви стоять в стороне от гражданской войны. Я помню, как нас, стоявших тогда близко к Добровольческой Армии на юге России, огорчило это послание Патриарха, но впоследствии я не мог не преклониться перед его мудрой сдержанностью: всюду, где епископы и священники служили молебны по поводу победоносного продвижения Добровольческой Армии, духовенство принуждено было вслед за тем разделить участь этой армии и спешно покидать свою паству, к великому ущербу для церковного дела...

...При необыкновенной мягкости и благостности, которые делают личность его столь обаятельной, Святейший Тихон всегда производил на окружающих впечатление полной готовности понести тот крест, какой укажет ему Господь. Личная участь не заботила его, но он болел душой за подначальных и за духовных своих чад..."
1920

20 февр./4 марта

Разъяснение 5-го ("ликвидационного") Отдела НКЮ (Нар. Комиссариата Юстиции) о недопустимости со стороны церковной иерархии перемещения духовенства, закрытия храмов и т. д. против воли группы верующих.

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3

26 марта/8 апр.

Разъяснение 5-го Отдела НКЮ о привлечении к всеобщей трудовой повинности также и духовных лиц и о перенесении времени богослужения при совпадении его со временем общественно-полезных работ.

Рев. И Церк.,
1922, № 1-3

1/14 апр.

Разъяснение 5-го Отдела НКЮ о том, что служители культа, как имеющие "нетрудовой заработок" и занимающиеся "непроизводительным трудом", "не могут пользоваться полными гражданскими правами".

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3

27 апр. /10 мая

Обращение Патриарха Тихона в Совнарком в связи с предполагаемым увозом из Свято-Троицкой Сергиевой лавры св. мощей преп. Сергия для демонстрирования их в одном из московских музеев.

Содержание: "...Мы прибегли к письменному обращению и заявили, что закрытие лаврских храмов и намерение вывезти оттуда мощи самым существенным образом затрагивает нашу религиозную совесть и является вторжением гражданской власти во внутреннюю жизнь и верование Церкви, что стоит в противоречии с декретом об отделении Церкви от государства, с неоднократным заявлением высшей центральной власти о свободе вероисповеданий и с разъяснениями, что нет никакого общего распоряжения об изъятии из храмов предметов культа..."

1. Посл. Патр. Тихона
от 28.8/10.9 1920.
2. Сб. док.

5/18 мая

Постановление Патриарха Тихона и Синода о предоставлении епархиальным архиереям решать на местах все церковные дела в случае прекращения связи с Высшим Церковным Управлением.

1. Церк. Вед.,
1922, № 1 (ЧС-1)
2. ЖМП, 1931, № 1.

Май

Подписка Патриарха Тихона и членов Синода и Высш. Церк. Сов. о прекращении церковного производства бракоразводных дел, по требованию гражданской власти.

Подписали: Патр. Тихон; митр. Сергий (Страгородский); митр. Кирилл (Смирнов); арх. Никандр (Феноменов); еп. Александр ?; еп. Иувеналий (Масловский); еп. Алексий (Кузнецов ?); протопресв.Н. Любимов; Александр Куляшев; протоиерей А. Станиславский.

Рев. и Церк.,
1920, № 9-12

Июль

Выступление Патриарха Тихона в качестве свидетеля в Моск. нар. суде по "делу Виленских угодников".

Рев. и Церк.,
1920, № 9-12

28 июля/10 авг.

Письмо (частное) Патриарха Тихона к еп. Назарию (Кириллову) о процессе "Виленских угодников".

Выписка: "...Высокопреосвященнейший Владыко!.. Был суд по делу отца Досифея и игуменьи Серафимы, настоятельницы монастыря, куда в прошлом году была пожертвована икона виленских мучеников и частица их мощей. Я был вызван в качестве свидетеля, но всыпали не меньше, чем обвиняемым. Привлекают Вас... за подложный акт вскрытия мощей.

Прошу Ваших молитв. Патриарх Тихон".

Рев. и Церк.,
1920, № 5-12

12/25 авг.

Циркуляр НКЮ губисполкомам о ликвидации мощей.

"НКЮ предлагает к исполнению следующее:

а) местные исполкомы при соответствующей агитации последовательно и планомерно проводят полную ликвидацию мощей, опираясь на революционное сознание трудящихся масс, избегая при этом всякой нерешительности и половинчатости при проведении своих мероприятий;

б) ликвидация названного культа мертвых тел, кукол и т. п. осуществляется путем передачи их в музеи;

в) во всех случаях обнаружения шарлатанства, фокусничества, фальсификаций и иных уголовных деяний, направленных к эксплуатации темноты, как со стороны отдельных служителей культа, так равно и организаций бывших официальных вероисповедных ведомств, Прокуратура возбуждает судебное преследование против всех виновных лиц, причем ведение следствия поручается следователям по важнейшим делам, а самое дело разбирается при широкой гласности".

Оценка обновленца Титлинова (1925):

"...государственная власть... выступала в качестве блюстительницы интересов малосознательной части населения".

Рев. и Церк.,
1920, № 6-8
2. Гидулянов,
1923. стр. 9
3. Титлинов,
стр. 179

Август

Ответ Совнаркома на заявление Патриарха Тихона по поводу вывоза св. мощей Преподобного Сергия:

"Жалобу гражданина Белавина (Патриарха Тихона) на постановление Московского Губисполкома о перевозке мощей из Троице-Сергиевой лавры в один из Московских музеев, от 27.4(10-го мая), оставить без последствий. Предложить Московскому Исполкому С.Р. и К.Д., в порядке циркуляра Наркомюста от 18(25).8 1920 г. о ликвидации мощей, закончить ликвидацию мощей Сергия Радонежского, т. е. привести в исполнение постановление Московского Губисполкома".

Посл. Патр. Тихона
от 28.8 (10.9) 1920 г.

28 авг./10 сент.

Послание Патриарха Тихона в связи с закрытием Свято-Троицкой Сергиевой лавры.

"Уже много раз за последнее время терзалось религиозное чувство русских людей, и удар за ударом направлялся на их святыни. Не избегла сей печальной участи наша великая Святыня — Троице-Сергиева лавра. Было начато с вскрытия мощей Преподобного Сергия. Этим думали достигнуть того, что народ перестанет стекаться в лавру и потеряет доверие к своим духовным руководителям. Расчеты, однако, оказались ошибочными. Конечно, при вскрытии не было обнаружено никаких подделок, а были найдены останки Преподобного, которые всеми верующими благоговейно почитаются, как Его св. мощи. Но, как и следовало ожидать, оскорбление мощей Преп. Сергия вызвало великий религиозный порыв, выразившийся в усиленном паломничестве к Его цельбоносной раке. Тогда стали выселять монахов из лавры, закрывать храмы, уже переданные общине верующих по договору, и в местном Совете начали усиленно обсуждать вопрос об изъятии мощей Преподобного из лавры, о погребении их или о передаче в один из московских музеев. При первых же известиях о сем, Мы почли долгом лично переговорить с Председателем Совета Народных Комиссаров о необходимости оставить лавру и мощи в неприкосновенности, на что нам было отвечено, что Председатель занят обсуждением важных дел и свидание не может состояться в ближайшие дни....

...Как призванные стоять на страже народных церковных интересов, священным долгом нашим почитаем оповестить всех духовных чад Наших о ходе настоящего дела. Наш знаменитый историк Ключевский, говоря о Преп. Сергии и о значении его и основанной им лавры, предвещал: "ворота лавры Преподобного затворятся, и лампады погаснут над Его гробницей только тогда, когда мы растратим без остатка весь духовный нравственный запас, завещанный нам нашими великими строителями Земли Русской, как Преподобный Сергий".

Ныне закрываются ворота лавры и гаснут в ней лампады. Что же? Разве мы уже не растратили внешнее свое достояние и остались при одном голоде и холоде? Мы только носим имя, что живы, а на самом деле уже мертвы. Уже близится грозное время, и, если не покаемся мы, отнимется от нас виноградник Царствия Божия и передастся другим делателям, которые будут давать плоды в свое время. Да не будет сего с нами. Очистим же сердце наше покаянием и молитвами и будем молить Преподобного, дабы не покидал Он лавры Своей, а "поминал стадо, еже собра мудре, не забывал, якоже и обещался посещать чад Своих" и всех чтущих память Его".

12/25 сент.

Хиротония Петра (Полянского) во епископа Подольского, вик. Московского. (Как выяснилось после смерти Патриарха Тихона, он был одним из Чрезвычайных Местоблюстителей, избранных Святейшим в нач. 1918 г. по поручению Собора — Л. Р.).

митр. Мануил

2/16 окт.

РВЦУ — Русское Временное Церковное Управление (Симферополь, председатель — митр. Антоний Храповицкий) назначает арх. Евлогия управляющим западно-европейскими русскими церквами на правах епархиалыюго архиерея. РВЦУ управляет балканскими и азиатскими церквами.

митр. Евлогий,
стр. 375

Конец окт./начало ноября

Подтверждение РВЦУ в Константинополе назначения арх. Евлогия управляющим церквами в Зап. Европе на правах епарх. архиерея.

митр. Евлогий,
стр. 376

7/20 ноября

Постановление Св. Патриарха, Св. Синода и Высш. Церк. Совета по поводу самоуправления епархий в случае отсутствия канонического центра или невозможности связи с ним.

Важнейшие пункты (цит. по Троицкому):

"2. В случае, если епархия, вследствие передвижения фронта, изменения государственной границы и т. п. окажется вне всякого общения с Высшим Церковным Управлением или само Высшее Церковное Управление почему-либо прекратит свою деятельность, епархиальный архиерей немедленно входит в сношение с архиереями соседних епархий на предмет организации высшей инстанции церковной власти для нескольких епархий, находящихся в одинаковых условиях (в виде ли Временного Высшего Церковного Правительства или Митрополичьего округа или еще иначе)".

"4. В случае невозможности установить сношения с архиереями соседних епархий и впредь до организации Высшей Церковной Власти, епархиальный архиерей воспринимает на себя всю полноту власти, предоставленной ему церковными канонами..."

"5. В случае, если положение вещей, указанное в §§ 2 и 4, примет характер длительный или даже постоянный, в особенности при невозможности для архиерея пользоваться содействием органов епархиального управления, наиболее целесообразной (в смысле утверждения церковного порядка) мерой представляется разделение епархии на несколько местных епархий, для чего архиерей:

а) представляет Преосвященным своим викариям, пользующимся ныне, согласно Наказу, правами полусамостоятельных, все права епархиальных архиереев, с организацией при них управления, применительно к местным условиям и возможностям.

б) учреждает по соборному суждению с прочими архиереями епархии, по возможности во всех значительных городах своей епархии новые архиерейские кафедры с правами полусамостоятельных или самостоятельных.

в) разделенная указанным в § 5 образом епархия образует из себя во главе с архиереем главного епархиального города церковный округ, который и вступает в управление местными церковными делами, согласно канонам".

"10. Все принятые на местах, согласно настоящим указаниям, мероприятия, впоследствии, в случае восстановления центральной церковной власти, должны быть представлены на
утверждение последней".

1. Церк. Вед., 1922, № 1.
2. Церк. Вед., 1926, № 17-18
3. Троицкий, 1, стр. 46-49,
134, 74 и далее.

Толкование постановления и практическое применение его:

1. Послание Патриаршего Заместителя митр. Агафангела от 5/18 июня 1922 г. с содержанием, аналогичным постановлению, — призыв к архипастырям о самостоятельном управлении.

2. Ряд актов и постановлений Карловацкой Зап. Евр. и Амер. церковных группировок. Замечание проф. С. Троицкого: "на это высокоавторитетное постановление ссылаются все партии, на которые разделилась Русская Церковь.., но беда в том, что никто из них не хочет точно и до конца это Постановление выполнить" (стр. 134).

1. Троицкий,
2. митр. Евлогий, стр. 623

3. Отделения в самоуправление (т. н. "автокефализация") отдельных епархий в период борьбы с обновленчеством и григорианством.

Шишкин,
стр. 276, 312

4. Письмо неизвестного иерарха к митр. Сергию и письма митр. Кирилла к митр. Сергию и к своим сторонникам с толкованием постановления в применении к случаю потери связи с Местоблюстителем — митр. Петром, аналогичные письма арх. Афанасия Сахарова.

5. Применение постановления как канонической основы организации "церкви непоминающих", т. е. не признавших сергианскую Московскую Патриархию каноническим Церковным Центром.

Личные свидетельства

Осень

Данные о числе вскрытий св. мощей: до осени 1920 г. — 63 вскрытия.

Рев. и Церк.,
1920, № 9-12

4/17 дек.

Вскрытие мощей Преподобного Серафима Саровского.

Мощи выкрадены при перевозке и сохраняются благочестивыми верующими (народное предание).

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3

1920

Рукоположение Патриархом Тихоном во иеромонаха Ермогена (Голубева) (в 1960-х годах — архиепископ Калужский и Боровский).

1921

14—18/(27—31) янв.

Процесс в Московском Губревтрибунале по делу "архангельской контрреволюционной группы", обвиняемой в обращении за помощью к арх. Кентерберийскому, а также в том, что участники группы "подговорили малолетних гимназистов и гимназисток показать, что они видели над Ледовитым океаном Божию Матерь и Младенца Иисуса благословляющих", как говорилось в обвинении, "белогвардейские войска".

Еп. Архангельский Павел, свящ. Иоанн Попов (редактор Арханг. Еп. Ведомостей) и секретарь Епарх. Совета Соколов приговорены к расстрелу, но, "ввиду великих побед Пролетарской Республики в мире", Трибунал заменил приговор пятью годами заключения.

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3.
Отчет 5-го Отдела НКЮ

Начало года

Данные по числу ликвидированных монастырей: до 1921 г. — 573; в начале 1921 г. — еще 40.

По поводу трудовых коммун, создавшихся в 1919-1920 гг. "по благословению" Патриарха: "у церковников имелась определенная тенденция создать свое "государство" и свое отдельное хозяйство в раб.-кр. государстве".

Констатация запрещений монахам быть членами трудовых коммун — не только послушникам, но и монастырским работникам.

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3

Февраль

"Дело епархиального совета" в Новгороде. Обвинение — контрреволюционная пропаганда в Епарх. Ведомостях. Митр. Арсений Новгородский, викарный еп. Алексий (Симанский) и др. приговорены к пяти годам условно. Епарх. Совет закрыт.

Рев. и Церк.,
1922, № 1-3

8/21 февр.

Указ Патриарха Тихона и Синода о назначении викария Новгородской епархии Алексия (Симанского) — епископом Ямбургским, первым викарием Петроградской епархии.

ЖМП, 1963, № 5

26 марта/8 апр.

Указ Патриарха Тихона и Синода о подчинении всех русских церквей в Западной Европе, до восстановления нормальных отношений с Петроградом, канонической юрисдикции арх. Евлогия (Георгиевского), с возношением его имени за богослужением. Указ подтверждает постановление заграничного РВЦУ о назначении арх. Евлогия.

/. Троицкий, 1
2. Троицкий, 2
3. Церк. Вед.,
1922, № 1
4. митр. Евлогий,
стр. 386-387

Лето 1921

Воззвание Патриарха Тихона "К народам мира и к православному человеку" по поводу голода в России.

"Величайшее бедствие поразило Россию. Пажити и нивы целых областей ее, бывших ранее житницей страны и уделявших избытки другим народам, сожжены солнцем. Жилища обезлюдели и селения превратились в кладбища непогребенных мертвецов. Кто еще в силах, бежит из этого царства ужаса и смерти без оглядки, повсюду покидая родные очаги и землю. Ужасы неисчислимы. Уже и сейчас страдания голодающих и больных не поддаются описанию, и многие миллионы людей обречены на смерть от голода и мора. Уже и сейчас нет счета жертвам, унесенным бедствием. Но в ближайшие грядущие годы оно станет для всей страны еще более тяжким: оставленная без помощи, недавно еще цветущая и хлебородная земля превратится в бесплодную и безлюдную пустыню, ибо не родит земля непосеянная, и без хлеба не живет человек.

К тебе, Православная Русь, первое слово Мое:

Во имя и ради Христа зовет тебя устами Моими Святая Церковь на подвиг братской самоотверженной любви. Спеши на помощь бедствующим с руками, исполненными даров милосердия, с сердцем, полным любви и желания спасти гибнущего брата. Пастыри стада Христова! Молитвою у престола Божия, у родных Святынь, исторгайте прощение Неба согрешившей земле. Зовите народ к покаянию: да омоется покаянными обетами и Святыми Тайнами, да обновится верующая Русь, исходя на Святой подвиг и его совершая, — да возвысится он в подвиг молитвенный, жертвенный подвиг. Да звучат вдохновенно и неумолчно окрыленные верою в благодатную помощь свыше призывы ваши к Святому делу спасения погибающих. Паства родная Моя! В годину великого посещения Божия благословляю тебя: воплоти и воскреси в нынешнем подвиге твоем святые, незабвенные деяния благочестивых предков твоих, в годины тягчайших бед собиравших своею беззаветною верой и самоотверженной любовью во имя Христово духовную русскую мощь и ею оживотворявших умиравшую русскую землю и жизнь. Неси и ныне спасение ей — и отойдет смерть от жертвы своей.

К тебе, человек, к вам, народы вселенной, простираю я голос свой:

Помогите! Помогите стране, помогавшей всегда другим! Помогите стране, кормившей многих и ныне умирающей от голода. Не до слуха вашего только, но до глубины сердца вашего пусть донесет голос Мой болезненный стон обреченных на голодную смерть миллионов людей и возложит его и на вашу совесть, на совесть всего человечества. На помощь немедля! На широкую, щедрую, нераздельную помощь!

К Тебе, Господи, воссылает истерзанная земля наша вопль свой: пощади и прости, к Тебе, Всеблагий, простирает согрешивший народ Твой руки свои и мольбу: прости и помилуй.

Во имя Христово исходим на делание свое: Господи, благослови".

8/21 июня

Определение Патриарха Тихона, Синода и Высш. Церк. Совета об автономии Латвийской Церкви. Назначение арх. Пензенского Иоанна (Поммэра) — архиепископом Рижским и Латвийским.

митр. Мануил

8/21 июня

Письмо арх. Евлогию от митр. Вениамина Петроградского, управлявшего православными церквами в Зап. Европе, о передаче своих полномочий арх. Евлогию, в связи с отсутствием сношений и указом Св. Патриарха от 26 марта/8 апреля 1921 г.

митр. Евлогий,
стр. 387

14/27 сент.

Послание Патриарха Тихона о предоставлении автономии Польской Церкви.

ЖМП, 1950, № 8

Осень 1921

Резолюция Патриарха Тихона об отказе в автокефалии для Польской Церкви.

Докл. о польской автокефалии,
рукоп. 1919-1926,
ЧС-1

1921

Указ Патриарха Тихона о назначении Патриаршим Экзархом Украины арх. Михаила (Ермакова).

ЧС-1

29 сент./11 окт.

Указ Патриарха Тихона о назначении Экзархом Польши преосв. Георгия (Ярошевского), ввиду невозможности приезда в Польшу еп. Варшавского Серафима (Чичагова).

Докл. о польской автокефалии

Октябрь

Письмо Патриарха Тихона арх. Евлогию с поручением поездки в Америку для ревизии дел в Сев.-Американской епархии, возглавляемой еп. Александром.

митр. Евлогий, 393

9/22 окт.

Показательный суд Воронежского Губтрибунала над группой верующих по обвинению в распространении слухов об обновлении иконы и над председателем исполкома, разрешившим крестный ход с иконой.

Ввиду достаточного "вскрытия той грязи, в которой утопает Церковь и ее служители", вынесен приговор: большинство обвиняемых "от наказания освободить; группу служителей культа, кроме признанных "психически больными", — к шести месяцам принудительных работ без лишения свободы.

Рев. и Церк.,

1922, № 1-3

Ноябрь?

Ответное письмо арх. Евлогия Патриарху Тихону о невозможности поездки в Америку (в связи с предстоящим съездом в Карловцах).

митр. Евлогии,
стр. 394

4/17 ноября

Послание ("декрет") Патриарха Тихона о недопустимости нововведений в церковно-богослужебной практике.

"...Совершая богослужение по чину, который ведет начало от лет древних и соблюдается по всей Православной Церкви, мы имеем единение с Церковью всех времен и живем жизнью всей Церкви... При таком отношении пребудет неизменным великое и спасительное единение основ и преданий церковных...

...Божественная красота нашего истинно назидательного в своем содержании и благодатно-действенного церковного богослужения, как оно создано веками Апостольской верности, молитвенного горения, подвижнического труда и святоотеческой мудрости и запечатлено Церковью в чинопоследованиях, правилах и уставе, должна сохраниться в Св. Православной Русской Церкви неприкосновенно, как величайшее и священнейшее Ее достояние..."

Введенский,
"Церк. и гос."

Конец 1921

Запрещение, наложенное Патриархом Тихоном на еп. Антонина (Грановского), пребывающего на покое, в связи с его самочинными нововведениями в богослужении.

Труды I съезда
СЦВ, М., 1925

Конец 1921

Письмо Патриарха Тихона епископу Томскому Виктору (Островидову) о недопущении новшеств в церковно-богослужебной практике.

Содержание: "...Следствием... было установлено, что ("монархические организации" в Сибири)... получили директивы из Москвы, в том числе и от Патриарха Тихона, который в своих письмах своему ставленнику Томскому еп. Виктору (Островидову) писал: "Новшества не допускайте". Это судебное дело создалось еще до ареста Патриарха Тихона..."

"Живая Церковь",
1922, № 67

21 ноября/3 дек.

1-й "Русский Всезаграничный Собор" в Карловцах. Большинством в 2/3 голосов принято "Обращение к православным русским беженцам за границей" монархического содержания. Меньшинство — 1/3 (34 чел.) во главе с архиеп. Евлогием приняли постановление о невозможности Церковному Собору подписывать политическое заявление.

Из "Воспоминаний" митр. Евлогия: "...Марков прочел доклад, в котором изложил основные мысли проекта "Обращения". Они сводились не только к утверждению самого принципа монархизма, но и подчеркивали политическую миссию Карловацкого Съезда — заявить от имени всего русского народа, что Дом Романовых продолжает царствовать... Если мы здесь не вся Церковь, то мы та часть Ее, которая может сказать то, что сказать не может оставшаяся в России Церковь. Монархическое движение в России растет. Это подтверждается теми многочисленными письмами, которые получаются из России... Письма эти — голая правда, и скоро заплачет тот, кто им не поверит. Народ русский ждет царя и ждет указания этого царя от церковного собрания..."

Комментарий митр. Евлогия: "Мои опасения за Церковь и Патриарха, увы, впоследствии оправдались... Митрополит Антоний, в политических вопросах детски наивный, не мог учесть последствий рокового "Обращения", явно монархического по содержанию и продиктованного эмигрантскими политическими страстями... В результате — отягчение участи Патриарха и мстительно жестокий суд над Петроградским митрополитом Вениамином... Только злой дух мог продиктовать "Обращение", принятое на Карловацком съезде".

Примечание: составитель не согласен с оценкой митр. Евлогия. Возложение вины за преследования Патриарха и всей Церкви на карловацкую группу есть, по нашему убеждению, искажение исторической правды и попытка нравственного насилия над гражданской совестью карловчан. Их политические обращения были, безусловно, не причиной преследований Церкви в СССР, но лишь поводом для одного из многих ложных обвинений, использованных большевиками для "оправдания" своих "идеологически предопределенных" репрессий против Церкви.

Мы не согласны также с позицией Карловацкого Собора, в том смысле, что она явилась нарушением постановления Всероссийского Поместного Собора от 2/15 августа, отменившего общеобязательную церковную политику. Карловацкий Съезд не имел права провозглашать свою политическую платформу от имени Церкви, тем более с намеками на "высказанное суждение" плененной Церкви в СССР, — но лишь от имени группы членов Русской Церкви за рубежом. Свойственное карловчанам стремление рассматривать проблему монархии не только как проблему политическую, но и как проблему религиозную — также есть лишь частное мнение, которое составитель, впрочем, в общих чертах разделяет.

Небратская попытка нравственного давления на совесть членов карловацкой группы неоднократно предпринималась и в дальнейшем со стороны членов других зарубежных церковных групп.

Так, "Вестник" № 1, 1939 г., писал, излагая статью И. Стратонова "Исходный момент русской церковной смуты последнего времени" ("Путь", № 12, 1928 г.):

"Слухи о "Всезаграничном" "Соборе" в Карловцах дошли до России в начале января 1922 года. Свят. Патриарха Тихона несколько раз вызывали на допрос, но без предъявления покамест определенных обвинений. Между тем в зарубежных кругах, как церковных, так и политических, в связи с обострением голода в сов. России, надежды на скорое падение сов. власти усилились. Появились проекты относительно того, как должна совершиться "ликвидация" сов. власти. В части проектов развивалась мысль, что Патриарх должен будет "взять власть" и потом "передать ее законному носителю власти", которого он сам и укажет. При этом подчеркивалось, что для осуществления этих "переходных" мероприятий могут и должны быть использованы храмовые и монастырские ценности. Все это обосновывалось примерами государственно-созидательной деятельности русских святителей и святых (особенно Св. Патриарха Ермогена, препод. Сергия Радонежского)".

Конец 1921

Данные о числе голодающих в стране в конце года: 23,2 млн. человек.
1922

17/30 янв.

Указ Патриарха Тихона и Синода о возведении в сан митрополита временно-управляющего Зап.-Европейскими русскими приходами — архиепископа Волынского и Житомирского Евлогия (Георгиевского).

митр. Евлогий,
стр. 401

10/23 февр.

Декрет ВЦИК об изъятии церковных ценностей на нужды голодающих.

Известия, 1922, 26 февр.

15/28 февр.

Послание Патриарха Тихона о помощи голодающим и изъятии церковных ценностей.

"Среди тяжких бедствий и испытаний, обрушившихся на землю нашу за наши беззакония, величайшим и ужаснейшим является голод, захвативший обширное пространство с многомиллионным населением.

Еще в августе 1921 г., когда стали доходить до нас слухи об этом ужасном бедствии, Мы, почитая долгом своим прийти на помощь страждущим духовным чадам Нашим, обратились с посланиями к главам отдельных христианских Церквей (Православным Патриархам, Римскому Папе, Архиепископу Кентерберийскому и епископу Йоркскому) с призывом, во имя христианской любви, произвести сборы денег и продовольствия и выслать их за границу умирающему от голода населению Поволжья.

Тогда же был основан Нами Всероссийский Церковный Комитет помощи голодающим и во всех храмах и среди отдельных групп верующих начались сборы денег, предназначавшихся на оказание помощи голодающим. Но подобная церковная организация была признана Советским Правительством излишней и все собранные Церковью денежные суммы потребованы к сдаче и сданы правительственному Комитету.

Однако в декабре Правительство предложило Нам делать, при посредстве органов церковного управления: Св. Синода, Высшего Церковного Совета, Епархиального, Благочиннического и Церк.-приходского Совета — пожертвования деньгами и продовольствием для оказания помощи голодающим. Желая усилить возможную помощь вымирающему от голода населению Поволжья, Мы нашли возможным разрешить церковно-приходским Советам и общинам жертвовать на нужды голодающих драгоценные церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления, о чем и оповестили Православное население 6(19) февраля с.г. особым воззванием, которое было разрешено Правительством к напечатанию и распространению среди населения.

Но вслед за этим, после резких выпадов в правительственных газетах по отношению к духовным руководителям Церкви, 10(23) февраля ВЦИК, для оказания помощи голодающим, постановил изъять из храмов все драгоценные церковные вещи, в том числе и священные сосуды и прочие богослужебные церковные предметы. С точки зрения Церкви подобный акт является актом святотатства, и Мы священным Нашим долгом почли выяснить взгляд Церкви на этот акт, а также оповестить о сем верных духовных чад Наших. Мы допустили, ввиду чрезвычайно тяжких обстоятельств, возможность пожертвования церковных предметов, не освященных и не имеющих богослужебного употребления. Мы призываем верующих чад Церкви и ныне к таковым пожертвованиям, лишь одного желая, чтобы эти пожертвования были откликом любящего сердца на нужды ближнего, лишь бы они действительно оказывали реальную помощь страждущим братьям нашим. Но Мы не можем одобрить изъятия из храмов, хотя бы и через добровольное пожертвование, священных предметов, употребление коих не для богослужебных целей воспрещается канонами Вселенской Церкви и карается Ею как святотатство — миряне отлучением от Нее, священнослужители — извержением из сана (Апостольское правило 73, Двухкратн. Вселенск. Собор. Правило 10)".

1. Введенский,
"Церк. и гос."
2. Вест. РСХД,
1970, № 8
3. ЧС-1

Февраль

Приписываемый Патриарху Тихону указ ("секретная инструкция") по вопросу об отношении к изъятию церковных ценностей.

"...Хвалим и лобызаем архимандрита Никодима, настоятеля Юрьева монастыря Новгорода, богодухновенно отдавшего из монастыря ценности на многие миллионы рублей на священную войну против тевтонов (немцев).

Мы с гневом отвергаем и караем отлучением от Церкви даже добровольное пожертвование священных риз и чаш: важно не что давать, а кому давать. Читая строки послания Нашего, указуйте о сем своей пастве на собраниях, на которых вы можете и должны бороться против изъятия ценностей.

Мы разрешаем отдавать только лом и подвески с образов..."

1. "Обвин. закл.
по делу Патр."
2. Попов,
3. "Учебник для анти-
религ. кружков", 1930

6/19 марта

Приписываемое В. И. Ленину секретное письмо членам Политбюро по поводу изъятия церковных ценностей.

Из комментария редактора "Вестника РСХД" Н. Струве: "...Подлинность его (документа — Л. Р.) вне сомнения: на него есть прямая ссылка в "Полном собрании сочинений Ленина", т. 45, М., 1964 г., стр. 666-667: "Март 19. Ленин в письме членам Политбюро ЦК РКП (б) пишет о необходимости решительно подавить сопротивление духовенства проведению в жизнь декрета ВЦИК от 23 февраля 1922 об изъятии церковных ценностей в целях получения средств для борьбы с голодом". (В "Архиве" имеет шифр ЦПА ИМЛ, ф.2, ед. хр. 22954). Но бдительные цензоры ленинских писаний не посмели включить это письмо в так наз. "Полное собрание сочинений", насчитывающее 55 томов".

Текст письма (полностью):

"Товарищу Молотову

для членов Политбюро

Строго секретно

Просьба ни в коем случае копий не снимать, а каждому члену Политбюро (тов. Калинину тоже) делать свои замтки на самом документе.

Ленин.

По поводу происшествия в Шуе, которое уже поставлено на обсуждение Политбюро, мне кажется, необходимо принять сейчас же твердое решение в связи с общим тоном борьбы в данном направлении. Так как я сомневаюсь, чтобы мне удалось лично присутствовать на заседании Политбюро 20 марта, то поэтому я изложу свои соображения письменно.

Происшествие в Шуе должно быть поставлено в связь с тем сообщением, которое недавно РОСТА переслало в газеты не для печати, а именно сообщение о подготовляющемся черносотенцами в Питере сопротивлении декрету об изъятии церковных ценностей. Если сопоставить с этим фактом то, что сообщают газеты об отношении духовенства к декрету об изъятии церковных ценностей, а затем то, что нам известно о нелегальном воззвании Патриарха Тихона, то станет совершенно ясно, что черносотенное духовенство во главе со своим вождем совершенно обдуманно проводит план дать нам решающее сражение именно в данный момент.

Очевидно, что на секретных совещаниях влиятельнейшей группы черносотенного духовенства этот план обдуман и принят достаточно твердо. События в Шуе лишь одно из проявлений этого общего плана.

Я думаю, что здесь наш противник делает громадную ошибку, пытаясь втянуть нас в решительную борьбу тогда, когда она для него особенно безнадежна и особенно невыгодна. Наоборот, для нас именно данный момент представляет из себя не только исключительно благоприятный, но и вообще единственный момент, когда мы можем с 99-ю из 100 шансов на полный успех разбить неприятеля на голову и обеспечить за собой необходимые для нас позиции на много десятилетий. Именно теперь и только теперь, когда в голодных местах едят людей и на дорогах валяются сотни, если не тысячи, трупов, мы можем (и поэтому должны) провести изъятие церковных ценностей с самой бешеной и беспощадной энергией, не останавливаясь перед подавлением какого угодно сопротивления. Именно теперь и только теперь громадное большинство крестьянской массы будет либо за нас, либо, во всяком случае, будет не в состоянии поддержать сколько-нибудь решительно ту горстку черносотенного духовенства и реакционного городского мещанства, которые могут и хотят испытать политику насильственного сопротивления советскому декрету.

Нам во что бы то ни стало необходимо провести изъятие церковных ценностей самым решительным и самым быстрым образом, чем мы можем обеспечить себе фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (надо вспомнить гигантские богатства некоторых монастырей и лавр). Без этого никакая государственная работа вообще, никакое хозяйственное строительство в частности и никакое отстаивание своей позиции в Генуе в особенности совершенно немыслимы. Взять в свои руки этот фонд в несколько сотен миллионов золотых рублей (а может быть и несколько миллиардов) мы должны во что бы то ни стало. А сделать это с успехом можно только теперь. Все соображения указывают на то, что позже сделать это нам не удастся, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс, который бы либо обеспечил нам сочувствие этих масс, либо, по крайней мере, обеспечил бы нам нейтрализование этих масс в том смысле, что победа в борьбе с изъятием ценностей останется безусловно и полностью на нашей стороне.

Один умный писатель по государственным вопросам справедливо сказал, что если необходимо для осуществления известной политической цели пойти на ряд жестокостей, то надо осуществлять их самым энергичным образом и в самый короткий срок, ибо длительного применения жестокостей народные массы не вынесут. Это соображение в особенности еще подкрепляется тем, что по международному положению России для нас, по всей вероятности, после Генуи окажется или может оказаться, что жестокие меры против реакционного духовенства будут политически нерациональны, может быть даже чересчур опасны. Сейчас победа над реакционным духовенством обеспечена полностью. Кроме того, главной части наших заграничных противников среди русских эмигрантов, т. е. эсерам и милюковцам, борьба против нас будет затруднена, если мы именно в данный момент, именно в связи с голодом проведем с максимальной быстротой и беспощадностью подавление реакционного духовенства.

Поэтому я прихожу к безусловному выводу, что мы должны именно теперь дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий. Самую кампанию проведения этого плана я представляю следующим образом:

Официально выступать с какими бы то ни было мероприятиями должен только тов. Калинин, — никогда и ни в каком случае не должен выступать ни в печати, ни иным образом перед публикой тов. Троцкий.

Посланная уже от имени Политбюро телеграмма о временной приостановке изъятий не должна быть отменяема. Она нам выгодна, ибо посеет у противника представление, будто мы колеблемся, будто ему удалось нас запугать (об этой секретной телеграмме, именно потому, что она секретна, противник, конечно, скоро узнает).

В Шую послать одного из самых энергичных, толковых и распорядительных членов ВЦИК или других представителей центральной власти (лучше одного, чем нескольких), причем дать ему словесную инструкцию через одного из членов Политбюро. Эта инструкция должна сводиться к тому, чтобы он в Шуе арестовал как можно больше, не меньше, чем несколько десятков, представителей местного духовенства, местного мещанства и местной буржуазии по подозрению в прямом или косвенном участии в деле насильственного сопротивления декрету ВЦИК об изъятии церковных ценностей. Тотчас по окончании этой работы он должен приехать в Москву и лично сделать доклад на полном собрании Политбюро или перед двумя уполномоченными на это членами Политбюро. На основании этого доклада Политбюро даст детальную директиву судебным властям, тоже устную, чтобы процесс против шуйских мятежников, сопротивляющихся помощи голодающим, был проведен с максимальной быстротой и закончился не иначе, как расстрелом очень большого числа самых влиятельных и опасных черносотенцев г. Шуи, а по возможности также и не только этого города, а и Москвы и нескольких других духовных центров.

Самого Патриарха Тихона, я думаю, целесообразно нам не трогать, хотя он несомненно стоит во главе всего этого мятежа рабовладельцев. Относительно него надо дать секретную директиву Госполитупру, чтобы все связи этого деятеля были как можно точнее и подробнее наблюдаемы и вскрываемы, именно в данный момент. Обязать Дзержинского, Уншлихта лично делать об этом доклад в Политбюро еженедельно.

На съезде партии устроить секретное совещание всех или почти всех делегатов по этому вопросу совместно с главными работниками ГПУ, НКЮ и Ревтрибунала. На этом совещании провести секретное решение съезда о том, что изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть произведено с беспощадной решительностью, безусловно ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционной буржуазии и реакционного духовенства удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше. Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет ни о каком сопротивлении они не смели и думать.

Для наблюдения за быстрейшим и успешнейшим проведением этих мер назначить тут же на съезде, т. е. на секретном его совещании, специальную комиссию при обязательном участии т. Троцкого и т. Калинина, без всякой публикации об этой комиссии с тем, чтобы подчинение ей всех операций было обеспечено и проводилось не от имени комиссии, а в общесоветском и общепартийном порядке. Назначить особо ответственных наилучших работников для проведения этой меры в наиболее богатых лаврах, монастырях и церквах.

Ленин.

Прошу т. Молотова постараться разослать это письмо членам Политбюро вкруговую сегодня же вечером (не снимая копий) и просить их вернуть Секретарю тотчас по прочтении с краткой заметкой относительно того, согласен ли с основою каждый член Политбюро или письмо возбуждает какие-нибудь разногласия. Ленин."

Примечание составителя: дата 10.II.22, помещенная в перепечатке в "Вестнике", безусловно, вызвана ошибкой при переписывании, т. к. в документе говорится о событиях, происходивших в марте, а "Полное собр. соч." указывает дату документа 19.III.22.

Вестник РСХД № 97,
1970, стр. 54-57

15/28 марта

Публикация в "Известиях" "Списка врагов народа". Первым указан Патриарх Тихон "со всем своим церковным собором", далее десятки епископов и священников.

Известия, 1922, 28 марта

18 марта/1 апр.

Предложение Патриарха Тихона Синоду и Высш. Церк. Упр. проекта указа на имя митр. Евлогия, в котором говорится, что в силу политического характера выступлений Карловацкого Собора:

"1. Я признаю Карловацкий Собор заграничного духовенства и мирян не имеющим канонического значения и послание его о восстановлении династии Романовых и обращение к Генуэзской конференции не выражающим официального голоса Русской Церкви.

2. Ввиду того, что заграничное русское церковное управление увлекается в область политических выступлений, а с другой стороны, заграничные русские приходы уже поручены попечению Вашего Преосвященства, Высшее Церковное Управление за границей упразднить.

3. Священному Синоду иметь суждение о церковной ответственности некоторых духовных лиц за границей за их политические от имени Церкви выступления".

1. Церкв. Вед., 1928, № 12.
2. ЖМП, 1945, № 9.
3. митр. Евлогий,
стр. 402-403

Весна 1922

Массовые кровавые столкновения при изъятии ценностей (по подсчетам В. Красницкого — 1414).

Шишкин, стр. 14

Первая половина 1922

Массовые уголовные процессы по делам об изъятии церковных ценностей (по сведениям первых 55 трибуналов об окончании 231 дела привлечены 732 человека).

Кандидов, стр. 63

13/26 апр.

Начало судебного процесса в Москве по делу о церковных ценностях. 11 человек — к расстрелу.

Известия, 1922, 9 мая

22 апр./5 мая

Выступление Патриарха Тихона в здании Политехнического музея на судебном процессе в качестве свидетеля.

1. Фиолетова
2. Воспоминания
Н, Асафовой

22 апр./5 мая

Указ Патриарха Тихона, Синода и Высш. Церк. Совета об упразднении Карловацкого ВЦУ и передаче временного управления всеми заграничными русскими приходами — митрополиту Евлогию.

1. Церк. Вед.,
1922, № 12
2. ЖМП, 1945, № 9
З. митр. Евлогий,
стр. 402-403

29 апр./12 мая

Аудиенция обновленческой "инициативной группы" у Патриарха Тихона: прот. А. Введенский, свящ. А. И. Боярский и Е. Белков, псаломщик С. Стаднюк, в сопровождении двух работников ГПУ.

Левитин, т. 2

29 апр./12 мая

Устное заявление Патриарха Тихона "инициативной группе":

"Я никогда не хотел быть Патриархом, патриаршество меня тяготит как Крест — это вы хорошо знаете. Я с радостью приму, если грядущий Собор снимет с меня вообще патриаршество, а сейчас я передаю власть одному из старейших иерархов и отойду от управления Церковью".

1. Введенский,
Церк. и рев."
2. ВСС, 1927, № 3(16)

29 апр./12 мая

Письмо Патриарха Тихона Председателю ВЦИК М. И. Калинину.

"Ввиду крайней затруднительности в церковном управлении, возникшей от привлечения меня к гражданскому суду, почитаю полезным для блага Церкви поставить временно, до созыва Собора, во главе церковного управления или Ярославского митрополита Агафангела (Преображенского) или Петроградского Вениамина (Казанского)".

1. ЧС-1
2. ЧС-2

29 апр./12 мая

Послание Патриарха Тихона митр. Агафангелу о поставлении его временно, до созыва Собора, во главе церковного управления.

"Вследствие крайней затруднительности в церковном управлении, возникшей от привлечения меня к гражданскому суду, почитаю полезным для блага Церкви поставить Ваше Высокопреосвященство во главе церковного управления до созыва Собора. На это имеется и согласие гражданской власти, а потому благоволите прибыть в Москву без промедления.

Патриарх Тихон".
1923

Начало года

Широкое развертывание антирелигиозной пропаганды. Антирелигиозные брошюры (27 названий за январь — март 1923 г.), кощунственные процессы, нарушение богослужений, клеветнические статьи в печати, инсценировки богохульных судебных процессов.

Из брошюры Степанова (Валентинов, стр. 239): "Методы, формы, тактика антирелигиозной работы определяются всей совокупностью боевой обстановки. А она изменяется таким образом, что в свое время и слепым становится ясно, до какой степени необходима решительная борьба "против попа", называется ли он пастором, раввином, патриархом, муллой и папой; и столь же неизбежно на известной ступени эта борьба должна развернуться в борьбу "против Бога", называется ли он Иеговой, Иисусом, Буддой или Аллахом... Пусть на западе не пришло время для таких форм антирелигиозной агитации и пропаганды, как у нас. Оно не за горами. К нему надо готовиться".

1. Левитин, т. 2
2. Валентинов

17/30 янв.

Телеграмма агентства Ост-Экспресс об инсценировке суда над Богом:

"Москва. (О. Э.) В клубе Московского гарнизона в присутствии Троцкого и Луначарского состоялось собрание, на котором было инсценировано заседание политического трибунала для вынесения приговора над Богом. На заседании присутствовало до 5.000 красноармейцев. Подобные заседания устраиваются агитотделом коммунистической пропаганды".

Валентинов,
стр. 248-249

14/27 февр.

Публикация в "Известиях" резолюции митинга в Баку "с требованием суда над Магометом".

Известия,
1923, 27 февр.

7/20 марта

Речь в английском парламенте министра иностранных дел, отметившего, что намечающийся процесс арх. Цепляка имеет целью "своеобразное зондирование почвы, подготовку процесса Патриарха Тихона".

Валентинов, стр. 239

8/21 марта

Начало процесса католического духовенства во главе с арх. Яном Цепляком.

Левитин, т. 2

13/26 марта

Окончание процесса в Москве по делу главы Католической Церкви в России архиепископа Цепляка и 13 католических священников по делу о церковных ценностях и контрреволюционной пропаганде.

Приговор: арх. Цепляка и прелата Буткевича — к расстрелу; остальным — разные сроки заключения.

Постановление Президиума ВЦИК о приостановке исполнения приговора до особого распоряжения.

Зарубежная печать рассматривает дело арх. Цепляка как репетицию процесса Патриарха Тихона.

Март — апрель

Волна международных протестов против приговора арх. Цепляку и прелату Буткевичу и против гонений на религию в СССР.

Некоторые телеграммы в адрес советского правительства.

Швейцария (телегр. агентства): "В Швейцарии вся печать, как католическая, так и протестантская, негодующе протестует против нового преступления советов. Большая часть газет выражает надежду, что советское правительство в последний момент не решится совершить злодеяние, которое подтвердило бы, что оно остается при своей политике зверств, выключающей советскую Россию из числа цивилизованных держав". (29 марта).

Лондон: "Архиепископ Вестминстерский, кардинал Бэрн, выразил готовность поддерживать все попытки воздействовать на советское правительство, чтобы вынудить его отменить смертный приговор. По мнению архиепископа, смертный приговор людям, которые не совершили никакого преступления, но лишь исполняли свой долг священников, охраняя святыни, не может быть даже рассматриваем как приговор суда, а является лишь насилием, вызывающим глубокое возмущение в каждом цивилизованном народе". (29 марта).

Рим: "Карьере-де-Италия" сообщает, что Папа еще в начале процесса архиеп. Цепляка обращался в Москву через местного главу американской миссии и получил заверение, что смертный приговор, если и будет вынесен, то все-таки будет отменен". (28 марта).

Английская рабочая партия: "Убедительно просим помиловать архиепископа и других священников. Местные социалисты присоединяются к этому воззванию. Я телеграфирую это с целью показать, что Великая Россия даст человечеству прекрасный пример терпимости и снисхождения. Все наши друзья присоединяются к этому обращению. Лансбюри. Палата общин".

О'Коннор, член англ. Парламента: послал ходатайство о помиловании осужденных от имени двух миллионов ирландцев, по преимуществу принадлежащих к рабочему классу, проживающих на территории Великобритании.

Германия: "Германский посол граф Броксдорф-Рантцау посетил Чичерина по делу архиеп. Цепляка. Чичерин заверил посла, что приговор не будет приведен в исполнение и что это явится предметом переговоров между советским правительством и польским".

Франция: Депутат Эррио направил телеграмму: "От имени французской демократии очень прошу не лишать жизни приговоренных к смерти польских священников".

Польша: Премьер-министр Сикорский 27 марта выступил в Сейме с очень резким заявлением.

"...Этот процесс волнует весь цивилизованный мир... Приговор лишен каких-нибудь признаков справедливости... В данном случае налицо чисто политические мотивы, второстепенные, побочные, продиктованные той, известной всему миру, тактикой, какую советское правительство применяет обыкновенно. Именно правительство, а не его безвольное орудие, революционный трибунал, несет полную ответственность за приведение в исполнение этого варварского приговора... Я заявляю во всеуслышание, что этот вопрос, привлекающий к себе внимание всех западных держав, и прежде всего Апостольской столицы, не может быть предметом каких-либо политических торгов".

Польша, "Курьер Варшавский": "Нет. Это не только борьба с Католической Церковью. Дело идет дальше. Мы имеем перед собой гонение на религию вообще, выступление против учения Христа, против основ нравственных, на которых построен современный мир".

Англия, выступление лорда Сиденгайма: "...Большевики успели награбить ценностей у Православной Церкви на сумму в 30.000.000 рублей золотом. За все же время большевики убили почти два миллиона народу, все русских, в большинстве случаев крестьян и рабочих. Всего же потеря в человеческих жизнях, причиненная применением доктрин Карла Маркса к России, выражается в цифре двадцать миллионов, считая тех, кто умер от голода и болезней. Это самое ужаснейшее преступление, которое знает история. По сравнению с Лениным и Троцким Атиллу нужно считать человеколюбцем. Это является частью грандиозного выступления против христианства во всем мире. Оно велось также и другими способами, как здесь, так и в Америке, и, нужно сказать, не без успеха".

Валентинов,
стр. 178-197

17/30 марта

Помилование арх. Цепляка Президиумом ВЦИК и подтверждение приговора о. Буткевичу. (Арх. Цепляк через полгода выпущен в Польшу).

Валентинов,
стр. 186-187

17/30 марта

Нота английского правительства, переданная через торгового агента Р. М. Ходжсона на имя Георгия Чичерина, наркома по иностранным делам:

"По поручению государственного Его Величества Секретаря по иностранным делам, имею честь обратиться к Вам по поводу смертного приговора, подтвержденного ныне Президиумом Центрального Комитета монсиньору Буткевичу, с серьезным и окончательным призывом приостановить исполнение приговора. Я должен указать, что исполнение этого приговора не может не вызвать во всем цивилизованном мире чувств ужаса и негодования, что едва ли может быть желательно для Российского Правительства, хотя бы с точки зрения его материальных интересов, помимо прочих соображений".

1. Левитин, т. 2.
2. Валентинов,
стр. 187

18/31 марта

Ответ Чичерина через зав. подотделом стран Согласия Вайнштейна с заявлением о суверенности прав России на своей территории и с обвинением английского правительства в убийстве политзаключенных в Ирландии.

Отказ Ходжсона принять ноту Чичерина ввиду содержащихся в ней обвинений британского правительства "в хладнокровном убийстве политических заключенных" и отказа признать искренность призывов к милосердию со стороны британского правительства, отнюдь не претендующего нарушать суверенитет советского государства на его территории.

1. Левитин, т. 2
2. Валентинов, стр. 189

18/31 марта

Расстрел прелата Буткевича в ночь с 31 марта на 1 апреля (католическая Страстная Суббота).

Валентинов,
стр. 195

Начало апреля

Всеобщее возмущение убийством прелата Буткевича.

Постановление Польского Сейма: "Потрясающее преступление, учиненное в Москве врагами христианства над ксендзом прелатом Буткевичем, поразило весь цивилизованный мир.

Никакие дипломатические соображения, никакой политический оппортунизм не могут заглушить голоса всеобщего возмущения и порицания этого бесчеловечного насилия, которое является издевательством над элементарными принципами человеческой совести, свободы и справедливости. В силу этого и Сейм Речи Посполитой, как представитель многомиллионного христианского населения, не может не выразить своего возмущения и потому подписавшиеся фракции предлагают Сейму принять следующее (вся Палата встает):

Сейм Речи Посполитой, объединяясь со всем цивилизованным миром в чувстве глубокого волнения и возмущения по поводу неслыханного преступления — судебного убийства, совершенного в Москве врагами христианства над прелатом Буткевичем, самоотверженно, как пастырь, отдавшим себя служению беднейшим, изнывавшим в нужде католическим массам в России, убийства совершенного только за то, что он до гроба хотел остаться верным своей вере и своему пастырскому долгу,

1) высказывает свое преклонение перед мужеством, с каким принял мученичество за веру прелат Буткевич, и убеждение, что кровь мученика, пролитая невинно, будет, как то бывало и прежде, посевом любви и самопожертвования за дело страдающего человечества и усилит, в особенности в польском народе, сыном которого был погибший, мужество и выдержку в борьбе за повышение моральных ценностей в частной и общественной жизни,

2) перед лицом всего цивилизованного мира от имени польского народа протестует самым торжественным образом против преследования христианской веры и морали в советской России, доведенного до насилия, беспримерных жестокостей и убийств,

3) выражает свое сочувствие бедным, заброшенным христианским народам в советской России, которые под властью врагов христианства так жестоко страдают и которых ожидают еще дальнейшие преследования и насилия,

4) обращается к правительству с просьбой не прекращать своих усилий в деле совместного выступления всего цивилизованного мира на защиту попранных прав и принципов свободы совести в советской России и за освобождение духовных лиц с Архиепископом Цепляком и Патриархом Тихоном во главе,

5) выражает убеждение, что своим мученичеством за веру покойный ксендз Буткевич, последователь святых мучеников, приобрел право на почитание, как новый покровитель нашего отечества..."

Речь Посполита: "Процесс Тихона, как и процесс Цепляка, — это два крупных удара в ограду христианства — в пастырей, чтобы рассеялись овцы.

Русская церковь, замкнутая в себе самой, влачит жалкое и мученическое существование с первых моментов большевистского переворота. Уже в январе 1918 года большевики убили в Киеве митрополита Владимира, а до марта 1922 года погибло в России мученическою смертью 28 православных епископов и 1.215 низших священнослужителей. Эти цифры в настоящий момент растут очень значительно...

На московском процессе католических ксендзов один из обвиняемых сказал, что безусловно всякая власть от Бога, но видимо Бог послал большевистскую власть, чтобы покарать Россию.

Если это так, то весь цивилизованный христианский мир молит Творца, чтобы эта страшная кара кончилась скорей и, обрызганная мученической кровью, Россия могла бы морально возродиться, увенчивая семью цивилизованных обществ".

Газета Поранная: "Убийство совершено накануне великого праздника всего христианского мира. Этим символическим повторением закрытия гроба Господня тяжелым крестом красные тираны хотят убить веру в Воскресение. Убийство это является вызовом всему цивилизованному миру".

Курьер Варшавский: "Карта, ставка, бита, выиграна — эти слова принадлежат к любимой терминологии московских революционных сановников... Кремль стал большим домом шулеров. Для красных рискующих игроков — все игра, да притом игра фальшивая. С размахом опьяневших игроков они швыряют на стол величайшее духовное сокровище: христианскую этику.

Кремль бросил вызов Богу. Коммунизм поставил себе целью убить в человеке благородное начало, лишив его моральности религии; этим способом старается коммунизм создать новое поколение людей без чести и веры, лишенное совести, новое поколение, в полной мере оматериализованное, бесстыдное, циничное, управляемое исключительно звериным страхом перед занесенной над ним нагайкой красных царей.

Это предвидел Мережковский, и до сих пор у меня звучат его слова: мировая война окончится новой войной, войной Креста с пентаграммой. На небосклоне виднеется новый знак: кроваво-красная звезда. Все в огне и крови... Свобода стала насилием, равенство — неволей, братство резней ближних. Революция стала реакцией, какой до сих пор не видел свет. И имя этой реакции — большевизм.

Но Крест — победит...

...Крест одержит победу над красной пентаграммой — это значит, что ум победит безумие, цивилизация — дикость, дух — материю, и прогресс — варварство.

Но для победы нужны мужественные сердца и отважные плечи. Нет победы без борьбы, нет победы без жертв..."

Морнинг Пост (Англия), статья "Антихрист за работой":

"...У московской камарильи чешутся руки затеять бой, чтобы покончить с христианством в России. Большевики умышленно выбрали день Светлого Праздника всех христиан, чтобы бросить свой вызов... Друзья Архиепископа у нас цеплялись за соломинку, искали помощи у лидеров рабочей партии, но мы очень и очень сомневаемся, чтобы слово этих лидеров имело вес в Кремле... И невольно спрашиваешь себя, что думает Ллойд-Джордж и другие покладистые души, которые пошучивали над большевистским варварством и уверяли нас, будто московских комиссаров можно перевоспитать, — об этом, бьющем в глаза, применении большевистской программы. Годы идут, но большевики не меняются. Они были подвергнуты благодетельному влиянию торговли, у них в Лондоне имеется так называемая торговая делегация, и несмотря на такие поощрения, они теперь воздвигли такое беспримерное гонение на христианство и на всех, кто еще имеет мужество открыто исповедовать его... Убежденные, что их злое учение восторжествует, они видят в колебаниях Запада лишь признаки близящегося краха христианской цивилизации и свирепствуют пуще прежнего.

И мы не верим, чтобы большевизм допустил когда-нибудь свободное исповедание христианства в России.

Одно из двух: либо большевизм, либо христианство победит в России. И как ни мрачны сейчас перспективы будущего, мы не сомневаемся в конечном результате".

Валентинов, стр.
190-194

Начало апреля

Отклики советской прессы на международное возмущение. Типичные высказывания ("Правда", Петроград):

"Международная контрреволюция может орать, сколько ей нравится, она этого решения не изменит, никакой крик не поможет".

"Известия", 30 марта, по поводу замены арх. Цепляку расстрела 10-летним заключением:

"Эта мягкость советской власти не должна никого вводить в заблуждение. Пусть все знают, что каким бы флагом ни прикрывалась активная контрреволюция, она встретит беспощадный отпор со стороны советской власти".

Валентинов,
стр. 196-197

24 марта/6 апр.
1924

31 дек./13 янв.

"Разъяснение" Петроградского прокурора с категорическим запрещением поминать на богослужении имя Патриарха Тихона.

Три основных течения среди "тихоновцев" в Петрограде:

1) поминающие Святейшего Патриарха Московского и всея Руси (без имени);

2) поминающие Патриарха Тихона, с полным именем и титулом;

3) поминающие одного епископа Мануила.

Левитин, т. 2

Конец января

Прибытие еп. Мануила в Москву для беседы с Тучковым о делах в Петроградской епархии.

"...С такими архиереями, как вы, не разговаривают, таких архиереев к стенке ставят, — перебил его на первом же слове Тучков.

— Вы это сознательно говорите? — спросил его епископ Мануил.

— Да.

— В таком случае мне с вами не о чем разговаривать, — сказал еп. Мануил и вышел из кабинета.

Перейдя через дорогу, он прошел затем в Наркомат Юстиции, который помещался тогда с другой стороны Лубянки, и принес им официальную жалобу на ГПУ. Красиков, работник
Наркомата, заведовавший церковными делами, внимательно выслушал владыку, поблагодарил за то, что он обратился в Наркомат, и обещал принять меры. В тот же день епископ
Мануил вернулся в Ленинград".

Левитин, т. 2

20 янв./2 февр.

Арест в Петрограде, по указанию выехавшего туда Тучкова, епископа Мануила и около сотни человек, которым приписывалось участие в тайной организации. Еп. Мануил — три года высылки на Соловки.

Левитин и Шавров: "Период "мануиловщины" вошел в историю Русской Церкви как период великого религиозного народного движения, как прообраз тех великих религиозных движений, которым предстоит еще в будущем обновить и преобразить Святую Церковь и весь мир".

Левитин, т. 2

2/15 янв.

Постановление Патриарха Тихона и Патриаршего Синода о непризнании каноничности обновленческой иерархии.

ЧС-1, "Обновленцы.."
Затворник А., Уфа, 1927

2/15 янв.

Постановление Патриарха Тихона об увольнении с кафедры сев.-америк. митр. Платона (Рождественского) за "контрреволюционные выступления", направленные "против Совет
ской власти" и "пагубно отражающиеся на Православной Церкви". Предложение митр. Платону прибыть в Москву, в распоряжение Патриарха. Подписали: Патр. Тихон, арх. Тихон (Оболенский), арх. Серафим (Александров), арх. Петр (Полянский).

1. Известия, 1924, 22 янв.
2. ЖМП, 1934, № 18-19
(там дата указа —
3/16 янв. 1924г.)

11/24 янв.

Обращение Патриарха Тихона и членов Патр. Синода в советскую прессу в связи со смертью председателя Совнаркома В. И. Ульянова (Ленина).

"Прошу через Вашу газету выразить Мое соболезнование правительству Союза Советских Республик по поводу тяжкой утраты, понесенной им в лице неожиданно скончавшегося председателя Совета Народных Комиссаров В. И. Ульянова (Ленина)".

1. Сб. док.
2. Левитин, т. 2

19 янв./1 февр.

Нота о признании де-юре Советского правительства, принятая на первом заседании нового британского кабинета рабочей партии, победившей на выборах.

Милюков, т. 1, стр. 337 — 352

25 янв./7 февр.

Нота итальянского премьера Муссолини, оспаривавшего свой приоритет в признании де-юре Советского правительства. (Муссолини поставил этот вопрос еще в ноябре 1923 г.).

Милюков, т. 1, стр. 337

29 янв./11 февр.

Ответная нота Советского правительства, признающая приоритет Муссолини в признании де-юре Советской власти.

Милюков, т. 1, стр. 337

Февраль

Подготовка переговоров Советского правительства с британским правительством о торговле и кредитах.

8/21 марта

Постановление Президиума ЦИК СССР о прекращении дела гр. Белавина и др.

"Принимая во внимание, что гр. Белавин В. И., бывший Патриарх Тихон, публично раскаялся в своих контрреволюционных выступлениях против власти рабочих и крестьян, что среди широких масс рабочих и крестьян проявляется усиленная тяга от религиозных суеверий в сторону науки и просвещения, что тем самым влияние так называемой Православной Церкви на широкие массы рабочих и крестьян решительно ослаблено и что, вследствие этого, гр. Белавин, бывший Патриарх Тихон, и привлеченные с ним граждане не могут быть опасными для Советской власти, Президиум ЦИК Союза ССР постановил:

дело по обвинению граждан Белавина В. И. (быв. Патриарха Тихона), Феноменова И. Г., Стадницкого А. Г., Гурьева В. А. в преступлениях, предусмотренных ст.ст. 62 и 119 Уг. кодекса РСФСР — производством прекратить".

Известия, 1924, 22 мар. № 67

8/21 марта

Постановление Президиума ЦИК о замене гр. Яну Гиацинтовичу Цепляку десятилетнего лишения свободы со строгой изоляцией — высылкой за пределы СССР.

Известия, 1924, 22 мар. № 67

Март

Беседа Патриарха Тихона с корреспондентом "Известий" по поводу прекращения судебного дела.

"...Сотрудник РОСТА посетил в Донском монастыре быв. Патриарха Тихона...

..Тихон еще не знал о решении Президиума ЦИК СССР. Прочтя постановление, он встал, перекрестился и сказал:

"Передайте Советскому правительству и Президиуму ЦИК СССР глубокую благодарность, как от меня, так и от моей паствы, за такое милосердное отношение к моей деятельности. Правительство может быть вполне уверено, что оно найдет во мне лояльного гражданина Советского Союза, добросовестно выполняющего все декреты и постановления гражданской власти".

В дальнейшей беседе Тихон опровергает сообщение газеты "Накануне" о том, что с ним был удар. Врачи, лечившие его, нашли у него нефрит (болезнь почек) и предписали избегать переутомления. Касаясь планов своей дальнейшей деятельности, Тихон сказал, что он займется теперь организационной стороной своей Церкви, считая, что рамки советского законодательства дают для этого широкий простор...

Относительно примирения с Синодом и той частью духовенства, которая стоит за ним, Тихон говорит, что его точка зрения на этот вопрос не изменилась: он по-прежнему ждет покаяния от Синода и молится о том, чтобы Бог вразумил и смягчил сердца его членов".

"В беседе с сотрудником РОСТА управляющий тихоновской Московской епархией архиепископ Крутицкий Петр сказал, что на днях будут отслужены благодарственные молебны по поводу милосердного отношения советской власти к Патриарху Тихону".

Известия 1924, 23 мар. № 68

24 марта/6 апр.

Послание Патриарха Тихона по поводу отделившейся Украинской Церкви, с принятием на себя управления ею.

"Второй съезд ВВЦС", М., 1927

28 марта/10 апр.

Циркуляр НКЮ о сохранении силы за циркуляром НКЮ № 254 от 25.11/8.12 1923 г. (о запрещении поминовения Патриарха Тихона): "разъясняется, что постановление ЦИК СССР по делу гр. Белавина основано на праве частной амнистии, а не на отсутствии состава преступления в действиях Белавина вообще, а потому нет никакого основания считать, чтобы циркуляр № 254 1923 г. утратил силу".

"Еженедельн. Сов. Юстиции",
1924, № 16

1/14 апр.

Первое заседание англо-советской торговой конференции.

Милюков, т. 1, стр. 339

2/15 апр.

Послание Патриарха Тихона о запрещении в священнослужении и предании церковному суду обновленческих иерархов: арх. Евдокима (Мещерского) и еп. Антонина (Грановского).

"...Болея сердцем о заблудших и ушедших от Православной Церкви на страну далече, Мы долго ждали, не проснется ли совесть у этих несчастных, не пойдут ли они по пути покаяния и пред Церковью, нешвенную ризу которой они произведенной смутой раздрали, и пред Нами, и не предпринимали решительных мер к осуждению главарей раскола...

...(Но они) не только не приносят покаяния, но и с большим озлоблением, и устно и письменно, выступают против Меня, как Главы Поместной Церкви, и против архипастырей и пастырей, обвиняя всех в небывалых преступлениях и против Советской власти, и против Церкви.

Бывший Нижегородский архиепископ Евдоким (Мещерский) клевещет, якобы Я, изменяя Православию, веду переговоры с Римским Папой об унии, обманывает верующих, сообщая, якобы Восточная Церковь, в лице Константинопольского Патриарха Григория VII, а равно и представителей других Восточных Патриархов, находящихся в Москве, давно порвала со Мною всякое общение ("Известия", № 76 от 2 апр. 1924 г.), и тем еще более поддерживает смуту и раскол; поносит Меня, как Первосвятителя Русской Церкви, забыв и 55-е правило Св. Апостолов, и благословенных Богом Сима и Иафета, уподобляясь осужденному Господом Хаму.

К сведению верующих и в обличение неправды архиепископа Евдокима (Мещерского) сообщаем, что послание Вселенского Патриарха Григория VII о введении на востоке нового стиля доставлено Нам и адресовано на Наше имя представителем Вселенского Патриарха Саккелионом Василием".

ЧС-1

Март—апрель

Приезд В. Д. Красницкого в Донской монастырь и переговоры с Патриархом Тихоном ("его здесь уже ожидали — всё было заранее согласовано с Тучковым").

Левитин, т. 2

6/19 мая

Заявление В. Д. Красницкого на имя Патриарха:

"Его Святейшеству, Святейшему Тихону, Патриарху Московскому и всея Руси.

Ваше Святейшество!

Милостивый Архипастырь. Отец!

Прилагая при сем обращение к членам основанной мною группы православного белого духовенства и мирян — "Живая Церковь", прошу Ваше Святейшество принять меня и моих собратьев, которые пожелают последовать моему примеру, в молитвенно-каноническое общение и благословить потрудиться на восстановление церковного мира и по подготовке очередного Поместного Собора в организующемся при Вашем Святейшестве Церковном Управлении, покрыв своей архипастырской любовью все, чем я прегрешил в период церковно-обновленческого движения.

Российской Православной Церкви протопресвитер Владимир Красницкий, председатель ЦК группы "Живая Церковь".

Известия, 1924, № 147

6/19 мая

Резолюция Патриарха Тихона на заявлении В. Д. Красницкого:

"Ради мира и блага церковного, в порядке Патриаршей милости, согласен принять в общение протопресвитера В. Красницкого. Священному Синоду предлагаю обсудить вопрос о включении его в состав образуемого Высшего Церковного Совета".

Левитин и Шавров: "Майское соглашение последовало тотчас после прекращения дела Патриарха.

— Не было ли здесь какой-либо связи? — задал один из авторов этой работы вопрос Красницкому в 1934 году.

— Еще бы... — улыбаясь сказал Владимир Дмитриевич".

1. Известия, 1924, № 147
2. Левитин, т. 2

8/21 мая

Постановление Патриарха Тихона и Синода (митр. Тихон, митр. Серафим, митр. Петр) о сформировании Высшего Церковного Управления в составе:

Св. Синод: митрополиты Сергий Нижегородский, Кирилл Казанский, Тихон Уральский, Серафим Тверской, Петр Крутицкий, архиепископы Нафанаил Харьковский, Димитрий Томский, Павел Вятский, Григорий Екатеринбургский, Евгений Благовещенский, Иосиф Одесский, епископ Серафим Орловский.

Высший Церковный Совет: митр. Тихон Уральский, митр. Серафим Тверской, митр. Петр Крутицкий, протопресвитер В. Красницкий (ЖЦ), прот. А. Смирнов, прот. Иоанн Артоболевский (ЖЦ), прот. Василий Виноградов (ЖЦ), прот. В. Неелов (ЖЦ), прот. Василий Архангельский (ЖЦ), прот. Д. Боголюбов, прот. Любимов, архим. Анемподист, мирянин А. Рахманов, мирянин В. Белочинов (ЖЦ), заместители — миряне Грачев и Апарников.

/. Известия, 1924, №- 147
2. ВСС, 1925, № 3

16/29 мая

Публикация воззвания Патриарха Тихона о подготовке Поместного Собора и организации Епархиальных Советов с участием бывших членов группы "Живая Церковь".

"...В состав означенных епархиальных советов следует избрать представителей духовенства и мирян епархий, как доселе твердо стоявших на канонических основах Поместного Собора 1917-18 гг., так и вошедших ныне в общение с нами лиц, состоящих в революционной группе православного белого духовенства и мирян "Живая Церковь".

Список избранных лиц надлежит представить на Наше одобрение и местным органам власти для регистрации по закону".

Известия, 1924, 29 мая

23 апр. /6 мая

Постановление Вселенского Патриарха Григория VII об "отстранении" Патриарха Тихона от управления Русской Церковью, о признании обновленческого Синода и о направлении делегации в Москву для расследования.

Известия, 1924, 1 июня

19 мая/1 июня

Публикация в печати сообщения представителя Константинопольского Патриарха архим. Василия Димопуло о постановлении от 6 мая. Свидетельство архим. Василия о том, что "это постановление является результатом неоднократных советов Константинопольскому Патриарху со стороны восточных Патриархов и, в частности, сербского Патриарха".

Известия, 1924, 1 июня

Июнь

Ответное послание Патриарха Тихона Вселенскому Патриарху о внутрицерковных делах в России с возражениями против его позиции.

"...В инструкции членам миссии одним из главных пунктов является пожелание Вашего Святейшества, чтобы я, как Всероссийский Патриарх, ради единения расколовшихся и ради паствы пожертвовал Собою, немедленно удалившись от управления Церковью, как подобает истинному и любвеобильному пастырю, пекущемуся о спасении многих, и чтобы одновременно упразднилось, хотя бы временно, Патриаршество, как родившееся во всецело ненормальных обстоятельствах, в начале гражданской войны, и как считающееся значительным препятствием к восстановлению мира и единения. Дается и определенная инструкция комиссии, на какие течения она должна опираться.

Прочитав указанные протоколы, Мы немало смутились и удивились, что представитель Вселенской Патриархии, глава Константинопольской Церкви, без всякого предварительного сношения с Нами, как с законным представителем и главою всей Русской Православной Церкви, вмешивается во внутреннюю жизнь и дела Автокефальной Русской Церкви..."

Сб. док.
2. Церк. вед., 1925, № 7-8

10/23 июня

Открытие обновленческого "Предсоборного Совещания" (перед Вселенским Собором, назначенным на 1925 год после Пасхи в Иерусалиме).

Число делегатов — 400, в т. ч. 83 епископа, из них — около 40 старого поставления. Председатель — митр. Евдоким.

Участие представителей Константинопольского и Александрийского патриархатов.

Избрание Константинопольского Патриарха Григория VII почетным председателем Совещания.

Приветствия от Григория VII, от Грузинской, Сербской, американских церквей и др. "Письменных и телеграфных приветствий к Предсоборному Совещанию, полученных из России и других стран, оказалось так много, что невозможно было всё прочесть".

Из приветствия Совещания Советскому правительству:

"...Великое Российское Предсоборное совещание отмечает перед церковно-общественным русским и зарубежным миром, что всем этим оно обязано принципам советской государственности, предоставившей впервые за всю русскую историю действительную свободу совести..."

1. Известия, 1924,
23 июня, № 166
2. "Церк. обновление",
1924, № 7-8
3. Тульские Еп. вед.,
1924, № 2
4. Левитин, т. 2

Май—июнь

Всеобщее недовольство духовенства и верующих действиями Патриарха Тихона, принявшего Красницкого и живоцерковников в состав ВЦУ.

Отказ петроградского епископа Венедикта принять общение с Красницким.

Левитин, т. 2

18 июня/1 июля

Распоряжение Патриарха Тихона о прекращении работы Синода ввиду отсутствия гражданской регистрации этого органа.

Письмо митр. Сергия
митр. Кириллу
5/18 сент. 1929 г.

Без даты

Беседа Патриарха Тихона с возвращенным из ссылки митр. Кириллом. Несогласие митр. Кирилла с действиями Патриарха Тихона в отношении создания ВЦС и соглашения с Красницким.

Описание этой беседы в статье "Крестный путь преосв. Афанасия Сахарова" (Вестник РСХД, 1973, № 107, стр. 186).

"Еще при жизни Святейшего Тихона, в 1924 г., вл. Кирилл возвращался из Зырянского края, и ему было предписано явиться в Москву к Тучкову, никуда не заезжая. Однако владыка Кирилл первым делом всё же отправился к Патриарху, который только что подписал согласие принять в общение обновленца Красницкого. На вопрос — зачем Святейший это делает, вл. Кирилл услышал ответ: "Я болею сердцем, что столько архипастырей в тюрьмах, а мне обещают освободить их, если я приму Красницкого". На это вл. Кирилл сказал: "Ваше Святейшество, о нас, архиереях, не думайте. Мы теперь только и годны на тюрьмы..." Святейший вычеркнул фамилию Красницкого из только что подписанной бумаги, а владыка Кирилл направился к Тучкову, где при разговоре на ту же тему — о Красницком — его упрекнули в том, что он не слушается Святейшего, который хочет принять Красницкого. "Не понимаю, — сказал вл. Кирилл, — год тому назад на этом самом месте вы меня обвиняли в чрезмерном повиновении Патриарху, а теперь требуете обратного".

Описание того же эпизода в частном сообщении:

"Году в 23-ем управляющий по делам Церкви Тучков предложил Патриарху Тихону вернуть из ссылки всех архиереев с тем, чтобы учредить вновь Синод (может быть в прежнем почти составе) при условии, что в него будет входить некий протоиерей, который был одним из инициаторов обновленчества. Патриарх Тихон на настойчивые требования ответа сказал, что ему нужно поговорить прежде с архиереями, входившими в состав прежнего Синода и находившимися в ссылках, и, если они возражать не будут, то и он не будет возражать.

Тогда срочно послали за архиереями. В частности, ехал в Москву и митрополит Кирилл, который был человеком несгибаемой воли, пользовавшийся всеобщим уважением. Он был большим молитвенником и ближайшей опорой Патриарха до ссылки.

Митрополит Кирилл приехал в Москву и прямо поехал к Патриарху в Донской монастырь, хотя ему и было передано от властей, чтобы он ехал прямо к Тучкову. Патриарх Тихон
с радостью его встретил и всё рассказал. Тогда митр. Кирилл сказал, чтобы Патриарх не жалел архиереев, находящихся в ссылках, так как пришло время, когда они должны страдать,
чтобы укрепить Церковь, и что не нужно, по его мнению, вводить в состав Синода человека, который подослан с целью их разъединить и является ставленником врагов Церкви. Патриарх обрадовался его словам и дал ему записку к Тучкову, в которой написал, что, по причине несогласия членов Синода, он тоже не согласен на предложение Тучкова.

Митрополит Кирилл поехал к Тучкову, который сначала принял его, думая уговорить на дело, которое предложил Патриарху. Но митрополит передал ему записку. Тогда Тучков рассердился, что митр. Кирилл поехал сначала к Патриарху, и послал митрополита обратно в ссылку".

26 июня/9 июля

Резолюция Патриарха Тихона о прекращении организации ВЦС, положенная на адресе Елисаветградского духовенства.

"Благодарю за выраженные чувства верности. Прошу верить, что Я не пойду на соглашения и уступки, которые могли бы угрожать целости Православия. Если же переговоры с о. Красницким, особенно в газетной передаче о. Красницкого, вместо радости возбуждают тревогу и опасения, о чем свидетельствуют многочисленные заявления архипастырей, пастырей и мирян, то нахожу благовременным совершенно прекратить переговоры с о. Красницким о примирении и подписи на журнале от 8-го(21) мая 1924 года об учреждении при Мне ВЦУ считать недействительными".

Письмо митр. Кирилла
митр. Сергию
от 2/15 мая 1929 г.

27 июня/10 июля

Беседа Патриарха Тихона с представителем "Известий". Опровержение слухов о ложности актов примирения с Красницким и объяснение невозможности дальнейшего сотрудничества ввиду отсутствия помещения для работы Высш. Церк. Совета.

Известия, 1924, № 155

29 авт./11 сент.

Покаянная речь ушедшего из обновленчества архиеп. Серафима (Мещерякова) на Патриаршем служении в храме Иоанна Предтечи в Москве.

ЧС-1

1/14 окт.

Слово Патриарха Тихона при вручении архиерейского жезла новохиротонисанному еп. Каргопольскому Илариону (Бельскому). (Текста нет).

ЧС-1

4—17 окт.

Архиерейский Собор в Карловцах.

Основные вопросы: 1) о присвоении Карловацкому Синоду функций Временной Высшей Церк. Власти; 2) о временной административной независимости от Патриарха (дабы снять с него ответственность), с сохранением возношения его имени; 3) об изменениях в церк. управлении за границей.

Постановления: подчинение Св. Патриарху сохранить; временную независимость ВЦУ не провозглашать; автономию Зап.-Европ. округа отменить.

Из доклада Синода: "Опыт показал, что враги Христовой Церкви сильны своим внутренним объединением и своею внешней дисциплиной. Очевидно, и для борьбы с ними необходимо и внутреннее единение, и основанное на началах этого единения внешнее единство... Между тем, данная Западно-Европейскому округу автономия не только не способствует объединению заграничных православных русских общин и епархий, но и постепенно ослабляет и даже разрушает его вследствие возникшего на почве автономии фактического двоевластия".

После решительного протеста митр. Евлогия, покинувшего Собор, было постановлено оставить прежнее положение до окончательного решения Св. Патриарха.

Заявление митр. Евлогия:

"Указом Св. Патриарха Всероссийского № 348, от 5 мая 1922 года, управление всеми русскими заграничными приходами сохранялось за мною, причем мне предлагалось представить соображения о порядке управления русскими заграничными церквами. Согласно этому указу и имея в виду идею церковного единства, предложил Русскому Архиерейскому Собору 1923 г. такую организацию управления вверенной мне епархии, при которой она, находясь в каноническом единстве с другими заграничными епархиями, сохраняла бы свою внутреннюю автономию; я полагал, что таким образом лишь в малой мере осуществятся те широкие полномочия, какие лишь мне одному были предоставлены Святейшим Патриархом. Только что принятое большинством голосов постановление я считаю существенным нарушением воли Святейшего Патриарха".

митр. Евлогий, стр. 607-608

26 ноября/9 дек.

Покушение на жизнь Патриарха Тихона. Убийство его келейника Я. С. Полозова.

Описание у Левитина и Шаврова:

"Однажды вечером, в 11 часов, Яков Сергеевич находился у Патриарха, когда в передней кто-то ключом снаружи отпер дверь и чьи-то торопливые шаги прошли в патриаршие комнаты. На пороге показалось двое мужчин. Один из них остановился на пороге, другой, держа руку в кармане брюк, устремился к Патриарху. Яков Сергеевич бросился наперерез, успел загородить своим телом обожаемого им Патриарха. Грянул выстрел. Яков Сергеевич рухнул на пол. Дальше всё было страшно быстро и необъяснимо. После убийства Якова Сергеевича двое ворвавшихся неожиданно (вместо того, чтобы прикончить Патриарха) бросились стремглав в обратном порядке, в переднюю. Один из них схватил с вешалки шубу, и затем оба, толкая друг друга, побежали вниз по лестнице. Но что самое непонятное: Патриарх бросился за ними в погоню, крича: "вернитесь, вернитесь! Вы человека убили!" И возвратился к себе только тогда, когда внизу хлопнула дверь. Тут он склонился к телу своего верного слуги: пуля прошла почти навылет в предсердье — Яков Сергеевич был убит наповал...

..."Известия" изобразили всё дело в юмористическом виде, поместив заметку о краже шубы у Патриарха Тихона и не обмолвившись ни словом об убийстве... Покойного похоронили около наружной стены малого Собора Донского монастыря, таким образом, чтобы только стена отделяла могилу Якова Сергеевича от того места внутри Собора, которое Патриарх избрал для своей могилы. Е. А. Тучков попытался вмешаться в это дело, запретив хоронить Я. С. Полозова в Донском монастыре, и предложил похоронить его на Ваганькове, но (как и в ряде других случаев) наткнулся на резкий отпор. "Он будет лежать здесь", — кратко ответил Патриарх, когда ему доложили о распоряжении Тучкова".

Левитин, т. 2

25 дек./7 янв.

Распоряжение Патриарха Тихона на случай кончины — о Местоблюстителях Патриаршего Престола.

"Акт о вскрытии."
30 марта/12 апр. 1925г.

Без даты (1924)

Указ Патриарха Тихона о награждении наперсным крестом монахини Феодоровского Переяславского женского монастыря (Владимирской епархии), Алипии Большаковой, в связи с понесенными ею трудами по питанию и обслуживанию заключенных и ссыльных архиереев.

ЧС-1

Без даты

Указ Патриарха Тихона о возведении в сан протоиерея священника храма Св. Николая, что в Хамовниках (Москва), о. Павла Лепехина.

ЖМП, 1960, № 4

Без даты

Высказывание Патриарха Тихона о "вмешательстве" гражданских властей:

"...Я посылаю епископов на юг, а власть их посылает на север..."
1925

31 дек./13 янв.

Решение больного Патриарха Тихона переехать из Донского монастыря в клинику Бакунина.

Левитин и Шавров:

"Врачи настойчиво советовали Патриарху лечь в клинику для исследования. При этом они ссылались на то, что в Донском монастыре — в атмосфере вечной суматохи, среди несметных толп народа, от которых трудно было изолировать Патриарха, — невозможен ни полный отдых пациента, ни тщательное исследование его здоровья.

Раздавались, однако, и другие голоса. Так, известный специалист по болезням сердца, проф. Плетнев, категорически настаивал, чтобы Патриарх не ехал в больницу. В связи с этим разыгрался драматический эпизод: когда 13 января 1925 года Патриарх, утомленный и издерганный непрерывной суетой, все же решил переехать в клинику доктора Бакунина на Остоженке — профессор упал на колени перед кроватью Патриарха: "Ваше Святейшество! Не соглашайтесь на больницу, — со слезами на глазах воскликнул профессор, — неизвестно, в чьи руки вы попадете!" "Да, но вы же там будете, профессор". "И все мы будем около Святейшего", — сказал митрополит Петр. Святейший молча кивнул головой. В тот же вечер он переехал в прекрасно оборудованное помещение в клинике Бакунина (Остоженка, 19). Это было одно из первоклассных медицинских учреждений Москвы и одна из немногих частных больниц, еще оставшихся в годы НЭПа".

15/28 февр.?

Обращение Патриарха Тихона в НКВД с ходатайством о регистрации Патриаршего Св. Синода.

"В целях благоустроения церковной жизни и для управления Русской Православной Церковью Я неоднократно входил с ходатайством в подлежащие Гражданские Учреждения о регистрации при мне Священного Синода.

И ныне, в тех же целях, Я намерен организовать, как исполнительный при мне орган, Священный Синод, в состав которого временно, впредь до созыва, на что будет испрошено разрешение Советской власти, Всероссийского Собора и до избрания последним как исполнительного органа, так и членов оного, имеют войти следующие лица: Я, как Патриарх и Председатель; 2) Нижегородский митрополит Сергий (Страгородский); 3) Уральский митрополит Тихон (Оболенский); 4) Тверской митрополит Серафим (Александров); 5) Крутицкий митрополит Петр (Полянский); 6) Херсонский епископ Прокопий (Титов); 7) временно управляющий Самарской епархией епископ Мелитопольский Сергий (Зверев).

Прилагая, по установленной форме, в 3-х экземплярах список указанных членов имеющего быть Священного Синода, на основании инструкции ВЦИК от 28.7(10.8) 1922 г. (С.У. 1922 г., № 4, стр. 623) и согласно § 9 инструкции НКЮ и НКВД от 14(27) апреля 1923 г., прошу зарегистрировать Священный при мне Синод, в качестве исполнительного органа, и членов оного, выдав должную о сем бумагу".

(Примеч. составителя: в указанных установлениях советской власти имеется в виду регистрация исполнит, органа религиозного общества или съездов таких обществ. Временная регистрация исполнит, органа до съезда (Собора) инструкциями не предусмотрена).

ЧС-1

23 февр./8 марта

Публикации в обновленческом "Вестнике Св. Синода".

1. Заявление архим. Василия Димопуло обновленческому Синоду о высылке Всел. Патр. Константина IV из Константинополя "по проискам карловчан" в связи с готовящимся Вселенским Собором. Просьба к обновленцам ходатайствовать перед Советской властью о защите Всел. Патриарха, "который ясно показал своими действиями свое расположение к Советской власти".

2. Решение обновленческого Синода обратиться с прошением к Советской власти о представлении Турции по поводу возвращения Всел. Патриарха в Константинополь.

3. Телеграмма обновленческого Синода Константину IV с приглашением прибыть в Москву до улаживания дела.

ВСС, 1925, № 1

31 янв./13 февр.

Избрание Всероссийским совещанием клира и мирян (обновленческим) Предсоборной Комиссии для подготовки к Вселенскому Собору.

ВСС, 1925, № 1

23 февр./8 марта

Публикация обновленческого Синода по поводу назначенного на день Св. Пятидесятницы 1925 г. Вселенского Собора в Иерусалиме.

ВСС, 1925, № 1

23 февр./8 марта

Публикация принятой Константинопольским Патриархом и его Синодом программы работ Вселенского Собора (с подтверждающей подписью архим. Василия Димопуло).

ВВС, 1925 ,№ 1

23 февр./8 марта

Заметка митр. Александра Введенского по поводу объявленного Папой Пием XI "Святого года" (1925) с утверждением о "капиталистическом характере современного католицизма и его лжесвященства".

ВСС, 1925, № 1

9/22 марта

Слово Святейшего Патриарха Тихона при вручении архиерейского жезла новохиротонисанному епископу Гомельскому Тихону (Шарапову).

"Возлюбленный во Христе Собрат, Преосвященный епископ Тихон!

Приветствую тебя с благодатью Архиерейства. Промышлением Божиим твоя хиротония совпала с поклонением Кресту Господню и с памятью сорока мучеников и совершено в их св. храме, в день их страданий.

Все это как бы предуказывает, что предстоящий тебе путь Святительского служения в исключительно трудных условиях есть путь Крестный и Мученический.

И, может быть, твое сердце трепещет и смущается. Мужайся!

Благодать Святого Духа и сила крестная укрепят тебя. Взирай на твердость мучеников Христовых и их примером воодушевляйся на предстоящий тебе подвиг.

Приими из рук Моего недостоинства сей архипастырский жезл и да послужит он тебе опорою в предстоящих трудах. Взыди на сию священную высоту и преподай свое святительское благословение людям Божиим".

ЧС-1

26 марта/8 апр.

Из сообщения доктора Бакунина:

"Врачом Виноградовым была произведена у Тихона экстракция нескольких гнилых корешков из нижней челюсти. После удаления корней у больного появилось довольно обычное незначительное воспаление десны, распространившееся на соответствующую сторону глотки до миндалевидной железы. Был вызван специалист, доктор Генкин, который, хотя и не нашел ничего серьезного, все же, не желая брать на себя ответственность, настоял на консультации, состоявшейся накануне смерти в 10 часов вечера 7 апреля".

"Веч. Москва", 1925, 23 апр.

23 марта/5 апр.

Слово Святейшего Патриарха Тихона при вручении архиерейского жезла новохиротонисанному епископу Сергию (Никольскому).

"...Архиерейство — великая честь, но с ним связаны и великие страдания. Через страдания же — к небесной славе!.."

Сб. док.

24 марта/6 апр.

Послание Святейшего Патриарха Тихона о пределах канонической юрисдикции Варшавского митрополита.

Докл. о полъск. автокеф.
Рук. 1919-1926

25 марта/7 апр.

Послание Патриарха Тихона к Церкви (т. н. предсмертное "Завещание").

Версия Левитина и Шаврова о происхождении послания:

"...Митрополит Петр имел несколько встреч с Тучковым. Беседы касались юридического положения "тихоновской церкви". Каждого из собеседников тревожило свое. В это время одной из главных забот Советского правительства было налаживание дипломатических и торговых связей с Англией — лейбористская партия, в 1924 году пробывшая в течение нескольких месяцев у власти, и английские тред-юнионы были главной опорой СССР в его надеждах... М. П. Томский, приехавший в Англию в качестве гостя профсоюзных деятелей и много раз выступавший на рабочих митингах, стал, однако, объектом очень неприятных демонстраций. Представителю советских профсоюзов пришлось выслушать много неприятных вопросов относительно положения Церкви в СССР, немало вопросов касалось Патриарха Тихона.

"Оздоровление атмосферы" — было главной заботой Е. А. Тучкова. Митр. Петр говорил об открытии Духовной Академии, о преподавании Закона Божия детям, о нормализации положения духовенства. В конце концов был выработан проект патриаршего воззвания, в котором глава Русской Церкви должен был в самой категорической форме отмежеваться от всех антисоветских происков и осудить эмигрантское духовенство. В то же время, в воззвании должны быть сформулированы основные требования Церкви. Митр. Петр, которому предстояло выработать документ, очутился перед трудной задачей: "просоветская" часть документа вызывала возражения Патриарха, а Патриарх Тихон, мягкий по характеру, больной и слабый, умел в известных случаях становиться непреклонным. С другой стороны, "требования Церкви" вызывали бурный протест со стороны Е. А. Тучкова. Предстояло соединить несоединимое — сблизить точку зрения Патриарха Тихона с точкой зрения Тучкова.

К концу марта 1925 года документ был выработан. Однако Патриарх Тихон все время откладывал его подписание.

Наконец, в праздник Благовещения митрополит Петр после литургии (Патриарх Тихон в этот день служить не мог) настойчиво потребовал от Патриарха подписания воззвания. Колебания Патриарха продолжались... Однако железная воля митрополита Крутицкого одержала верх: митрополит заявил, что это воззвание является единственной приемлемой платформой для взаимоотношений Церкви и государства, что отказ Патриарха от подписи будет воспринят как враждебная демонстрация, что он, митрополит Петр, вынужден в таком случае снять с себя всякую ответственность за последствия и просить уволить его на покой. Лишь под вечер Патриарх дрожащей рукой поставил неровную подпись под Воззванием (автограф был впоследствии опубликован в "Правде" и "Известиях")".

Оценка Р. Реслером результатов анализа вопроса о подлинности или подложности "Завещания":

"Мы считаем, что вопрос о подлинности можно решить лишь оценивая всё Завещание в целом. Мы полагаем, что привели достаточно доказательств тому, что в нем нет ни одного момента, который не присутствовал бы в прежних воззваниях Тихона и который на деле представлял бы собою конфликт с религиозными и церковными принципами. Высказанные в литературе подозрения, будто Завещание "противоречит всей предшествовавшей деятельности Патриарха", представляется нам, после анализа патриарших посланий за 1923 год, лишенным всякого основания. Лишь немногие авторы уделили до сих пор этим документам должное внимание; к сожалению, и Кертис в своем богатом материалами сборнике забыл поставить их в последовательный ряд от заявления о покаянии и лояльности до Завещания.

...Мы не отрицаем, что Завещание — в соответствии с условиями жизни в Советском Союзе — является до известной степени документом вынужденным. При менее сильном давлении ГПУ Тихон несомненно смягчил бы некоторые формулировки. Но если сравнить Завещание по форме и содержанию с восхваляющими советскую власть постановлениями раскольников, то даже взятые под подозрение места кажутся весьма умеренными — и потому подлинными. В отличие от обновленцев всех мастей, Патриарх Тихон не пошел на столь же поверхностную, сколь и соглашательскую идентификацию целей советской власти и идеалов Православной Церкви..."

Примечание составителя.

Содержание послания было неприемлемо для православного сознания большинства верующих, и в народе утвердилось устойчивое мнение о подложности послания. Хотя это мнение формально является, по-видимому, ошибочным, однако мы полагаем, что православный народ таким образом выразил свой отказ сказать "Аминь" принятой из лучших побуждений, но ошибочной политической установке Патриарха Тихона и его ближайшего окружения после выхода из заключения. Патриарх Тихон, всегда чутко откликавшийся на соборный голос Церкви, на этот раз не успел исправить свою ошибку, как он это делал прежде (напр., в случаях с "новым стилем" и соглашением с Красницким). Реакция православного народа на действия Патриарха Тихона после его освобождения показывает, что, при всей безграничной любви и доверии к Святейшему, значительному числу верующих была ближе более последовательная позиция, близкая к позиции арх. Феодора (Поздеевского) и митр. Кирилла (Смирнова).

Это особенно убедительно выразилось в категорическом отказе церковного народа признать подлинность "Завещания", чем оказалась обесцененной вся тактика ГПУ — достаточно указать, что митр. Сергий ни разу не ссылается на этот, отвергнутый Церковью, документ в подтверждение своей политической установки при всей острой потребности для него в этой ссылке. Лишь с 1944 г. "Завещание" начинают цитировать — и оно уже не вызывает протеста в народном религиозном сознании, отравленном десятилетиями политической проповеди с церковного амвона.

Напомним, что Собор 1917-18 гг. отменил общеобязательную церковную политику и поэтому все политические высказывания Патриарха Тихона и других иерархов могут рассматриваться лишь как их частное мнение, хотя и высокоавторитетное, разделяемое многими верующими, но не общецерковное, не опознаваемое церковным сознанием как голос самой Церкви.

Текст Воззвания.

В редакцию газеты "Известия".

Гр. Редактор!

Просим не отказать поместить в газете "Известия" при сем прилагаемое воззвание Патриарха Тихона, подписанное им 25 марта (7 апреля) 1925 г.

Петр (Полянский), митрополит Крутицкий
Тихон (Оболенский), митрополит Уральский

1/14 апреля 1925 г.

"Божиею милостию, Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея Церкви Российския.

Благодать вам и мир от Господа и Спаса
нашего Иисуса Христа.

В годы великой гражданской разрухи, по воле Божией, без которой в мире ничто не совершается, во главе Русского государства стала Советская власть, принявшая на себя тяжелую обязанность — устранение жутких последствии кровопролитной войны и страшного голода.

Вступая в управление Русским государством, представители Советской власти еще в январе 1918 г. издали декрет о полной свободе граждан веровать во что угодно и по этой вере жить. Таким образом, принцип свободы совести, провозглашенный конституцией СССР, обеспечивает всякому религиозному обществу, и в том числе и нашей Православной Церкви, права и возможность жить и вести свои религиозные дела согласно требованиям своей веры, поскольку это не нарушает общественного порядка и прав других граждан. А поэтому мы в свое время в посланиях к архипастырям, к пастырям и пасомым всенародно признали новый порядок вещей и Рабоче-Крестьянскую власть народов, правительство коей искренне, приветствовали.
1926

20 дек./2 янв.

Легализация ВВЦС органами НКВД (выдача регистрационной справки).

Текст регистрационной справки приведен в брошюре арх. Григория (Яцковского) "Документы, относящиеся к образованию Высшего Временного Церковного Совета в Москве". М., 1926:

"РСФСР — Наркомвнудел, Адмотдел, 20.12 1925/2.1 1926

№ 212

Справка.

Настоящая справка выдана гр.гр.: Григорию Яцковскому (архиепископу Григорию), Рукину Б. (епископу Борису), Могилевскому К. (архиепископу Константину Булычеву), Бусыгину И. (епископу Иннокентию), Переяславскому Д. (епископу Дамиану Воскресенскому), Пятницкому В. (епископу Вассиану), Русинову Т. (епископу Тихону), Русинову М. (епископу Митрофану), Симбирскому В. (епископу Виссариону Зорнину), в том, что от них принято на рассмотрение и утверждение ходатайство об организации Временного Высшего Церковного Совета Православной Церкви с местопребыванием в Москве, в помещении б. Донского монастыря. К открытию деятельности Временного Совета, впредь до утверждения такового со стороны Народного Комиссариата Внутренних Дел, препятствий не встречается.

Зам. Нач. Центр. Адм. Управления НКВД — Зайцев.

За зав. Адмотд. — Фрейман.

1. Снынев
2. Шишкин, стр. 295
3. ЧС-1

25 дек./7 янв.

Интервью арх. Григория по поводу организации ВВЦС.

Известия, 1926, 7 янв.

1/14 янв.

Послание митр. Сергия на имя арх. Григория с протестом против создания ВВЦС.

1. Снычев
2. Церк. вед.,
1927, № 5-6

9/22 янв.

Ответное письмо арх. Григория митр. Сергию с изложением своей позиции и с приглашением участвовать в ВВЦС.

1. ЧС-1
2. ЧС-2

12/25 янв.

Доклад ВВЦС епископа Дамиана о результатах его поездки к митр. Сергию.

ЧС-1

14/27 янв.

Телеграмма учредителей ВВЦС митр. Сергию: "Уверившись через еп. Дамиана... о возложении на Вас митр. Петром исполнения обязанностей Местоблюстителя, испросив Вам разрешение выезда, братски просим Вас пожаловать в Москву в ВВЦС для выяснения церковных дел.

1. Письмо митр. Сергия
митр. Григорию
от 16/29 янв. 1929
2. Письмо митр. Сергия
митр. Григорию
от 26 янв./8 фев.
3. ЧС-1

16/29 янв.

Письмо митр. Сергия арх. Григорию, оповещающее григорианских епископов о предании их церковному суду.

1. ЧС-1
2. ЧС-2

16/29 янв.

Подписание письменного доклада ВВЦС митр. Петру с просьбой утвердить ВВЦС и аннулировать полномочия митр. Сергия, ввиду "невозможности" для последнего управлять Церковью, а также отказа митр. Михаила и митр. Иосифа от управления Церковью.

1. Снычев
2. ЧС-1
3. ЧС-2

19 янв./1 февр.

Личное свидание арх. Григория и др. членов ВВЦС с митр. Петром в тюрьме ГПУ. Резолюция митр. Петра на письменном докладе ВВЦС о передаче временного управления коллегии из арх. Николая Владимирского, Дмитрия Томского и Григория Екатеринбургского. Скрытие членами ВВЦС факта ареста арх. Николая и невозможности приезда в Москву арх. Дмитрия.

/. ЧС-2
2. Дейбнер
3. ЧС-1
(неполн. данные)
4. Снычев
5. Шишкин, стр. 297
6. Сб. док.

20—22 янв./2—4 февр.

Телеграмма митр. Григория митр. Сергию с извещением о резолюции митр. Петра.

1. митр. Елевферий, стр. 198
2. ЧС-2
3. Письмо митр. Сергия
от 26/8 февр.

21 янв./З февр.

Решение ВВЦС об устранении от временного управления Московской епархией еп. Петра Старицкого, назначенного митр. Сергием.

Циркуляр еп. Бориса
(ЧС-2)

22 янв./4 февр.

Циркуляр еп. Можайского Бориса (Рукина) о вступлении в управление Московской епархией, с сохранением возношения имени митр. Петра.

1. ЧС-1
2. ЧС-2

23 янв./5 февр.

Письмо арх. Григория на имя митр. Сергия с приложением резолюции митр. Петра.

Арх. Григорий утверждает, что распоряжение Местоблюстителя от 23.11/6.12 о передаче полномочий "не соответствует духу и букве священных канонов". "О митрополите Кирилле (Смирнове), Агафангеле (Преображенском) и Петре (Полянском), — пишет он митр. Сергию, — мы знаем изволение Собора 1917-18 гг., о Вас же такового соборного изволения мы не знаем".

(Арх. Григорий, несомненно, имеет в виду постановление Собора от 25 янв. 1918 г. о чрезвычайном местоблюстительстве - Л. Р.)

1. ЧС-1
2 ЧС-2
3. Письмо митр. Сергия
от 26/8

(?)

Телеграммы митр. Петра митр. Арсению Новгородскому с приглашением к участию в ВВЦС и к митр. Сергию с сообщением об организации ВВЦС.

/. Письмо митр. Петра
от 19.12.1926/1.1.1927.
2. "Правда о ВВЦС..."

26 янв./8 февр.

3-е письмо митр. Сергия арх. Григорию с объяснением своего отказа подчиниться резолюции митр. Петра, составленной в "условной форме" и при "неосведомленности" митр. Петра.

1. ЧС-1
2. ЧС-2

27 янв./9 февр.

Интервью арх. Григория представителю газеты "Известия".

Известия, 1926, 9 февр.

13/26 февр.

Письмо арх. Илариона (Троицкого) из заключения, с предложением о создании временного церковного органа управления, с благословения митр. Петра, имеющего только одну цель — собрать Собор. Врем, орган управления не должен подвергать запрещениям несогласных епископов и "должен собрать, а не подобрать Собор". "Собор подобранный не будет иметь никакого авторитета и принесет не успокоение, а только новое смятение в Церкви" и увеличит число "разбойничьих соборов".

ЧС-1 (датировка
1927г. — под вопросом)

16 февр./1 марта

Письмо еп. Прилукского Василия (Зеленцова) еп. Григорию с выражением убеждения в том, что митр. Сергий, как временный "Глава Церкви", имел право накладывать на него запрещение. Подписи еще 6 епископов.

ЧС-1

16 февр./1 марта

Извещение о предстоящем Вселенском Соборе в 1926 г. на праздник Св. Троицы на Св. горе Афон.

Тульск. Еп. Вед., 1926,№ 3

19 февр./4 марта

Письмо (телеграмма) митр. Петра митр. Сергию с приглашением прибыть в Москву для переговоров по поводу ВВЦС: "...Мне разрешено с Вами свидание..." и т. д.

1. Сб. док.
2. ЧС-2
3. "Правда о ВВЦС..."

19 февр./4 марта

Письмо митр. Петра Арсению Новгородскому с приглашением прибыть в Москву для участия в работе ВВЦС.

ЧС-2

19 февр. /4 марта

Ответ арх. Григория митр. Сергию на его 3-е письмо с приложением копии письма митр. Петра митр. Сергию (вызов в Москву).

ЧС-2

27 февр./12 марта

Письмо митр. Сергию 8-ми украинских епископов; во главе с митр. Михаилом, экзархом Украины, с выражением поддержки его действиям против ВВЦС.

ЧС-1

1/14 марта (?)

Покаянное письмо еп. Симбирского Виссариона митр. Сергию с заявлением о своем выходе из ВВЦС.

ЧС-1

5/18 марта

Письмо митр. Сергия митр. Петру с обоснованием своего "права", как "первого епископа", подвергать других епископов запрещению до Собора — в качестве прецедентов приводит подобные действия Патриарха Тихона и митр. Петра:

"...Когда нет ни Собора, периодически созываемого... или организованного Церковного Управления, то обязанность охранять в Церкви благочиние, естественно, целиком падает на "первого епископа", и он не только может, но и обязан принять досудебную форму пресечения, не дожидаясь Собора... Так действовал, между прочим, и Святейший Патриарх Тихон, запретивший, например, быв. архиепископа Владимира Путяту, епископа Иоанна Киструсского и других. Так поступили и Ваше Высокопреосвященство в деле, например, Леонтия (Устинова)..."

Троицкий, 2

9/22 марта

Ответы арх. Угличского Серафима, упр. Ярославской епархией, на три вопроса митр. Сергия по поводу ВВЦС, с выражением своего восхищения "богатой богословской эрудицией" митр. Сергия, тем, что "благодать Божия" "так озарила митр. Сергия, что ему не надо было ехать в Москву, беседовать с митр. Петром, выслушивать... объяснения членов ВВЦС", но было достаточно "напрячь свои умственные дарования" и т. д.

ЧС-1

20 марта/2 апр.

Письмо 25 архиереев митр. Сергию с выражением согласия с его действиями против григориан.

ЧС-1

Весна 1926

Перевод арх. Илариона (Троицкого) из Соловецких лагерей в Ярославскую тюрьму. Попытка агента ГПУ склонить его к признанию григориан. Отказ арх. Илариона и получение им дополнительного срока ссылки.

Польский: "...Агент ГПУ все-таки сумел получить от него письмо к митр. Сергию с тем, чтобы он не занимался каноническими прещениями по адресу григорьевцев. Григорьевцы, конечно, по этому поводу немало ликовали, а арх. Иларион, возвратившись в Соловки, поскорбел (Польский, вероятно, имеет в виду письмо арх. Илариона от 13/26 февр. — Л. Р.).

...Когда касался разговор отношений власти к церковному управлению, то он говорил: "Надо побыть в этой обстановке хотя немного, а так не опишешь. Это воочию сам сатана..."

Польский, т. 1, стр. 131

До мая

Митр. Петр в одиночном заключении во внутренней тюрьме ГПУ.

1. Дейбнер
2. ЧС-2

До 18 апреля

Увоз митр. Петра из Москвы в Пермь.

митр. Елевферий, стр. 198

Апрель

Встреча Тучкова с митр. Агафангелом в Перми.

1. ЧС-1
2. Дейбнер

5/18 апр.

Обращение митр. Агафангела к Церкви из Перми о своем вступлении в права Патриаршего Местоблюстителя. Сопровождающая записка архиереям с просьбой о возношении его имени как Первоиерарха.

/. ВСС, 1927, № 1
2. ЧС-2
3. митр. Елевферий

9/22 апр.

Привоз митр. Сергия в московское ГПУ и его письменное объяснение митр. Петру по поводу своих действий в отношении ВВЦС.

1. Церк. вед.,
1926, № 11-12
2. митр. Елевферий
3. Снычев

9/22 апр.

Ответное письмо митр. Петра (из тюрьмы) митр. Сергию с аннулированием ВВЦС, с подписью "кающийся Петр".

митр. Елевферий,
"Неделя в Патриархии"

6/19 апр.

Избрание пленумом обновленческого Синода делегации на предстоящий (на Троицу 1926 г. на Св. горе Афон) Вселенский Собор в составе 12 человек.

Тульск. Еп. Вед.,
1926, № 5

14/27 апр.

Отъезд митр. Афгаангела из Перми в Ярославль.

Тульск. Еп. Вед.,
1926, № 7

13/26 апр.

Письмо митр. Агафангела митр. Сергию за № 16 с извещением о своем вступлении в обязанности Патриаршего Местоблюстителя и распоряжением о возношении своего имени.

1. Сныяев

2. ЧС-2

15/28 апр.

1-е письмо митр. Сергия митр. Агафангелу (письмо отправлено в г. Пермь и адресатом не получено).

Письмо митр. Сергия
от 17/30 апр.

16/29 апр.

Получение митр. Сергием письма митр. Агафангела от 13/26 апреля.

Там же

17/30 апр.

2-е письмо митр. Сергия митр. Агафангелу с критикой его позиции в отношении местоблюстительства.

"...Собор 1917-18 гг. сделал Св. Патриарху поручение, в изъятие из правил, единолично назначить себе преемников или заместителей на случай экстренных обстоятельств. Имена же этих заместителей Патриарх должен был, кроме их, не объявлять, а только сообщить Собору в общих чертах, что поручение исполнено. Я знал о таком поручении Собора Патриарху, но на заседании том не был. Преосвященный же Прилукский Василий (Зеленцов) подтверждает, что он был и на первом (закрытом) заседании, когда Патриарху было дано поручение, и на втором, когда Патриарх доложил Собору, что поручение исполнено".

Далее о неправомерности принятия местоблюстительства митр. Агафангелом прежде отказа митр. Петра.

1. ЧС-1
2. ЧС-2

22 апр./5 мая

Послание Всел. Патриарха Василия III обновленческому Синоду о том, что Всел. Собор, намеченный на Троицу 1926 г. на Св. горе Афон, откладывается ввиду необходимости провести сначала Всеправославное предсоборное совещание.

Тульск. Еп. Вед.,
1926, № 5

23 апр./6 мая

Открытое письмо еп. Василия Прилукского митр. Агафангелу с протестом против его выступления. К письму присоединились 15 епископов.

ЧС-2

30 апр./13 мая

Личная встреча митр. Агафангела с митр. Сергием в Москве.

Письмо митр. Сергия
от 3/16 мая

3/16 мая

3-е письмо митр. Сергия митр. Агафангелу с отказом от достигнутого соглашения передать власть митр. Агафангелу, как старшему иерарху, как не соответствующего соборным определениям.

"...Митрополит Петр (Полянский) предан лишь гражданскому суду и сохраняет должность за собою... С должностью же Местоблюстителя дело обстоит почти во всем аналогично должности Патриарха... Предъявлять свои права на должность Местоблюстителя, когда она занята законно ее получившим митр. Петром... говоря языком канона, это было бы покушение низвергнуть своего законного главу (первого епископа) и восхитить его права и власть".

1. ЧС-1
2. ЧС-2
3. митр. Елевферий, стр. 201
4. Снынев
5. Церк. Вед.,
1926, № 9-10

5/18 мая

Личная встреча митр. Агафангела с митр. Сергием (вторая — или ошибка митр. Агафангела в дате?).

Телеграмма
митр. Агафангела
от 8/21 мая

Около 9/22 мая

Тучков знакомит митр. Петра с Пермским посланием митр. Агафангела от 5/18 апреля.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

7/20 мая

Телеграмма митр. Агафангела из Ярославля митр. Сергию в Нижний Новгород с просьбой ускорить передачу проекта письма о передаче Местоблюстительских прав митр. Агафангелу.

ЧС-1

7/20 мая

Телеграмма митр. Сергия митр. Агафангелу: "Проверив справку, я убедился в отсутствии Ваших прав. Усердно прошу: воздержитесь от решительного шага".

ЧС-1

8/21 мая

Телеграмма митр. Агафангела с угрозой — опубликовать результат соглашения с митр. Сергием и отказ митр. Сергия от этого соглашения.

ЧС-1

9/22 мая

Письмо митр. Петра митр. Агафангелу о том, что он узнал из донесения митр. Сергия о вступлении митр. Агафангела в отправление обязанностей Местоблюстителя и с приветствием по этому поводу.

Подпись — с подлинным верно. Митр. Агафангел (Преображенский).

1. Сб. док.
2. Послание митр. Петра
от 19.12.26/1.1.27г.
3. Люмперс

Есть два менее достоверных варианта этого письма с более определенными выражениями по поводу лишения прав митр. Сергия и т. д.

1. Сб. док.
2. "Укр. благ.",
1927, № 24

10/23 мая

4-е письмо митр. Сергия митр. Агафангелу:

"...Мы оба одинаково заинтересованы в том, чтобы осталось незыблемым каноническое основание власти нашего первого епископа, потому что на законности этой власти зиждется все
наше церковное благосостояние... получив власть не по праву, Ваше Высокопреосвященство только подвергли бы себя церковному суду. То же бы ожидало и меня".

1. ЧС-1
2. ЧС-2
(в изложении)
3. Люмперс
4. митр. Елевферий
5. Снычев
6. Церк. вед.,
1926, № 11-12

11/24 мая

Телеграмма митр. Агафангела митр. Сергию:

"Продолжайте управлять Церковью... предполагаю ради мира церковного отказаться от местоблюстительства".

1. Сб. док.
2. Люмперс
3. Снычев

11/24 мая

Письмо митр. Сергия управлению Московской епархией о предании митр. Агафангела суду архиереев, находящихся в Москве.

Снычев

13/26 мая

Резолюция врем. упр. Московской епархией еп. Алексия (Готовцева) Серпуховского с поручением еп. Серафиму (Силичеву) Рыбинскому собрать мнения архиереев в Москве о митр. Агафангеле.

Снычев

18/31 мая

Получение митр. Агафангелом письма митр. Петра от 9/22 мая с передачей полномочий митр. Агафангелу.

Письмо митр. Агафангела
от 22.5/4.6

19 мая/1 июня

Обращение митр. Сергия в НКВД с просьбой о регистрации.

ЧС-1

22 мая/4 июня

Письмо митр. Агафангела митр. Сергию с сообщением о получении письма митр. Петра от 9/22 мая, с упреком, что митр. Сергий не прибыл в Москву по требованию (митр. Агафангела) и с уведомлением, что он принял канцелярию Патриаршего Местоблюстителя.

ЧС-1

27 мая/9 июня

Письмо митр. Петра митр. Агафангелу с подтверждением передачи местоблюстительства и о том, что в случае невозможности или отказа воспринять власть, права и обязанности Патр. Местоблюстителя возвращаются к нему (митр. Петру), а заместительство — к митр. Сергию, с подтверждением запрета ВВЦС.

/. Послание митр. Петра
от 19.12.1926/1.127.
2. Люмперс
3. Снычев

21 мая/3 июня

Открытие съезда ВВЦС.

1.Снычев
2. Известия, 1926, 26 июня

25—29 мая/7—11 июня

Письмо группы украинских епископов митр. Сергию с поддержкой его борьбы против митр. Агафангела.

ЧС-2

26 мая/8 июня

Письмо митр. Агафангела гражданским властям с извещением об отказе от занятия должности Местоблюстителя.

1.Снычев
2. ЧС-2

28 мая/10 июня

Заявление митр. Сергия в НКВД с просьбой о легализации церковного управления и с проектом обращения ко всероссийской пастве (митр. Сергий не знает еще об отказе митр. Агафангела от местоблюстительства).

1. Снычев
2. ЧС-2
3. Троицкий, 33

30 мая/12 июня

Письмо митр. Агафангела митр. Петру с извещением о получении письма митр. Петра от 27.5/9.6 и с отказом от принятия прав Местоблюстителя ввиду преклонного возраста и расстроенности здоровья.

1. Снычев
2. Люмперс
3. митр. Елевферий
4. ЧС-1
5. ЧС-2

31 мая/13 июня

Резолюция митр. Сергия на определении 24 епископов по делу митр. Агафангела о том, что воздерживается пока от запрещения митр. Агафангела в священнослужении, поскольку "его выступление находит для себя некоторое извинение в получении им письма митр. Петра (Полянского)". Предложение митр. Агафангелу в недельный срок отказаться от своих притязаний.

1. ЧС-2
2. Снычев

31 мая/13 июня

5-е письмо митр. Сергия митр. Агафангелу, с отказом подчиниться митр. Петру, поскольку митр. Петр, "передавший мне хотя и временно, но полностью права и обязанности Местоблюстителя и сам лишенный возможности быть надлежаще осведомленным о состоянии церковных дел, не может уже ни нести ответственности за течение последних, ни тем более вмешиваться в управление ими", а также о том, что митр. Агафангел предан архиерейскому суду за совершенное им антиканоническое деяние, приветствуя которое митр. Петр "сам становится соучастником его и тоже подлежит наказанию". ("Вы объявили себя Местоблюстителем при живом законном Местоблюстителе, т. е. совершили деяние, влекущее за собою даже лишение сана").

1. ЧС-1
2. ЧС-2

4/17 июня

Телеграмма митр. Агафангела митр. Сергию с уведомлением об уже имевшем место его отказе от должности Местоблюстителя.

1. Снычев
2. Люмперс

Июнь

Тайный увоз митр. Петра из Москвы и содержание его в одиночной камере в Суздале, в крепости бывш. Спасо-Ефимиева монастыря.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

27 июня/9 июля

Послание Патриарха Иерусалимского Дамиана обновленческому Синоду с подтверждением признания последнего "единственным законным носителем Высшей Церковной Власти на территории СССР" (каноническое общение обновленч. Синода с Патр. Константинопольским, Александрийским и Антиохийским было уже установлено раньше).

Тулъск. Еп. Вед.,
1926, № 7

24 июля/6 авг.

Посещение обновленческого Синода делегацией американских религиозных деятелей.

ВСС, 1926, № 10(6)

Август

Митр. Сергий, по просьбам ленинградских верующих, назначает митр. Иосифа Ростовского митр. Ленинградским.

Снычев

16/29 авг.

Прибытие митр. Иосифа в Ленинград.

Снычев

18/31 авг.

Отъезд митр. Иосифа в Ростов для прощания с паствой и запрещение властями обратного въезда.

Снычев

30 авг./ 13 сент.

Письмо митр. Сергия зарубежным иерархам с советом войти в состав местных Православных Церквей или создать самоуправляющиеся общины — епархии.

"...Такое отдельное существование скорее предохранит от взаимных недоразумений и распрей, чем старание всех удержать и подчинить искусственно созданному центру".

Троицкий, 2

17/30 сент.

Указ обновленческого Синода о рассылке всем желающим фотокопий грамоты Иерусалимского Патриарха Дамиана о признании каноничности обновленцев.

Тулъск. Еп. Вед.,
1926, № 10

7/20 окт.

Послание представителя Вселенского Патриарха и Архиепископа Синайского в СССР, архимандрита Василия Димопуло, настоятелям греческих церквей в СССР с разъяснением о том, что автономия, предоставленная им Синодом (обновленческим) не должна использоваться для вмешательства в политическую жизнь СССР ("при нарушении взаимной связи со Св. Синодом и уклоном в лагерь староцерковников, как ярко политический").

1. Тульск. Еп. Вед.,
1926, № 10
2. ВСС, 1926, № 12-13

До ноября

Секретное обращение митр. Сергия, еп. Рыльского Павлина (Крошечкина) и др. близких митр. Сергию лиц к епископам для избрания Патриарха путем сбора подписей. К ноябрю — 72 подписи об избрании митр. Кирилла, у которого истекал срок ссылки. Массовые аресты епископов, поставивших свои подписи, в т. ч. еп. Павлина. События известны со слов митр. Сергия и еп. Павлина, которые уверяли, что никакие компрометирующие документы в ГПУ не попали.

1. Дейбнер
2. Вестник РСХД,
№ 107, стр. 186

Ноябрь

Арест находящегося в ссылке в Зырянском крае митр. Кирилла и помещение его в Аятскую тюрьму.

Арест митр. Сергия в Нижнем Новгороде.

(Автор работы "Крестный путь преосв. Афанасия Сахарова" сообщает, что инициатива выбора митр. Кирилла принадлежала арх. Илариону (Троицкому), обратившемуся с секретным воззванием из Соловков. "...Но едва воззвание соловчан попало в руки митр. Сергия, как о нем стало известно властям предержащим... и архиереи, давшие свои подписи, пострадали". (Вестник РСХД, № 107, стр. 186). Там же (стр. 184) указано, что в это время разъехались в разные ссылки 40 архиереев.

Дейбнер

Ноябрь

Вступление в должность заместителя Местоблюстителя митроп. Иосифа.

Дейбнер

25 ноября/ 8 дек.Послание к Церкви заместителя Патр. Местоблюстителя митр. Иосифа на случай своего ареста, с назначением временных заместителей: Корнилия Свердловского, Фаддея Астраханского, Серафима Угличского.

1. Сб. док.
2. ЧС-1
3. ЧС-2

28 окт./10 ноября

Издание Донским Епархиальным Советом григорианской брошюры: "Правда о ВВЦС и о Нижегородском митр. Сергии (Страгородском)".

Обвинения в адрес митр. Сергия, содержащиеся в брошюре:

1. Нарушил клятвенное обещание, данное в 1917 г. членам старого Синода, что он не войдет в состав нового Синода, созданного Львовым.

2. Первый заявил о каноничности живоцерковного ВЦУ, чем привлек к обновленцам многих иерархов.

3. Не возражал против постановлений обновленческого Собора 1923 г., лишившего Патриарха Тихона сана и монашеского звания.

4. Не подчинился резолюции митр. Петра, передавшего временное управление Церковью (с сохранением за собой местоблюстительства) коллегии ВВЦС.

5. Единолично подверг запрещению членов ВВЦС, не вызвав их для увещания перед собором епископов (согласно 23-му правилу Карфаг. Собора и 74-му пр. Апост.), и лишь задним числом стал собирать подписи епископов под запрещением, которое сам признал незаконным.

6. Не подчинился распоряжениям законного Местоблюстителя, митр. Агафангела.

7. Лишенный заместительских прав, пытался подвергнуть запрещению самого Местоблюстителя, митр. Агафангела.

8. Не удерживал своих соработников (еп. Аксайского Митрофана) распространять среди верующих мнение, что "легализация церковного управления есть признак неправославия", с целью скомпрометировать ВВЦС, а затем сам обратился в НКВД с просьбой о регистрации.

"Правда о ВВЦС..."

Декабрь

Перевод митр. Сергия в Москву и содержание его во внутренней тюрьме ГПУ до марта 1927 г.

Дейбнер

Декабрь

Перевод митр. Петра из Суздаля во внутреннюю тюрьму ГПУ, встреча с Тучковым.Предложение Тучкова митр. Петру отказаться от местоблюстительства, решительно отвергнутое митр. Петром.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

Декабрь

Митр. Петр через сидевшего с ним в одной камере ксендза просит передать всем, что он "никогда и ни при каких обстоятельствах не оставит своего служения и будет до самой смерти верен Православной Церкви".

1. ЧС-2
2. Дейбнер

12/25 дек.

Послание Патриарха Иерусалимского Дамиана обновленческому Синоду с рождественским и новогодним поздравлением и одновременно послание с просьбой о материальной помощи.

/. ВСС, 1927, № 2
2. Тулъск. Еп. Вед.,
1927, № 2

До 16/29 декабря

Арест митр. Иосифа.

ЧС-2

16/29 дек.

Послание арх. Серафима Угличского о принятии на себя обязанностей заместителя Патриаршего Местоблюстителя.

/. ЧС-1
2. ЧС-2
3. Сб. док.
4. Вест. РСХД, 1927

Декабрь

Митр. Петр отправлен этапом через Вятскую, Пермскую, Екатеринбургскую, Тюменскую тюрьмы в ссылку в Тобольск.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

Конец года

Димитрий (Беликов), арх. Томский, ввиду частой смены заместителей, объявляет Томскую епархию автокефальной, не подчиняющейся ни митр. Петру, ни митр. Сергию и никакому другому заместителю.

Запрещен арх. Угличским Серафимом, но запрещению не подчинился и сохранил самоуправление (в 1928 г. признал ВВЦС).

1. митр. Мануил
2. Снычев

Без даты (1926)

Архиерейский Собор в Карловцах.

Митр. Платон и митр. Евлогий заявляют, что признают за Синодом и Собором лишь морально-общественное, но не каноническое и не судебно-административное значение. Уход с Собора митр. Платона, а затем митр. Евлогия.

Постановление Собора: предложить митр. Евлогию официально признать не только моральное, но и каноническое значение Синода и Собора, в случае неисполнения Синоду предоставляются особые полномочия "вплоть до назначения нового Управляющего православными церквами в Западной Европе".

Оценка митр. Евлогия: "Содержание и форма этих постановлений свидетельствовали о том, что Архиерейский Собор выкопал глубокий, непроходимый ров между собою и мною; он незаконно присвоил высшую власть в Русской Церкви, могущую изменять и даже отменять канонические распоряжения Патриарха Тихона, и, таким образом, создал наш горестный зарубежный церковный раскол".

митр. Евлогий,
стр. 612-613
1927

19 дек. 1926/1 янв. 1927

Митр. Петр в Пермской тюрьме узнает подлинные факты о церковных событиях истекшего года.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

19 дек. 1926/1 янв. 1927

Послание митр. Петра из Перми с изложением основных событий, связанных с ВВЦС и митр. Агафангелом, с подтверждением своего местоблюстительства.

/. ЧС-1
2. УС-2
3. Сб. док.

20 дек. 1926/2 янв. 1927

Арест еп. Ковровского Афанасия (Сахарова) "по делу группы архиереев, возглавляемой митр. Сергием" (имеется в виду, несомненно, дело о тайном избрании митр. Кирилла — Л. Р.).

"Даты и этапы..."

8/21 янв.

Свидание и беседа в Свердловской тюрьме митр. Петра с арх. Григорием (Яцковским). Митр. Петр сообщает о своем разрыве с ВВЦС и просит подчиниться его и митр. Сергия решению.

Письмо митр. Петра
от 1 января 1927
(приписка митр. Петра)

После 8/21 января

Митр. Петр передает на волю свое послание от 1 января 1927 г.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

13/26 янв.

Архиерейский Собор (Синод) в Карловцах.

Запрещение митр. Евлогия в священнослужении и разрыв с ним молитвенного общения.

Оценка митр. Евлогия: "Этим актом "карловчане" углубили наше разобщение до крайнего предела. Намерение было ясно — они хотели своим запрещением сокрушить меня, рассчитывая на смутность церковного сознания, на неустойчивость моей паствы, на старую дореволюционную привычку видеть в Синоде высшую церковную инстанцию и считать его постановления для себя обязательными. Но расчет оказался неверный. Моя паства каким-то безошибочным чутьем правды разобралась в сложном церковном положении..."

1. митр. Евлогий, стр. 615
2. Китеж, 1927,
№ 8-12, стр. 56

Январь

"Обращение к духовенству и приходам" митр. Евлогия по поводу его запрещения "карловчанами".

"...Собравшиеся в Карловцах Преосвященные не вняли многократным моим просьбам не изменять существовавшего положения и тем сохранить мир церковный, не пожалели они душ русских людей, которые в тяжком изгнании страждут от нашего разделения, не пощадили они и церковного достояния, облегчив своим заявлением о моем устранении домогательства врагов церкви на наши храмы как раз тогда, когда я веду с ними решительную борьбу.

Пред лицом этих печальных обстоятельств призываю к твердости и спокойствию духа вверенное мне духовенство и паству — в сознании правильности избранного нами направления церковной жизни, в полном согласии со священными канонами и с волей в Бозе почившего Святейшего Патриарха Тихона.

Исходящие же от заграничного Архиерейского Синода запрещения и другие меры по отношению ко мне, к моему духовенству и пастве не имеют никакой канонической силы, ибо Собор и заграничный Архиерейский Синод в нынешнем их составе не являются моею канонической властью и посему не могут вмешиваться в дела моей епархии и не могут вязать и решать духовную совесть вверенной мне паствы.

Отныне наша Западно-Европейская Митрополия становится на путь самостоятельного, независимого от заграничного Архиерейского Синода, существования, — так же, как независимо от него живут Американская Русская Православная Церковь с митрополитом Платоном во главе и со всеми его епископами, Латвийская Церковь с Архиепископом Иоанном, Литовская с Архиепископом Елевферием и другие..."

митр. Евлогий, стр. 616

1927

Обмен посланиями между митр. Евлогием и Вселенским Патриархом Василием III, высказавшим неодобрение действий Карловацкого Синода:

"...Мы отнюдь не затрудняемся решительно объявить, что, как всякая другая деятельность, так и вынесенное против Вас запрещение со стороны так называемого Архиерейского Синода за границей — являются деяниями канонически беззаконными и никакой посему церковной силы не имеющими, ибо и самое существо этого самозванного собрания в качестве органа управления канонически несообразно и о необходимости роспуска его и прекращения суетливой и вредной деятельности его не раз уже были даны от власти указания и распоряжения..."

Митр. Евлогий отмечает, что к Вселенскому Патриарху присоединились Патриарх Александрийский, Глава Элладской Церкви, Архиепископы Литовский, Латвийский и Финляндский.

митр. Евлогий, стр. 617

1/17 февр.

Вариант датировки письма митр. Петра от 1 января 1927 (возможно, день передачи письма на свободу) с указанием места "Тобольск".

Сб. док.

Февраль

Прибытие митр. Петра в Тобольскую тюрьму.

Дейбнер

Начало марта

Митр. Петр направлен из Тобольской тюрьмы на поселение в село Абалацкое на берегу Иртыша в 50 верстах выше Тобольска.

/. ЧС-2
2. Дейбнер

Март

Вызов арх. Серафима (Самойловича) Угличского в Москву и трехдневное задержание его в ГПУ. Предложение Тучкова принять условия легализации, на что арх. Серафим ответил отказом ввиду отсутствия права решать принципиальные вопросы без находящихся в заключении старших иерархов.

/. ЧС-2
2. Дейбнер

Без даты

Предложение Тучкова митр. Кириллу принять возглавление Церкви.

"...Перед тем, как митр. Сергий стал заместителем Местоблюстителя, его роль Тучков предлагал... митрополитам Агафангелу и Кириллу... Когда Тучков вызвал митр. Кирилла, последний давал согласие на занятие этой должности, но не принял предложенных условий. "Если нам нужно будет удалить какого-нибудь архиерея, — сказал Тучков, — вы должны будете нам помочь". "Если он будет виновен в каком-либо церковном преступлении, да. В противном случае я скажу: брат, я ничего не имею против тебя, но власти требуют тебя удалить и я вынужден это сделать". "Нет, не так. Вы должны сделать вид, что делаете это сами и найти соответствующее обвинение!" Владыка Кирилл, конечно, отказался. Говорят, он ответил: "Евгений Алекс., Вы не пушка, а я не бомба, которой вы хотите взорвать изнутри Русскую Церковь!"

"Крестный Путь...",
Вестник РСХД,
1973, № 107, стр. 180

19 дек. — 17 апр./2 янв. — 30 апр.

Пребывание еп. Афанасия (Сахарова) во внутренней тюрьме ГПУ. Пять дней в одиночке с митр. Сергием (23-28 апреля). Три года Соловецких лагерей за принадлежность к группе архиереев, "возглавляемых митр. Сергием" (арх. Корнилий, арх. Григорий, арх. Афанасий). "Одновременно разъехались в разные ссылки еще 40 архиереев".

1. "Даты и этапы",
Вестник РСХД, 1966,
№ 81, стр. 15
"Крестный путь...",
Вестник РСХД, 1973,
№ 107, стр. 184

7/20 марта

Освобождение из заключения митр. Сергия.

Дейбнер

17/30 марта

Вариант даты освобождения митр. Сергия.

Шишкин, стр. 302

19 марта/ 1 апр.

Данные о местах заключения 117 епископов Русской Церкви на 1 апреля 1927 г. Опубликованы в заметке Русского Национального Комитета в Париже 29 июля 1927 г. за подписями: Карташова, Бурцева, Федорова, Ковалевского и Струве. (В нашем распоряжении этого списка нет — Л. Р.).

"Китеж", 1929,
№ 1-3, стр. 17

28-30 апр./11-13 мая

Передача митр. Сергию дел по временному управлению Церковью арх. Серафимом.

Шишкин, стр. 302

29 марта/ 11 апр.

Пасхальное приветствие Патриарха Иерусалимского Дамиана обновленческому Синоду.

Тульск. Еп. Вед.,
1927, № 6

9/22 апр.

Освобождение из заключения еп. Павлина (Крошечкина). Тревога среди епископата по этому поводу.

Дейбнер

27 апр./ 10 мая

Ходатайство митр. Сергия о разрешении ему на управление церковью.

Шишкин, стр. 302

28 — 30 апр./11 — 13 мая

Послание 14 епископов ВВС (в т. ч. по поводу митр. Петра: "его нет и не было у кормила церковного").

Снычев

5/18 мая

Совещание митр. Сергия с выбранными им епископами. Участники совещания:

митр. Тверской Серафим (Александров)

арх. Вологодский Сильвестр (Братановский)

арх. Хутынский Алексий (Симанский)

арх. Костромской Севастиан (Вести)

арх. Звенигородский Филипп (Гумилевский)

арх. Сумский Константин (Дьяков)

"участие которых в работах Синода мне (т. е. митр. Сергию — Л. Р.) представлялось возможным и полезным".

Образование из них Синода при зам. Патр. Местоблюстителя, полномочия которого "проистекают из моих (митр. Сергия — Л. Р.) и вместе с ними падают".

В члены Синода приглашен митр. Сергием также митр. Арсений Новгородский, хотя ответа на предложение он еще не прислал.

О реакции церковных кругов Дейбнер пишет:

"...Факт освобождения митр. Сергия (Страгородского) в тот момент, когда репрессии против Церкви по всей России всё возрастали, когда участие его в деле о выборах митр. Кирилла (Смирнова), за каковое целый ряд епископов поплатились ссылкою, было несомненно, сразу же возбудил тревогу, которая усилилась, когда 9/22 апреля 1927 г. был освобожден и еп. Павлин (Крошечкин) и когда 25 апр./8 мая в Москве неожиданно созван был Синод. Стало несомненным, что между митр. Сергием (Страгородским), во время его тюремного заключения, и советским правительством, т. е. ГПУ, состоялось какое-то соглашение, которое поставило и его самого, и близких ему епископов в совершенно исключительное положение по сравнению с другими. Митр. Сергий (Страгородский) получил право жить в Москве, каковым правом он не пользовался даже до ареста.

Когда же стали известны имена епископов, призванных в Синод, то в капитуляции митр. Сергия (Страгородского) перед советской властью не осталось больше никаких сомнений. В Синод вошли: арх. Сильвестр (Братановский) — бывший обновленец, арх. Алексий (Симанский) — бывший обновленец, назначенный на Петроградскую кафедру от Живой Церкви после казни митр. Вениамина (Казанского), арх. Филипп (Гумилевский) — бывший беглопоповец, т. е. переходивший из Православной Церкви в секту беглопоповцев, митр. Серафим (Александров) Тверской, человек, о связях которого с ГПУ знала вся Россия и которому никто не верил".

Примечание составителя: Митр. Новгородский Арсений (Стадницкий) ответа на приглашение не прислал, хотя и был упомянут в справке НКВД первым среди членов Синода, и в сергианском синоде не участвовал.

Однако в редакционной статье А. С. Воскресенского в ЖМП, № 11-12, 1932, посвященной пятилетнему юбилею Синода, митр. Арсений упоминается как первый из членов Синода. И поныне бытует мнение, что митр. Арсений был активным деятелем сергианства.

В мемуарах Н. Ф. Фиолетовой ("История одной жизни", Самиздат) приводятся следующие сведения: "Митр. Арсений был сослан в Ташкент за оппозицию митр. Сергию. По этому вопросу, главным образом, и шла у него беседа с Н. Н. (Фиолетовым — Л. Р.), встречавшимся с ним еще в бытность свою на Соборе... В бытность свою в Ташкенте он был в упадочном настроении, считал положение Церкви крайне тяжелым, и когда, кажется, В. М. (Комаровский — Л. Р.) в разговоре заметил, что "врата адовы не одолеют Ей", он с горечью ответил: "Уже одолели". Во время встречи двух владык в нашем доме — опального митр. Арсения и правящего митр. Никандра разговор также все время вертелся о положении Церкви, об отношении к митр. Сергию и его точке зрения на текущий момент и церковную политику. Видимо, эта встреча дала повод к обвинению Н. Н. в том, что он, якобы, являлся негласным консультантом по церковным делам при правящем митрополите. На следствии ему пришлось выяснить различие между официальной точкой зрения, защищавшейся митр. Никандром, и оппозицией, в которой был владыка Арсений. По возвращении из тюрьмы он довел до сведения обоих митрополитов о своем показании у следователя. Митр. Арсений был несколько недоволен, но уже после нашего отъезда он написал примирительное письмо к митр. Сергию, был принят последним в общение и после смерти митр. Никандра назначен им на Ташкентскую кафедру".

1. ЧС-1, указ 14/27 мая
2. Шишкин, стр. 303
3. ЖМП, 1932, № 11-12
4. ЧС-2

7/20 мая

1928

25 дек. 1927/7 янв. 1928

Письмо митр. Иосифа к ленинградским "непоминающим" с одобрением действий своих викариев. "...Для осуждения и обезвреживания последних действий митр. Сергия (Страгород-ского), противных духу и благу Св. Христовой Церкви, у нас, по внешним обстоятельствам, не имеется других средств, кроме как решительный отход от него и игнорирование его распоряжений. Пусть эти распоряжения приемлет одна всетерпя-щая бумага да всевмещающий бесчувственный воздух, а не живые души верных чад Церкви Христовой".

/. Снычев
2. Польский

30 дек. 1927/12 янв. 1928

Письмо бывшего настоятеля Московского храма "Никола Большой Крест" (на Ильинке), прот. Валентина Свенцицкого, митр. Сергию о том, что он порывает общение с митр. Сергием, с благословения еп. Гдовского Димитрия (Любимова), с сохранением возношения имени митр. Петра.

"... "Живая Церковь", захватившая власть Патриарха, и Григорианство, захватившее власть Местоблюстителя, и Вы, злоупотребившие его доверием, — вы все делаете одно общее, антицерковное обновленческое дело, причем Вы являетесь создателем самой опасной его формы, так как, отказываясь от церковной свободы, в то же время сохраняете фикцию каноничности и Православия. Это более, чем нарушение отдельных канонов!

Я не создаю нового раскола и не нарушаю единства Церкви, а ухожу и увожу свою паству из тонкой обновленческой ловушки: "Да не утратим по малу неприметно той свободы, которую даровал нам кровию Своею Господь наш Иисус Христос освободитель всех человеков" (из 8-го правила 3-го Всел. Собора)".

ЧС-1

4/17 янв.

Письмо еп. Гдовского Димитрия (Любимова), врем. упр. Ленинградской епархией, к отцам настоятелям.

Польский, т. 2, стр. 5

9/22 янв.

Послание еп. Козловского Алексия (Буй), управ. Воронежской епархией, к православному клиру и мирянам Воронежской епархии, об отделении от митр. Сергия.

"...Будучи... облечен высокими полномочиями быть стражем Воронежской Церкви... вполне разделяя мнения и настроения верных православных иерархов и своей паствы, отныне отмежевываюсь от митрополита Сергия, его неканонического Синода и деяний их..."

Польский, т. 2, стр. 68-69

12/25 янв.?

Постановление митр. Сергия и сергианского Синода о "раздорнической деятельности и учинении раскола и смуты" еп. Димитрием (Любимовым) и еп. Сергием (Дружининым). Запрещение и увольнение еп. Сергия, подтверждение запрещения еп. Димитрия.

Снычев

13/26 янв. или 16/29?

Указ митр. Сергия и сергианского Синода по поводу "раскола" и с призывом к епархиальным архиереям представить свои соображения по поводу будущего Поместного Собора.

1. ЧС-1
2. Снычев

13/26 янв.

Письмо еп. Захария (Лобова) протоиерею Ник. Мих. Н. из марийской ссылки с протестом против действий еп. Виктора (Островидова) от имени 14 марийских ссыльных, в т. ч. четырех епископов — Иринарх (Синеоков), Антоний (Быстрое), Сергий (?) и Захарий (Лобов). "...Скорбим и за себя, ибо и мы задерживаемся в местах ссылок ради непрошенных и совсем неразумных протестантов против митр. Сергия (Страгородского)... Всё канонично и разумно в действиях митр. Сергия и его Синода и всё направляется на пользу Церкви".

ЧС-1

13/26 янв.

Заявление группы духовенства г. Серпухова во главе с еп. Алексием (Готовцевым) об отделенииении от митр. Сергия.

Снычев

14/27 янв.

Постановление митр. Сергия и сергианского Синода по делу "о раздорнической деятельности еп. Уразовского Алексия (Буй)". Предан архиерейскому суду, запрещен в священнослу-жении и уволен на покой.

ЧС-1

17/30 янв.

Послание митр. Сергия к Петроградской пастве в сязи с "иосифлянским расколом".

митр. Елевферий

19 янв./1 февр.

Резолюция митр. Сергия на письме двадцатки и причта Покровского Гатчинского храма (Ленинград) по вопросу о правоверии Заместителя. "Всякие обвинения меня в предательстве Церкви, в измене Православию, в потаенном вводительстве обновленчества и подобном — все это ложь".

1. Снычев
2. ЧС-2

24 янв./6 февр. ?

Письмо бывшего Заместителя Патр. Местоблюстителя арх. Угличского Серафима митр. Сергию с призывом вернуться на путь Истины.

"...Полугодовой срок, протекший со дня издания Вами декларации... показал... что Ваша уверенность в возможности мирной жизни и деятельности нашей в пределах закона совершенно несбыточна и никогда не может при настоящих условиях перейти в действительность... Факты... свидетельствуют, что еще труднее стало жить Православным верующим людям.

...Как много появилось новых страдальцев, которых страдания еще более усугубляются сознанием того, что эти страдания явились следствием Вашей новой церковной политики".

1. ЧС-1
2. Церк. Вед.,
1928, № 5-6
3. митр. Елевферий,
"Неделя в Патриархии"

24 янв./6 февр.

Обращение к митр. Сергию от пяти епископов: митр. Ярославского Агафангела (Преображенского), архиеп. Серафима Угличского (Самойловича), викария Ярославской епархии, митр. Иосифа (Петровых), архиеп. Варлаама (Ряшенцева), бывш. Пермского, врем. упр. Любимским викариатством, еп. Евгения (Кобранова) Ростовского, викария Ярославской епархии с сообщением об отделении от него и отказе признать за ним и его Синодом права на Высшее управление Церковью.

"...По Вашей программе начало духовное и Божественное в домостроительстве церковном всецело подчиняется началу мирскому и земному... Лояльное отношение к гражданской власти... не обязывает чад Церкви к добровольному отказу от тех прав свободного устроения внутренней религиозной жизни церковного общества, которые даны ему самою же гражданскою властью (избрание общинами верующих себе руководителей).

Наместо возвещенной Христом внутрицерковной свободы Вами широко применяется административный произвол, от которого много терпела Церковь и раньше.

По личному своему усмотрению Вы практикуете бесцельное и неоправдываемое перемещение епископов, часто вопреки желанию их самих и их паствы, назначение викариев без ведома епархиальных архиереев, запрещение неугодных Вам епископов в священнослужении и т. п.".

Основной мотив отделения: "...Почитая священным долгом своим охранять чистоту Св. Православной веры и завещанную Христом свободу устроения внутренней религиозной церковной жизни, в целях успокоения смущенной совести верующих, за неимением иного выхода из создавшегося рокового для Церкви положения", отделяемся и т. д.

1. Церк. Вед.,
1928, № 7-8
2. Сб. док.

26 янв./8 февр.

Послание митр. Иосифа к Ленинградским викариям, пастырям и верующим Ленинграда с сообщением о том, что он берет на себя возглавление Ленинградской епархии.

Снычев

28 янв./10 февр.

Письмо митр. Сергия митр. Агафангелу с мольбой о сохранении общения.

"...Мы с Вами подошли уже к той черте, у которой все земные ценности и всякие земные счеты теряют свою абсолютную значимость, и остается только одно: дать добрый ответ на судище Христовом... Ни веры святой мы не предаем, ни от свободы церковной не отрекаемся и не намерены отрекаться... Я всегда готов передать Вам полномочия, лишь только будут у меня в руках достаточные к тому основания. И в 1926 г. я не передал Вам этих полномочий только потому, что, после Вашего Пермского воззвания, я получил от митрополита Петра (Полянского) совершенно определенное письменное указание, что он продолжает считать себя законным Местоблюстителем и меня обязывает оставаться в должности Заместителя". (Ложь — смотри резолюцию и письмо митр. Сергия от 31 мая/13 июня 1926 г., где он отказывается подчиниться митр. Петру в его распоряжении передать власть митр. Агафангелу).

1. ЧС-1
2. Снычев

28 янв./10 февр.?

Журнальное постановление № 38 митр. Сергия и сергианского Синода по делу "о раздорнической деятельности" митр. "Одесского" Иосифа и еп. Иерофея (Афоника) "быв. Никольского".

ЧС-1

1/14 февр.?

Письмо викария Ленинградской епархии, еп. Николая (Клементьева), к О.Ф.Б. против иосифлян. Обвинение митр. Иосифа в своекорыстии, поскольку последний отделился от митр. Сергия не сразу после "Декларации", а после перемещения митр. Иосифа с кафедры.

"...Теряет ли Церковь вообще, или священноначалие в частности, свою чистоту и правду от своих заявлений покорности и содействия безрелигиозной власти — великий вопрос, который, независимо от осложнений личной борьбы и действующих лиц, ставится жизнью и совестью людей и, конечно, когда-нибудь найдет свое решение... В худшем случае, надо думать, что митр. Сергий (Страгородский) добросовестно заблуждается, а не сознательно предательствует. Лично я оцениваю его действия так: понятие "общества" (Церковь в Её человеческой половине) и народа шире понятия государства и власти — отсюда в конституциях вполне понятны и допустимы любовь к отечеству (народу и Церкви) и вражда к другим партиям, как органам управления... Наши архипастыри и пастыри не противились законодательству советской власти в церковных делах до обращения митр. Сергия, по совести стараясь исполнять инструкции, не соответствующие канонам, и за это их не осуждали..."

Снычев

1/14 февр.?

Письмо митр. Иосифа еп. Димитрию (Любимову), в котором сообщается, что от митр. Сергия отделилось 26 епископов.

митр. Елевферий,
"Неделя в Патриархии"

Зима (1928)

Встреча в пос. Полой (Красноярский край) едущего в ссылку митр. Кирилла с еп. Дамаскином (Цедриком). Обсуждение ими церковных событий, личная дружба иерархов. Еп. Дамас-кин еще до этого написал около 150 частных писем по поводу "декларации" митр. Сергия, послав их со своим келейником.

Польский,
т. 1, стр. 160

2/15 февр.

Письмо бывшего соловчанина, прот. Иоанна Шастова, митр. Сергию, с утверждением, что поддержали "Декларацию" и осудили действия еп. Димитрия (Любимова) соловецкие епископы: арх. Иларион (Троицкий), арх. Прокопий (Титов), арх. Амвросий (Полянский), арх. Евгений (Зернов), арх. Петр (Зверев), арх. Глеб (Покровский) и др.

1. ЧС-1
2. Снычев

Февраль

Ссылка арх. Серафима и митр. Иосифа из Ярославской области соответственно в г. Могилев и в г. Устюжны.

Снычев

28 февр./12 марта

Письмо еп. Шлиссельбургского и Детскосельского Григория (Лебедева) митр. Сергию с просьбой о своем увольнении на покой, "так как линия моего церковного поведения и руководства в направлении укрепления единства Церкви вне ориентировки на личности учитывается Вами как ошибочная, а я считаю ее, в условиях данного момента здешней церковной жизни, единственно мудрой, и так как результаты этой линии расцениваются Вами как углубление смуты..."

ЧС-1

28 февр./12 марта

Послание к пастырям еп. Виктора (Островидова) по поводу соблазнительной деятельности митр. Сергия.

Польский,
т. 2, стр. 76-77

Февраль

Открытое письмо еп. Павла (Кратирова) — "Наши критические замечания по поводу второго послания митр. Сергия".

Польский, Польский, т. 2

2/15 февр.?

Письмо (на денежном переводе) неизвестному адресату митр. Ташкентского и Туркестанского Никандра (Феноменова): "Печально, что еп. Виктор самочинствует. Печально, что его самочинству следуют другие..."

Февраль — март?

Принятие сторонниками митр. Иосифа документов с каноническим обоснованием своего отделения от митр. Сергия. Основные доводы: невозможность устранения правящего епископа (митр. Иосифа) "прежде соборного рассмотрения", которого не было (Двукр. Соб., пр. 14); 15-е пр. Двукр. Соб. говорит о Патриархе, прав которого митр. Сергий не имеет;

митр. Сергий не имел права вторгаться в управление епархией без согласия правящего архиерея (митр. Иосифа), 8-е пр. 3-го Всел. Соб., Антиох. 9-е, Карфаг. 64,67; не имел права поставлять викарных епископов без согласия митр. Иосифа и посылать нового митрополита (Серафима Чичагова), пока прежний еще жив, 6-е пр. 1-го Всел. Соб., 16-е пр. Двукр. Соб.;

невозможность поминать на одном месте двух имен: митр. Петра и митр. Сергия;

"...насильственные переводы епископов из одной епархии в другую правилами строго воспрещается, даже в случае, если бы клир и народ не принимали епископа (Ап. пр. 36), чего в отношении митр. Иосифа нет, или даже если бы было непреодолимое препятствие к принятию епископом управления епархией (6-го Всел. Соб. пр. 37)";

"...указывают на примеры принудительных переводов епископов с одной кафедры на другую в прежнее время. Но когда бывало, чтобы переводили одновременно свыше 40 епископов,

притом даже без их ведома? И бывали ли примеры, чтобы переведенный все-таки не давал согласия и не ехал, а требовал соборного рассмотрения своего дела? А если и бывали подобные примеры, то они никогда не считались нормальными";

"...Церковь Православная — Соборная (ср. 37 пр. Свв. Ап.), митр. Сергий (Страгородский) управляет Ею единолично и совершенно произвольно. Организация "Синода" и выбор членов его без совета с другими епископами; запрещение епископов в священнослужении без Собора, на что не дерзал даже и Святейший Патриарх Тихон и т. д.".

"...В этом усматривается уже нарушение догматического учения о Святой Церкви ("Верую во Единую Святую Соборную и Апостольскую Церковь")".

Снычев

20 февр./4 марта

Отделение от митр. Сергия в Вятской епархии еп. Яранского Нектария (Трезвинского) и еп. Илариона (Бельского) (видимо, в ссылке, т. к. последняя известная его кафедра — еп. Поречский, вик. Смоленский, по словарю митр. Мануила, а Снычев кафедру не указывает. — Л. Р.).

Снычев

2 марта?

Послание митр. Иосифа ленинградской пастве о том, что архипастыри Ярославской церк. области отделились от митр. Сергия, и он, приняв в этом участие, признает тем самым прежние распоряжения митр. Сергия не имеющими силы, требует канонически правильного решения судом епископов вопроса о переводе и до этого суда не считает себя вправе предоставить вверенную ему паству "произволу" "церковных администраторов", не пользующихся доверием, поручает временное управление епархией еп. Димитрию (Любимову), просит еп. Григория (Лебедева) продолжить управление Александро-Невской лаврой, призывая возносить свое имя (митр. Иосифа) за богослужением, несмотря на невозможность для него приехать в Ленинград.

митр. Елевферий
"Неделя в Патриархии"

1/14 марта

Письмо митр. Сергия "к какому-то недоумевающему о. протоиерею" по поводу своих канонических прав: "...Св. Патриарх все права и обязанности Патриарха передал митр. Петру (Полянскому), (которого, в сущности, правильнее было бы называть не местоблюстителем, а и.д. Патриарха), а последний без всяких ограничений передал эти права мне..."

1. Письмо митр. Кирилла
28.10/30.10 1929 г.
2. митр. Елевферий,
"Неделя в Патриархии"

14/27 марта

Постановление сергианского Синода о запрещении восьми архиереев, в т. ч. митр. Иосифа, митр. Серафима и др., кроме митр. Агафангела.

Снынев

16/29 марта

"Деяние Заместителя Патриаршего Местоблюстителя и временного при нем Патриаршего Синода".

Изложение основных пунктов обвинений, предъявленных митр. Сергию и сергианскому Синоду отделившимися архиереями и ответы на эти обвинения.

Изложение основных обстоятельств, связанных с заместительством митр. Сергия (факт неподчинения митр. Петру в передаче власти митр. Агафангелу скрыт — см. резолюцию и письмо от 31 мая/13 июня 1926 г. — Л. Р.).

"..Патриаршим Местоблюстителем является митр. Крутицкий Петр (Полянский), а его законным, по преемству власти, Заместителем — митр. Нижегородский Сергий". ("Преемство власти" — выражение крайне двусмысленное, заместитель мыслится только как исполнитель воли назначившего его первоиерарха, но отнюдь не как самостоятельный носитель власти — Л. Р.).

По поводу незаконного создания Временного Патриаршего Синода. Отмечая, что согласно решениям Собора 1917-1918 гг. Св. Синод избирается Собором, а не назначается Патриархом, "Деяние" указывает, что потому митр. Сергий и создал лишь временный Синод, до Собора. Ссылка на практику Св. Патриарха Тихона и Константинопольского Патриарха в отношении создания при себе Синода из приглашенных лиц.

Утверждение, что митр. Петр "без всяких ограничений передал эти права и обязанности митр. Сергию". (Митр. Петр этого не делал и не мог делать — Собор 1917-1918 гг. наследования власти не устанавливал — Л. Р.).

По поводу лояльного отношения к власти утверждается, что Декларация митр. Сергия ничем не отличается принципиально от заявлений подобного рода митр. Петра и самих отделившихся от митр. Сергия иерархов. Слова о "радостях и неудачах" относятся только к внешнему благополучию или, наоборот, бедствиям народной жизни, но не к распространению неверия, т. к. сказано "мы хотим быть Православными". (Это двусмысленное место "Декларации" может быть понято как призыв к духовному единению с властью, а не только к лояльности — Л. Р.).

По поводу перемещений указывается, что ему подвергались только епископы, лишенные возможности управлять своими епархиями (здесь проводится мысль, что функции правящего епископа — чисто административные и при аресте или ссылке сохранение за ним кафедры теряет всякий смысл. Но если митр. Сергий сохранял возношение имени ссыльного митр. Петра, то следовало по той же логике возносить имена всех ссыльных и заключенных правящих архиереев и всем им назначить временных заместителей — Л. Р.).

По поводу перемещения митр. Иосифа утверждается, что последнему следовало бы возражать и против его назначения на Ленинградскую кафедру митр. Сергием, если он не признает права митр. Сергия на перемещение епископов. (Назначение митр. Иосифа произошло на пустующую кафедру по избранию и настойчивым просьбам верующих, без возражений со стороны последнего или каких-либо архиереев. Другое дело — перемещение епископа против его воли и воли церковного народа или без ведома перемещаемого, ввиду его отсутствия, в чем и обвиняется митр. Сергий — Л. Р.).

Ссылка на молчаливое подчинение Церкви воле императоров, изгонявших и назначавших Патриархов, случай со св. Иоанном Златоустом. (Назначение и удаление церковных иерархов гражданской властью — это прямое насилие, с которым Церковь обычно мирилась. Совсем другое дело — такое насилие со стороны одного из церковных же иерархов, так что пример к делу не относится, ибо советская власть не претендовала на прямое назначение или запрещение епископов — Л. Р.).

Анализ канонов, позволяющих в исключительных случаях переводы правящих епископов по решению епископского Собора, утверждение, что Синод при митр. Сергии и является таким епископским Собором. ((Несколько неавторитетных епископов, подобранных из большого числа архиереев — какой же это "Собор"? — Л. Р.).

Основания для введения молитвенного поминания властей, примеры из практики древней Церкви — очень подробно.

Обвинение отделившихся епископов в учинении церковного раскола, на основании канонов, относящихся к власти митрополита или Патриарха. (Каноны эти к делу не относятся, т. к. митр. Сергий не есть Первоиерарх, а от Первоиерарха — митр. Петра — никто и не отделялся. — Л. Р.).

Приводятся письма некоторых ссыльных епископов, признавших митр. Сергия и одобривших его действия (все документы отмечены в настоящем Приложении — Л. Р.).

ЧС-1

25 марта/7 апр.

Письмо митр. Агафангела митр. Сергию по поводу обвинения в расколе и просьбы пересмотреть решение об отделении.

Отвергаются обвинения в расколе, поскольку "...мы ни одним словом не обмолвились, что отделяемся от Вас по разномыслию в вере, тайнодействии и молитве, а только в порядке административного управления, и притом до определенного, назначенного в конце заявления, времени".

Указано, что пересмотр решения будет возможен только по возвращении в Ярославскую епархию арх. Серафима.

Выражено несогласие с попыткой митр. Иосифа объединить вокруг себя всю оппозицию.

ЧС-1

Апрель

Письмо митр. Сергия митр. Агафангелу с утверждением, что административный разрыв с ним, митр. Сергием, равносилен разрыву с "Первым епископом" и означает раскол ("самочинное сборище") и повлечет за собой канонические санкции.

/. ЧС-1
2. Снычев

28 марта/ 10 апр.

Письмо митр. Новгородского Арсения митр. Сергию о том, что его недовольство некоторыми действиями митр. Сергия не дает повода обвинять его в расколе, т. к. действия митр. Иосифа и митр. Агафангела он не одобряет.

1. ЧС-1
2. Снычев

29 марта/ 11 апр.

Постановление № 76 митр. Сергия и сергианского Синода по делу "о нестроениях в Ленинградской, Ярославской, Вятском и Воронежской епархиях" — увольнения и запрещения архиереев.

По поводу поднятого митр. Агафангелом вопроса об административной власти: "административная власть епископа, а в данном случае Первоиерарха, зависит от его духовной власти, полученной им при хиротонии". И далее: поскольку митр. Сергий этой духовной власти не лишен, т. к. не был низложен церковной властью, то неподчинение ему... и т. д. (В данном случае речь идет о том, является ли митр. Сергий Первоиерархом, а вопрос о духовной власти, полученной им при хиротонии, как и любым другим епископом, к делу никакого отношения не имеет. — Л. Р.).

Преданы архиерейскому суду, запрещены в священнослужении и уволены на покой: митр. Иосиф (Петровых), еп. Иерофей (Афоник), еп. Евгений (Кобранов), арх. Серафим (Самойлович), арх. Варлаам (Ряшенцев). Последнее предупреждение митр. Агафангелу с угрозой запрещения.

ЧС-1

Апрель

Письмо митр. Иосифа к Тучкову с просьбой снять возводимые на него обвинения и разрешить въезд в Ленинград (разрешение не получено).

Снычев

Апрель

Арест и ссылка еп. Виктора (Островидова).

Снычев

27 апр./10 мая?

Письмо митр. Агафангела, еп. Евгения (Кобранова) Ростовского и арх. Варлаама (Ряшенцева), упр. Любимским вакариатством, о том, что они не порывают молитвенного общения с митр. Сергием, не отрицают принципиально его власть, как заместителя Местоблюстителя, раскола не учиняют, но распоряжения, смущающие религиозную совесть и, по убеждению пишущих, нарушающие каноны, выполнять не могли и не могут, иноепархиальных епископов, клириков и мирян в общение не принимают и направляют к митр. Сергию.

(Невыполнение распоряжений выражается прежде всего в том, что арх. Варлаам и еп. Евгений продолжают занимать свои кафедры, несмотря на увольнение митр. Сергием. — Л. Р.).

ЧС-1

17/30 мая?

Постановление № 110 митр. Сергия и сергианского Синода по делу Ярославской группы. Снятие запрещений с арх. Варлаама и еп. Евгения. Попытка интерпретировать решение Ярославских епископов как согласие на "административно-каноническое подчинение Заместителю с Синодом". По поводу пункта о "невыполнении распоряжений" выражено сожаление, что это отнимает надежду на "устранение произведенного соблазна", но, имея в виду "поспешность, с какою писалось это заявление", и "устные дополнения" в беседе с арх. Иувеналием (Масловским) и прот. Воробьевым, признать, что Ярославские архиереи выразили полный отказ от своего послания от 24.I/ 6.II 1928 г. и согласие на "административно-каноническое подчинение митр. Сергию и Синоду".

(Основное — ярославские епископы оставили за собой свободу выполнения или невыполнения распоряжений митр. Сергия, прежде всего о запрещениях епископов, поэтому нельзя говорить об "административно-каноническом подчинении". — Л. Р.).

ЧС-1

Май

Открытое письмо еп. Павла (Кратирова) Ялтинского: "О модернизированной Церкви или о Сергиевском православии".

Польский,
т. 2

10/23 июня?

Рапорт прот. Воскресенской церкви г. Майкопа еп. Феофилу (Богоявленскому) Кубанскому и Краснодарскому о своем запросе митр. Агафангелу по поводу канонического воссоединения последнего с митр. Сергием и получении положительного ответа.

ЧС-1

Июнь?

Послание арх. Серафима (Самойловича) из Буинического Свято-Духова монастыря Могилевской епархии с обвинением митр. Сергия в тяжком грехе "увлечения малодушных и немощных братии наших в новообновленчество".

/. "Царек. Вестник",
46, Белград, 1928
2. митр. Елевферий
3. Польский, т. 2, стр. 16

8/21 июля

Письма арх. Илариона (Троицкого) из Соловков частным лицам с осуждением действий отделившихся от митр. Сергия.

"...Возьмите деятельность хотя бы Синода с 1721 по 1917 г.г. Там, пожалуй, было больше сомнительного, и однако ведь не отделялись"..

По поводу переводов епископов: "...Что и других переводят, так что ж делать, поневоле делают, как им жить дома нельзя. Допрежде по каким пустякам должность меняли и еще рады были, а теперь заскандалили".

Снычев

24 июля/6 авг.?

Письмо митр. Иосифа еп. Димитрию (Любимову) по поводу "воссоединения" ярославской группы с митр. Сергием. (Основной пункт в позиции ярославской группы — свобода выполнения или невыполнения распоряжений митр. Сергия — остается неизвестным митр. Иосифу и его сторонникам — Л. Р.).

Резкие выражения в адрес ярославских епископов: "дезертиры", "изменники", "предатели".

Снычев

Сентябрь — октябрь?

Кратковременный перевод митр. Петра (Полянского) в Тобольск. Свидание в Тобольской тюрьме с Тучковым. Предложение отказа от местоблюстительства как условия освобождения. Подтверждение митр. Петром своего намерения оставаться Местоблюстителем. Продление срока ссылки на три года и возвращение митр. Петра в зимовье Хэ. Тяжелое состояние здоровья митр. Петра.

1. ЧС-2
2. Дейбнер

3/16 окт.

Кончина митр. Агафангела.

Снычев

28 ноября/11 дек.

Продолжительная беседа вернувшегося из ссылки еп. Дамаскина (Цедрика) с митр Сергием.

"...Если издали я еще предполагал возможность данных, коими бы оправдывалось поведение его, то теперь и эти предположения рушились", — писал еп. Дамаскин об этом свидании.

"...На мои два вопроса, — писал он митр. Сергию, — 1) считаете ли Вы, что решение Ваше является голосом соборного иерархического сознания Российской Церкви, и 2) имеете ли Вы основание считать Ваш личный авторитет достаточным, чтобы противопоставить его сонму маститых иерархов, совершенно не разделяющих Вашу точку зрения, — Вы не дали ответа".

Польский: "В посланиях к народу еп. Дамаскин подчеркивает упорство, с каким митр. Сергий продолжает игнорировать мнение... иерархов, несогласных с его курсом, как и голос возмущения верующих масс".

"...Неисчислимы, бесконечно тягостны внутренние последствия декларации — этой продажи первородства Истины за чечевичную похлебку лживых и неосуществимых благ", — писал еп. Дамаскин.

(Писем и посланий еп. Дамаскина у нас нет. — Л. Р.).

Польский, т. 1, стр. 160-161
1929

26 дек. 1928/8 янв. 1929

Письмо арх. Досифея (Протопопова) митр. Серафиму (Александрову), первому члену сергианского Синода, с опровержением мнения о своем сочувствии григорианам и с утверждением верности митр. Сергию и его Синоду.

ЧС-1

1928?

Издание листовки прот. Николая Люперсольского "Митр. Сергий — законный каноничный заместитель Патриаршего Местоблюстителя ".

Проводится идея о том, что Собор 1917/1918 гг. якобы установил право передачи всей полноты Патриаршей власти по завещанию. Приводится постановление Собора о правах и обязанностях Патриарха, которое, по мнению автора, определяет права и обязанности временного заместителя Патриаршего Местоблюстителя, т. е. митр. Сергия.

ЧС-1

1928?

Письмо "духовного старца о. Всеволода" о нестроениях в Церкви, вызванных иосифлянской оппозицией.

"...У вас произошло разделение на две части. Одни стоят за митр. Сергия (Страгородского) и за Синод, другие — против... И те и другие неправы. Митр. Сергий (Страгородский) и его Синод выпустили воззвание, в котором смешивают церковное дело с политикой, и совершают перемещение епископов помимо воли последних, издают распоряжения, которые по совести не могут исполнять многие Православные, и превышают свои церковные права — права лишь Заместителя Патриаршего Местоблюстителя. Все это вредные для Церкви мероприятия. Они составляют частное каноническое преступление и иже с ним.

Но не таковы еще эти преступления, чтобы можно было объявить митр. Сергия (Страгородского) безблагодатным и требовать немедленного разрыва молитвенного с ним общения.

Правы те, которые выставляют против митр. Сергия обвинения; но глубокая, ничем не оправдываемая ошибка их заключается в том, что они порвали общение с ним и даже объявляют его еретиком, а всех, находящихся в общении с ним, безблагодатными. Думаю, что они за это будут отвечать перед Господом. Есть, следовательно, неправда у одних, есть она и у других.

Взаимные прещения одной и другой стороны не имеют поэтому никакой силы, потому что при этих прещениях ни та, ни другая сторона не опирается на Истину Православия.

Лишь то запрещение влечет за собою лишение благодати, которое согласно с волей Божией. Если же этого согласия нет, то не только благодать не отымается и не посылается, но сама церковная жизнь показывает, что все такие действия Церковью не принимаются, хотя бы и совершали великие Вселенские Соборы и самые Православнейшие Патриархи и Синоды.

Таковы действия той и другой власти у нас. Обе не имеют догматической и канонической основы в своих прещениях друг на друга. И вы можете свободно ходить в те и другие храмы, моля Господа, чтобы Он дал каноническую правильность в отношениях между Православными и умирил бы Церковь Свою.

Нельзя ходить только к явным раскольникам: обновленцам, григорианам и украинцам. Этих последних бойтесь: они — безблагодатны..."

(Позиция автора близка к позиции митр. Агафангела — Л. Р.).

И. Снычев об о. Всеволоде: "...О. Всеволод — пришлец в Ленинград, а затем удаленный (видимо, сосланный — Л. Р.). Он был своего рода духовным старцем. Под его руководством находились многие православные жители г. Ленинграда... В то время, когда он находился вне пределов Ленинграда, в Ленинградской епархии возникли церковные смуты и нестроения. О своих смущениях они поведали своему духовному отцу, который не замедлил ответить им во утешение письмом...

Характерно, что о. Всеволод стоял на принципе отрицания церковных прещений, считая их недействительными в том деле, которое совершено иосифлянами и сергианцами. Конечно, в этом был его субъективный взгляд, основанный на ложных предпосылках.

Он смешал простые суждения о деяниях митр. Сергия с осуждением, завершенным молитвенно-каноническим разрывом с первоиерархом, которое неминуемо влечет за собой церковное отлучение (14 пр. Двукр. Собора)".

Снычев

10/23 янв.

Арест еп. Афанасия (Сахарова) в Соловецких лагерях, перевод на неделю на Соловецкие острова, где заразился тифом. В конце февраля — отправлен этапом на 3 года в Турухан-ский край.

Вестник РСХД,
№ 107, стр. 185

1929

Аресты и ссылки руководителей иосифлянского движения — митр. Иосифа, арх. Димитрия и других. Оставшихся возглавляет еп. Нарвский Сергий (Дружинин).

Снычев

1929

Митр. Сергий объявляет оппозицию контрреволюционной (где объявляет? — Л. Р.).

Арест 15 отделившихся от митр. Сергия епископов:

1. митр. Иосиф (Петровых) Ленинградский — в ссылке в Устюжском уезде Новгородской губ.

2. арх. Серафим (Самойлович) Угличский — в Соловках.

3. арх. Варлаам (Ряшенцев), быв. Пермский — в Ярославской тюрьме

4. еп. Димитрий (Любимов) Гдовский — в Ленинградской тюрьме

5. еп. Алексий (Буй) Уразовский — в Соловках

6. еп. Виктор (Островидов) Вятский — в Соловках

7. еп. Максим (Жижиленко) Серпуховской — в Соловках

8. еп. Афанасий (Молчановский) Сквирский — в Соловках

9. еп. Нектарий (Трезвинский) Яранский — в ссылке в Казани

10. еп. Иларион (Бельский) Почепский (?) — в Соловках

11. еп. Павел (Кратиров) Ялтинский — в Харькове, в ссылке

12. еп. Василий (Докторов) Каргопольский — в ссылке, неизвестно где

13. еп. Сергий (Никольский), быв. Бузулукский — в ссылке, неизвестно где

14. еп. Иосиф (?), быв. Бирский — в ссылке, неизвестно где 15. еп. Дамаскин (Цедрик) Глуховской — в тюрьме, в Москве.

Описание процедуры ареста у Дейбнера: "Арест епископов происходил следующим образом: агент ГПУ являлся к епископу и ставил ему следующий вопрос: "Как вы относитесь к декларации митр. Сергия (Страгородского)?" Если епископ отвечал, что он ее не признает, то агент заключал: "Значит, вы контрреволюционер". И епископ арестовывался".

Дейбнер

1929?

Увольнение с кафедр ссыльных украинских елископов митр. Михаилом (Ермаковым)

Дейбнер

26 — 29 янв./9 — 12 февр.

Торжественные богослужения в обновленческих храмах в Ленинграде архим. Василия Димопуло (представителя Вселенского Патриарха) с призывами к Русской Церкви объединиться вокруг обновленческого Синода в связи с подготовкой Вселенского Собора.

ВСС, 1929, № 5-6
(№ 38-39)

3/16 февр.

Выдача удостоверения митр. Сергием (№ 205) митр. Евлогию о подчинении последнему русских церквей в Зап. Европе.

ЖМП, № 6, 1931

14/27 февр.

Арест арх. Серафима (Самойловича) в Буиническом монастыре г. Могилева за послание против митр. Сергия от июня(?) 1928 г.

Польский,
т. 2, стр. 16

24 февр./8 марта

Выдача удостоверения (№ 34) митр. Сергием митр. Евлогию о бывш. братстве Св. Владимира в Берлине.

ЖМП, № 6, 1931

24 февр./8 марта

Постановление ВЦИК и СНК "О религиозных объединениях".

Н. Эшлиман, Г. Якунин,
Письмо Подгорному, 1965

9/22 апр.

Пасхальное приветствие обновленческому Синоду Патриарха Иерусалимского Дамиана.

ВСС, 1929, №- 7-8

30 апр./13 мая

Пасхальное приветствие обновленческому Синоду Константинопольского Патриарха Василия III с выражением печали по поводу разделения Русской Церкви.

ВСС, 1929, № 7-8

2/15 мая

1-е письмо митр. Казанского и Свияжского Кирилла (Смирнова), адресованное викарию Казанской епархии Афанасию (Малинину) и направленное для осведомления митр. Сергию из ст. Хантайка Туруханского района Красноярского округа.

Основные положения: "...Никакой заместитель по своим правам не может равняться с тем, кого он замещает, или совершенно заменить его. Заместитель назначается для управления текущими делами, порядок решения которых точно определен действующими правилами, предшествующей практикой и личными указаниями замещаемого... Коренное же изменение самой системы церковного управления, на что отважился митр. Сергий, превышает компетенцию и самого Местоблюстителя Патриаршего Престола".

Митр. Сергий, "...восхищая права Собора церковного, учреждает коллегиальное церковное управление в виде так наз. Временного Патриаршего Синода, приостанавливая тем действенность и обнаружение законной единолично-преемственной власти".

"...До тех пор, пока митр. Сергий не уничтожит учрежденного им Синода, ни одно из его административно-церковных распоряжений, издаваемых с участием т. н. Патриаршего Синода, я не могу признавать для себя обязательным к исполнению. Такое отношение к митр. Сергию и его Синоду я не понимаю как отделение от руководимой митр. Сергием части Православной Церкви, т. к. личный грех митр. Сергия относительно управления Церковью не повреждает содержимого и этой частью Церкви — православно-догматического учения".

"...Литургисать с митр. Сергием и единомысленными ему архипастырями я не стану, но в случае смертной опасности, со спокойной совестью приму елеосвящение и последнее напутствие от священника сергиева поставления..."

"...Возношение имени митр. Сергия не может возлагаться на ответственность мирян и не должно служить для них препятствием к посещению богослужения и принятию Св. Даров в храмах, подчиняющихся митр. Сергию, если в данной местности нет храма, хранящего неповрежденным свое каноническое отношение к Местоблюстителю Патриаршего Престола".

"...Известные мне неоднократные попытки личных и письменных братских увещаний, обращенных к митр. Сергию со стороны почившего ныне митр. Агафангела, митр. Иосифа, с двумя его викариями, архиеп. Угличского Серафима, еп. Вятского Виктора, не могли вернуть митр. Сергия на надлежащее место и к подобающему образу действия. Повторять этот опыт было бы бесполезно..."

(Здесь при цитации писем фамилии епископов для краткости опущены — Л. Р.).

1. ЧС-1
2. ЧС-2
3. Сб. док.

Май

Приглашение митр. Ленинградского Серафима (Чичагова) к еп. Дамаскину (Цедрику) стать его помощником. Отказ еп. Дамаскина от этого предложения.

Еп. Дамаскин организует посылку гонца к митр. Петру в пос. Хэ. Посланец застает митр. Петра совершенно больным и неосведомленным о церковных событиях. "Дедушка (т. е. митр. Петр) говорит о положении и дальнейших выводах из него почти моими словами", — писал еп. Дамаскин в одном из своих писем. Однако письменного ответа посланцу митр. Петр не дал, опасаясь, что агенты НКВД раздуют дело о контрреволюционной организации, и попросил посланца как можно скорей уехать. "Письменного ответа еп. Дамаскин от митр. Петра никогда не получал", — пишет Польский.

Примечание составителя: прот. Польский явно не знаком с приписываемым митр. Петру письмом от 13/26 февраля 1930 г. Сопоставление описанного эпизода с этим письмом повышает достоверность того и другого факта, каждый из которых известен из различных источников.

Польский,
т. 1, стр. 161

24 июля/6 авг.

Постановление митр. Сергия и сергианского Синода об отношении к священнодействиям, совершаемым раскольничьим клиром.

Приравнивание отделившихся епископов (митр. Иосифа, еп. Димитрия Любимова еп. Алексия Буй), как запрещенных в священнослужении, к обновленцам и григорианам. Таинства, совершенные ими, кроме крещения, признаются недействительными.

"Умерших в обновленчестве и в указанных расколах не следует хотя бы и по усиленной просьбе родственников отпевать, как и не следует совершать по их и заупокойную литургию. Разрешать только проводы на кладбище с пением "Святый Боже".

ЧС-1

5/18 сент.

1-е письмо митр. Сергия митр. Кириллу (исх. № 3193). Основные положения:

"...С титулом "Заместитель" произошло у нас то же, что и с титулом "Патриарший Местоблюститель". В завещании Св. Патриарха говорится только о переходе патриарших прав и обязанностей, и уже сам Владыка митр. Петр решил именоваться "Патриаршим Местоблюстителем", по букве же завещания его титул должен бы быть "исполняющий обязанности Патриарха". В свою очередь и Владыка митр. Петр не называет меня в своем распоряжении "Заместителем", а говорит только о временном переходе ко мне прав и обязанностей Местоблюстителя. Значит, и мой титул, собственно, "вр. исполн. обяз. Патр. Местоблюстителя", и уже потом за мной установился титул "Заместитель"... Несообразно и мои полномочия определять, играя на ходячем смысле слова "заместитель..." По поводу Синода и сравнения его с Коллегией ВВЦС: "...Коллегия учреждалась взамен единоличного заместительства и назначалась управлять Церковью в отсутствие Первоиерарха, а Синод утвержден при Первоиерархе, причем в 1927 г. я нарочито оговорил, что наш Синод не имеет полномочий на управление без меня. Коллегия действительно угрожала целости патриаршего строя, а Синод угрожать не может. Наоборот, давая патр, управлению возможность правильно функционировать, Синод может служить к оправданию и утверждению идеи патриаршества в нашем церковном сознании и, следовательно, к сохранению у нас патриаршества..."

По поводу административного разрыва:

"...Не признавая нас, таким образом, ни раскольниками, ни безблагодатными и не имея, следовательно, дозволенных оснований для раскола, Вы, однако, с нами порываете общение. Можно ли с Вами согласиться, что раскола Вы не учиняете и остаетесь в мире со Св. Церковью?"

"Вы порвали с нами евхаристическое общение и в то же время не считаете ни себя учинившими раскол, ни нас стоящими вне Церкви. Для церковного мышления такая теория совершенно неприемлема — это попытка сохранить лед на горячей плите. Из всех видимых связей церковного тела — евхаристическое общение есть самое существенное, настолько, что при его отсутствии остальные связи единства не удержат".

Призыв к пересмотру позиции и угроза канонических санкций.

1. ЧС-1
2. Снычев

6/19 окт.

Вручение письма митр. Сергия от 5/18 сент. митр. Кириллу уполномоченным от канцелярии Синода, приехавшим в г. Енисейск.

1. 2-е письмо
митр. Кирилла
2. Снычев

28 — 30 окт./10 — 12 ноября

2-е письмо ("отзыв") митр. Кирилла митр. Сергию. Основные положения:

"Не стану оспаривать желательной Вам терминологии для обозначения Ваших церковных полномочий (дело не в терминах, а в деле), но со всею решительностью отвергая приписываемую мне склонность "играть" термином "Заместитель", продолжаю думать и утверждать, что Вы действительно превзошли "всякую меру самовластия, посягнув самочинно на самые основы нашего патриаршего строя".

"...При наличии такого управления, Ваша единоличная преемственная власть, конечно, приостановила свою действенность и обнаружение. Вы сами отказались от этой власти, распыливши принятую на себя ответственность за ход церковной жизни на безответственную Коллегию".

Приводя пример ряда конкретных актов по делам управления Церковью, принятых митр. Петром в 1926 г. (деловые сношения с митр. Агафангелом), митр. Кирилл пишет:

"...Становясь на Вашу точку зрения равенства Ваших прав с правами митр. Петра, мы, при наличии подобных актов, имели бы одновременно два возглавления нашей Церкви: митр. Петра и Вас. Но этого в Церкви быть не может и Ваши права в ней только отражение прав митр. Петра и самостоятельного светолучения не имеют. Принятие же Вами своих полномочий от митр. Петра без восприятия их Церковью в том порядке, как совершилось восприятие прав самого митр. Петра, т. е. без утверждения епископатом, ставит Вас перед Церковью в положение только личного уполномоченного митр. Петра, для обеспечения на время его отсутствия сохранности принятого им курса церковного управления, но не в положение заменяющего главу Церкви или "первого епископа страны".

"...Как бы ни подчеркивали Вы строгость суждения канонов, на какие ссылаетесь в обличение непослушных Вам, Ваши толкования производят малое впечатление и на непослушных, и на всё церковное общество, совершенно перестающее доверять диалектической канонике, развившейся у нас до ужасающих размеров с появлением обновленчества. Вспомните, как на основании канонического буквализма учредительный обновленческий так называемый Собор 1923 г. осудил Патриарха не только на лишение сана, но и монашества. Поэтому не злоупотребляйте, Владыко, буквой канонических норм, чтобы от святых канонов не остались у нас просто каноны. Церковная жизнь в последние годы слагается и совершается не по буквальному смыслу канонов. Самый переход патриарших прав и обязанностей к митрополиту Петру совершился в небывалом и неведомом для канонов порядке, но церковное сознание восприняло этот небывалый порядок как средство сохранения целости патриаршего строя, считая последний главным обеспечением нашего Православного бытия, особенно ввиду обновленческого отрицания идеи патриаршества".

По поводу хулителей таинств, совершаемых сергианским духовенством:

"...О единственно же возможном для меня отношении к ним Вы имеете полную возможность судить хотя бы по тому ужасу, с каким "отталкивал я от себя мысль о безблагодатности совершаемых сергианами священнодействий и таинств". Вы сами отмечаете этот мой ужас и, приобщая после сего и меня к таким хульникам, говорите просто неправду".

"...Вы, однако, не осмеливаетесь найти более любовный способ воздействовать на них, как воспрещение "несмотря ни на какие просьбы", отпевать умерших в отчуждении от Вашего церковного управления. Не говоря уже о перемазывании крещеных, тем же Св. Миром помазанных, каким намазуют и послушные Вам священники, — или о перевенчании венчанных".

"...Вызванный Вашей деятельностью, не для всех еще ясный спор церковный закрепляете как непримиримую церковную вражду".

"...Не забудьте, что вражду такую Вы создаете... главным образом с теми, кто за время существования обновленчества разных призывов своим Православным чутьем, не зная писаных законов, бозошибочно определяли подлинную церковную правду и возвращали к ней самих пастырей, пошатнувшихся было на своей церковной стезе вследствие книжнического пользования писаными правилами. В постановлении Вашего Синода за № 1864 послышался мне подобный приговор иудейских первосвященников: "народ сей, иже не весть закона, прокляти суть" (Ин. УП,49).

Происходит это оттого, конечно, что отрицательное отношение к Вашей деятельности по управлению церковному Вы с Синодом воспринимаете как отрицание самой Церкви, Её таинств и всей Её святыни. Поэтому же Вас так изумляет, что, воздерживаясь от совершения с Вами литургии, я не считаю, однако, ни себя, ни Вас стоящим вне Церкви... Я воздерживаюсь литургисать с Вами не потому, что тайна Тела и Крови Христовых будто бы не совершится при нашем совместном служении, но потому, что приобщение от чаши Господней обоим нам будет в суд и осуждение, так как наше внутреннее настроение, смущаемое неодинаковым пониманием своих церковных взаимоотношений, отнимает у нас возможность в полном спокойствии духа приносить милость мира, жертву хваления. Поэтому во всей полноте свое воздержание я отношу только к Вам и единомысленным с Вами архиереям, но не к рядовому духовенству и тем менее к мирянам. Среди рядового духовенства очень немного сознательных идеологов Вашей церковной деятельности..."

ЧС-1
2. ЧС-2
3. Сб. док.
4. Снычев

Ноябрь

Арест еп. Дамаскина (Цедрика), проживавшего в Стародубе, по обвинению стародубского благочинного, ревностного сторонника "декларации". Ссылка на Соловки.

"...Я прихожу к мысли, что даже решительное слово митр. Петра ("дедушки") не изменит существенно положения",— писал еп. Дамаскин перед арестом.

Польский: "В этот период своей жизни в Стародубе он приучает своих друзей и последователей к мысли, что христианство на Руси вынуждено будет уйти в подполье. Влиять на широкие слои народа потеряна всякая возможность".

Польский,
т. 1, стр. 161

26 ноября/9 дек.

Разбор постановления группы Ярославских иерархов об отложении от митр. Сергия, написанный митр. Литовским и Виленским Елевфёрием (Богоявленским) — приложен к работе "Неделя в Патриархии".

В основном — повторение аргументов митр. Сергия, с добавлением личных характеристик, бросающих тень на отделившихся, в особенности на митр. Иосифа, и оправдывающих сергианских деятелей. В частности, по поводу арх. Алексия Симанского, вызывавшего большие нарекания среди иерархов:

"...Лично мне и раньше, до поездки в Патриархию, по газетным сообщениям было известно, что... когда он был еще викарием в Петрограде, а потом вр. управляющим Петроградскою епархией, арх. Алексий (Симанский), ныне Хутынский, впал в обновленчество... Об Алексии (Симанском) мне известно, о чем мне говорил и митр. Сергий (Страгородский), что действительно он впал в обновленчество, именно, когда оно еще только появилось, но был недолго в нем, скоро осознал свою ошибку и, управляя Петроградской епархией, потом так круто повернул вправо, что последние постарались отправить его в ссылку в Сибирь, где он, заглаживая свою бывшую ошибку, пробыл 3 года..."

митр. Елевферий
"Неделя в Патриархии"

1930

дек. 1929/2 янв. 1930

2-е письмо митр. Сергия митр. Кириллу:

"...Не ограничивает моих полномочий и то обстоятельство, получил я их не непосредственно от Св. Патриарха, а от Местоблюстителя... Смысл единоличного Заместительства в том и состоит, что патриаршая власть всегда остается в Церкви налицо во всем её объеме, хотя бы она в данных руках была лишь на очень короткое время и хотя бы до этих рук она. дошла через много промежуточных ступеней.

...Вы опасаетесь, как бы при неограниченности прав Заместителя у нашей Церкви не оказалось двух глав. В 1922 году, при жизни Св. Патриарха, митрополит Агафангел вступил в управление Церковью в качестве его Заместителя, однако тогда никто не думал о двух главах: все понимали, что при невозможности для Святейшего управлять Церковью, кто-то должен это взять на себя. Кстати, тогда никого не смущало и поминовение имени Заместителя наряду с именем Патриарха. Настоящее же наше положение вполне аналогично тогдашнему...

По Вашим словам, меня Синод ограничивает до такой степени, что из учредителя я превращаюсь в синодального уполномоченного; при Патриархе же будто бы были только советники, но не было соправителей. Однако буква соборного Положения... не подтверждает таких... представлений. Правда, п. 20 предоставляет Патриарху право, в случае нужды, делать распоряжения даже в отмену синодальных решений. Но эта прерогатива Патриарха, данная ему для случаев чрезвычайных, отнюдь не превращает Синод в ничто при обычном течении дел... Члены Синода и участвуют не только в обсуждении как советники, но и в постановлении, как соправители, и, подписав постановление, несут за него, вместе с Патриархом, каждый свою долю ответственности. Так было при членах, выбранных на Соборе, так было и потом, например, в 1924 году. Было бы неожиданным делать отсюда вывод, что Патриарх превращался в синодального уполномоченного. Но еще менее оснований называть так меня, когда полномочия Синода зависят от моих и с прекращением их прекращаются...

"...Главным мотивом отделения служит наша декларация. В ней наши противники, сами не отрицающие обязательности для каждого христианина гражданской верности (например, епископ Виктор Островидов), не совсем последовательно увидели заявление не таких же, как и они, земных людей, граждан СССР, а заявление самой Церкви, как благодатного учреждения. Отсюда крики о подчинении Церкви государству, Царства Божия — царству мира, и даже Самого Христа — велиару. Упразднением Синода таких фанатиков не примирить: они требуют, чтобы мы возвратились к узконациональному пониманию христианства, когда идея Вселенской Церкви подменилась идеей Православно-русского государства.

Нет ничего неожиданного в том, что среди оппозиции стоят, по Вашим словам, люди, проявившие много усердия по борьбе с обновленчеством. Это говорит только о том, что многие восставали и против обновленчества не потому, что это было церковное бесчиние, а больше потому, что оно "признало Советскую власть". Недаром и теперь кое-кто спрашивает, какая же разница у нас с обновленцами, если мы "за Советскую власть".

Ваше отмежевание от некоторых крайних выражений оппозиции нисколько не исправляет Вашего канонического положения. Если, как я указывал в прошлом письме, наша оппозиция уже сорганизовалась в отдельное общество и "поставила свой алтарь", то не имеет существенного значения, все ли заблуждения этого общества Вы разделяете, или некоторые, важно, что ради общения с ним, Вы готовы расторгнуть общение с нами.

...По поводу моих ссылок на правила Антиох. 2 и Апост. 8, Вы советуете мне "не злоупотреблять буквой канонических норм". По Вашим словам, "на основании канонического буквализма" обновленцы в 1923 году "осудили" Святейшего Патриарха не только на лишение сана, но и монашества". До сих пор мы думали, что обновленчество и состоит в отказе от руководства канонами и, в частности, осуждение Святейшего рассматривали как самое яркое и наглое нарушение и смысла и буквы канонов...

...Вы хотите считать наши отношения как бы частным делом, которое других не касается... не может быть частным делом евхаристический разрыв старейшего митрополита и первого кандидата в Местоблюстители с правящим Заместителем. Вы можете сколько угодно писать о необязательности для мирян разрывать общение с нами. Но если Вы порываете, то каждый мирянин может задаться вопросом — не должен ли и он порвать. В результате великий церковный соблазн и разделение, а достаточно оснований для него по канонам не имеется".

Письмо кончается назначением крайнего срока, 2/15 февраля 1930 г., для выражения митр. Кириллом канонического послушания и отказа от общения с раскольниками, с этого срока вступает в силу предание митр. Кирилла суду Собора архиереев, увольнение его от управления Казанской епархией, допущение сослужения с митр. Кириллом только при условии поминовения им Православного архиерея.

1. ЧС-1
2. ЧС-2
3. Снынев

2/15 февр.

Вступление в силу постановления митр. Сергия относительно митр. Кирилла.

2-е письмо
митр. Сергия

20 янв./2 февр.

Послание Папы Пия XI с призывом к верующим всего мира о молитве за гонимую Русскую Церковь.

"...Мы испытываем глубочайшее волнение при мысли об ужасных и святотатственных преступлениях, которые умножаются и усиливаются с каждым днем и которые направлены как против Господа Бога, так и против душ многочисленного населения России, дорогого нашему сердцу, хотя бы уже из-за величия его страданий...

...Рост такого зверства и безбожия, поощряемый государственной властью, требует всеобщего и торжественного возмещения и ответа...

...Ввиду этого, Мы, стремясь сами возможно лучшим образом совершать искупительный акт за все эти надругательства и кощунства, а также для того, чтобы призвать к этому всех верующих всего мира, постановили отправиться в день Св. Иосифа, 19 марта сего года, в нашу базилику Св. Петра и совершить на гробе Первоверховного апостола св. Литургию, для умилостивления и искупления стольких преступных оскорблений, нанесенных Сердцу Христову, для моления о спасении стольких душ, подвергнутых тяжелому испытанию, и об облегчении участи любимого нами русского народа, дабы кончилась, наконец, эта великая мука и народы и отдельные люди вернулись возможно скорее во единое стадо Единого Спасителя и Освободителя Господа нашего Иисуса Христа. Испросив у Его Святейшего Сердца прощение и милость для жертвы и для самих палачей, мы будем молить Святую и Непорочную Деву Марию, Матерь Божию, Её пречистого обручника Св. Иосифа, покровителя вселенской церкви, св. покровителей России, св. Ангелов, св. Иоанна Крестителя, св. Николая Чудотворца, св. Василия Великого, св. Иоанна Златоуста, святых Кирилла и Мефодия, а также и всех святых, в особенности же св. Терезу Младенца Иисуса, которой мы особо препоручили попечение об этих душах...

Уверенные в том, что Божественное Провидение, в час им предназначенный, подготовит и даст соответствующие средства для восстановления из нравственных и материальных развалин этих огромных пространств, составляющих шестую часть суши, мы будем продолжать со всей силой души эти молитвы об восстановлении и умилостивлении, которые, веруем Мы, привлекут Божественное милосердие к русскому народу..."

Китеж, 1930,
№ 1, стр. 1-5

2/15 февр.

Интервью представителей советской печати с митр. Сергием, подписанное также митр. Серафимом Тверским, арх. Алексием (Симанским), арх. Филиппом (Гумилевским), еп. Питиримом (Крыловым). Отрицание факта гонений на Церковь в СССР.

По поводу обращения Папы Римского в защиту гонимой Русской Церкви:

"...Мы считаем излишним и ненужным это выступление папы Римского, в котором мы, Православные, совершенно не нуждаемся. Мы сами можем защищать нашу Православную Церковь. У папы есть давнишняя мечта окатоличить нашу Церковь, которая, будучи всегда твердой в своих отношениях к католицизму, как к ложному учению, никогда не сможет связать себя с ним какими бы то ни было отношениями".

По поводу выступления Архиепископа Кентерберийского:

"...Оно грешит той же неправдой насчет якобы преследований в СССР религиозных убеждений, как и выступление Римского папы... пахнет подталкиванием паствы на новую интервенцию, от которой так много пострадала Россия".

1. Известия,
№ 46, 1930
2. Беднота,
№ 39, 1930

Начало года

Данные о закрытии храмов к концу 1929 — началу 1930 г.

"Труд", Ростов, 1929, декабрь:

В Москве до революции — 675 церквей, в 1926 — 287.

В России закрыто молитвенных домов:

в 1927 — 134; в 1928 — 542; в том числе 445 церквей, 59 синагог и 38 мечетей; до августа 1923 — 572; в том числе 540 церквей, 63 синагоги и 18 мечетей, в течение 1929 — всего 1000 молитвенных домов.

"Известия", 1929, 22 марта: в 1928 закрыты 345 церквей приходских и 88 монастырских.

По Украине: за пять лет, до окт. 1929, закрыто 364 молитв. дома (в среднем по 6 в месяц); с октября 1929 по февраль 1930 — 202 (в среднем по 50 в месяц).

Январь 1930: снятие колоколов в Тамбове, Нежине, Чернигове. Запрещен колокольный звон в Москве, Ярославле, Пскове (по сов. газетам: Известия 1930, 30 янв.; Безбожник, 1930, № 5 и др.).

Путь, 1930,
№ 23, стр. 70-78

5/18 февр.

Интервью иностранных корреспондентов с митр. Сергием, подписанное им одним. Содержание аналогичное.

Сообщены данные о состоянии патриаршей Церкви: приходов около 30.000, священников значительно больше (1-3 на приход), 163 епископа, "находящихся в каноническом подчинении Патриархии, не считая епископов, пребывающих на покое и находящихся в молитвенном общении с Патриархией".

За границей: в Зап. Европе — митр. Евлогий, в Литве — митр. Елевферий, в Японии — арх. Сергий (Тихомиров), в Китае — еп. Нестор (Анисимов).

Митр. Евлогий по поводу "интервью" митр. Сергия.

"...Оказывается, что текст большевики дали митрополиту Сергию за неделю до интервью, а потом держали его в изоляции. Перед ним встала дилемма: сказать журналистам, что гонение на Церковь есть, — это значит, что ВСЕ тихоновские епископы будут арестованы, т. е. вся церковная организация погибнет; сказать "гонения нет" — себя обречь на позор лжеца... Митрополит Сергий избрал второе. Его упрекали в недостатке веры в несокрушимость Церкви. Ложью Церковь все равно не спасти. Но что было бы, если бы Русская Церковь осталась без епископов, священников, без таинств, — этого и не представить... Во всяком случае, не нам, сидящим в безопасности, за пределами досягаемости, судить митрополита Сергия..." (Евлогий, стр. 621).

Известия,
№ 49. 1930

6/19 февр.

Памятная записка митр. Сергия о нуждах Православной патриаршей Церкви в СССР для тов. Смидовича.

ЧС-1

8/21 февр.

Арест еп. Козловского Алексия (Буй).

Польский,
т. 2, стр. 16

Начало 1930 г.

Уход (под влиянием бесед с митр. Кириллом) Амфилохия (Скворцова), еп. Енисейского и Красноярского, в таежные леса, где он основал свой скит.

Снычев

Начало 1930 г.

Отделение от митр. Сергия еп. Ижевского Синезия (Зарубина).

Снычев

1930 год

Арест еп. Нарвского Сергия (Дружинина), возглавляющего иосифлянскую оппозицию.

Снычев

Начало года

Моление за Русскую Церковь.

Митр. Евлогий: "В начале поста 1930 г. архиепископ Кентерберийский пригласил меня в Лондон на однодневное моление о страждущей Русской Церкви. Я решил ехать. За нас будет молиться вся Англия, а я останусь в Париже безучастным свидетелем единодушного сочувствия всех Церквей к страждущей нашей Церкви? Невозможно! Моя совесть повелительно требовала моего участия в этих молитвах; так же, несомненно, была настроена и моя паства.

Я провел в Англии с неделю. Давно я не испытывал такого светлого чувства братской христианской любви между Церквами, какое испытал в эти незабываемые дни, когда вся церковная, верующая Англия коленопреклоненно молилась о прекращении тяжких страданий нашей Русской Православной Церкви... Политических целей я никаких в Англии не преследовал и с политическими речами нигде не выступал. Всюду, где мне приходилось говорить речи, я лишь благодарил за сочувствие, просил и впредь поддерживать нашу страдалицу Мать-Церковь своими молитвами. И вот, эти выступления и послужили поводом к строгому запросу из Москвы от митрополита Сергия: на каком основании вы позволили себе разъезжать по Англии, призывая к протесту против СССР? Тут же было высказано требование свою поездку осудить и дать обязательство такого рода выступления более не повторять... Горько мне было читать эти несправедливые упреки, продиктованные внушениями советской власти, и я резко ответил митрополиту Сергию, что моление в Англии имело не политический, а религиозный характер: это был протест религиозной и вообще человеческой совести против страшных гонений на Церковь в советской России; доказательством тому — договор английского правительства с СССР, заключенный как раз во время моего пребывания в Англии".

Оценка А. В. Карташевым молитвенного движения против коммунизма ("Китеж", 1930, № 1,стр.16).

"Мы ждем от европейцев и христиан гордой брезгливости к кровавым чудовищам, позорящим XX век христианской цивилизации.

И какое счастье и какая радость, что призывы к моральной изоляции мировых московских преступников исходят из среды христианских исповеданий. Лицемерная корыстная тактика безрелигиозных политиков должна быть изобличена носителями заветов Евангелия. Христиане чрезмерно деликатно уступили влияние на мировое общественное мнение лаически настроенным профессиональным политикам. И они довели до мировой опасности бесчеловечного коммунизма.

Довольно этой ложной христианской скромности. Высоко и властно поднимем над близоруким материализмом знамя Богочеловека, знамя Господа нашего Иисуса Христа, и мировой голос христианской совести да сокрушит иерихонские стены коммунистической бастилии".

митр. Евлогий,
стр. 621-622

13/26 февр.

Письмо митр. Петра из зимовья Хэ митр. Сергию, как сообщается в письме, — в дополнение к ранее направленному письму (видимо, недошедшему до адресата?).

"...Я постоянно думаю о том, чтобы Вы являлись прибежищем для всех истинно-верующих людей. Признаюсь, что из всех огорчительных известий, какие мне приходилось получать, самыми огорчительными были сообщения о том, что множество верующих остаются за стенами храмов, в которых возносится Ваше имя. Исполнен я душевной боли и о возникающих раздорах вокруг Вашего управления и других печальных явлениях. Может быть эти сообщения пристрастны, может быть я достаточно не знаком с характером и стремлениями лиц, пишущих мне. Но известия о духовном смятении идут из разных мест и главным образом от клириков и мирян, оказывающих на меня сильное давление.

На мой взгляд, ввиду чрезвычайных условий жизни Церкви, когда нормальные правила управления подвергаются всяким колебаниям, необходимо поставить церковную жизнь на тот путь, на котором она стояла в первое Ваше заместительство. Вот и благоволите вернуться к той, всеми уважаемой Вашей деятельности. Я, конечно, далек от мысли, что Вы решитесь вообще отказаться от исполнения возложенного на Вас послушания — это послужило бы не для блага Церкви. Повторяю, что очень скорблю, что Вы не писали мне и не посвятили в свои намерения. Раз поступают письма от других, то несомненно дошло бы и Ваше. Пишу Вам откровенно, как самому близкому мне Архипастырю, которому многим обязан в прошлом и от святительской руки которого принял постриг и благодать священства..."

ЧС-1

24 мая/4 июня

Запрещение в священнослужении, наложениое на еп. Ижевского Синезия (Зарубина) за разрыв канонического общения с митр. Сергием.

ЖМП, № 4, 1931

28 мая/10 июня

Постановление митр. Сергия и сергианского синода об увольнении митр. Евлогия от должности Управляющего русскими церквами в Зап. Европе за организацию молений в защиту Русской Церкви. Временное назначение на этот пост арх. быв. Белостокского Владимира (Тихоницкого).

ЖМП, № 2, 1931

8/21 июля

Письмо митр. Евлогия митр. Сергию с отказом подчиниться увольнению и с сообщением о разрыве административно-канонических отношений с Патриархией.

ЖМП, № 2, 1931

15/28 окт.

Письмо митр. Сергия митр. Евлогию.

"...Свой административный разрыв с Патриархией Ваше Высокопреосвященство хотите обосновать на указе Св. Патриарха от ноября 1920 года. Но указ этот предусматривает, так сказать, физическую невозможность сношений с Церковным центром, у нас же с Вами, по Вашему собственному признанию, скорее только взаимное непонимание". (Церковным Центром является митр. Петр, с которым действительно нет физической возможности сношений, в силу чего вступает в силу указ 1920 года, по крайней мере, в отношении вопросов принципиального характера, не входящих в компентенцию заместителя — Л. Р.).

"...Вы успокаиваете себя (по примеру Карловацкой группы) тем, что порывая с теперешним Московским Церковным центром, Вы будто бы не порываете с Русской Церковью. Увы, это теперь уже избитая "лесть" (самообман) всех, не желающих подчиниться неугодному им распоряжению Патриархии, и; в то же время, не имеющих смелости открыто учинить раскол (п. ч. они сознают отсутствие достаточных оснований)... Отказав в подчинении Заместителю, Вы окажетесь ослушником и Местоблюстителя и потому напрасно будете прикрываться возношением имени последнего, по примеру других раскольников". (Митр. Сергий упорно загоняет всех в альтернативу — или безоговорочное подчинение ему, или раскол. Между тем, альтернатива ложна — Л. Р.).

ЖМП, № 2, 1931

26 ноября/9 дек.

Письмо митр. Евлогия с подтверждением своего разрыва с митр. Сергием.

11/24 дек.

Упразднение митр. Сергием и сергианским Синодом Епархиального управления в Париже, запрещение митр. Евлогию и единомысленным с ним епископам совершать рукоположения, угроза запрещения в священнослужении, подчинение приходов Зап. Европы митр. Литовскому Елевферию.

1930 год

Встречи прот. М. Польского в ссылке с "непоминающим" арх. Серафимом (Звездинским) и другими "непоминающими".

"...В 1930 г., перед своим уходом за границу, автор снесся с архиепископом Серафимом (Звездинским), который в глухой деревне совершал ночные службы, и верные люди, приезжая даже из дальнейших мест, попадали к нему не с улицы, а через пустыри и задворки. Близкую знакомую автора напутствовал и хоронил в том же году также бывший соловчанин, горячо выразивший свой протест лично митр. Сергию, священник о. Алексей Шишкин, скрывавшийся и переходивший с места на место. Сам автор после оставления ссылки на нелегальном положении путешествовал по России и имел предложение от друзей быть стекольщиком или печником и с такой профессией посещать дома верующих".

1931

1/14 янв.

Приветственная рождественская грамота Вселенского Патриарха Фотия II обновленческому Синоду с выражением скорби об отсутствии "умиротворения" в Русской Церкви.

Приветственная рождественская грамота Патриарха Иерусалимского Дамиана обновленческому Синоду.

ВСС, 1931, № 1-2

Февраль

Поездка митр. Евлогия к Вселенскому Патриарху Фотию II с просьбой о принятии своей митрополии в каноническое общение. Согласие Патриарха Фотия II.

митр. Евлогий,
стр. 623-627

Апрель

Закрытие храма свв. мчн. Кира и Иоанна в Москве. Приход "непоминающих" — настоятель о. Серафим Битюгов.

Свидетельство
Очевидцев

Апрель

Пасхальные приветствия обновленческому Синоду Патриарха Фотия II и Дамиана Иерусалимского.

ВСС, 1931, № 5-6

Начало года

Публикация списка обновленческих епархий и епархиальных архиереев (130 архиереев, в т.ч. 27 митрополитов, публикация списка зарубежных епархий не закончена).

ВСС, 1931, № 1-2

Начало апреля

Закрытие в канун Благовещения храма Св. Николая на Маросейке. Приход "непоминающих" — настоятель о. Сергий Мечев.

Свидетельство
очевидцев

17/30 апр.

Постановление по делу митр. Евлогия, принятого в общение Патриархом Константинопольским. Запрещение митр. Евлогия в священнослужении и признание недействительными совершаемых им и его сторонниками распоряжений и священнодействий.

ЖМП, 1931, № 6

1931 год

Выход в свет № 1 Журнала Московской Патриархии. Статья митр. Сергия "О полномочиях Патриаршего Местоблюстителя и его Заместителя".

Передачу власти Патриархом Тихоном по завещанию митр. Сергий объясняет отсутствием в это время Высш. Церк. Управления.

"...Оставался единственный путь к сохранению этой власти: личным Патриаршим распоряжением указать лицо, которое бы по смерти Патриарха восприняло всю полноту Патриаршей власти для передачи будущему Патриарху...

...Он... имел на то особое поручение от Собора 17-18 г.г., предложившего ему такую передачу власти временному носителю в случае, когда не окажется в наличии Собором уполномоченного учреждения".

Утверждается, что митр. Петр передал заместителю всю полноту своих местоблюстительских прав, на том основании, что в распоряжении митр. Петра от 6 дек. 1925 г. нет оговорки об ограничении этих прав, в отличие от распоряжения митр. Петра от 1 февр. 1926 г., которым коллегии из трех архиереев он вверяет только текущие дела, дела же принципиальные и общецерковные оставляет за собой.

"...Такой оговорки в документе от 6 декабря нет, да и по существу дела ее не могло быть. Ведь у нас существует постановление Патриарха и Синода от 5/18 мая и 7/20 ноября 1920 г. за № 362, по которому предоставлялось епархиальным архиереям вершить все дела (а не только текущие), когда прекратится административная связь епархии с центром. Какой же был бы смысл нагромождать лишнюю инстанцию, Заместителя, если бы последний не мог ничего делать больше предоставленного каждому епархиальному архиерею".

Проводится параллель между положением Заместителя, митр. Сергия, по отношению к Местоблюстителю, митр. Петру, и положением Заместителя, митр. Агафангела, по отношению к Патриарху Тихону в 1922 г. (Различие в том, что Патриарху Тихону Собор 17-18 гг. предоставил особое право назначить полноправного Местоблюстителя, а митр. Петру никто такого права не предоставлял — Л. Р.).

"...Таким образом, по документальным нашим данным, Заместитель облечен патриаршей властью в том же объеме, как и заменяемый им Местоблюститель. Да и существом дела это требуется, иначе не было бы ответственного кормчего у Церковного корабля, и тогда не было бы и цели вообще кому бы то ни было передавать власть. Различие между Местоблюстителем и его Заместителем не в объеме патриаршей власти, а только в том, что Заместитель является как бы спутником Местоблюстителя: сохраняет свои полномочия до тех пор, пока Местоблюститель остается в своей должности. Ушел Местоблюститель от должности (за смертью, отказом и под.), в тот же момент прекращаются полномочия Заместителя. Само собою понятно, что с возвращением Местоблюстителя к управлению Заместитель перестает управлять.

За распоряжения своего Заместителя Местоблюститель ни в какой мере не может быть ответственным, и потому нельзя ожидать или требовать, чтобы Местоблюститель вмешивался в управление и своими распоряжениями исправлял ошибки Заместителя. Такое вмешательство повело бы только к еще большему расстройству церковных дел и к анархии, как и всякое двоевластие. Как самостоятельный правитель, Заместитель сам и отвечает за свое правление перед Поместным Собором.

Конечно, порядок вещей, когда Церковь управляется Заместителем, нельзя признать нормальным. Такой порядок может быть терпим лишь в качестве меры временной и переходной. То же самое можно сказать и об управлении при Местоблюстительстве... Наш архипастырский долг думать о скорейшем созвании Поместного Собора, который... привел бы управление нашей Церковью в нормальный порядок".

ЖМП, 1931, № 1

17/30 сент.

Ответ митр. Сергия архим. Василию Димопуло, представителю Вселенского Патриарха в СССР, о своем отказе принять участие в Догматической комиссии в Лондоне по воссоединению с англиканами: "Мы с своей стороны не можем отказаться от веры, что только наша Православная, уцелевшая на Востоке Церковь есть Церковь Христова. Соединение с нашей Церковью какого-либо иного общества мы можем мыслить лишь под образом спасения утопающих. Было бы странно, если бы утопающий прежде, чем принять помощь с корабля, начал ставить какие-нибудь свои условия".

ЖМП, 1932, № 7-8

2/15 окт.

"Послание Заместителя Константинопольскому Патриарху" — по поводу принятия в общение митр. Евлогия.

"...Распоряжение Вселенской Патриархии об изъятии митр. Евлогия с русскими православными приходами из канонического ведения Московской Патриархии и пр. — мы не можем не признать для нас неприемлемым и необязательным... Митр. Евлогий остается для нас уволенным, преданным соборному суду и запрещенным, а Парижское Епарх. Управление — упраздненным, и все акты его — не имеющими канонической силы и недействительными".

ЖМП, 1932, № 7-5

1932

30 марта/12 апр.

Письмо митр. Сергия архим. Василию Димопуло с отказом от участия в работах Предсоборного совещания (Просинода), намеченного в текущем году на Афоне.

"...Нашу Церковь Его Святейшеству угодно рассматривать как неорганизованную церковную массу, не имеющую канонического возглавления... В лучшем случае наши депутаты могут оказаться в положении каких-то просителей, а в худшем — даже ответчиков или обвиняемых. Ни то, ни другое не представляется для нас приемлемым, ни допустимым... Русский вопрос прежде всего наш домашний, внутренний и подлежит разрешению прежде всего самой Русской Церкви... Когда она признает, что вопрос превышает ее силы, она обратится за помощью к Сестрам — Церквам Православным, внесет такой вопрос на их соборное рассуждение".

ЖМП, 1932, № 9-10

1932 год

Статья в № 11-12 ЖМП за подписью "Редактор" (А. С. Воскресенский) "1927-1932 год", начинающаяся словами:

"18 мая этого года исполнилось пять лет с исторического момента в жизни Автокефальной Русской Православной Церкви — момента образования при Заместителе Патриаршего Местоблюстителя Временного при нем Патриаршего Священного Синода".

ЖМП, 1932, № 11-12

Начало 1932 г.

Предложение митр. Сергия своему Синоду о возведении ряда членов Синода, "вошедших в его состав с самого начала и решившихся разделить со мною все труды и ответственность и с тех пор неуклонно пребывающих в составе Синода, — Преосвященных Архиепископа Хутынского Алексия, Одесского Анатолия, Ярославского Павла и Харьковского Константина,

— в сан митрополита с присвоением Преосвященному Алексию наименования "Старорусского" и с предоставлением всем им права ношения белого клобука и креста на митре".

ЖМП, 1932, № 11-12

30 марта/12 апр.

Постановление сергианского Синода о предношении Креста при служении Заместителя, по примеру первенствующих членов Святейшего Синода. "Ныне Ваше Высокопреосвященство — первый иерарх по управлению русской Православной Церковию, по своему значению и положению, а также по своей деятельности и ответственности превосходите прежних наших Митрополитов... Предносимый крест присвоен всем первоиерархам отдельных и автономных Церквей, не могущих сравниться по своим размерам и по своему значению с всероссийской православной Церковью".

ЖМП, 1932, № 11-12

15 мая

Объявление "безбожной пятилетки" декретом правительства за подписью Сталина: к 1 мая 1937 г. "имя Бога должно быть забыто" на всей территории СССР.

Польский,
т. 4, стр. XXIV

17/30 июня

Письмо архим. Василия Димопуло об отмене Просинода ввиду невозможности присутствия представителей всех автокефальных Церквей

ЖМП, 1932, № 11-12

1932 год

Возведение митр. Алексия (Симанского) на кафедру митр. Новгородского.

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр. 284

9/22 окт.

Постановление митр. Сергия и сергианского Синода об образовании Украинского Экзаршего Управления.

ЖМП, 1932, № 11-12

1933

9/22 марта

Постановление митр. Сергия и сергианского Синода о командировке арх. Вениамина (Федченкова) в качестве временного Экзарха Московской Патриархии для обследования и упорядочения дел Северо-Американской Епархии.

ЖМП, 1933, № 14-15

10/23 марта

Послание митр. Сергия Сербскому Патриарху по поводу Карловацкой группы.

"...Они устроили свой церковный центр в виде архиерейского Синода и Собора, присвоивший себе права высшего управления и суда над всей заграничной русской паствой. Центр этот стал учреждать за границей новые епархии и викариатства, ставил для них архиереев и т. д.

...Самый факт этого самочиния, организованного на глазах у всех, не может не действовать разлагающе на сознание православного общества далеко за пределами Русской Церкви, не может не колебать авторитет церковных установлений и не подрывать необходимость вообще считаться с указаниями Церкви.

...Сомнительность канонической почвы, на которой построено всё здание (точнее говоря, её отсутствие), неотвратимо ведет к краткосрочности здания... Одним из главных членов символа веры монархической партии, заправляющей Карло-вацкой группой, было предположение, что в ближайшие годы, если не месяцы, у нас произойдет желательный для партии государственный переворот. Тогда Карловацкая организация полностью войдет в государственную систему и в этом победном торжестве потонут все дефекты здания, как бы ни были они существенны. Государство найдет возможным затушевать все канонические недочеты и заставить смолкнуть всякие возражения и протесты". (ВСЕ ЭТО — в полной мере относится также и к сергианской Московской Патриархии — Л. Р.).

1933 год

Послание митр. Сергия и сергианского Синода арх. Вениамину, временному Экзарху Московской Патриархии в Америке, против митр. Платона.

ЖМП, 1933, № 16-17

15/28 июля?

Письмо неизвестного автора-иерарха ("предположительно митр. Иосифа Петровых" — ЧС-1) — митр. Сергию.

"Достигнув возраста, являющегося, по слову Св. Псалмопевца, начальным пределом земной человеческой жизни, стоя, так сказать, в преддверии могилы, сознаю свой долг разъяснить своим собратьям-архипастырям, пастырям и верующему народу, почему я считаю Вас узурпатором церковной власти и отказываюсь повиноваться административно-церковным распоряжениям Вашим и учрежденного Вами Синода. Между тем у меня нет непосредственной возможности довести своё исповедание до слуха Церкви и потому я вынужден это сделать, обращая его к Вам, дерзновенно утверждающему себя первым епископом страны; может быть и по искреннему заблуждению и во всяком случае с молчаливого попустительства части собратий епископов, повинных теперь вместе с Вами в разрушении канонического благополучия Православной Русской Церкви"...

"1. Патриаршие права и обязанности определены, утверждены и изложены Собором 17-18 гг. Завещание патриаршее, на основании коего митр. Петр воспринял свои полномочия, издано не в силу этих, Собором утвержденных патриарших прав, а на основании соборного поручения, данного Собором 17-18 г.г. лично Святейшему Патриарху Тихону на случай, "когда не окажется в наличии Собором уполномоченного учреждения", — цитирую Вашу статью. Святейший Тихон не мог передать и не передал с ними лично ему на определенный случай Собором данного и им исполненного поручения, а митр. Петр, действительно воспринявший после патриаршего завещания все патриаршие права и обязанности, не мог воспринять и не воспринял права передавать все патриаршие права и обязанности архипастырю по своему выбору. Утверждение, будто митр. Петр совершил такую передачу своим распоряжением 23.11/6.12 1925 г. на основании патриаршего завещания, делает почившего Патриарха повинным в установлении для Русской Православной Церкви осужденного Вселенской Церковью порядка завещательной передачи церковных полномочий, а митр. Петра — в применении такого порядка в жизни церковной. Всеми силами души протестую против такого оговора почившего Патриарха и его Местоблюстителя.

2. Если бы распоряжение митр. Петра от 23.11/6.12 1925 г. по своему тексту было даже до буквальности сходно с текстом патриаршего завещания, то и тогда оно не могло бы иметь одинакового с ним смысла и значения для церковной жизни, на самом же деле митр. Петр в своем распоряжении поручает только временное исполнение обязанностей Местоблюстителя такому-то, ничего не говоря о патриарших правах. Только Вашей смелой мыслию могло быть понято такое распоряжение в более широком значении, чем уполномочие вершить только дела так называемые текущие и не... брать на себя решение дел принципиальных, общецерковных.

3. Известная резолюция митр. Петра от 19.1/1.2 1926 г. не только не усиливает значения документа от 23.11/6.12 1925 г., на который Вы опираетесь, но весьма помогает уразумению его действительного смысла и произвольности Ваших на него толкований... Излагая второй документ с оговоркой, что "дела принципиальные и общецерковные оставляет за собой", он приписывал не новое какое-либо распоряжение, а предупреждал возможность возникновения чего-нибудь нового. Он лишь пояснил первое свое распоряжение..., подтверждая и для коллегии из трех архиереев, что ей не представляется прав больших, чем какие даны были единоличному заместителю... Воспринимая снова заместительские полномочия по резолюции, уничтожавшей коллегию из трех архиереев, Вы воспринимали никак не больше того, что было поручено, но не передано коллегии и за ее упрзднением снова возвращалось прежнему исполнителю. Пояснять это Вам для митрополита Петра не было повода, так как предшествовавшим своим поведением Вы являли правильное понимание своих полномочий и полную корректность к своему доверителю, поддерживая с ним деловые отношения. Лишившись возможности таких сношений с окончанием "дела митр. Петра", Вы автоматически становились в положение остальных своих собратий и должны были не новый центр церковного управления утверждать, а сами обратиться и призвать остальных собратий к руководству в церковной жизни патриаршим указом 7/20 ноября 1920 г., изданным именно на случай возникновения невозможности сношений с действительным церковным центром и остающимся в составе действующего права Русской Православной Церкви. Если бы по силе сего указа некоторые архипастыри обратились к братскому руководству Вашему, ценя Вашу просвещенность, долголетний опыт и архипастырскую мудрость, то нельзя было бы возражать что-нибудь против такого добровольного объединения. Если бы для удобства сношений и поддержания единообразия епархиальной жизни Вы с объединившимися архипастырями учредили для своей группы нечто вроде Синода, но при этом не претендовали бы на обязательность принимаемых Вами решений для всей Русской Церкви, нельзя было бы возражать и против такого учреждения. Тогда не понадобилось бы Вам обременять совесть Вашу обильными прещениями и запрещениями. Все, и объединившиеся под братским руководством Вашим, и замедлившие с таким объединением, по-прежнему оставались бы в каноническом и литургическом единении под затруднительным хотя, но отнюдь не утратившим своей реальности каноническим главенством своего Первоиерарха митр. Петра.

Только отказавшись от своего домысла о тожественности полномочий Местоблюстителя и его Заместителя, обратившись под руководство патриаршего указа от 7/20 ноября 1920 г. и признавши к тому же единомысленных с Вами архипастырей, возможете Вы возвратить Русской Церкви Её каноническое благополучие..."

1. ЧС-1
2. Сб. док.

1933 год

Назначение митр. Алексия (Симанского) на Ленинградскую кафедру.

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр.284

3/16 авг.

Постановление митрополита Сергия и сергианского Синода об окончательном упразднении автономии Сев.-Американской Епархии. Запрещение митр. Платона в священнослужении.

ЖМП, 1934, № 18-19

Август

Возвращение во Владимир из ссылки еп. Афанасия (Сахарова) и его пребывание на свободе до 18 апреля 1936 г.

"Даты и этапы..."

Сентябрь

Письмо еп. Афанасия еп. Владимирскому Иннокентию с обвинением митр. Сергия в присвоении прав Первоиерарха и с сообщением о своем отделении от митр. Сергия, в соответствии с Патриаршим Указом от 7/20 ноября 1920 г.

ЧС-2

27 ноября/10 дек.

Письмо еп. Иннокентия Владимирского еп. Афанасию с требованием, во исполнение решения Синода от 23 окт. 1933 г., разъяснить свою позицию по отношению к Синоду и с угрозой запрещения в служении.

ЧС-2

8/21 дек.

Письмо еп. Афанасия митр. Сергию с разъяснением своей позиции.

ЧС-2

1933 год

Закрытие последнего в Москве храма "непоминающих": церкви Сербского Подворья на Солянке.

Польский,
т. 2, стр. ХIV

1933 год

Развертывание нелегальной деятельности духовенства. Свидетельство атеистической брошюры: "Поп-передвижка стал теперь довольно обычной фигурой в ряде районов. Предприимчивый батя захватывает в узелочек всё необходимое культовое имущество и — от села к селу, от базара к базару, переезжая на лошади, выполняет по заказу требы, не давая верующим забывать о Боге. Верующие трудящиеся, если они верят в Бога и желают совершать Богослужения, имеют для этой цели официально зарегистрированные храмы. Но религиозные организации уходят в подполье... За последнее время в целом ряде мест, например в Западной Сибири, Центрально-Черноземной области, на Урале, Северном Кавказе и др., причем организовывается молитвенный дом где-нибудь в частном помещении, в подполье, куда вход доступен только ограниченному числу лиц, да и контроль со стороны власти отсутствует".

Ф. Плещук, "Борьба против
религии па новом этапе", 1933
1934

Январь

Письмо митр. Кирилла в ответ на мнение некоего о необходимости объявить себя Местоблюстителем до времени освобождения митр. Петра. (Сохранилась выписка).

"...Сохранение надлежащего порядка в Церковном управлении со смерти Св. Патриарха Тихона и до созыва законного Церковного Собора обеспечивалось завещанием Св. Патриарха, составленным им в силу особого, ему только данного и никому не передаваемого права назначить себе заместителя. Этим завещанием нормируется управление Русской Церковью до тех пор, пока будет исчерпано до конца его содержание. Несущий обязанности Патр. Местоблюстителя иерарх сохраняет свои церковные полномочия до избрания Собором нового Патриарха. При замедлении дела с выбором Патриарха Местоблюститель остается на своем посту до смерти или собственного добровольного от него отречения или устранения по церковному (подч. митр. Кирилл) суду. Он не правомочен назначить себе заместителя с правом тожественным его Местоблюстительским правам. У него может быть только временный заместитель для текущих дел, действующий по его указаниям. Вот в этом пункте и является погрешность со стороны митрополита Сергия, признающего себя в отсутствие митр. Петра имеющим все его местоблюстительские права. Его грех в превышении власти, и Православный епископат не должен был признавать такую его власть и, убедившись, что митр. Сергий правит Церковью без руководства митр. Петра, должен был управляться по силе патриаршего указа 7/20.11 1920 г., готовясь дать отчет в своей деятельности митрополиту Петру или Собору. Если до Собора Местоблюститель умирает, то необходимо снова обратиться к патриаршему завещанию и в правах Местоблюстителя признать одного из оставшихся в живых, указанных в патриаршем завещании иерархов. Если ни одного в живых не окажется, то действие завещания окончилось и Церковь сама собою переходит на управление по патриаршему указу 7/20.11 1920 г. и общими усилиями епископата осуществляется созыв Собора для выбора Патриарха. Поэтому, только после смерти митрополита Петра или его законного удаления, я нахожу для себя не только возможным, но и обязательным активное вмешательство в общее церковное управление Русской Церковью. Дотоле же иерархи, признающие своим Первоиерархом митр. Петра, возносящие его имя по чину за богослужением и не признающие законной преемственности Сергиева управления, могут существовать до суда соборного параллельно с признающими; выгнанные из своих епархий — духовно руководя теми единицами, какие признают их своими архипастырями, а невыгнанные — руководя духовной жизнью всей своей епархии, всячески поддерживая взаимную связь и церковное единение".

1. Сб. док.
2. ЧС-1

Февраль

Письмо митр. Кирилла неизвестному архипастырю по вопросу о местоблюстительстве.

"...Вас огорчает моя неповоротливость и кажущаяся Вам чрезмерная осторожность. Простите за это огорчение и потерпите его на мне. Не усталостью от долгих скитаний вызывается оно у меня, а неполным уяснением окружающей меня и всех нас обстановки. Ясности этой недостает у меня не для оценки самой обстановки, а для надлежащего уразумения дальнейших из нее выводов, какие окажутся неизбежными для ее творцов... Необходимость исправляющего противодействия сознается, но общего основания для него нет, и митр. Сергий хорошо понимает выгоду такого положения и не перестает ею пользоваться. В одном из двух писем ко мне он не без права указывает на эту разноголосицу обращаемых к нему упреков и потому, конечно, не считается с ними...

...Немало таких, которые видят погрешительность многих мероприятий митр. Сергия, но, понимая одинаково с ним источник и размер присвояемой им себе власти, снисходительно терпят эту погрешительность, как некое лишь увлечение властью, а не как преступное ее присвоение... Нужно, чтобы и для этого прекраснодушия властные утверждения митрополита Сергия уяснились как его личный домысл, а не как право, покоящееся на завещании Св. Патриарха. Всем нам надо сознать, что завещание это никоим образом к митр. Сергию и ему подобным не относится.

Воспринять патриаршие права и обязанности по завещанию могли только три указанные в нем лица, и только персонально этим трем принадлежит право выступать в качестве временного церковного центра до избрания нового Патриарха. Но передавать кому-либо полностью это право по своему выбору они не могут, потому что завещание Патриарха является документом совершенно исключительного происхождения, связанным соборной санкцией только с личностью первого нашего Патриарха. Потому, со смертью всех троих завещанием указанных кандидатов, завещание Св. Тихона теряет силу и церковное управление созидается на основе указа 7(20) ноября 1920 г. Тем же указом необходимо руководствоваться и при временной невозможности сношения с лицом, несущим в силу завещания достоинство церковного центра, что и должно иметь место в переживаемый церковно-исторический момент...

...Таинства, совершаемые сергианами, правильно рукоположенными во священнослужении, являются несомненно таинствами спасительными для тех, кои приемлют их с верою, в простоте, без рассуждений и сомнения в их действенности и даже не подозревающих чего-либо неладного в сергианском устроении Церкви. Но в то же время они служат в суд и осуждение самим совершителям и тем из приступающих к ним, кто хорошо понимает существующую в сергианстве неправду и своим непротивлением ей обнаруживает преступное равнодушие к поруганию Церкви. Вот почему Православному епископу или священнику необходимо воздерживаться от общения с сергианами в молитве. То же необходимо для мирян, сознательно относящихся ко всем подробностям церковной жизни".

1. Сб. док.
2. ЧС-1

Март 1934—16 июля 1934

Пребывание митр. Кирилла на свободе, в г. Гжатске, активная деятельность по организации "непоминающих", т. е. не признающих митр. Сергия первоиерархом и управляющихся по Указу Св. Патриарха Тихона от 7(20) ноября 1920 г.

Свидетельство
очевидца

1934 год

Выход на свободу из Соловков еп. Дамаскина (Цедрика), его деятельность по организации "непоминающих".

Польский: "Еп. Дамаскин снова у себя на юге России собирает малое стадо. Объезжает знакомые города, навещает своих единомышленников. Просит маститого протоиерея, киевского профессора, в свою подпольную паству, и тот отказывается и тем огорчает Владыку до сердечного припадка. Протоиерей не понимает еще, что идет не легализация Церкви, а ее ликвидация и почти тотчас платится: его арестовывают и он умирает в тюрьме.

Друзья и последователи Владыки стараются держать в тайне его местопребывание, но он не снимает рясы, не обрезает свою бороду, не теряет своей архиерейской осанки... Осенью этого же 1934 г. он снова арестован..."

Польский,
т. 1, стр. 162

14/27 апр.

Присвоение митр. Сергию сергианским Синодом и присоединившимися архиереями (всего 21 архиерей) титула "Блаженнейшего Митрополита Московского и Коломенского", с правом ношения двух панагий, принятие формулы поминания на Великом входе: "Святейшия Патриархи Православныя, Патриаршего Местоблюстителя нашего, Преосвященнейшего Петра Митрополита Крутицкого, и Блаженнейшего Сергия Митрополита Московского и Коломенского".

ЖМП, 1934, № 20-21

Апрель

Архиерейский Собор в Карловцах.

Снятие запрещения с митр. Евлогия, составленное в унизительной для последнего форме: "он сам осудил свой поступок", "по снисхождению к его просьбам и для пользы Церкви" и т.д.

Послание митр. Евлогия к пастве с разъяснением незаконности наложенного на него в 1927 г. запрещения: "Если я стремился к тому, чтобы оно было снято, то лишь желая успокоить взволнованные церковной смутой умы нашей паствы и дать Синоду случай загладить вину неосмотрительности и отсутствия братолюбия, которые довели его до неканонического постановления относительно меня. Чисто моральный акт нашего с митрополитом Антонием примирения, когда мы взаимно испрашивали друг у друга прощение и когда дыхание благодатного Божьего мира повеяло над нами — этот трогательный момент Карловацкий Собор использовал как формально-юридическое обоснование, якобы подтверждающее мою вину..."

митр. Евлогий,
стр. 632

1934 год

Избрание еп. Феофила преемником митр. Платона в Сев.-Американской Русской Церкви.

"Правда о религии
в России", стр. 279

9/22 июня

Запрещение митр. Сергием и сергианским Синодом карловацких епископов в священнослужении и предание их соборному суду.

ЖМП, 1934, № 22

1934 год

Продолжение тайной богослужебной деятельности духовенства. Письмо священника Казанской епархии, попавшее за границу:

"...Я отбыл ссылку и, вернувшись в родные края, не получил прихода. Единственное, что мне оставалось, это — странствовать по деревням, где нет церквей, и за кусок хлеба и ночлег совершать богослужение. Много мне подобных священнослужителей с котомками за плечами переходят из села в село, предлагая совершить богослужение. Многие нас гонят, издеваются над нами, но многие принимают, кормят, дают кров, просят отслужить. Служим всё, до литургии включительно. Для совершения службы носим в котомках антиминс, дарохранительницу со святыми дарами, ладан, кадило, церковное вино и простенькое облачение. Так целый алтарь носим за плечами. Чаще всего просят отслужить панихиду".

Польский,
т. 2, стр. XVI

1935

1935 год

Объединение феофиловцев (Северо-Американская Церковь) с карловчанами.

"Правда о религии
в России", стр. 280

Январь

Объявление митр. Сергием и сергианским Синодом всех епископов Сев .-Американской епархии, единомышленных с еп. Феофилом, подпавшими под запрещение вместе с умершим митр. Платоном.

"Правда о религии
в России" стр.279

5/18 июня

Письмо митр. Евлогия митр. Антонию с жалобой на небратское поведение карловацких иерархов, с предложением о мерах к преодолению церковной разрухи. В основном повторение проекта 1923 г. о четырех автономных округах с периодическими соборами.

митр. Евлогий, стр. 633

Лето

Приглашение еп. Евлогия в Карловцы на совещание иерархов четырех главных частей зарубежной Русской Церкви.

Там же

17/30 сент.

Письмо Вселенского Патриарха Фотия II митр. Евлогию с одобрением поездки в Карловцы на съезд иерархов. По поводу обвинений в захватной политике:

"...Что ж, в особенности, касается до суждений о наличии в нашей деятельности хотя бы малейших захватных целей и видов на наследство впавшей в бедствия Святейшей Российской Церкви и имущество приходов — суждений без страха Божия выдумываемых и распространяемых, — то мы, отвращая от них свое лицо, в ответ на эти нечестивые мысли скажем только одно, что наша Великая Церковь часто, как любвеобильная мать, в течение времен открывала и дарила своим детям сокровища свои и даже была лишаема ими таковых, но никогда не касалась и не желала своекорыстно касаться их сокровищ".

митр. Евлогий, стр. 634-636

Осень

Собор в Карловцах с участием иерархов всех 4-х главных частей Русской Церкви за рубежом, в т.ч. митр. Евлогия (Зап. Европа), митр. Феофила (Америка), еп. Хайларского Димитрия (Дальний Восток), арх. Анастасия (Балканы).

Из выступления митр. Евлогия:

"...Главное наше горе не в той или иной организации церковного управления, а в том, что потеряно доверие друг к другу; вместо взаимной братской любви царит подозрительность, полное отчуждение... Если бы удалось восстановить нравственные начала нашего общения, тогда легко было бы найти и формы церковного управления. Я согласен на совместную работу, но при условии соблюсти верность Вселенской Патриархии, т. е. при условии, что я сохраню звание экзарха Вселенского престола, наподобие митр. Антония, когда он, будучи архиепископом Волынским, носил титул экзарха Вселенского Патриарха для Галиции и Карпатской Руси, что не мешало ему оставаться в Русской Церкви и быть членом Святейшего Синода. Могу и я участвовать в общем управлении Русской Церкви за рубежом, оставаясь экзархом".

Архиеп. Серафим Болгарский, написавший толстую книгу с обличением "ереси" о. Сергия Булгакова, поднимает вопрос о суде над ним.

митр. Евлогий,
стр. 637-638

Декабрь

Создание в Зап. Европейском экзархате комиссии для разбора учения о. Сергия Булгакова в составе: протоиерея И. Смирнова (председатель), прот. И. Ктитарева, профессоров архим. Кассиана, прот. Г. Флоровского, А. В. Карташева, В. В. Зеньковского, Б. И. Сове.

Там же

Декабрь

Епархиальный Совет в Париже. Доклад митр. Евлогия о соглашении в Карловцах и его отрицательных сторонах. "...Осноным дефектом я считал последовательно проведенный принцип централизации, усиливающий власть Синода и Собора за счет окружного Управления митрополией. Излишняя централизация управления церковными областями, разделенными огромными расстояниями, с различным характером и укладом церковной жизни, считал по существу идеей неудачной и стоял за более широкие полномочия власти на местах".

митр. Евлогий,
стр. 642

27 ноября

Окончание 10-летнего срока ссылки митр. Петра. Отсутствие сведений о его судьбе.
1936

5/18 апр.

Арест еп. Афанасия (Сахарова).

"Даты и этапы..."

Июнь

Епархиальный съезд в Париже, вынесший отрицательную оценку решениям совещания иерархов в Карловцах.

митр. Евлогий,
стр. 644

29 июля/11 авг.

Письмо митр. Евлогия арх. Анастасию с оповещением о том, что "Временное Положение" об управлении Русской Церковью за рубежом, принятое на Карловацком Совещании 1935
года, отвергнуто Епархиальным съездом Зап. Европейского Патриархата.

митр. Евлогий,
стр. 644

Осень

Архиерейский Собор в Карловцах.

Обвинение митр. Евлогия в нарушении соглашения в Карловцах в 1935 г. "Голос паствы здесь вообще не мог иметь решающего значения", потому что такое постановление Епарх. съезда "несомненно подготовлено и частично внушено докладом Епарх. Совета и речью самого митр. Евлогия". Отмена решения 1935 г., запрещающего открывать параллельные приходы. Резолюция о признании учения о. Сергия Булгакова о Софии ересью и создание комитета для охраны православной веры от лжеучений под председательством гр. Граббе.

митр. Евлогий,
стр. 644-645

1936 год

Закрытие последнего в Ленинграде храма "непоминающих" — Тихвинской Божией Матери в Лесном (А. Э. Краснов-Левитин утверждает, что храм действовал до 1939 г. — Л. Р.). До этого закрыты храмы: Воскресения на Крови, Собор Св. Николая, Собор св. кн. Владимира и др.

Польский,
т. 2, стр. XIV

14/27 дек.

"Акт о переходе прав и обязанностей Местоблюстителя Патриаршего Престола Православной Российской Церкви к Заместителю Патриаршего Местоблюстителя, Блаженнейшему Митрополиту Московскому и Коломенскому Сергию (Страгородскому), в связи с последовавшей 29.8/11.9 1936 г. кончиною в ссылке Митрополита Крутицкого Петра (Полянского)."

(Из статьи митр. Сергия в 1931 г.: "ушел Местоблюститель от должности (за смертью, отказом и под.), в тот же момент прекращаются полномочия Заместителя" — Л.Р.).

1937

11/24 янв.

Определение сергианского Синода о принятии к сведению завещательного распоряжения митр. Петра от 22.11/5.12 1925г. о преемниках на случай кончины (внесено в связи с кончиной митр. Петра Полянского).

(В завещании указаны, кроме митр. Кирилла и Агафангела, также митр. Арсений и митр. Сергий — Л. Р.).

ЧС-1

17/30 янв.

Указ "Московской Патриархии" о форме поминовения за богослужением "Патриаршего Местоблюстителя" митр. Сергия.

ЧС-1

12/25 февр.

Письмо невыясненного автора арх. Ташкентскому и Среднеазиатскому Борису (Шипулину) по поводу кончины митр. Петра и акта о переходе местоблюстительства к митр. Сергию. Указывается, что был произведен опрос архиереев, причем 27 из 51 общего числа правящих на 19.12/1.1 1937 г. признали акт от 14/27 декабря 1936 г., 7 — подписали на месте, и 20 — прислали восторженные телеграммы.

Кончается словами: "о сегодняшнем имениннике и о быв. Казанском, как о кандидатах, пока не беспокойтесь".

ЧС-1

Март

Зарубежная Литовская епархия получает чине митр. Петра без указания даты и места.

ЧС-2

1937 год

Всенародная перепись, включающая вопрос о религии.

Прот. М. Польский: "Вдова Ленина Н. Крупская в "Известиях" (март 1937), в статье об антирелигиозной пропаганде, утверждала... любопытный факт: "недавняя перепись показала, что массы, и в особенности женщины, были смущены параграфом опросного листа, касающимся религии. Многие из них, которые давно не выполняют обрядов, не решились написать "неверующая" и, в конце концов, написали "верующая"...

М. Польский: "Переписка показала огромный процент верующих в огромной стране: две трети сельского населения и одну треть городского..."

Польский,
т. 2, стр. XXIV

1937 год

Массовые аресты епископата, духовенства и активных мирян. Массовое закрытие церквей. Руководство антирелигиозной кампанией возглавляет нарком внутренних дел Ежов.

1. митр. Мануил
2. Вестник, 1939,
№ 1, стр. 25-32

1937 и позже

Продолжение тайной деятельности "непоминающих". "...Свидетели, находящиеся ныне за границей, в начале

1938 г. могли найти в Москве катакомбную церковь "иосифлян", но, конечно, с трудом, от доверенных лиц. У некоей Н. Н., фамилия которой им хорошо известна, собирались в квартире человек 30-40. Служил батюшка, фамилия которого им также известна. Чтобы войти, надо постучать по водосточной трубе условным знаком. Любопытно то, что в этом доме жил чекист. Тайноцерковники имели связь с высшими духовными руководителями, старцами, местопребывание которых тщательно скрывалось. Они жили где-нибудь в деревне и притом непостоянно, часто меняя место... В отдаленных окраинах советской России жили благочестивые люди, отказавшиеся от сергиан-ских церквей. Им всем в посылках, например, в коробках с конфетами, посылались Св. Дары из разных центров. Другим привозились и передавались".

Польский,
т. 2, стр.15

1937 год

Признание немецким правительством карловацкого епископа Тихона главой православной Русской Церкви в Германии. Постройка собора на государственные средства.

митр. Евлогий, стр. 646

1938

12/25 янв.

Исполнение фатимского пророчества о "ночи, освещенной необыкновенным светом" — перед началом новой, еще ужасней (чем в 1914-18 гг.) войны.

Т. Манухина: "После многолюдного, многоречивого дневного торжества наступил тихий вечер. И вечер необыкновенный: его ознаменовало великолепное северное сияние... Над Францией оно было такой силы света, какого не запомнят после подобного же небесного явления в начале столетия. В других странах Европы оно наблюдалось тоже. Но в Австрии и на Балканах его величественная красота казалась зловещим предзнаменованием: небеса пылали кровавым огненным заревом... Население в городах в панике высыпало на площади, на улицы и коленопреклоненно молилось о предотвращении гнева Божия... (так это событие описывали потом газеты).

На другой день кто-то из друзей сказал Владыке (Евлогию — Л. Р.):

— Вы встали на защиту свободы богословских исканий в полемике по поводу учения о Софии, а вчера природа северным сиянием сказала свое таинственное "слово"...

Владыка отнесся к напоминанию с мягкой иронией:

— Спаси Господи, спаси Господи, но только и не понять, что это "слово" означает..."

(Т. Манухина. Памяти митр. Евлогия, в кн. митр. Евлогия "Путь моей жизни", Париж, 1947).

митр. Евлогий,
Послесловие

12/25 февр.

Декрет Гитлера о передаче всех церковных имуществ в Германии в распоряжение министра культов. Переход храмов Зап.-Европейской митрополии в руки "карловчан".

митр. Евлогий,
стр. 646

1938 год

Продолжение кампании по ликвидации религии. "Антирелигиозник", 1938, № 7:

"Верующие трудящиеся исполняют время от времени те или иные религиозные обряды, удовлетворяют свои религиозные потребности. Они не принимают непосредственного участия в так называемой "церковной жизни". С такими верующими мы совместно идем к одной общей цели, боремся за одно и то же — за полное торжество коммунизма... Другое дело — церковники, члены двадцаток. Они не только выполняют обряды, но частенько нарушают советские законы, ведут религиозную пропаганду, организуют незаконные сборы на церковь".

Август

Архиерейский Собор в Карловцах, во главе с митр. Анастасием (титул присвоен ему сербским Патриархом Варнавой). Резкое постановление против митр. Евлогия.

митр. Евлогий,
стр. 647

Осень

Увольнение на покой еп. Тихона (в Германии) и назначение на его место еп. Серафима (Ляде) — немца, перешедшего в православие, с именованием епископом Потсдамским.

Борьба карловчан за переход "евлогианских" приходов в их юрисдикцию. "Немцам хотелось показать, что этот переход будет совершен добровольно, а не под их насильственным давлением. Священника призывают в Министерство Культов и там всячески уговаривают, даже с угрозами, чтобы они вместе с прихожанами переходили в Карловацкую юрисдикцию... Ми-троп. Анастасий пишет мне письмо ("словеса лукавствия "...), что в моих приходах причты готовы меня покинуть и слово теперь только за мною, чтобы переход закрепить формально. Я отвечаю, что в вопросах веры и Церкви я больше всего ценю свободу совести; мои прихожане уже определили себя в церковном отношении, их позиция мною одобрена, и я не считаю себя обязанным ломать их церковные убеждения... Наших священников начинают вызывать в гестапо, изводят допросами... Будем бороться до конца, нас могут взять (как уж и берут) только насилием, и пусть на совести тех, кто прибегает к такого рода средствам, останется это недоброе, нехристианское, нецерковное "душеводство".

митр. Евлогий,
стр. 647-648
1939 год

Заключительный этап ликвидации легальной Церкви. На Украине — осталось 3% дореволюционного числа храмов.

Алексеев,
стр. 174

1939 год

Продолжение тайной деятельности "непоминающих". Обслуживание "непоминающими" священниками верующих, не отходивших от митр. Сергия, но оставшихся без храмов и духовенства.

"Безбожник", 1939, 21 апр., статья "Церковь в чемодане".

У священников, изгнанных НКВД из приходов и путешествующих, "все необходимые принадлежности для совершения обряда находятся в чемодане. Если нужно помочь хозяйке на кухне, они и это делают, покупают продукты для больных".

Д. В. Константинов, "Православная молодежь в борьбе за Церковь в СССР", Мюнхен, 1956, стр. 54.

"...Тайные богослужения, под которыми в основном и понимается тайная или катакомбная Церковь, если и относились в большинстве случаев к так называемым "иосифлянам", отвергавшим декларацию митр. Сергия, то не были чужды и остальной массе верующих, которые тоже принимали участие в них, вынуждаясь к тому весьма многими причинами. Открытых же храмов было так мало, что нужда в тайных богослужениях была большая".

Митр. Мануил о "непоминающих".

"...27 апр. 1929 г. еп. Андрей (Комаров) Астраханский был уволен на покой временно, согласно прошению.

В окт. 1939 г. назначен на штатное место приходского священника Покровской церкви г. Куйбышева той же области. Занял это место по просьбе верующих и особому благословению Митрополита Сергия, для оздоровления церковной жизни в епархии, которая в то время состояла почти из одной этой церкви. Управление такими епархиями тогда централизовалось в Московской Патриархии, а для архиереев практиковалось назначение на штатные места настоятелей. В Куйбышеве, как в бурном водовороте, сталкивались влияния и левых и правых ориентации. Настоятеля народ не уважал и не доверял ему до такой степени, что многие считали за грех ходить в церковь, где он служит. Эти чувства распространились и на Митрополита Сергия, принявшего настоятеля в общение с Церковью (т. е. с сергианским Синодом — Л. Р.), и на всё духовенство. Появилось мнение, что "истинная Церковь ушла в пустыню", а все открыто служащее духовенство безблагодатно, и отступления от Церкви в своеобразные маленькие раскольничьи группы приняли массовый характер".

Польский,
т. 2, стр. ХVIII

1941

9/22 ИЮНЯ

Обращение митр. Сергия по случаю начала Великой Отечественной войны.

"Правда о религии
в России", стр. 15

30 сен./12 окт.

Завещательное распоряжение "Патриаршего Местоблюстителя" митр. Сергия о передаче полномочий в случае своей смерти митр. Алексию (Симанскому).

"Патр. Сергий...",
стр. 282

1/14 окт.

Послание митр. Сергия к московской пастве.

"...такая надежда, как железная броня, да оградит нас от всякого малодушия перед нашествием врага..."

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр. 80

6/19 окт.

Эвакуация митр. Сергия в Ульяновск ("внимая мольбам верующих").

Там же, стр. 81

11/24 ноября

Послание митр. Сергия.

"Гитлеровский молох продолжает вещать миру, будто бы он поднял меч "на защиту религии" и "спасение" якобы поруганной веры. Но всему миру ведомо, что это исчадие ада старается лживой личиной благочестия только прикрывать свои злодеяния...

...Сердце христианина для фашистских зверей закрыто, оно источает только уничтожающую смертельную ненависть к врагу.,."

Там же,
стр. 82

Конец декабря

Указ Розенберга о "Свободе церкви". (Из показаний Розенберга на Нюренбергском процессе).

"...После вступления немецких войск на восточные территории, армия по собственной инициативе даровала свободу богослужений; и когда я был сделан Министром восточных областей, я легально санкционировал эту практику, издав специальный указ о "Свободе церкви" в конце декабря 1941 г." Алексеев приводит мнение А. Долина, изучившего этот вопрос и пришедшего к выводу, что такого эдикта не было.

Алексеев,
стр. 159

1942

15/28 марта

Определение № 12 Патриаршего Местоблюстителя по делу еп. Поликарпа Сикорского, отделившегося в автокефалию на оккупированной территории. Послание митр. Сергия украинской пастве.

"...Я имею сведения, что в ответ на мое обращение епископ Поликарп называет меня самозванцем, будто бы незаконно захватившим должность Патриаршего Местоблюстителя, и продолжает свое недоброе дело...

...По 8 правилу св. Григория Кесарийского, изменники христианства, участвовавшие вместе с варварами в ограблении христианских селений, в случае покаяния не принимаются даже в разряд кающихся впредь до особого о них суждения на Соборе (ср. Патриаршую анафему 1918 г. — Л. Р.). Тем непростительнее вина тех изменников православию, которые будут пользоваться нашествием варваров-фашистов, чтобы при их поддержке грабить украинцев духовно, увлекая их из спасительной ограды Церкви-матери на путь раскола и самочиния. Что же сказать о вине архиерея, который, изменив своей архиерейской присяге и совести, представил свое архиерейство на службу преступному предприятию??..."

Из постановления:

"3. Если (чего мы не желаем) епископ Поликарп, "впадая в суд диаволь", пренебрежет запрещением, признать епископа Поликарпа лишившим себя сана и монашества и всякого духовного звания с самого момента нарушения им запрещения".

15/28 марта

Дата предисловия митр. Сергия к книге "Правда о религии в России". Из предисловия:

"...Эта книга есть ответ прежде всего на "крестовый поход" фашистов, предпринятый ими якобы ради "освобождения" нашего народа и нашей Православной Церкви от большевиков. Но вместе с тем книга отвечает и на общий вопрос: признает ли наша Церковь Себя гонимой большевиками и просит ли кого об освобождении от таких гонений?

...Даже и теперь, в 25-й год после революции, можно встретить кое-где такие настроения, о прежних же годах и говорить нечего. Известно, что тема о гонениях на религию в России и прежде не сходила со страниц заграничной враждебной прессы, а в прессе церковно-эмигрантской остается лейтмотивом и доселе. При этом имеются в виду не какие-нибудь эксцессы, неизбежные при всяком массовом восстании, а предполагаются официальные систематические меры советской власти к истреблению верующих и особенно духовенства. Эмигрантская пресса без стеснения проводила параллель между гонениями первых веков и современными "гонениями" в России...

...Численно Церковь понесла за время после революции большие потери. С отделением Церкви от государства сняты были всякие преграды, искусственно задерживавшие людей в составе Церкви, и все номинальные церковники от нас ушли...

...Те, кто не хотел отказаться от царской власти, не могли оставаться в Церкви, которая готова была обойтись без царя и не имела ничего против советской власти. Отсюда явились разные эмигрантские расколы, увлекшие из Церкви едва ли не всю нашу церковную эмиграцию. Одновременно с ними и, очень может быть, под их активным влиянием отделились от нас и некоторые центробежные группы в пределах России: иоанниты-иосифляне, викторовцы, даниловцы и просто наши оппозиционеры, не мирившиеся с молитвой за советскую власть и вообще с краснотой, как они называли, нашей ориентации...

...В нашей Церкви воцарился невообразимый хаос, напоминавший состояние Вселенской Церкви во времена арианских смут, как оно описывается у Василия Великого...

...Мы могли рассчитывать только на нравственную силу канонической правды, которая и в былые времена не раз сохраняла Церковь от конечного распада. И в своем уповании мы не посрамились...

...Наша Русская Церковь не была увлечена и сокрушена вихрем всего происходящего. Она сохранила ясным свое каноническое сознание, а вместе с этим и канонически-законное возглавление, т. е. благодатную преемственность (? — Л. Р.) Вселенской Церкви и своё законное место в хоре автокефальных Церквей..."

"Правда о религии
в России", стр. 7-17

29 марта/11 апр.

Указание Гитлера относительно религиозной политики на оккупированных территориях:

"Мы должны избегать, чтобы одна церковь удовлетворяла религиозные нужды больших районов, и каждая деревня должна быть превращена в независимую секту, которая почитала бы Бога по-своему. Если некоторые деревни в результате захотят практиковать черную магию, как это делают негры или индейцы, мы не должны ничего делать, чтобы воспрепятствовать им. Коротко говоря, наша политика на широких просторах должна заключаться в поощрении любой и каждой формы разъединения и раскола". (Ср. советскую церковную политику до 1927 г. — Л. Р.).

Алексеев, стр. 158

30 апр./13 мая

Письмо Розенберга к рейхскомиссарам Остланда и Украины о религиозной политике. Основные положения (в излож. Алексеева):

1. Религиозным группам категорически воспрещалось заниматься политикой.

2. Религиозные группы должны быть разделены по признакам национальным и территориальным. При этом национальный признак должен был особенно строго соблюдаться при подборе возглавления религиозных групп. Территориально же религиозные объединения не должны были выходить за границы генерал-бецирка, т. е. приблизительно, в применении к Православной Церкви, за границы одной епархии.

3. Религиозные общества не должны были мешать деятельности оккупационных властей.

Алексеев,
стр. 162

1942 год

Разрешение Экзарху Прибалтики, митр. Сергию (Воскресенскому), сохранить каноническое подчинение Московской Патриархии. Выступления митр. Сергия (Воскресенского) с антикоммунистическими заявлениями.

Высказывание митр. Сергия (Воскресенского) — со слов свидетеля:

"Не таких обманывали — с НКВД справлялись, а этих колбасников обмануть не трудно".

Алексеев,
стр. 167

7/20 июня

Совещание в Остминистерстве по вопросу об издании закона о веротерпимости.

В отношении Прибалтики (изложение Алексеева):

1. Оккупационные власти считали для себя выгодным объединение всех православных вокруг московского Экзарха с целью выселения их после войны в Рейхскомиссариат Москвы.

2. Во время войны они считали не столь важным, кому номинально подчинялся Экзарх в Прибалтике — Москве или Константинополю, тем более, что пребывание Экзарха Кон-стан. Патриарха в Лондоне действительно не могло быть им приятно.

3. Такая политика давала возможность оккупационным властям подчеркивать свою веротерпимость и использовать полностью антикоммунистические выступления Экзарха Сергия в пропагандных целях.

Алексеев,
стр. 169

1942 год

Немецкая религиозная политика в Белоруссии. Условия организации Белорусской Церкви, предъявленные немецким командованием митр. Пантелеймону (Рожновскому):

1. Организовать православную Церковь самостоятельно, без всяких сношений с Москвой, или Варшавой, или Берлином.

2. Церковь должна носить название "Белорусская автокефальная православная национальная Церковь".

3. Церковь управляется своими св. канонами, и немецкая власть не вмешивается в ее внутреннюю жизнь.

4. Проповедь, преподавание Закона Божия, Церковное управление должны производиться на белорусском языке.

5. Назначение епископов должно производиться с ведома немецкой власти.

6. Должен быть представлен немецкой власти статут "Белорусской православной автокефальной церкви".

7. Богослужения должны совершаться на церковно-славянском языке.

Алексеев: "После отступления Красной Армии в Белоруссии началось такое же быстрое восстановление закрытых советской властью церквей, как и в районе Пскова: сотни храмов были открыты. Однако, в отличие от Прибалтики, восстановление церковной иерархии было осложнено борьбой привезенных немцами эмигрантов-сепаратистов с белорусскими епископами, причем первых поддерживали оккупационные власти". (Последние требовали соблюдения канонических правил при отделении от Русской Церкви, т. е. оттягивали дело).

Алексеев,
стр. 171-172

1942 год

Немецкая религиозная политика на Украине. Две конкурирующих Церкви:

1. Автономная, основанная на решениях Собора 1917-18 гг., глава — митр. Алексий (Громадский), не менее 55% населения Украины.

2. Автокефальная, порвавшая с Русской Церковью, глава — митр. Поликарп (Сикорский). Не более 40°/о населения. Убийства священников и епископов Автономной Церкви (еп. Мануил (Терновский), митр. Алексий (Громадский) украинскими партизанами-самостийниками. Поддержка немцами Автокефальной Церкви.

Алексеев: "Несмотря на явный вред борьбы двух церквей для восстановления православия на Украине, религиозный подъем среди населения был так велик, что удалось восстановить до 40% дореволюционного количества храмов, в то время, как к 1939 г. их оставалось менее 3%. Кроме того, так же, как в Псковщине и Белоруссии, были крещены все дети и молодежь до 18 лет".

Алексеев,
стр. 173-175

1942 год

Оценка Алексеевым религиозной политики немецких оккупационных властей:

"Было известно, очевидно — многим, желание Гитлера уничтожить Православную Церковь после войны. Было понимание важнейшей роли Православия в истории России и, отсюда, особо настороженное отношение к Русской Православной Церкви. Но, с другой стороны, был стихийно начавшийся религиозный подъем на всей занимаемой немецкой армией территории. Было понимание большинством представителей оккупационных властей громадной, благоприятной для немецкой армии, пропагандной роли этого подъема. Было, наконец, много немецких офицеров просто сочувствовавших этому подъему... Фактически, на всей оккупированной территории была восстановлена Русская Православная Церковь, хотя и разделенная на три части. Сепаратистских национальных церквей не удалось нигде создать, кроме Украины..."

Алексеев,
стр.175

9/22 сент.

Послание митр. Сергия по поводу измены Родине митр. Сергия (Воскресенского).

"Патр. Сергии и его
духовное наследство", стр.89

1943

7/20 марта

Послание митр. Сергия по поводу измены Родине арх. Николая (Амасийского) — Ростов-на-Дону.

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр.89

26 апр./9 мая

Всеславянский митинг в Москве. Выступление на митинге митр. Николая (Ярушевича).

митр. Николаи, "Слова,
речи, послания", стр. 182-187

22авг./4 сент.

Прием И. В. Сталиным митр. Сергия, митр. Алексия и митр. Николая. Разрешение Сталина собрать Архиерейский Собор для избрания Патриарха.

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр.44

8 сент.

Открытие Собора епископов для избрания Патриарха и образования при нем Синода. Состав Собора: 3 митрополита, 11 архиепископов, 5 епископов.

Там же

12 сент.

Интронизация митр. Сергия.

Там же

10 ноября

Восстановление молитвенно-канонического общения между Русской и Грузинской Православными Церквами.

ЖМП, № 3, 1944, стр. 6

Ноябрь

Возведение митр. Алексия на Ленинградскую и Новгородскую кафедры.

ЖМП, № 6, стр. 50

Конец года

"Патриарх" Сергий принимает покаяние последних обновленческих иерархов: Михаила (Постникова), Корнилия (Попова) и др. Распад обновленчества.

Оценка А. А. Шишкина:

"Митр. Сергий и его церковное управление во время войны развернули известную патриотическую деятельность среди верующих с целью повысить авторитет Церкви. Обновленцы (священнослужители и миряне) воочию убедились теперь в том, что заявление митр. Сергия о его лояльности Советской власти было не пустой и лицемерной декларацией, как это хотели представить вожди обновленчества; оно было правдивым (хотя и вынужденным), подтвержденным жизнью, практикой"...

"...Не верен установившийся в нашей атеистической (как и в церковной) литературе взгляд на то, что обновленчество "ликвидировалось", "провалилось" и т. п. Как внутрицерковное течение оно не ликвидировалось и, тем более, не провалилось, а, наоборот, победило; провалилось староцерковничество... Староцерковники под давлением самой жизни вынуждены были перейти на позиции обновленцев. Они и перешли на них, но под своим церковно-административным флагом... Масса верующих не могла простить обновленцам их прошлый "грех" — попытку своими церковными реформами "испортить веру", "повернуть православие". Староцерковники же (учтя эту ошибку обновленцев) громогласно объявили верующим, что они являются "хранителями старой веры", чем и завоевали доверие верующих...

Патриаршая православная церковь заняла позицию, подготовленную обновленцами. Переход патриаршей церкви на новые позиции был вынужденным: церковь должна была приспособиться к новым условиям, чтобы спасти себя от гибели и отстоять свое право на существование. Этот спасительный для церкви путь проложили обновленцы..."

Шишкин,
стр. 355-357

1944
2/15 мая. 6 ч.50м.

Смерть митрополита ("Патриарха") Сергия (Страгородского).

Курс Московской Патриархии на его канонизацию. Некоторые отзывы о нем его учеников и последователей:

"...Невольно исполняешься благоговения перед неисповедимыми судьбами Промысла Божия, поручившего корабль земной жизни Церкви Христовой в трудные переломные годы политической жизни нашей Родины столь мудрому кормчему". (Проф. А. А. Савич, в книге "Патр. Сергий и его духовное наследство", М., 1947, стр. 14).

"...Ясна и чиста была вся прекрасная долгая жизнь нашего Первосвятителя... святейшего старца". (Архиеп. Дмитрий Градусов, там же, стр. 91).

"...Простой, но неотразимый образ святости. Когда наши потомки прочтут всё, что написал Патриарх Сергий — письма и сочинения — и познакомятся с историей его служения Церкви и Отечеству, то они безусловно пожелают воплотить свое представление о Патриархе в "Житие Великого старца Сергия", эпиграфом которого будет апостольское определение любви — этого главного сокровища покойного Патриарха". (Доц. А. И. Георгиевский, там же, стр. 98).

"...Митр. Сергий был в эти годы в подлинном смысле душой Русской Церкви — ее сердцем, ее мозгом, был источником ее силы, виновником ее славы", "Великий Святитель", "никогда не умрет его благословенное имя наряду с именами мудрого Филарета и святых Петра, Алексия, Ермогена", "величайший церковный руководитель", "крупнейший ученый". (Митр. Николай Ярушевич, там же, стр. 163-164).

"...С непоколебимой решимостью идти только по Твоему пути и следовать Твоим священным для нас заветам". (Митр. Алексий Симанский, там же, стр. 172).

"...Только Ты, Святейший наш Отец, в период церковных расколов спас Русскую Церковь своим мудрым руководством от разрухи и гибели.

С Твоей смертью мы все духовно осиротели. Тем, кто был близок к Тебе, многое известно из Твоей жизни такого, чего другие и не знали... Ты был тем архипастырем, который учил, и сам творил, чему учил... Ты, Святейший, предстанешь у престола Божия как новый молитвенник за Русскую Землю, за Церковь Православную..." (Прот. Н. Колчицкий, там же, стр. 174-175).

"Патриарху Сергию выпало на долю "убеление церковных одежд": перевоспитание понятий церковных всей его паствы на основе истинно христианских начал: собирание воедино рассыпавшихся частей Церкви, скрепление их цементом подлинной, а не "бытовой" только веры. И он этого достиг". (Митр. Курдюмов, там же, стр. 262).

"Пройдут еще годы, десятки, сотни лет, изменятся судьбы народов, изменится самое лицо земли, но до конца времен Церковь сохранит память великого Святителя, наряду с другими именами, которые знает каждый христианин", "все было велико в жизни великого Сергия"; "возвышенный ум, способный непрестанно восходить к вечным истинам христианства"; "он жил догматами Церкви"; "Святейший Сергий мыслил и действовал как богослов, возводя всё к основным истинам веры"; "можно было бы составить богословский трактат о природе Церкви, собрав отдельные замечания догматического характера, разбросанные в его бесчисленных распоряжениях"; "его завет богословию о Церкви, всякой будущей экклезиологии, желающей отвечать исканиям современной религиозной и философской мысли"; "как некогда Василий Великий, почивший Московский Патриарх "чрез единый град возжег огонь для всей вселенной" (Проф. Владимир Лосский, там же, стр. 270).

"Мудрейший из русских Первосвятителей", "эта линия, проведенная терпеливым и мудрым усилием, должна была отделить в сознании верующих религию от политики, Божие от кесарева", "история должна оценить и ту духовную зоркость великого старца, которая помогла нам распознать антихристианскую сущность фашизма". (Доц. О. В. Ведерников, там же, стр. 279-281).

"Очевидность успеха мудрой политики Патриарха Сергия, который заявлением от лица Церкви о полной лояльности к Советской власти побудили ее прекратить гонение на Церковь", "центральное Церковное Управление восстановлено благодаря мудрой политике Митрополита Сергия". "Нельзя слишком строго осуждать о. Польского, который, с его крайне ограниченным "иосифлянским" кругозором, не в силах понять всё величие духа, широту и глубину воззрений Патриарха Сергия". (Проф. С. В. Троицкий, "О неправде карловацкого раскола", Париж, 1960, стр. 81, 82 и 89).

Выражения, употребляемые И. Снычевым (1965) : "великий ум", "проницательный ум" и даже "гигант умственного мышления".

"Патр. Сергий...",
стр. 137

15 мая

Синод принял к исполнению завещательное распоряжение "Патриарха" Сергия о вступлении в должность Патриаршего Местоблюстителя митр. Ленинградского и Новгородского Алексия.

Известия,
21 мая 1944 г., № 120

18 мая

Похороны митр. Сергия. В отпевании участвовали: митрополиты Алексий, Николай, Иоанн; 11 епископов и свыше 100 представителей духовенства.

"Патр. Сергий...",
стр. 144

19 мая

Письмо митр. Алексия Сталину по случаю смерти митр. Сергия с сообщением о вступлении в права Патриаршего Местоблюстителя.

ЖМП, № 6, 1944, стр. 48

Июнь

Открытие богословского института и Богословско-пастырских курсов.

21 ноября

Собор епископов. Подготовка Поместного Собора для избрания Патриарха.

"Патр. Сергий и его
духовное наследство", стр. 304

24 ноября

Встреча участников Собора с Председателем Совета по делам РПЦ Г. Г. Карповым. Карпов заверил "в благосклонности Правительства к Православной Церкви".

Там же, стр. 308-310

1945

31 янв.—2 февр.

Поместный собор. Присутствовали: митр. Алексии, митр. Николай, Киевский и Галицкий митр. Иоанн, Сев.-Амер. и Алеутский митр. Вениамин; 41 архиепископ и епископ, 126 представителей клира и мирян.

Гости: Патриархи — Александрийский Христофор, Антио-хийский Александр III, Грузинский Калистрат; представители Константинопольского престола и др. Церквей.

ЖМП, № 2, 1945, стр. 3

2 февр.

Единогласное избрание митр. Алексия Патриархом. Принятие обращения к Правительству и ко всем христианам.

ЖМП, № 2, 1945, стр. 3

4 февр.

Интронизация Патриарха.

Там же

7 февр.

Принятие обращения к народам всего мира. Подписано представителями православных Церквей.

ЖМП, № 2, стр. 17

10 апр.

Беседа Сталина с Патр. Алексием в присутствии митр. Николая Крутицкого и прот. И. Колчицкого. Одобрение Сталиным планов церковной деятельности. Принимал участие В. М. Молотов.

1. Известия, 11 апр. 1945
2. ЖМП, № 5, 1945, стр. 25

28 мая

Путешествие Патр. Алексия в Иерусалим (первый русский Патриарх в Иерусалиме).

ЖМП, № 7, 1945, стр.9

26 июня

Возвращение Патр. Алексия в Москву.

Там же

30 июня

Послание Патр. Алексия Сталину.

ЖМП, № 7, стр. 1

26 июля

Прошение митр. Мелетия Харбинского и Маньчжурского; арх. Нестора Камчатского и Петропавловского; арх. Дмитрия и еп. Ювеналия о воссоединении с Московской Патриархией.

ЖМП, № 10, стр. 5, 1945

10 авг.

Обращение (увещевательное) Патр. Алексия к карловчанам.

ЖМП, № 9, 1945, стр. 9

7 сент.

Заседание Св. Синода. Принятие в общение митр. Евлогия и еп. Серафима (Лукьянова). Восстановление общения явилось плодом поездки митр. Николая во Францию.

Оценка настроений митр. Евлогия и православной русской эмиграции Т. Манухиной:

"Огромная непобедимая Россия, от Ледовитого океана до Индийского (мечта!), гроза пограничных сильных держав, покровительница малых, сестра родная всех славян... и Москва — кто знает! — быть может, всемирный центр Православия — грандиозная программа националистических чаяний, казалось, теперь может развернуться со всей убедительностью исторической реальности... И было так же убедительно, что Россия вознесена на вершину военной славы и справилась с врагом, благодаря чьей-то железной воле, жестокость которой многим бы хотелось оправдать пользой...

В те дни побед впервые в Зарубежье стали раздаваться такие речи среди русских патриотов... Что-то незаметно сдвинулось, изменилось в старых привычных оценках, начала меркнуть самая о них память... Постепенно стало забываться незабываемое — о чем говорили так часто с амвона, в печати, в лекционных зальцах, в семейном быту: о Соловках, о епископах-мучениках, об осквернении святынь, о тайной церковной жизни... История перевернула страницу, и содержание следующей поглотило внимание, так оно казалось ново.

Это новое — прекращение в России гонений на Церковь. Больше этого — согласие во взаимоотношениях государства и Церкви. Государство уступило, допустило существование "своей" Церкви: непримиримое отыскало путь к подобию примирения.

Известие о прекращении гонений, а потом о Соборе и избрании Патриарха Владыка воспринял как великую радость духовной победы, связанную с победой на полях сражений, как знак "прощенности" русского народа".

(Митр. Евлогий, Путь моей жизни, послесловие Т. Манухиной, Париж, 1947).

Там же, стр. 12

Сентябрь

Послание Патр. Алексия Сталину по случаю окончательной Победы.

Там же, стр. 12

28 сент./18 окт.

Поездка митр. Григория в Финляндию с предложением о переходе Финской Православной Церкви от Константинополя к Московской Патриархии. Еп. Александр ответил согласием.

ЖМП, № 11, 1945, стр. 5

10—23 окт.

Поездка арх. Фотия Орловского и Брянского в Австрию и Чехословакию с целью установления канонической связи с зарубежными русскими епископами.

ЖМП, № 11, 1945, стр. 14

22 окт.

Принятие в общение Мукачевской епархии, перешедшей от Сербской Церкви.

Там же, стр. 20

Октябрь

Поездка в Германию прот. Колчицкого и прот. Казанского. Присоединение арх. Александра.

ЖМП, № 12, 1945, стр. 4

23 окт.

Еп. Ростовский и Таганрогский Елевферий и свящ. Григорий Разумовский пребывают в Харбине для установления канонического общения с митр. Мелетием, арх. Нестором и еп. Ювеналием.

Там же, стр. 14

5 ноября

Послание Патр. Алексия Сталину в связи с годовщиной революции.

ЖМП, № 11, стр. 1

ИЗМЕНЕНИЯ В СОСТАВЕ ЕПИСКОПАТА 1917-1937 г. г.

По "Словарю епископов" митр. Мануила и др. источникам.

1918

Умерли:

1. Андроник (Никольский), арх. Пермский (казнен в Перми в 1918-19 г.).

2. Владимир (Богоявленский), митр. Киевский. Убит 25 января в Киеве.

3. Варсонофий (Лебедев), еп. Кирилловский, викарий Новгородский, 2 сентября.

4. Ефрем (Кузнецов), еп. Селенгинский, вик. Забайкальский. Расстрелян в Москве — П.[1]

5. Иннокентий (Кременский), еп. Вольский, вик. Саратовский.

6. Иоанн (Смирнов), арх. Иркутский. 3 декабря в Иркутске.

7. Иоанникий (Дьячков), еп. Олонецкий и Петрозаводский (после 1918 г.).

8. Иоасаф (Калистов), арх. Коломенский и Можайский.

9. Неофит (Стрельников), еп. Старобельский, в Харькове (тиф).

10. Пимен (Боголиков), еп. Семиреченский и Верненский (Алма-атинский). Расстрелян.

И. Феофан (Ильинский), еп. Соликамский, вик. Пермский (мученически, в Перми).

Арестованы:

1. Евгений (Бережков), еп. Костромской.

Хиротонисаны:

1. Амвросий (Полянский).

2. Герасим (Строганов).

3. Нифонт (Фомин).

4. Дамиан (Воскресенский).

1919

Умерли:

1. Алексий (?), еп. Волчанский, на Украине.

2. Василий (Богоявленский), арх. Черниговский. Убит в Перми (ехал по поручению Св. Синода расследовать дело архиеп. Андроника).

3. Иннокентий (Солодчин), 23 окт., епископ в схиме Покровского монастыря Московской епархии.

4. Иоанн (Смирнов), арх. Рязанский и Зарайский, в Рязани.

5. Митрофан (Загорский), еп. Михайловский, вик. Рязанский, февраль.

6. Митрофан (Краснопольский), арх. Астраханский, в Астрахани (убит — П.).

7. Павел (Ивановский), епископ (умер от тифа).

8. Платон (Кульбуш), еп. Ревельский, в Юрьеве (убит 14 января. — П.).

9. Тихон (Никаноров), арх. Воронежский, убит в декабре. Член Собора 1917-18 гг.

10. Феодор (Лебедев), еп. Прилукский, упр. Пензенской епархией (умер от разрыва сердца в поезде).

11. Феофан (Гаврилов), еп. Курский.

По данным протопресв. Польского в 1918-19 г. г. убиты:

12. Исидор (Колоколов), еп. быв. Михайловский, вик. Новгородский, в Самаре.

13. Амвросий (Гудко), еп. Сарапульский, вик. Вятский, в Свияжске.

14. Леонтий (Вимпфен), еп. Енотаевский, вик. Астраханский.

15. Иоаким (Левицкий), арх. Нижегородский, в Севастополе.

16. Никодим (Кононов), еп. Белгородский.

17. Макарий (Гневушев), еп. Вяземский.

18. Лаврентий (Князев), еп. Балахнинский, вик. Нижегородский.

19. Дионисий (Сосновский), еп. Измайловский, вик. Оренбургский.

20. Дионисий (?), вик. Оренбургский (другой).

21. Герман, еп. Камышинский.

Арестованы:

1. Арсений (Стадницкий), митр. Новгородский (по 1921 г.). Член Собора 1917-18 г.г.

2. Нифонт (Фомин), еп. Череповецкий, вик. Новгородский (по 1921 г.).

3. Феодосии (Феодосиев), архиеп. Смоленский. Член Собора 1917-18 г.г.

Хиротонисаны:

1. Алексий (Житецкий). Член Собора 1917-18 г.г. от монашествующих.

2. Анатолий (Соколов).

3. Борис (Соколов).

4. Вениамин (Федченков). Член Собора 1917-18 г.г., эмигрировал в 1920 г.

5. Виктор (Островидов).

6. Герман (Ряшенцев).

7. Иерофей (Померанцев).

8. Николай (Кенарский).

9. Николай (Могилевский).

10. Николай (Покровский).

11. Петр (Зверев).

12. Серафим (Звездинский).

13. Серафим (Руженцев).

14. Софроний (Арефьев).

1920

Умерли:

1. Евгений (Мерцалов), еп. Олонецкий (род. 1857).

2. Митрофан (Абрамов), еп. Сумский (род. 1876, год смерти известен неточно).

3. Митрофан (Афонский), еп. Подольский (род. 1861).

4. Николай (Кенарский), еп. Лукьяновский, вик. Нижегородский (умер от тифа).

5. Сильвестр (Ольшевский), арх. Омский, (род. 1860), 26 февр. (В Омской тюрьме — П.).

Арестованы:

1. Никандр (Феноменов), арх. Крутицкий.

2. Павел (Павловский), еп. Пинежский, вик. Архангельский.

Хиротонисаны:

1. Александр (Надеждин).

2. Амвросий (Казанский).

3. Аристарх (Николаевский).

4. Афанасий (Малинин).

5. Виталий (Введенский).

6. Гавриил (Абалымов).

7. Гурий (Степанов). Член Собора 1917-18 г. г.

8. Димитрий (Беликов).

9. Евсевий (Рождественский).

10. Иннокентий (Бобцов).

11. Иоасаф (Удалов).

12. Иов (Рогожин), единоверч.

13. Игнатий (Садковский).

14. Иларион (Троицкий). Член Собора 1917-18 г.г.

15. Леонид (Скобеев).

16. Марк (Бакалдин).

17. Макарий (Знаменский).

18. Мелхиседек (Николин).

19. Михаил (Кудрявцев).

20. Никон (Пурлевский).

21. Петр (Полянский).

22. Платон (Петров).

23. Серафим (Велицкий).

24. Серафим (Самойлович).

25. Тихон (Тихомиров).

26. Феодосии (Ганецкий).

27. Феофил (Богоявленский).

28. Филипп (Гумилевский).

29. Филипп (Перов).

30. Ювеналий (Машковский).

1921

Умерли:

1. Иоаким (Левицкий), арх. Нижегородский.

2. Мефодий (Красноперов), еп. Петропавловский, вик. Омский. Убит 4 февр.

3. Никодим (Кононов), еп. Белгородский. 3 сентября "скончался трагически".

4. Платон (Петров), еп. Уманский, в Умани.

5. Парфений (Левицкий), арх. Полтавский.

6. Симон (Шлеев), еп. Уфимский. Убит в Уфе.

7. Филарет (Никольский), арх. Самарский.

Хиротонисаны:

1. Алексий (Готовцев).

2. Антоний (Демянский).

3. Александр (Чекановский).

4. Алексий (Замараев).

5. Агапит (Борзаковский).

6. Афанасий (Сахаров). Член Собора 1917-18 г.г. от монашествующих.

7. Василий (Ратмиров).

8. Вениамин (Воскресенский).

9. Варфоломей (Ремов).

10. Вассиан (Пятницкий).

11. Василий (Преображенский).

12. Венедикт (Алентов).

13. Георгий (Дедиев).

14. Даниил (Троицкий).

15. Иоаким (Благовидов).

16. Иоасаф (Шишковский-Дрылевский).

17. Иоанникий (Чекановский).

18. Иоанникий (Соколовский).

19. Иосиф (Невский).

20. Иннокентий (Летяев).

21. Кирилл (Соколов).

22. Кирилл (Ильинский).

23. Леонтий (Лоллий) (Юрьевский).

24. Макарий (Кармазин).

25. Митрофан (Гринев).

26. Николай (Орлов).

27. Никанор (Кудрявцев).

28. Николай (Браиловский).

29. Николай (Добронравов).

30. Николаи (Никольский).

31. Павел (Кратиров).

32. Павел (Колосков).

33. Павел (Гальковский).

34. Павлин (Крошечкин).

35. Парфений (Брянских).

36. Серафим (Силичев).

37. Стефан (Бех).

38. Феодор (Маковецкий).

39. Феофан (Березкин).

Арестованы:

1. Андрей (Ухтомский), еп. Уфимский.

2. Гурий (Степанов), еп. Алатырский.

3. Кирилл (Соколов), еп. Феодосийский.

1922

Арестованы:

1. Аверкий (Кедров), еп. Волынский и Житомирский (на служение более не выходил. Умер в Архангельске в 1937).

2. Аристарх (Николаевский), еп. Оренбургский.

3. Арсений (Стадницкий), митр. Новгородский — вторично.

4. Венедикт (Плотников), еп. Кронштадтский.

5. Досифей (Протопопов), еп. Саратовский (выходил на свободу лишь в 1934 г. — Л. Р.).

6. Кирилл (Смирнов), митр. Казанский и Свияжский, в апреле.

7. Макарий (Знаменский), еп. Васильсурский, вик. Нижегородский.

8. Марк (Бакалдин), еп. Владивостокский.

9. Павел (Кратиров), еп. Старосельский, вик. Харьковский. Арх. Афанасий ("Даты и этапы...") указывает, что в 1922 г. были также арестованы:

10. Афанасий (Сахаров), арх. Ковровский.

11. Никандр (Феноменов?), арх. Крутицкий(?).

12. Фаддей (?), арх.

13. Корнилий (?), еп.

14. Домиоз (?), еп.

15. Николай (?), еп.

16. Василий (?), еп.

17. Серафим (?), еп.

18. Неофит (?), еп.

Умерли:

1. Вениамин (Казанский), митр. Петроградский, расстрелян.

2. Геннадий (Туберозов), еп. Псковский.

3. Евлампий (Краснокутский), еп. Александровский, вик. Днепропетровский.

4. Евсевий (Никольский), митр. Крутицкий, 18 января, (хиротонисан в 1897, в 1920 назначен Наместником Патр. Престола).

5. Николай (Орлов), еп. Нижне-Чарский, вик. Донской.

6. Мефодий (Красноперов), еп. Петропавловский (убит).

Отпали в обновленчество (некоторые, возможно, в 1923 году):

1. Адриан (Анцыно-Чекунский), еп. Каменец-Подольский.

2. Александр (Надеждин), еп. Вологодский.

3. Александр (Соколов), еп. Старорусский, вик. Нижегородский.

4. Александр (Чекановский), еп. Бердичевский.

5. Алексий (Баженов).

6. Алексий (Замараев), еп. Белицкий, вик, Орловский.

7. Анатолий (Соколов), еп. Енотаевский, вик. Астраханский.

8. Андрей (Одинцов), еп. Мариупольский.

9. Антонин (Грановский), с 1917 г. без кафедры.

10. Артемий (Ильинский), еп. Лужский, вик. Петроградский.

11. Борис (Лентовский), еп. Пензенский и Саратовский.

12. Василий (Ратмиров).

13. Вениамин (Муратовский), арх. Рязанский. Член Собора 1917-18 г.г.

14. Виталий (Введенский), еп. Епифанский, вик. Тульский.

15. Гавриил (Воеводин).

16. Герасим (Строганов), еп. Балтский.

17. Гермоген (Кожин).

18. Григорий (Соколов), арх. Краснослободский.

19. Евдоким (Мещерский), арх. Нижегородский и Арзамасский.

20. Иаков (Немоловский), вик. Подольский.

21. Иннокентий (Бобцов), еп. Можайский, вик. Московский.

22. Иннокентий (Летяев), еп. Клинский, вик. Московский.

23. Иоанникий (Чекановский), еп. Бобровский, вик. Воронежский.

24. Иоасаф (Шишковский-Дрылевский), еп. Кашинский.

25. Кирилл (Ильинский), еп. Тотемский, вик. Вологодский.

26. Киприан (Комаровский), еп. Семипалатинский, вик. Омский.

27. Константин (Булычев), еп. Могилевскии,

28. Корнилий (Попов), еп. Сумский, вик. Харьковский.

29. Леонид (Скобеев), еп. Верненский.

30. Леонтий (Юрьевский), еп. Могилевскии, вик. Подольский

31. Макарий (Павлов), еп. Владикавказский.

32. Мелхиседек (Николин), еп. Каширский, вик. Тульский.

33. Модест (Никитин), еп. на покое.

34. Николай (Могилевскии), еп. Сосницкий, вик. Черниговский.

35. Никон (Пурлевский), еп. Белгородский.

36. Назарий (Андреев), еп. Енисейский и Красноярский.

37. Пимен (Пегов), арх. Подольский.

38. Севастиан (Вести), арх. Костромской.

39. Серафим (Мещеряков), арх. Костромской.

40. Серафим (Руженцев), еп. Михайловский, вик. Рязанский.

41. Серафим (Силичев), еп. Александровский, вик. Екатеринославский.

42. Софроний (Арефьев), еп. Якутский и Вилюйский.

43. Сергий (Страгородский), митр. Владимирский. Член Собора 1917-18 г.г.

44. Феофилакт (Клементьев), еп. Прилукский.

45. Филипп (Ставицкий), еп. Смоленский. Член Соб. 1917-18 г.г.46. Фаддей (Маньковский), еп. Тульчинский.

47. Ювеналий (Машковский), еп. Ардатовский.

У митр. Мануила не упомянуты:

48. Алексий (Симанский), еп. Ямбургский, вик. Петроградский.

49. Николай (Ярушевич), еп. Петергофский, вик. Петроградский.

Об их временном переходе в обновленчество сообщает Троицкий, т. 2, стр. 90, и др. авторы.

Хиротонисаны:

1. Адриан (Анцыно-Чекунский).

2. Александр (Похвалинский).

3. Амфилохий (Скворцов).

4. Борис (Лентовский).

5. Георгий (Анисимов).

6. Григорий (Козлов).

7. Григорий (Лиссовский).

8. Иаков (Немоловский).

9. Иоанн (Поярков).

10. Иоанникий (Кунгурский).

11. Иннокентий (Тихонов).

12. Леонтий (Матусевич).

13. Леонтий (Устинов).

14. Марк (Боголюбов).

15. Николай (Ярушевич).

16. Никифор (Богословский).

17. Павел (Волков), единоверч.

18. Павел (Введенский).

19. Петр (Гасилов).

20. Петр (Киреев).

21. Сергий (Зверев).

22. Софроний (Старков).

23. Трофим (Якобчук).

24. Феодор (Власов), тайно.

1923

Арестованы:

1. Амвросий (Полянский), еп. Подольский.

2. Амфилохий (Скворцов), еп. Мелекесский, вик. Уфимский (по 1928).

3. Анатолий (Грисюк), еп. Самарский, (по 1927).

4. Вассиан (Пятницкий), еп. Егорьевский, вик. Московский (по 1925).

5. Гавриил (Абалымов), еп. Осташковский, вик. Тверской.

6. Евсевий (Рождественский), еп. Ейский.

7. Зиновий (Дроздов), арх. Тамбовский.

8. Иларион (Троицкий), арх. Верейский. Член Соб. 1917-18 г.г.

9. Киприан (Комаровский), вернулся из обновленчества, еп. Семипалатинский.

10. Лука (Войно-Ясенецкий), еп. Ташкентский.

11. Артемий (Ильинский), вернулся из обновленчества.

12. Софроний (Старков), вернулся из обновленчества.

13. Филипп (Гумилевский), еп. Балахнинский, вик. Нижегородский (по 1925).

Умерли:

1. Никанор (Кудрявцев), единоверч. еп. Богородский, вик. Московский. Умер от чахотки 30 окт.

2. Петр (Киреев), еп. Старобельский.

Уволены на покой:

1. Павел (Колосов), еп. Елизаветградский, вик. Харьковский.

Отпали в обновленчество:

1.Аристарх (Николаевский), еп. Оренбургский.

2. Алексий (Орлов), еп. Бугульминский.

3. Димитрий (Галицкий), еп. Старобельский, вик. Харьковский.

4. Иерофей (Померанцев), еп. Иваново-Вознесенский.

5. Иннокентий (Пустынский), арх. Туркестанский и Ташкентский (на покое).

6. Иоанн (Левицкий), еп. Кубанский.

7. Леонтий (Матусевич), еп. Коростенский, вик. Волынский.

8. Никифор (Богословский), еп. Городнянский, вик. Черниговский.

9. Николай (Ипатов), еп. Ижевский и Воткинский.

10. Софроний (Старков), еп. Селенгинский, вик. Забайкальский

(покаялся в том же году).

11. Севастиан (Вести), арх. Костромской, сентябрь.

12. Тихон (Василевский), еп. Алатырский.

13. Феодосии (Сергеев), еп. Прилукский.

Вернулись из обновленчества:

1. Артемий (Ильинский), 4 дек.

2. Николай (Могилевский), 6 авг.

3. Иоасаф (Шишковский-Дрылевский).

4. Иннокентий (Летяев), июнь.

5. Гавриил (Воеводин).

6. Сергий (страгородский), 23 июня.

7. Севастиан (Вести), июль, (отпал снова в том же году).

8. Софроний (Старков).

Хиротонисаны:

1. Алексий (Буй).

2. Алексий (Орлов).

3. Августин (Беляев).

4. Авраамий (Дернов).

5. Александр (Раевский).

6. Александр (Щукин).

7. Андрей (Комаров).

8. Борис (Рукин).

9. Виссарион (Зорин).

10. Глеб (Покровский).

11. Гервасий (Малинин).

12. Григорий (Козырев).

13. Григорий (Лебедев).

14. Димитрий (Поспелов).

15. Дамаскин (Цедрик).

16. Димитрий (Вологодский).

17. Димитрий (Галицкий).

18. Захарий (Лобов).

19. Иоанн (Братолюбов).

20. Иоанн (Петропавловский).

21. Иоанникий (Сперанский), тайно.

22. Иерофей (Афоник).

23. Иоанн (Георгиевский).

24. Иоанн (Васильевский).

25. Ириней (Шульмин), единоверч.

26. Иоанн (Пашин).

27. Иоасаф (Рогозин).

28. Кирилл (Васильев), тайно.

29. Лев (Черепанов).

30. Лука (Войно-Ясенецкий), тайно.

31. Матфей (Храмцов).

32. Максим (Руберовский).

33. Мануил (Лемешевский).

34. Николай (Парфенов), тайно.

35. Николай (Караулов).

36. Николай (Пирский).

37. Никита (Стягов).

38. Павел (Флеринский).

39. Петр (Соколов), тайно.

40. Петр (Савельев), обновленцами.

41. Онуфрий (Гагалюк).

42. Серафим (Афанасьев).

43. Серафим (Трофимов).

44. Сергий (Воскресенский).

45. Сергий (Куминский).

46. Симеон (Михайлов).

47. Стефан (Гнедовский).

48. Феодосии (Сергеев).

49. Феофил (Булдовский).

50. Филарет (Линчевский).

1924

Арестованы:

1. Глеб (Покровский), еп. Михайловский, вик. Рязанский, 4 апр.

2. Григорий (Козырев), еп. Петропавловский, вик. Омский, 16 янв.

3. Даниил (Троицкий), еп. Волховский, вик. Орловский.

4. Евгений (Зернов), арх., упр. Благовещенский (П.).

5. Мануил (Лемешевский), еп. Лужский, вик. Петроградский. 2 февр., (по апр. 1928).

6. Нафанаил (Троицкий), митр. Харьковский (по 1927).

7. Никодим (Кротков), арх. Таврический.

8. Антоний (Панкеев), вернулся из обновленчества, 27 авг. перерукоположен во еп. Мариупольского, вик. Днепропетровского (по 1933).

9. Петр (Савельев), вернулся из обновленчества, (по 1927).

10. Серафим (Мещеряков), вернулся из обновленчества, (по 1927).

11. Серафим (Протопопов), еп. Колпинский, вик. Петроградский (по 1926).

12. Феодор (Поздеевский), арх. Волоколамский.

Умерли:

1. Алексий (Житейский), еп. Боровский, вик. Калужский, 17 окт. Чл. Собора 1917-18 г.г.

2. Михаил (Космодемьянский), еп. Александровский, вик. Ставропольский.

3. Феодор (Власов), еп. Новозыбковский.

Отпали в обновленчество:

1. Иоасаф (Рогозин), еп. Кашинский.

Вернулись из обновленчества:

1. Алексий (Орлов).

2. Антоний (Панкеев), обновленческого поставления, перерукоположен.

3. Димитрий (Галицкий).

4. Иоанникий (Кунгурский), обновленческого поставления.

5. Никон (Пурлевский), март.

6. Петр (Савельев), 4 авг., обновленческого поставления.

7. Севастиан (Вести).

8. Филипп (Ставицкий).

9. Софроний (Арсеньев).

10. Серафим (Силичев), 12 июня.

Хиротонисаны:

1. Аркадий (Ершов).

2. Антоний (Романовский).

3. Арсений (Соколовский).

4. Василий (Дохторов).

5. Герман (Коккель).

6. Иларион (Бельский).

7. Константин (Дьяков).

8. Мефодий (Абрамкин).

9. Митрофан (Поликарпов).

10. Митрофан (Русинов).

11. Нектарий (Трезвинский).

12. Никон (Дегтяренко).

13. Никифор (Осташевский).

14. Николай (Клементьев).

15. Никита (Делекторский).

16. Рафаил (Гумилевский).

17. Серафим (Юшков).

18. Сергий (Дружинин).

19. Стефан (Андриашенко).

20. Стефан (Знамировский).

21. Тихон (Русинов).

22. Феодор (Яковцевский).

23. Флавиан (Сорокин).

Список православных епископов, находившихся в ссылке и тюрьмах на конец 1924 г. — начало 1925 г. По данным А. А. Валентинова

1. Митр. Агафангел, Ярославский — сослан в Нарымский край.

2. Митр. Кирилл, Казанский — в Усть-Кулому.

3. Митр. Михаил, экзарх Киевский — в Ташкент.

4. Митр. Арсений, Новгородский — в Бухару.

5. Митр. Сергий, Владимирский — недавно освобожден из Владимирской тюрьмы и выслан в Нижний Новгород.

6. Митр. Серафим (Чичагов) — в Московской Бутырской тюрьме.

7. Арх. Никандр, Крутицкий — сослан в Бухару.

8. Арх. Григорий, Екатеринбургский — во Владимирской тюрьме.

9. Арх. Иларион, бывш. управл. Московской епархией — сослан в Соловки.

10. Еп. Феодор — в Московской Бутырской тюрьме.

11. Еп. Гурий — там же.

12. Еп. Николай, Звенигородский — там же.

13. Еп. Амвросий, Винницкий — там же.

14. Еп. Валериан, Смоленский — там же.

15. Еп. Платон, Богородский — там же.

16. Еп. Феодосии, Коломенский — там же.

17. Еп. Григорий, Петропавловский (Козырев) — там же.

18. Еп. Мануил (Лемешевский), врем. управл. Петроградской епархией — в Петроградской тюрьме.

19. Еп. Серафим, Колпинский — в Петроградской тюрьме.

20. Еп. Дионисий, Челябинский — во Владимирской тюрьме.

21. Еп. Вениамин, Люблинский — во Владимирской тюрьме.

22. Еп. Дамаскин, вик. Черниговский — в Одесской тюрьме.

23. Еп. Гервасий, Рыбинский — в Ярославской тюрьме.

24. Еп. Никодим (Кротков), Таврический — сослан в Ташкент.

25. Еп. Арсений, Таганрогский — сослан в Соловки.

26. Еп. Митрофан, Щербаков — туда же.

27. Еп. Гавриил, Осташковский — туда же.

28. Еп. Софроний, Новониколаевский — туда же.

29. Еп. Киприан, Семипалатинский — туда же.

30. Еп. Иоаким, Симбирский — туда же.

31. Еп. Игнатий, Белевский (Садковский) — туда же.

32. Еп. Петр (Соколов), вик. Симбирский — туда же.

33. Еп. Памфил — сослан в г. Яренск Вологодской губ.

34. Еп. Серафим (Остроумов), Орловский — возвращен из Великого Устюга.

35. Еп. Нифонт, Царицынский — сослан в Великий Устюг.

36. Еп. Афанасий, Ковровский — в Усть-Кулому.

37. Еп. Аввакум — в Усть-Сысольск.

38. Еп. Николай, Петергофский — в Усть-Сысольск.

39. Еп. Василий, Кинешемский — в Усть-Кулому.

40. Еп. Феофил, Новоторжский — в Визингу.

41. Еп. Серафим, Дмитровский — в Визингу.

42. Еп. Василий (Богдашевский), Каневский — скончался в Ижме.

43. Еп. Димитрий (Вербитский), Белоцерковский — сослан в Ижму.

44. Еп. Лев Тагильский — сослан в Казалинск.

45. Еп. Павел, вик. Вятский — туда же.

46. Еп. Павел (Борисовский), Вятский — сослан в Нарымский край.

47. Еп. Виктор, вик. Вятский — туда же.

48. Еп. Антоний, Архангельский — туда же.

49. Еп. Корнилий, Вязниковский — туда же.

50. Еп. Иоанникий, Старорусский — туда же.

51. Еп. Аристарх, Оренбургский — туда же.

52. Еп. Стефан (Бех), Ижевский — туда же.

53. Еп. Досифей (Протопопов), Саратовский — туда же.

54. Еп. Евфимий, Олонецкий — туда же.

55. Еп. Дорофей — туда же.

56. Еп. Герман (Ряшенцев), Волоколамский — сослан в Тобольск.

57. Еп. Евсевий, Ейский — в Якутскую область.

58. Еп. Алексий (Симанский), Ямбургский — в Семипалатинск.

59. Еп. Сергий (Лавров), Сухумский — в Ташкент.

60. Еп. Андрей (Ухтомский), Уфимский — в Ташкент.

61. Еп. Иннокентий, Ладожский — в Ура-Тюбе.

62. Еп. Дамйан, Переяславский — в Тетжень.

63. Еп. Даниил (Троицкий), Болховский — в Недженкен.

64. Еп. Петр (Зверев), Старицкий — в Перовск.

65. Еп. Анатолий (Грисюк), Самарский — в Туркестан.

66. Еп. Павел, Бузулукский — в Туркестан.

Примеч. составителя: Приведенный список показывает неполноту данных об арестах в "Словаре епископов" митр. Мануила, где под условной рубрикой "епархией не управлял" почти не учитываются кратковременные и повторные аресты.

Сравнение с другими источниками позволяет считать, что в 20-х годах действительное число ежегодных арестов епископов было приблизительно в 2 раза больше, чем в приводимых нами списках по данным митр. Мануила.

1925

Арестованы:

1. Василий (Беляев), еп. Спасо-Клепиковский, вик. Рязанский.

2. Венедикт (Плотников), еп. Кронштадтский, упр. Ленинградской епархией, 18 декабря.

3. Иувеналий (Масловский), арх. Курский, февраль (по март 1928).

4. Леонтий (Устинов), еп. Печерский, вик. Новгородский.

5. Михаил (Ермаков), митр. Киевский, экзарх Украины, (по 1927). Член Собора 1917-18 г.г.

6. Николай (Клементьев), еп. Сестрорецкий, вик. Ленинградский, (по 1933).

7. Николай (Могилевский), еп. Каширский, вик. Тульский, 8 мая.

8. Никон (Пурлевский), вернулся из обновленчества.

9. Петр (Полянский), митр. Крутицкий, Патриарший местоблюститель, 10 декабря.

10. Прокопий (Титов), арх. Одесский и Херсонский, 27 ноября. Член Собора 1917-18 г.г.

11. Рафаил (Гумилевский), еп. Александровский, вик. Ставропольский.

12. Сергий (Зверев), Мелитопольский, упр. Самарской епархией, (по 1927).

Дейбнер указывает, что одновременно с митр. Петром арестована группа проживавших в Москве близких ему иерархов.

13. Николай (Добронравов), арх. Владимирский.

14. Пахомий (Кедров), арх. Черниговский.

15. Прокопий (Титов), арх Херсонский, указан у митр. Мануила.

16. Гурий (Степанов), арх. Иркутский.

17. Парфений (Брянских), еп. Ананьевский.

18. Дамаскин (Цедрик), еп. Глуховский.

19. Тихон (Шарапов), еп. Гомельский.

20. Варсонофий (видимо, Вихвелин — Л. Р.), еп. Каргопольский. Так у Дейбнера, но по митр. Мануилу он Каргопольский в 1913-24 г.г., а затем еп. Никольский.

Умерли:

1. Владимир (Шимкович), митр. Воронежский.

2. Николай (Браиловский), еп. Черкасский.

Уволен на покой: Николай (Парфенов), еп. Аткарский, вик. Саратовский.

Вернулся из обновленчества: Николаи (Ипатов), еп. быв. Зла-тоустовский.

Отпали в обновленчество:

1. Гервасий (Малинин), еп. Ростовский.

2. Мелхиседек (Аверченко), еп. Андреевский.

Отпали в григорианство:

1. Борис (Рукин), еп. Можайский, вик. Московский

2. Вассиан (Пятницкий), еп. без кафедры.

3. Виссарион (Зорин), еп. Симбирский.

4. Владимир (Соколовский-Автономов), арх. Екатеринославский и Новомосковский.

5. Григорий (Яцковский), арх. Екатеринбургский.

6. Дамиан (Воскресенский), еп. Переяславский.

7. Иннокентий (Бусыгин), еп. Каменецкий.

8. Иоанникий (Соколовский), еп. Омский.

9. Константин (Булычев), вернулся из обновленч., архиеп. без кафедры.

10. Митрофан (Русинов), еп. Волховский, Орловской епархии. 11. Митрофан (Симашкевич), митр. Донской.

12. Мелхиседек (Паевский), еп. Минский, митр. Белорусский.

13. Тихон (Русинов), еп. Усть-Медведский.

Ушел в старообрядчество:

1. Андрей (Ухтомский), еп. Томский.

Хиротонисаны:

1. Антоний (Миловидов). Чл. Собора 1917-18 г.г. от монашеств.

2. Афанасий (Молчановский).

3. Василий (Зеленцов). Чл. Собора 1917-18 г.г.

4. Василий (Беляев).

5. Димитрий (Любимов).

6. Иннокентий (Никифоров).

7. Ираклий (Попов).

8. Мелхиседек (Аверченко).

9. Сергий (Мельников).

10. Сергий (Никольский).

11. Тихон (Рождественский).

12. Тихон (Шарапов).

13. Хрисанф (Клементьев).

СВЕДЕНИЯ О ЕПИСКОПАХ "НЕПОМИНАЮЩИХ"

По данным словаря митрополита Мануила и др. источникам.

I. Митр. Кирилл (Смирнов)

Родился — 26 апреля 1863 г. в СПб епархии.

1887 — окончил СПб Духовную Академию, канд. богословия. Законоучитель Елизаветпольской гимназии.

1887 — 21 ноября — рукоположен во священника. Служил в Петербургской Воскресенской церкви общества трезвости (у Варшавского вокзала).

1894 — законоучитель 2-й СПб гимназии.

1900 — настоятель Кронштадтской Троицкой церкви.

1902 — овдовел, 10 мая пострижен в монашество. Имя Кирилл дано по его настойчивой просьбе в честь учителя Словенского. Начальник духовной миссии в Урмии. Архимандрит.

1904 — 6 авг. — хиротонисан во епископа Гдовского, вик. СПб епархии. Ввел всенародное пение в Александро-Невской лавре. Иоанн Кронштадтский перед смертью просил, чтобы его отпевал еп. Кирилл.

1910 — еп. Тамбовский и Борисоглебский.

1913 — 6 мая — архиепископ.

1914 — проявил инициативу в прославлении Св. Питирима Тамбовского.

Характеризуя настойчивость и независимость митр. Кирилла, рассказывают, как совершая однажды Крещенское богослужение в присутствии царской фамилии, он отказался выполнить требование министра двора и освящать кипяченую воду. Вода, как принято, была освящена речная.

Будучи монархистом, никогда не одобрял погромных настроений, никогда не разрешал никаких эксцессов.

Большую часть времени проводил в объездах своей обширной епархии, появлялся всегда внезапно, когда его не ждали. В проповедях проявлял хорошее знание народной жизни: пьянство, матерщина, предубеждение против грамотности и школьного обучения — обычный круг его тем. Просвещение народа в духе Православной Церкви — была его основная жизненная цель.

К духовенству требователен — стоило ему заметить, что два диакона разговаривают во время богослужения — их имена сразу появлялись в приказе по епархии в "Тамб. Еп. Вед.".

Человек живой, практичный, чуждый рутине. Узнав, что несколько тяжелобольных прихожан не могут посещать собор, установил у них на квартирах и в соборе телефоны, чтобы они могли слушать службу в постели.

Занимался широкой благотворительностью. Один из самых деятельных участников Поместного Собора 1917-18 г.г. Возглавлял делегацию Собора к А. Ф. Керенскому с требованием о восстановлении патриаршества, избран на Соборе членом Синода, один из 25 кандидатов в Патриархи.

1918 — середина — митр. Казанский и Свияжский.

1922 — апрель — арест и ссылка в Красноярскую область.

1924 — лето — встреча с Патриархом Тихоном, которого убеждает прекратить попытку примирения с Красницким.

1925 — встреча с Тучковым, отказ от легализации на условиях НКВД.

1930 — 15 февраля — устранение митр. Кирилла митр. Сергием и его Синодом от управления епархией, с правом священнослужения с разрешения епарх. архиереев с поминанием местного православного архиерея.

1934 — январь, февраль — две поездки к митр. Кириллу еп. Ржевского Палладия (Шерстенникова) для переговоров о примирении с митр. Сергием.

1934 — весна — проживал в г. Гжатске, вел активную деятельность по организации "непоминающих". Очевидец рассказывал нам, что в это время митр. Кирилл ему говорил: "Филадельфийская Церковь — это не мы, а те, которые придут после нас".

Умер в августе 1941 г. (митр. Мануил), в 1944 г. (Левитин и Шавров).

II. Мечевская группа

Еп. Арсений (Жадановский)

Родился ок. 1874 г. в Харьковской епархии.

10-летним отроком родители отдали его в Харьковское духовное училище. Среди своих товарищей он оказался самым малым по росту. "Приехал, — вспоминает он о себе, — к нам однажды в училище приснопамятный Амвросий, архиеп. Харьковский. Нас, учеников, в актовом зале выстроили в ряды. Владыка-архиепископ, проходя по рядам, обратил внимание на меня, как самого между другими маленького ученика, вывел меня на середину зала и, обратившись к сопровождавшим его лицам, сказал: "Смотрите, вот теперь самый маленький ученик, а будет архиереем". Конечно, на эти слова, как это всегда бывает в нашей жизни, никто тогда не обратил никакого внимания". После окончания училища он поступил в Харьковскую духовную семинарию, курс которой окончил в 1894 г. и был определен на должность надзирателя-репетитора в духовное училище, а затем преподавателя Осиновской церковноприходской школы. Вскорости заболел безнадежно его отец (старец-протоиерей), и он решил стать священником в своем родном крае. Но Господь судил иначе. Арсений послал письмо о. Иоанну Кронштадтскому с просьбой помолиться о болящем отце и о том, какой избрать ему жизненный путь.

Отец Иоанн ответил на его письмо благопожеланием о выздоровлении отца, а его благословил избрать монашеский путь. После этого отец его вскоре поправился, а сам он принял монашество от архиепископа Амвросия и в 1899 г. поступил в Московскую Духовную Академию. Когда он проезжал через Москву, то зашел в Чудов монастырь. Здесь он приложился к раке святителя Алексия. Когда он подходил, то почувствовал необыкновенную отраду и утешение, и показалось ему, что раку св. мощей окружает как бы некий лучезарный свет. С этого момента сердце его сроднилось со святителем. В трудные моменты жизни он прибегал к его помощи и всегда получал утешение. О его епископстве предрекал еще старец Чудова монастыря игумен Герасим.

В 1902 г. рукоположен во иеромонаха.

В 1903 г. он окончил Академию со степенью кандидата богословия. Был назначен казначеем Чудова монастыря в Московском Кремле, а в следующем году — наместником этой обители с возведением в сан архимандрита.

Митрополит Владимир скоро оценил духовные дарования и административные способности нового наместника. И, действительно, за время пребывания в этой должности архимандрит Арсений сделал много полезного для монастыря, обратив эту обитель в рассадник духовного просвещения для всей Москвы. Своим истовым служением он всегда привлекал большое число молящихся в Чудов монастырь. Идя навстречу духовным потребностям богомольцев, он предпринял издание "Духовных Дневников", которые ценились верующими людьми за свою содержательность. Помимо этого, архим. Арсений занимался изданием разных брошюр нравственного содержания. За последние три года пребывания в монастыре он, при участии миссионера Айвазова, начал издание для народа специальной религиозно-просветительной литературы под названием "Лепта обители Святителя Алексия". Эта "Лепта" вышла в десятках тысяч экземпляров и разошлась по всему лицу Русской земли. С 1912 года архим. Арсений, при участии того же миссионера, стал издавать журнал "Голос Церкви". Этот журнал считается одним из наиболее живых и содержательных богословских ежемесячников. Сам архимандрит принимал в нем не только ре-дакцирнное, но и литературное участие. Дороги были сердцу будущего святителя нужды Русской православной миссии. Он открыл при Чудовом монастыре отдел Камчатского миссионерского братства и всегда откликался на нужды Московского братства Святителей Московских, не раз пригревал его собрания под кровлей Чудова монастыря.

Архимандрит Арсений проявил себя и как администратор. За немногие годы управления Чудовым монастырем он возвысил иноческую жизнь в обители и значительно улучшил материальное положение братии. С назначением его на пост епископа, он сохранил связь с Чудовым монастырем, т. к. кроме пребывания в нем сохранил и звание наместника.

8 июня 1914 года в Алексеевском храме Чудова монастыря состоялась хиротония архим. Арсения во епископа Серпуховского, пятого викария Московской епархии. Хиротонию совершали: митр. Московский Макарий, управляющий Московским Донским монастырем архиеп. Алексий, еп. Пермский Палладий и другие епископы.

В ноябре 1916 переименован в четвертого викария Московской епархии.

В 1923 упоминается еще епископом Серпуховским.

С 1923 епархией не управлял, но проживал в подмосковных монастырях, затем в Понетаевском и Дивеевском монастырях, а после их закрытия (1927 г.) снова под Москвой, на даче.

В последние годы с 1927 г. переехал на жительство в г. Арзамас.

Состоял с 1927 г. в скрытой оппозиции Московской Патриархии, не принимая назначений и не выступая на общественных богослужениях, примыкал всецело к одинаково с ним настроенному еп. Серафиму (Звездинскому). "Много огорчений причинял этим покойному Патриарху (тогда митрополиту) Сергию", — пишет митр. Мануил.

Еще с первых лет своей жизни в Чудовом монастыре "старчествовал". Имел много почитателей в Москве и за Москвой. Проживая в Арзамасе и под Москвой, он постепенно сокращал круг своих активных почитателей, замыкаясь и изолируя себя от общения с широкими массами верующих. Духовный писатель. Помещал свои статьи в журнале "Голос Церкви" и др. церковно-богословских журналах. Оставил печатные дневники за целый ряд лет (оттиски из "Голоса Церкви", сборник рукописей: семь воспоминаний об известных в годы проживания его в Москве (1904-1923 г.г.) церковных деятелях, лично ему известных). Сюда вошли следующие биографии: строителя Зосимовой пустыни схиигумена Герасима, великого старца той же пустыни слепца иеросхимонаха Алексия, воспоминания об о. Иоанне Кронштадтском, черты из жизни четырех известных в Москве настоятелей московских церквей, отцов протоиереев Алексея Мечева (с Маросейки), Василия Постникова, Николая Смирнова (Кадашевского) и Александра Стефановского. Сохранилась еще его интересная переписка с родными и вторая глава его автобиографии. Все эти рукописи отпечатаны и в настоящее время составляют в переплете объемистую книгу.

"Как составленные им биографии, так и его автобиография и переписка будут помещены в качестве приложения к Каталогу в особом томе", — обещает митр. Мануил (у нас этого тома нет — Л. Р.).

Труды:

1. "Преподобный Макарий Египетский", Москва, 1911.

2. "Гефсимания (Краткие сведения о Гефсиманской женской общине), М. 1911.

3. Духовный дневник. "Голос Церкви", 1912-16 г.г. и отд. изд., Москва, 1910-12 г.г.

4. К годовщине прославления святителя Иоасафа Белгородского, "Голос Церкви", 1912, сент., стр. 197.

5. Светоч Православной Церкви Христовой — преп. Макарий Египетский. "Голос Церкви", 1913, февраль-март.

6. Акафист преподобному Арсению.

7. Творения преп. Макария Египетского в их систематическом изложении. "Голос Церкви", 1913, апрель-декабрь.

8. Духовная беседа. "Голос Церкви", 1914, янв., стр. 30-37.

9. Доброе житие. "Голос Церкви", 1914, янв., стр. 33-47. Отд. изд. М. 1914.

10. Древне-христианская практика причащения Св. Тайн, в связи с современной — в Православной Церкви. "Голос Церкви", 1914, февраль, март, апрель.

11. О священстве. "Голос Церкви", 1914, май, стр. 41-60.

12. Речь при наречении его во епископа Серпуховского, вик. Московской епархии. "Голос Церкви", 1914, сент., стр. 19-26.

13. Речь, сказанная в Московской Городской Думе 22 июля 1914 г., перед открытием чтения для рабочих. "Голос Церкви", 1914, окт., стр. 22-23.

14. Речь, сказанная в Моск. Политехническом Музее 22 авг. 1914 г. перед открытием чтения для рабочих. "Голос Церкви", 1914, окт., стр. 24-27.

15. Речь на современные темы. "Голос Церкви", 1915, янв., стр. 60-64.

16. "Воспоминания о семи церковных деятелях" (рукопись).

17. Автобиография (рукопись).

О нем:

"Церковные Ведомости" 1914, № 22, стр. 257, 261.

"Церковные Ведомости" 1916, № 50, стр. 434.

"Приб. К Церк. Вед." 1914 № 24, стр. 1096.

"Голос Церкви" 1914, сент., стр. 20-22.

"Состав Св. Правосл. Синода и Российской Церкви Иерархии на 1917 г." стр. 22-23.

Рукописные фонды: Патриарха Сергия (ФПС) и архиепископа Мануила (ФАМ).

Примеч. составителя. А. Э. Левитин сообщает, что в 1962 г. он имел сведения, что арх. Арсений еще жив. Мы имеем сведения, что он был еще жив в 1968 г.

Арх. Зиновий (Дроздов)

Родился 14 июля 1875 г.

В 1897 г. окончил Костромскую духовную семинарию и рукоположен в сан иерея. Овдовел.

В 1904 г. окончил СПб духовную академию со степенью канд. богословия.

В 1903 г., будучи на 4-м курсе, пострижен в монашество и рукоположен во иеромонаха.

14 авг. 1904 г. командирован Св. Синодом иереем на госпитальное судно "Орел".

23 сент. 1905 г. назначен преподавателем в Вятскую дух. семинарию .

28 сент. 1906 г. — смотритель Кутаисского дух. училища.

С 14 июля 1907 г. — правитель канцелярии экзарха Грузии.

12 сент. 1907 г. возведен в сан архимандрита.

С 13 июля 1908 г. — смотритель Екатеринбургского духовного училища.

С 22 янв. 1909 г. — ректор Кишеневской дух. семинарии.

11 дек. 1911 г. хиротонисан во епископа Измайловского, вик. Кишеневской епархии. Хиротония совершена в Свято-Троицком соборе Александро-Невской лавры.

С 17 янв. 1913 г. — еп. Козловский, вик. Тамбовской епархии. С 5 июня — врем. упр. Орловской епархией, оставаясь еп. Козловским.

С 22 мая 1918 г. — еп. Тамбовский и Шацкий.

В 1920 г. возведен в сан архиепископа.

С 1923 г. епархией не управлял.

Скончался после 1927 г.

(Упоминается в составе "Мечевской группы" в диссертации И. Снычева — Л. Р.). Им написана книга "С эскадрой до Цусимы", Вятка, 1906 г.

Еп. Серафим (Звездинский)

В 1908 г. окончил Моск. Дух. Академию со степенью кандидата богословия и назначен преподавателем Вифанской дух. семинарии. Пострижен в монаха и рукоположен во иеромонаха, очевидно, в академии.

С 21 сент. 1912 года перемещен на должность препод. гомилетики, литургики и практич. руководства пастырей в Моск. дух. семинарии.

С 27 мая 1914 г. — архимандрит и помощник наместника Московского Чудова монастыря.

Утвержден в должности столичного наблюдателя церковных школ Москвы.

15 декабря 1919 г. хиротонисан во еп. Дмитровского, вик. Московской епархии.

С 1927 г. находился в оппозиции против митр. Сергия.

Вместе со своим другом архиеп. Арсением (Жадановским) жил в Екатерининской женской пустыни до ее закрытия. Категорически отказался от предложенной ему митр. Сергием в 1927 г. кафедры.

Год смерти неизвестен.

Еп. Аркадий (Остальский)

Год и место рождения неизвестны.

Окончил Волынскую дух. семинарию.

Был настоятелем Св. Николаевской единоверческой церкви в г. Полтаве.

В 1920-25 г.г. проживал в Житомире. После развода с женой принял монашество и возведен в сан архимандрита. Пользовался любовью житомирцев.

15 сент. 1926 г. хиротонисан во епископа Лубенского, вик. Полтавской епархии. "Состоял в тайной оппозиции митр. Сергию, придерживаясь взглядов т. н. "мечевской" группировки, но заметно себя не проявлял".

В 1937 г. назначен еп. Бежецким. Назначение не принял. Известен как замечательный проповедник.

Скончался в 40-х годах неизвестно где.

Имеются сведения, что он написал практическое руководство проповедника. "Автор многих оригинальных богословских сочинений (в рукописях). Особенно хорошо написана его работа о церковном красноречии. Большая часть его сочинений погибла при переездах".

Еп. Афанасий (Сахаров)[2]

Родился 2 июля 1887 г.

Шуйское духовное училище 1896-1902 г. г.

Во 2-м классе переэкзаменовка.

В 3-м классе сидел 2 года.

Начал прислуживать в алтаре, вероятно, во всенощной в субботу 21 августа 1899 г.

Посвящен в 1 степень клира — в чтеца 6 мая 1907 г.

В каникулярное время прислуживал при архиерейском богослужении.

Рипидоносцем и иподиаконом 1903-1906 г.г. непрерывно во все время.

То же август 1906 — сентябрь 1908 г.

Московская Духовная Академия 1908-1912 г.г.

Пострижен в монашество 12 октября 1912 г.

Посвящен в иеродиакона 14 октября 1912 г.

Посвящен в иеромонаха 17 октября 1912 г.

Преподаватель Полтавской Духовной семинарии — октябрь 1912 г. — сентябрь 1913 г.

Преподаватель Владимирской Духовной семинарии 1913— 1918 г.г.

Член Поместного Всероссийского Собора по избранию от монашествующих — помощник заместителя — январь-сентябрь 1918 г.

Наместник Владимирского Рождественского монастыря 1920-1921 г.г.

Возведен в сан архимандрита 20 января 1920 г.

Настоятель Боголюбовского монастыря 18 июня 1921 г.

Хиротонисан во епископа Ковровского 27 июня 1921 г.

Арестован и препровожден в рев. трибунал 17 марта 1922 г.

Освобожден 2 марта 1922 г.

Арестован в Великую среду 30 марта 1922 г. (митрополит Сергий, архиепископ Павел, епископ Василий).

Показательный суд в связи с изъятием церковных ценностей 27 мая 1922 г.

Приговорен к одному году, по амнистии освобожден 28 мая 1922 г.

Арестован 15 июля 1922 года, (епископ Серафим, прот. Мирт.).

Освобожден 25 июля 1922 г.

Арестован 10 сентября 1922 г. (архиеп. Никандр, архиеп. Фаддей, епископ Корнилий, Домиоз, Николай, Василий, протоиерей Глаголев, игумен Филарет, свящ. С. Дурылин, Дулов, протоиерей Благовещенский (Ковров), Константин (Суздаль).

Приговор: 2 года ссылки в Зырянский край, считая с 14 ноября 1922 г.

Тюрьмы: Владимирская, Московская, Таганская (епископ Феодосии), Вятская.

Этапы (еписк. Серафим, епископ Николай) 10 сентября 1922 г. — 15 мая 1923 г.

В Зырянском краю Усть-Сысольск, г. Усть-Вымь, с. Корчемье (митрополит Кирилл, архиепископ Фаддей, епископ Николай, протоиерей Богданов, архиепископ Неофит).

В народном суде пересуд по делу о ценностях, 1 год заключения.

За давностью дело прекращено, апрель 1924 г.

В Зырянском краю без приговора сверх срока — с 14 ноября 1924 г. по 20 января 1925 г.

Возвратился во Владимир на церковное делание, февраль 1925 г.

Арестован в Гавриловом Посаде 8 сентября 1925 г. при поездке по епархии и препровожден во Владимир для выяснения личности — 9 сентября 1925 г.

Освобожден 10 сентября 1925 г.

Арестован 2 января 1926 г.

Освобожден 2 марта 1926 г.

Предложено уехать из Владимира или прекратить управление епархией. Отказался оставить вверенную мне епархию — декабрь 1926 г.

Арестован 2 января 1927 г.

Московская внутренняя тюрьма — 3 января — 30 апреля 1927 г.

В одиночке с митрополитом Сергием 23-28? (апреля — Л. Р.)

За принадлежность к группе архиереев (арх. Корнилий, арх. Григорий), возглавляемой митрополитом Сергием Страгородским, — 3 года Соловецких лагерей.

Ленинградская пересыльная тюрьма — май 1927 г.

Соловецкие лагеря — Разноволока, Чупа Пристань, Попов Остров, г. Кемь. Сторож, счетовод хозчасти, сторож.

Арестован 23 декабря 1929 г.

Отправлен на Соловецкие острова 24 декабря 1929 г.

Возвращен на Попов Остров 1 января 1930 г.

Болел сыпным тифом в январе — феврале 1930 г?

В Соловецких лагерях по приговору июнь 1927 г.—2 января 1930 г.

Без приговора сверх срока — 2 января—23 февраля 1930 г.

Этапирован в Туруханский край на 3 года.

Тюрьмы: Ленинградские Кресты, Новосибирская, Красноярская пересыльная и внутренняя (митрополит Кирилл) — 23 февраля—23 апреля. Гор. Красноярск, Енисейск, Станки, Туруханск, Мельничное, Селиваниха, Пунково — 1930 г.

Арестован в январе 1930 г., просидел в Туруханской каталажке (2-2 1/2 недели) январь—февраль 1932 г.

Освобожден в феврале 1932 г.

В Туруханском крае по приговору 30 апреля 1930 г. — 2 января 1933 г.

Без приговора сверх срока — 2 января—6 августа 1933 г.

Возвратился во Владимир, был на свободе, но не служил — август 1935 г.—18 апреля 1936 г.

Арестован (арх. Сергий Гришин, арх. Филипп Гум., Ювеналий) 18 апреля 1936 г.

Приговорен к 5 годам Беломорско-Балтийских лагерей.

Тюрьмы: Владимирская, Ивановская, внутренняя и пересыльная, Ярославская, Вологодская, Ленинградская пересыльная, Беломорские лагеря — ноябрь 1936—июнь 1941 г.

Работал инкассатором. За похищенные у меня деньги 1000 рублей взыскана с меня эта сумма и добавлено срока 1 год — декабрь 1936 г.—январь 1937 г.

Работал на лесоповале, на строительстве круглолежневой дороги, бригадиром лаптеплетной бригады.

Арестован (без предъявления какого-либо обвинения. По милости Божией избежал великой опасности) и заключен в штраф-изолятор август—октябрь 1937 г.

Освобожден и возвращен на ? в конце октября 1937 г.

Арестован без предъявления обвинения и заключен в штраф-изолятор в начале ноября 1937 г.

На майские праздники 1938 г. заключен в штраф-изолятор.

В начале войны этапирован в Онежские лагеря пешком около 400 км, июнь—июль 1941 г.

В заключении был: по приговору 18 апреля 1936г.—18 апреля 1942 г., без приговора сверх срока 18 апреля 1942 г.—30 июня 1942 г.

Бессрочная ссылка в Омскую область. Совхоз Голышманово — ночной сторож на огороде июль—ноябрь 1942 г.

г. Ишим декабрь 1942 г.—ноябрь 1943 г.

Арестован 7 ноября 1943 г.

Тюрьмы: Ишимская, Омская, Московские: внутренняя Лефортовская, Бутырская, Краснопресненская — ноябрь 1943 г. —июль 1944 г.

Сибирские лагеря: полевые работы — август—сентябрь 1944 г.

Ассенизатор — сентябрь 1944 г.—август 1946 г.

Арестован 30 августа 1946 г.

Мариинский пересыльный пункт, Московские тюрьмы: внутренняя, Бутырская, Краснопресненская, август—сентябрь 1946 г.

Темниковские лагеря — плетение лаптей.

Дубровлаг — инвалид безработный.

В заключении по приговору — 9 января 1943 г.—9 ноября 1951 г.

Вез приговора сверх срока: в лагерях 9 ноября 1951 г.— 18 мая 1954 г.

В Зубово-Полянском доме инвалидов — 18 мая 1954 г. неизвестно до каких пор.

Сверх срока в заключении 3 года 4 месяца 22 дня.

27 июня 1954 г. исполнилось 33 года архиерейства.

За это время: на епархиальном служении 33 месяца.

На свободе не у дела 32 месяца.

В изгнании 76 месяцев.

В узах и горьких работах 254 месяца.

Обычно в жизни бывает: чем дольше разлука, тем больше ослабевают связи. Христианская любовь изменяет этот порядок. Мои добрые заботники, движимые христианской, а не мирской любовью, с каждым годом усиливают проявление своей заботы и попечения, с каждым годом умножают свою милостыню. Если в первые 2 года 4 месяца мне было прислано 72 посылки (по 30 посылок в год), то в последний 1954 год их было уже 200. Да не оставит Господь своею милостью благодетелей моих. Верю: услышат они во оный день: приидите, благословенные Отца Моего... В темнице был Я и вы посетили Меня.

еп. Афанасий".

ИСПОЛЬЗОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ

Архив 1. Неопубликованные, разрозненные документы и частные сообщения по истории Русской Церкви в 1917-1945 годах. ЧС-1.

Архив 2. Неопубликованные документы и частные сообщения по истории Русской Церкви в 1917-1945 годах. ЧС-2.

Этот архив изъят следственными органами летом 1968 года в Новом Афоне и до сих пор владельцу не возвращен. Но, милостью Божией, в решающий момент работы мы получили значительно более полный Архив 1.

Арх. Афанасий (Сахаров). Даты и этапы моей жизни. Вестник РСХД, 1966, № 81, стр. 13-17. В статье "Открытое письмо о. Владимиру, сотруднику Би-Би-Си", подписанной "Смиренный христианин Русской Православной Церкви", стр. 5-17.

Бердяев Н. Церковная смута и свобода совести, Путь, 1926 г., № 5, стр. 42-55.

Боголепов А. От Святейшего Синода к Священному Собору Православной Российской Церкви. В сборнике "На темы русские и общие" в честь проф. Н. Тимашева. Нью-Йорк, 1965 г., стр. 95-158.

Валентинов А. Черная книга (Штурм небес). Сборник документальных данных о борьбе советской власти против религии. Вступительная статья П. Струве. Париж, 1925 г.

Васильчиков И. Мое участие в Поместном церковном Соборе Российской Православной Церкви 1917-1918 г.г. Новый Журнал, 1971, кн. 102, стр. 138-152. Поправки П. Ковалевского, Новый Журнал, 1972, кн. 109, стр. 285-287.

Введенский А. Церковь и государство. М. 1923 г. Введенский А. Революция и церковь. Пг., 1922 г.

Вестник Св. Синода Православной Церкви в СССР. Обновленческий орган (ВСС).

Гидулянов П. Церковь и государство по законодательству РСФСР. Сборник узаконений и распоряжений с разъяснениями 5-го отдела НКЮ под редакцией П. Красикова. М. 1923 г.

Дейбнер А. Русские иерархи под игом безбожников. Обзор за 1925-1931 годы. Благовест. Орган русских католиков. Париж, 1931, № 4. Автор — католический священник в России.

Деяния Св. Собора Православной Российской Церкви. Напечатаны: книга 1 (вып. 1-3), книга 2 (вып. 1-2), книга 3, книга 4, книга 5, книга 6 (вып. 1-2), книга 7 (вып. 1 до деяния 82), книга 9 (вып. 1, деяния 104-106).

Деяния II Всероссийского поместного Собора Православной Церкви. Обновленческой. М. 1923 г.

Митр. Евлогий. Путь моей жизни. Воспоминания, изложенные по его рассказам Т. Манухиной. ИМКА-ПРЕСС, Париж, 1947 г.

Митр. Елевферий. Неделя в Патриархии. Париж, 1933 г. Митр. Елевферий. Соборность Церкви. Париж, 1938 г.

Епархиальные ведомости. В их числе Тобольские епарх. вед., Томские епарх. вед., выходившие в 1918-1919 г.г.

Епархиальные ведомости, обновленческие. (Тульские, Самарские, Пермские).

Живая Церковь. Обновленческий журнал, 1922 г.

Журнал Московской Патриархии с № 1 (1931 г.) по № 23-24 (1935 г.). (ЖМП).

Журнал Московской Патриархии с 1944 года. (ЖМП).

Зернов Н. Юрисдикционные споры в русской Церкви в эмиграции и I всезарубежный Собор в Карловцах в 1921 году. Вестник РСХД, № 114, 1974 г., стр. 119-147.

Проф. Зызыкин М. О каноническом положении правящего епископа и областного Первоиерарха-предстоятеля в Православной Церкви. Варшава, 1933 г. (В связи с вопросом о польской автокефалии).

Кандидов Б. Голод 1921 года и Церковь. М. 1932 г.

Китеж. Русский католический вестник. Варшава, с 1927 по 1931 г.

Крестный путь преосвящ. Афанасия (Сахарова). Вестник РСХД, 1973 г., № 107, стр. 170-211.

Лаговский И. Там, где с Богом борются. Путь, 1928 г., № 10, стр. 86-102.

Левитин А., Шавров В. Очерки по истории русской церковной смуты 20-30-х годов XX века. (История обновленчества). Рукопись. Москва, Самиздат. Том 1 — 1962 г., 386 маш. стр. Том 2 — 1962 г., 484 маш. стр. Том 3 — 1964 г., 470 маш. стр.

Митр. Мануил (Лемешевский). Словарь епископов Русской Православной Церкви. Рукопись. 6 машинописных томов.

Материалы для новейшей истории Русской Православной Церкви. Хронологическая таблица основных событий 1917-1944 г.г. (Составлена в духе сергианской ориентации). Рукопись, 21 маш. страница.

Милюков П. Россия на переломе. Париж, 1927 г. 2 тома.

Неизданное письмо Ленина в Политбюро. Вестник РСХД, 1970 г., № 98, стр. 54-58.

Митр. Николай. Слова, речи, послания. Московская Патриархия, 1947 г.

Плаксин Р. Крах церковной контрреволюции в 1917-1923 г.г. М. 1968 г.

Протопресв. Польский М. Новые мученики российские. Сведения о мучениках исповедниках Русской Церкви, биографические данные о епископах и документы о внутрицерковной борьбе после 1927 г. 2 тома.

Том 1. Первое собрание материалов, 1949 г. Джорданвилль, США, 287 стр.

Том 2. 319 стр., и альбом фотографий. Издано там же. 1957 г.

Правда о религии в России. Московская Патриархия, 1942 г.

Православная Церковь в советской России в 1937-38 г.г. Общий обзор. Вестник. Орган церковно-общественной жизни. Париж, 1939 г. № 1, стр. 25-32.

Революция и Церковь. Периодический орган 5-го (ликвидационного) отдела НКЮ под редакцией Н. Красикова, 1919-1924 г.г.

Реслер Р. Церковь и революция в России. Патриарх Тихон и советское государство. Кельн — Вена, изд. Белау, 1969 г., русский перевод не опубликован.

Сборник документов по церковной истории 1917-1945 г.г., имевший хождение среди "непоминающих". Начинается биографической статьей: Жизнеописание Патриарха Тихона. (Сб. док.) Архимандрит Иоанн (Снычев). Церковные расколы в Русской Церкви 20-30-х годов XX столетия: григорианский, ярославский, иосиф-лянский, викторианский и другие. Их особенность и история. Рукопись. Магистр, диссертация, 1965 г., 423 маш. стр.

Собрание определений и постановлений Собора 1917-1918 г.г. (Опр. и Пост.) М. 1918 г., (вып. 14). Издание Соборного Совета. (Приложение к "Деяниям" второе). Приведен ряд постановлений 3-й сессии.

Стратонов И. Кризис церковной смуты в России и дальнейший её рост за рубежом. Путь, 1928, № 12, стр. 76-101. Тот же год № 14, стр. 80-91, 1929 г., № 15, стр. 112-125. Тот же год № 17, стр. 62-81.

Стратонов И. Происхождение современного устройства Русской Патриаршей Церкви. Париж. ИМКА-ПРЕСС, 1933.

Проф. Титлинов Б. Смысл обновленческого движения в истории. Самара, 1926 г.

Тимашев Н. Церковь и советское государство. Путь, 1928, № 10, стр. 59-86.

Проф. Троицкий С. Размежевание или раскол. Париж, ИМКА-ПРЕСС, 1932 г.

Проф. Троицкий С. О неправде карловацкого раскола. Париж, 1960 г. Проф. Троицкий С. Почему закрываются церкви в России? Путь, 1930 г., № 23, стр. 69.

Федотов Г. Зарубежная церковная смута. Путь, 1927 г., № 7, стр. 119-120.

Проф. Фиолетов Н. Церковь и государство по советскому праву. Обзор и комментарий законодательства по вопросам отношений Церкви и государства, 1923 и начало 1924 года. Москва — Саратов, 1924 г.

Фиолетова Н. История Русской Церкви после 1918 г. Рукопись, 88 маш. стр.

Церковные ведомости 1917-1918 г. г. (в первые месяцы 1918 г. выходили с "Прибавлениями").

Церковные ведомости. Орган Карловацкого Синода. (Этим изданием мы не располагали, цитируем по указаниям Архива 1,ЧС-1).

О. Георгий (Шавельский). Воспоминания последнего протопресвитера Русской Армии и Флота. Нью-Йорк, изд. Чехова, 2 тома.

Шафаревич И. Законодательство о религии в СССР. Париж, ИМКА-ПРЕСС, 1973 г.

Шишкин А. Сущность и критическая оценка обновленческого раскола Русской Православной Церкви. Казанский университет, 1970 г.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Автор настоящей книги принадлежит к молодому поколению русской интеллигенции. Он и его современники пришли к Православной Церкви путем сознательного обращения ко Христу, хотя по воспитанию они принадлежат к советскому обществу, из которого религия искореняется вот уже почти шестьдесят лет.

Весьма знаменателен тот факт, что эта первая — на русском языке — попытка написать очерк истории Русской Православной Церкви в страшные годы гонений 20-х и 30-х годов появляется именно сейчас в России, хотя напечатать свой труд на родине автор, конечно, не может. Религиозное возрождение в среде молодой интеллигенции не может обойти вопросы: в какую Церковь она призвана обращаться? Какова природа современного русского православия? Каково место Церкви в трагической истории революции и её последствий? Справедливы ли обвинения антирелигиозной пропаганды в том, что православное духовенство в своем неприятии марксизма всегда руководилось лишь корыстными интересами и мечтой о политической реставрации монархии? Правда, никакая "официальщина" и, тем более, официальная пропаганда особенным доверием не пользуется среди современной интеллигенции, но вопрос о том, почему органы самой Церкви, т. е. Московской Патриархии, подтверждают государственную версию событий, отрицают наличие гонений на религию, хотя закрытие церквей, дискриминация верующих, колоссальные налоги, облагающие и приходы, и духовенство, являются легко наблюдаемыми фактами советской действительности, не может быть обойден. И поэтому: если официальная версия о положении Церкви является ложной, не пришло ли время восстановить истину и, особенно, возродить память и культ мучеников?

Но на все эти вопросы можно ответить, только восстановив исторические факты последних десятилетий и сделав их доступными широкой общественности. Так же, как без восстановления памяти об "Архипелаге" Россия не может возродить свою совесть, так и Православие не может строить будущее без памяти о прошлом и, особенно, без памяти о своих мучениках, на телах которых христиане первых веков совершали Евхаристию и кровью которых Русская Церковь жива и сейчас. Попытка Льва Регельсона собрать материалы о событиях и лицах, ответственных за жизнь Церкви в переходные годы между Революцией и Второй мировой войной, есть не только исторический труд, но и весьма своевременный манифест преданности всему честному, чистому и святому в жизни Церкви.

Автор имел доступ к частным архивам и переписке, пользовался воспоминаниями и неопубликованными рукописями (среди которых важное место занимает шеститомный словарь русских епископов этого периода, составленный митрополитом Куйбышевским Мануилом (Леме-шевским) до его кончины в 1969 г.). Это не значит, конечно, что все выводы Льва Регельсона могут рассматриваться как окончательные. Не подлежит сомнению, что огромное количество документов осталось ему недоступным. В настоящий момент невозможно даже поставить вопроса о "нормальном" исследовании новейшего периода истории Русской Церкви. Можно только мечтать о продолжении "подпольного", личного собирания сведений, начатого автором. Только понемногу лица, обстоятельства, падения, а также истинные Божьи чудеса будут становиться известными и общая историческая картина начнет выясняться. Героический труд Льва Регельсона несомненно послужит основой историографии Русской Церкви нового периода, но он требует продолжателей.

Среди материалов, не использованных автором, имеются и заграничные издания. Л. Регельсон имел под рукой только некоторые из них : о "Новых мучениках" прот. М. Польского, "Путь моей жизни" митрополита Евлогия и др. Но ему не были доступны книги, напечатанные на немецком, английском и французском языках. Многие из этих иностранных изданий имеют несомненную ценность для выяснения церковной политики Патриарха Тихона и Местоблюстителя Сергия. Я имею в виду, например, книги католического иеромонаха Хризостома (Кirchengeschichte Russlands der neuesten Zeit, Freiburg 1968) [4]. William C. Fletcher (A study in survival. The Cherch in Russia? 1927-1943/ London/ SPCK 1965), Harvey Fireside (Icon fnd Swastika: The Russian Orthodox Church under Nazi and Soviet Control, cambridge, Mass. Harvard University Press 1971), и многие другие. Хотя эти авторы и не имели в руках тех источников, которыми пользовался Регельсон, и, конечно, не пользовались тем личным (а потому незаменимым) опытом, который принадлежит современному участнику церковной жизни в России, тем не менее и в их трудах есть факты и оценки, существенно дополняющие материалы, собранные Регельсоном. Из важных русских заграничных изданий автору неизвестны книги Т. В. Троицкого ("Что такое Живая Церковь?", Варшава, 1928) с замечательной оценкой обновленчества как своеобразного бунта белого духовенства против епископата, и воспоминания бывшего сотрудника Патриарха Тихона и митрополита Сергия протопресвитера Василия Виноградова ("О некоторых важнейших моментах и деятельности последнего периода жизни Свят. Патриарха Тихона", Мюнхен, 1959)[5].

Но если эти издания могут дополнить содержание книги Регельсона, то эта последняя дает канву, в рамки которой входят отдельные события и материалы, описываемые в других источниках, и сама содержит огромное количество неизвестных до сих пор фактов и документов. Можно спорить в отдельных случаях с критериями и "духовным стилем" автора при подборе фактов. Необходимо ли было, например, включать известия о явлениях Божьей Матери в Фатиме в ряд "дат и документов" истории Русской Церкви? Но не "духовный стиль" книги представляет её главный интерес, а общая концепция автора, имеющая огромное значение не только для оценки событий внутри России, но и для суждения о зарубежных русских церковных образованиях.

Следующие положения нам кажутся самыми важными для понимания исторической концепции Регельсона:

1. Его история есть, преимущественно, история русского епископата в послереволюционный период: в книге очень мало данных о жизни и взглядах рядового духовенства и приходских общин и о том, как они относились к спорящим между собой епископам, к различным течениям патриаршей Церкви и обновленчества. Смысл того потрясающего факта, что именно народ сумел сохранить истинное Православие, отвергнуть фальшь обновленческого раскола и "выдержать" натиск государственных попыток уничтожить Церковь, остается задачей для будущих историков.

Мы не ставим автору в упрек его интерес к епископату. Будучи православным историком, он понимает, что без епископата не может быть ни православия, ни церкви, и справедливо считает, что история епископата должна послужить основой русской церковной историографии нового периода. Но история русского епископата 20-х и 30-х годов предполагает центральность вопросов канонического порядка: епископат сохраняет преемственность церковной жизни и церковного учения; он призван соблюдать единство Церкви; он ответствен за Церковь в целом — за ее структуру, за миссию, за жизнь каждой церковной общины. Советская власть стремилась упразднить все эти структуры и шла на временный компромисс с Церковью только в ту меру, в какую Церковь продолжала пользоваться народной поддержкой. Но одновременно власти пытались использовать иерархическое устройство православной церкви, чтобы контролировать ее "сверху" (т. е. как раз через епископат), разделить ее (пользуясь каноническими и личными разногласиями между епископами) и, наконец, вызвать ее внутреннее разложение.

Основным вопросом для руководителей Церкви был следующий: пытаться ли или не пытаться сохранить централизованную структуру Церкви во главе с патриаршим управлением (хотя после смерти Патриарха Тихона в 1925 г. власти не допускали избрания нового Патриарха)? Согласиться на упразднение патриаршего "центра" означало передачу монополии "легализованной" церковности обновленческому "Синоду" (признанному Восточными Патриархами!!!), который постепенно получил бы пользование всеми открытыми церквами. Но сохранение патриаршего управления предполагало государственный контроль. Странная альтернатива стояла перед совестью Местоблюстителя Сергия, избравшего (после долгих колебаний) путь сотрудничества с властями ради сохранения преемственности "законного" Православия.

Лев Регельсон считает этот выбор Местоблюстителя неправильным. По его мнению, в кредит Местоблюстителя нельзя даже поставить восстановление церковной жизни Сталиным во время Второй мировой войны: Сталин разрешил избрание Патриарха и открытие церквей не потому, что Сергиевский Синод был готовым (и послушным) органом этого восстановления, а потому что этого требовал народ и мировое общественное мнение. Если бы в 1943 г. патриаршего управления не существовало, Сталин вызвал бы из подполья разрозненные группы духовенства и верующих и, всё равно, восстановил бы патриаршее управление, которое было бы внутренне свободнее и нравственно чище, чем "Сергиевское".

2. В основу своих канонических и исторических оценок автор полагает Указ Патриарха Тихона, изданный 7/20 ноября 1920 г., т. е. еще во время гражданской войны. Указ допускал возможность временно независимого существования епархий (или групп епархий) в случае разобщения с патриаршим центром или в случае прекращения деятельности Высшего Церковного Управления. В этом Указе автор видит возврат к древне-церковному строю, где действительно не было понятия подчинения епископов и их епархий какой бы то ни было "высшей власти". Собор 1917-1918 гг., восстановив порядок избрания архиереев епархиями, отчасти восстановил и этот древний строй, в котором автор справедливо видит основу православного понимания Церкви, как оно выражалось в доконстанти-новскую эпоху, когда Церковь не имела связи с государством. Постепенное историческое образование "митрополий", "архиепископий" и "патриархий" (в IV-V веках) не имело целью изменить первоначальную структуру Церкви, как единство веры между местными общинами, возглавляемыми своими епископами, а просто выражало необходимость организованного единства в новых исторических условиях. "Подчинение" местных епископов митрополитам и патриархам не было самоцелью, а только средством, обусловленным "соборностью", т. е. подчинением самого митрополита или патриарха соборному суду епископов и всей Церкви.

Указ Патриарха Тихона 1920 года допускал возможность ликвидации патриаршего управления и указывал на то, как Церковь должна была, в этом случае, вернуться к тем условиям, которые существовали в эпоху гонений первых веков христианства.

По мнению Регельсона — и это является лейтмотивом его исследования — ошибка митрополита Сергия, возглавившего патриаршее управление после ссылки Местоблюстителя Петра Крутицкого (декабрь 1925 г.), заключалась именно в том, что он не последовал Указу 1920 г., а всю свою энергию и ум направил к тому, чтобы сохранить "центр", которому бы епископы "подчинялись". Ошибочность его пути заключалась в том (по мнению автора), что в советских условиях сохранение "центра" было возможно только путем "согласования" его деятельности с властями, т. е. путем фактического допущения контроля властей над деятельностью "центра".

Мы вернемся ниже к этому основному тезису Регельсона, но уже сейчас необходимо отметить, что сам автор признает не только психологическую неподготовленность русского епископата к принципу "независимого существования епархий", но и то, что сам Патриарх Тихон в своем Указе допускал эту независимость только "впредь до организации Высшей Церковной Власти", сохраняя за последней право утверждения или неутверждения постановлении, принятых в условиях временной "независимости" епархий. Следовательно, усилия митрополита Сергия сохранить "центр" соответствовали внутренним стремлениям русской иерархии и самого Патриарха. Но вопрос, конечно, должен оставаться открытым в отношении того, правильны ли были эти усилия по существу и по методу, которого придерживался митрополит Сергий.

Книга Регельсона содержит много исторических сведений о сделанных несколькими русскими иерархами попытках установить фактические временные "автокефалии" в соответствии с Указом 1920 г. Наиболее значительными среди них были митрополит Ярославский Агафангел и митрополит Казанский Кирилл. Можно напомнить о том, что Северо-Американская епархия в 1924 г. провозгласила себя "временно самоуправляющейся" на том же основании Указа 1920 г. Во всяком случае, в 20-х и 30-х годах возникло несколько "автокефалий". Некоторые из них находились в несколько двусмысленных отношениях с установленным в 1922 г. обновленческим "Высшим Церковным Управлением": так, управляющий Петроградской епархией епископ Ямбургский Алексий (Симанский) — будущий Патриарх — вместе с другим Петроградским викарием, епископом Петергофским Николаем (Ярушевичем), тоже учредили "автокефалию" в 1922 г., о которой в свое время подробно писал А. Левитин в своей истории обновленчества. 9 июня 1922 г. епископ Алексий снял запрещение с Введенского и хвалился, что его управление епархией получило "согласие" обновленческого ВЦУ. Лев Регельсон не вполне прав, обвиняя епископов Алексия и Николая в прямом принятии обновленчества. Епископ Алексий ограничился — и то очень кратковременно — полупризнанием обновленческого управления, но уже через две недели (24-го июня 1922 г.) отказался от прямого сотрудничества с ВЦУ и за это был сослан.[6]

Совсем по-другому обстоит случай — митрополита Сергия (Страгородского). Открытое признание обновленчества этим выдающимся богословом и иерархом сыграло роковую роль в трагические месяцы 1922 г. Правда, его торжественное покаяние в 1923 г. перед Патриархом Тихоном тоже не лишено огромной духовной значимости.

3. Личность митрополита Сергия и его деятельность стоит в центре всех церковных событий 20-х и 30-х годов. Решительное неприятие и критика этой деятельности является главным тезисом книги Регельсона. По мнению автора, власть "Заместителя Местоблюстителя", а затем просто — "Местоблюстителя" митрополита Сергия была, с одной стороны, лишена бесспорной канонической законности, а с другой стороны, предполагала морально недопустимый сервилизм по отношению к властям.

Такая оценка деятельности митрополита Сергия, в основном, совпадает с позицией тех церковных деятелей, которые, хотя и находились в оппозиции "Местоблюстителю" в 30-х годах, признали законным избрание Патриарха Алексия Собором 1945 г. и вступили с ним в общение. Наиболее авторитетным и выдающимся иерархом в этой группе был епископ Афанасий (Сахаров), о его исповеднической жизни много говорится в книге.

Вопрос о законности или незаконности возглавления Русской Церкви митрополитом Сергием связан, во-первых, с самой системой назначения Местоблюстителей еще при жизни правящего Первосвятителя, введенной Патриархом Тихоном по поручению Собора 1917-1918 г.г. Система эта не имеет прецедентов в истории Церкви и прямо противоречит канонам, запрещающим епископам (и тем более патриархам) назначать себе преемников: епископ — всегда избранник Божий, через Церковь, и не может назначаться единолично. В оправдание действия Патриарха можно только сказать, что условия, в которых находилась Русская Церковь, были вполне беспрецедентны, и, как правильно указывает Регельсон, Патриарх действовал в силу соборного поручения, а не по личному произволу. Правда, "Местоблюстители", указанные в его завещании в 1925 г., были вероятно уже не те, которых он назначил на закрыт том заседании Собора в 1918 г. Из трех патриарших избранников 1925 г. — митрополитов Кирилла Казанского, Агафангела Ярославского и Петра Крутицкого — только последний находился на свободе. Его "Местоблюстительство" стало единственным общепризнанным — в России и за рубежом — символом единства Церкви после смерти Патриарха Тихона.

Еще более спорными являются дальнейшие назначения "Заместителей". Митрополит Петр назначал "Заместителей" два раза: еще находясь у власти, он назначил митрополита Сергия (Страгородского), Михаила (Ермакова) и Иосифа (Петровых), а после ареста — заместительскую "коллегию" во главе с архиепископом Григорием (Яцковским). Митрополит Иосиф (будущий глава "иосифлян"), вступив в управление Церковью после ареста митрополита Сергия в 1926 г., назначил до десяти возможных заместителей... Заявление — почти тотчас взятое обратно — митрополита Агафангела в 1926 г. о восприятии им полномочий, полученных им от самого Патриарха Тихона, еще больше усложнило вопрос о возглавлении Церкви. При этом не подлежит сомнению — как неоднократно признает Регельсон, — что хаос в "заместительстве" сознательно поддерживался властями, которые науськивали и обновленцев, и "григориан", и самого митрополита Агафангела на заявление "прав" на местоблюстительство.

Итак, если "права" митрополита Сергия были несомненно спорными, то еще более спорными были притязания всех его конкурентов. Концепция Регельсона, о которой мы уже упоминали выше и согласно которой наилучшим выходом для церковного руководства была бы децентрализация, в согласии с Указом 1920 г., нам кажется также не вполне убедительной. Во всяком случае, как признает сам автор, русский епископат был к ней психологически не подготовлен: ему была слишком привычна централизованная рутина синодального управления, а избрание Патриарха в 1918 г. было воспринято как обретение харизматического вождя Церкви, без которого церковная жизнь казалась невозможной. Сам Регельсон подчеркивает важ-ность "первосвятительской харизмы" для церковного сознания верующих. Наконец, наличие обновленческого "Синода" и григорианского "Временного Высшего Церковного Совета" требовало и от канонического Православия создания временного Центра, хотя бы для представительства и свидетельства о неканоничности раскольничьих "центров". Нам также кажется очевидным, что из всех наличных русских иерархов этих лет митрополит Сергий оказался наиболее способным разобраться в трагической сложности положения. Митрополиты Петр, Агафангел, Иосиф, а также и другие возможные "Местоблюстители", не показывали ни последовательности, ни состоятельности в своих действиях и назначениях. Принципиальное согласие митрополита Сергия в 1926 г. признать свободу заграничных епархий определять свой путь вне зависимости от Москвы и особенно его неудавшаяся попытка, тоже в 1926 г., (о которой Регельсон сообщает много нового и за которую сам митрополит Сергий попал под арест) избрать митрополита Кирилла Патриархом путем тайного, письменного голосования епископата, вне ведома властей, показывают, что перед тем как "пойти на компромисс", он активно, и даже весьма ловко, пытался найти наиболее выгодный для Церкви выход. "Ловкость" митрополита Сергия вновь проявилась в 1941 г., когда его Экзарх в Прибалтике, митрополит Сергий "младший" (Воскресенский), остался в оккупированных областях и возглавил возрождение Церкви под немцами [7]. Трудно представить, чтобы это делалось без ведома Сергия "старшего". Деятельность Сергия "младшего", почти неизвестная Регельсону, и опубликованные за границей его свидетельства об условиях работы Московского Синода в 30-х годах, в котором митр. Сергий (Воскресенский) активно участвовал, также очень важны для окончательной исторической оценки роли Местоблюстителя в жизни Русской Церкви.

Конечно, за "легализацию" Сергиевского Синода в 1927 году пришлось заплатить дорогой ценой, и, в первую очередь, заявлениями о том, что в СССР нет и не было гонений на Церковь. Эта по существу бессмысленная и никого не убеждающая ложь, а также прямая зависимость "легализованного" церковного управления от государственных "уполномоченных", и вызвала оппозицию так наз. "непоминающих", среди которых оказались и некоторые видные иерархи Тихоновского времени.

Но и тут беспристрастный историк должен признать, что и самого Патриарха Тихона обвиняли в излишней уступчивости и что ядро будущей антисергиевской оппозиции уже находилось в оппозиции и самому Патриарху Тихону ("Даниловская группа"). Во всяком случае, сам Патриарх счел возможным сделать в 1923 г. заявление о том, что "ни в каком преследовании какой бы то ни было религии советскую власть обвинить нельзя". Митрополит Сергий мог сослаться на этот прецедент.

Как бы ни относиться к примирительной и "лояльной" политике Патриарха в последние два года его святительства, имя Святейшего Тихона уже воспринято и Церковью, и народным сознанием как имя великого исповедника веры. У Заместителя и затем Патриарха Сергия такого авторитета не было, и оппозиция против него стала более открытой. Во всяком случае критика его деятельности в книге Льва Регельсона несомненно заслуживает гораздо большего внимания, чем всё то, что о нем писалось и говорилось за рубежом. Но нам кажется, что и Регельсон еще не сказал о нем последнее слово.

Одна сторона деятельности Заместителя подвергается особо острому и справедливому осуждению в настоящей книге: это та легкость, с которой Сергиевский Синод применял канонические санкции и запрещения против инакомыслящих, как внутри России, так и за границей. Возможно, что митрополит Сергий пытался этими санкциями, на-ложенными на тех, кто оспаривал его власть, упрочить свое собственное, далеко не бесспорное, положение, показать urbi et orbi, что именно он возглавляет единственноистинную Церковь. Но результат, без суда и расследования наложенных запрещений, был один: углубление разделений и ответные заявления некоторых крайних оппозиционеров о "безблагодатности" Сергиевской церкви. Правда, не митрополит Сергий начал политику поспешных запрещений — ее начали обновленцы, "лишив сана" самого Патриарха Тихона, и продолжали "григориане". Восприняв эту практику раскольников, митрополит Сергий возобновил худшие — и отнюдь не "тихоновские" — черты старого бюрократического централизма.

Совершенно справедливо Регельсон характеризует этот аспект политики митрополита Сергия как "хулу на благодать" и приравнивает его спор с митрополитом Агафанге-лом к конфликту между Карловацким Синодом и митрополитом Евлогием. И тут и там, по мнению автора, иерарх, имеющий бесспорные полномочия от Патриарха Тихона, защищал свою ответственность за Церковь от притязаний самозванной и произвольно подобранной группы епископов. По нашему мнению, между этими двумя случаями параллель действительно существует, но существуют и различия: митрополит Сергий был правящим митрополитом Нижегородским и общепризнанным Местоблюстителем, он возглавлял Синод канонических епископов. Карловацкий же Синод, состоявший из епископов, покинувших свои епархии, действовавших на территории другой поместной (Сербской) Церкви, и формально лишенный всякой канонической действенности прямым Указом Патриарха в 1922 г., совершал большую "хулу на благодать", чем митрополит Сергий, "запрещая" митрополитов Евлогия Западно-Европейского и Платона Северо-Американского, законно назначенных Патриархом Тихоном. В чисто каноническом отношении "карловчане" все же в большей мере "самозванцы", чем Местоблюститель Сергий, и им одним, действующим вполне свободно, вне досягаемости советской власти, принадлежит печальная монополия заграничных анафем и запрещений. От анафем митрополиты Евлогий и Платон, так же, как митрополиты Агафангел и Кирилл, о которых подробно пишет Регельсон, всячески воздерживались и, даже пренебрегая, ради любви и мира, каноническими принципами, неоднократно вступали с карловчанами во временно-практические братские договоры, при сохранении принципа своей самостоятельности [8].

На протяжении всего своего труда автор не скрывает своей симпатии к анти-сергиевской оппозиции 20-х и 30-х годов и к остаткам "непоминающих", существующим еще в 60-е годы. Позиция последних хорошо и пространно выражена в анонимном письме, написанном в 1962 г. и приводимом в книге полностью. Из него следует, что движение "непоминающих" в настоящее время существует только в "кельях" и что у всего многомиллионного верующего народа в России нет возможности ходить в иные церкви, кроме патриарших. И "непоминающий" автор письма нисколько не осуждает тех, которые так поступают.

Вообще, подлинная церковность книги Регельсона выражается в том, что она вся покоится на вере в единство Церкви и единство Христовой благодати: спор между митрополитом Сергием и "оппозицией" есть спор внутри Церкви. Можно — и должно — ставить под сомнение правильность поведения некоторых иерархов Церкви, но другой Церкви, кроме той, которую они возглавляют, всё же нет. Точно так же, как церковное сознание не может не рассматривать некоторые действия Патриарха Никона и, тем более, придворных иерархов эпохи Петра I как ошибочные и даже богохульные, но таинства и преемственность Церкви не были ущерблены их грехом!

Основная сила книги Регельсона в ее справедливом протесте против сведения всей церковности и каноничности к понятию "подчинения". Всему народу Божию, а тем более епископам, принадлежит и право, и обязанность "рассуждения" и "различения духов". Без возможности судить о смысле и справедливости "указов высшей власти" не существует православной соборности. Но также справедливо пишет автор, что "оставление за собой права суждения о действиях церковной власти не должно означать разрыва канонического и молитвенного общения с ней". Именно на этом основании он принимает как правильную позицию тех "непоминающих", которые признали Московскую Патриархию, восстановленную на Соборе 1945 г., несмотря на вопиющие канонические несовершенства восстановленной церковной структуры.

В этой вере в Церковь есть главная сила книги, которая может быть и не удовлетворит ни ригористов "каноничности" Московской Патриархии, ни новых донатистов, мечтающих о Церкви "чистых" и исключающих историческую действительность и ответственность за души "малых сих". — Эта сила в словах Спасителя: "На сем камне созижду Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее" (Мф. XVI, 18).

Протоиерей Иоанн Мейендорф

Нью-Йорк
Св. Владимирская Духовная Академия

ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Два десятилетия, прошедшие со времени первого издания этой книги, были насыщены поистине эпохальными событиями. Россия сдвинулась с вековых устоев и встала на новый путь, суть которого может быть выражена словом "свобода". Это значит, что отныне главной ценностью и одновременно главной движущей силой общества и государства становится человеческая личность. Требование быть личностью, ответственной за свои взгляды и поступки, предъявляется теперь ко всем без изъятия. Эта идея, казалось бы, самоочевидная для христианского сознания, впервые в русской истории принята как государственный принцип. И пришла эта идея не из Церкви, хотя сам факт существования альтернативной идеологии в тоталитарном государстве производил огромное раскрепощающее действие. Поневоле Церковь выполняла роль прибежища для тех, кто хотел сохранить живую душу и отказывался думать как все.

Теперь положение Церкви внезапно и резко изменилось. Сможет ли она выполнять свое служение миру в новых условиях, или, подобно западным традиционным конфессиям, станет маргинальной структурой в индифферентном к религиозным проблемам обществе? Вопрос не в том, потерпит ли христианство в целом историческое поражение, а в том, сможет ли оно начать новое наступление и снова завоевать мир, т.е. живые человеческие души? Ясно, что это невозможно до тех пор, пока причины совершившегося уже поражения не осознаны и не устранены. Трагедия Русской Церкви — это история крушения христианства в России. Сейчас, как будто, происходит его видимое возрождение. Но, восстанавливая церковность в том состоянии, в каком она была до революции, мы восстанавливаем и сохраняем и те причины, которые в свое время вызвали духовное крушение России. Какую же новую революцию вызовет новое поражение христианства? Тот, кто не боится жить внутри истории, кто осознает свою личную ответственность перед ней, тот не может не чувствовать небывалого и все возрастающего напряжения исторических сил. Если апокалиптическая истерия приводит к пассивности и к бегству от жизни, то зрячая апокалиптическая тревога побуждает к понимаю и к действию.

Сейчас большая часть Русской Церкви сидит за приходской партой. И это обнадеживает. Искренность и ответственность в сочетании с глубоким и всесторонним знанием — это знаки взросления. Цель истории — взращивание самостоятельной и зрелой личности, и решающая задача христианства сегодня — найти путь возрастания человека, не уводящий в сторону от Творца. Речь идет не только о возрастании святости, но и о росте интеллекта, самостоятельности, социальной и творческой активности. Пока эта задача не решена, историческая судьба христианства стоит перед лицом смертельной угрозы. Русская религиозная мысль перед революцией поставила самые глубокие и жизненно актуальные вопросы. Ни один из этих вопросов подлинного решения пока не получил. Одни готовы удовлетвориться решениями иллюзорными и формальными, другие призывают отказаться от всяких вопросов и терпеливо ждать, пока Всевышний уничтожит этот ненавистный мир и переделает все заново. Но и те, и другие забывают о том, что Его главная цель — сотворить нас самих как своих соработников, собеседников, соучастников в деле созидания мира. Задача нашего врага — помешать этому, оставить нас в инфальтивном, недоразвитом состоянии или увести на путь ложного возрастания, движения в пустоту. Есть и самоубийственные решения фашистского типа — яростный протест против тех труднейших требований, которые Творец предъявляет к личному росту каждого из нас.

В середине 1970-х годов, когда писалась эта книга, она адресовалась прежде всего православной эмиграции, а затем — сравнительно небольшому числу церковных людей в России, имевших доступ к нелегальной литературе. Действительный круг читателей оказался значительно более широким, выйдя далеко за пределы собственно церковной среды. При этом внимание привлекали не только вопросы отношений Церкви и государства или нравственная оценка революции, но также сугубо внутрицерковные проблемы, подробно обсуждаемые в книге.

Этот факт можно считать свидетельством острого общественного интереса к самой Церкви, к ее структуре, самосознанию и способу решения внутренних конфликтов. Еще раз подтвердилось, что иллюзия идеологической и дисциплинарной монолитности вызывает не симпатию, но скорее отталкивание у современника, который за всякой монолитностью привык видеть принуждение и неискренность. Напротив, одновременное существование разнообразных, порой остро-конфликтных позиций и взглядов в пределах одной Церкви воспринимается как признак ее внутреннего богатства и духовной силы.

Автор хотел бы надеяться, что эта книга, с большим запозданием став доступной современному читателю, хотя бы в малой степени донесет до него свидетельство веры, которое явила Русская Церковь в трагическую послереволюционную эпоху. И сияние подлинности этой веры становится особенно ярким и убедительным на фоне тех решений и поступков членов той же Церкви, в которых эта вера никак себя не проявила. Живущим на земле не позволено — даже в глубине сердца — выносить осуждающий приговор какой-либо человеческой душе. Но вглядываться и вдумываться в слова, поступки и решения наших отцов мы обязаны: иначе мы не научимся ничему и никогда. Их страдания и жертвы, их ошибки и обретения, их падения и подвиги окажутся напрасными и бесплодными. Да не будет этого!

В связи с новым изданием скажем несколько слов о церковных проблемах 1920-х гг., которым в книге уделено так много места и внимания. Негативная авторская оценка позиции и церковной практики митрополита Сергия связана с принципиальной убежденностью этого деятеля в правомерности административного насилия как основы церковного единства. Это выразилось прежде всего в беспощадных запрещениях и отлучениях от Церкви всего лишь за отрицание его политической платформы или несогласие с его спорными правами на роль Первоиерарха. Церковно-административное насилие удесятерялось в своих разрушительных последствиях, когда связывалось с насилием государственным, в те времена обычно пахнувшем кровью. В главном аспекте своей внутрицерковной политики митрополит Сергий ничем не отличается от обновленцев.

Патриарх Тихон, запрещая обновленцев, применил свое властное право именно для той цели, для которой он был этим правом наделен — как необходимую защиту Церкви от насилия со стороны части духовенства, пытавшейся незаконно подчинить себе всю церковную организацию дисциплинарными методами. Ничего подобного критики митр. Сергия не делали, за исключением части Русской Церкви за рубежом, объединившейся вокруг "карловацкого Синода" и заявившей свои властные права на всю зарубежную Церковь. Церковную же традицию Патриарха Тихона в наибольшей степени продолжили такие иерархи, как митрополиты Агафангел, Иосиф, Кирилл и за рубежом — митр. Евлогий.

Многолетнее обсуждение книги показало, что автору, к его огорчению, так и не удалось довести до сознания читателей основную мысль — приоритет церковного начала над политическим. Обсуждение упорно сводится к вопросу: прав ли был митр. Сергий в своей Декларации 1927 г., и была ли в то время другая возможная политическая позиция церковной власти? Между тем, гораздо важнее для будущих судеб Православной Церкви в России другой вопрос: имел ли право митр. Сергий навязывать свою Декларацию всей Церкви как общеобязательную, имел ли он право отстранять от служения тех иерархов, которые с его позицией не были согласны? За ответом на первый вопрос стоит всего лишь то или иное понимание политической ситуации того времени; за ответом на второй — то или иное понимание природы самой Церкви.

Для верующего человека бывает трудно принять дух внутрицерковной свободы — ему кажется, что за этим кроются привнесенные извне начала гражданского, внецерковного демократизма и либерализма... Такой взгляд, к сожалению, не лишен оснований. Историческая трагедия Православия заключается именно в том, что пятьсот лет назад было насильственно пресечено нормальное развитие христианской личности, опиравшееся на мощный духовный фундамент, построенный пятнадцативе-ковыми трудами Церкви. Всякий персонализм и проповедь духовной свободы стали с тех пор восприниматься как вызов самому Православию. Если бы это было действительно так, и Православие не содержало в себе реальных потенций для развития личности, то никакой надежды на историческое будущее у христианства не оставалось бы. Есть все же надежда, что это не так. Мучительное восстановление глубинной церковной памяти, усилившееся в XX веке, постепенно приводит к осознанию того, что свободная личность предшествует соборности как необходимое условие. Поэтому главная задача Церкви в нашу эпоху — дать не только надежную опору, но и мощный импульс для развития и становления такой личности.

Еще одна важнейшая задача, стоящая перед церковной общественностью в наше время, состоит в преодолении соблазнов национального самолюбования, выход из полусектантской замкнутости, а также полное отвержение новомодных фашистских теорий с их пресловутыми идеями расовой (национальной) исключительности и поисками "врага" в лице других народов или даже христианских конфессий.

В 1988-89 гг. автор вернулся к работе над книгой и подготовил к изданию расширенную (почти в полтора раза) версию книги. Но это издание так и не вышло в свет (1) по разным причинам, главной из которых было опасение автора оказать невольную помощь "карловчанам", начавшим в эти годы яростную атаку против Московской Патриархии. Надо сказать, что использование "карловчанами" жупела "сергианства" носит чисто конъюнктурный характер. Будучи сами откровенными узурпаторами церковной власти за рубежом, они не имеют никакого морального права обвинять в узурпации митрополита Сергия. "Синодалы" значительно превзошли самого митр. Сергия в развитии худших традиций эпохи Победоносцева. Суть этой новоявленной "традиции" — глубокое презрение к личности человека и связанной с ней соборности, пугливая подозрительность ко всем проявлениям творческого духа, несокрушимая вера в административное принуждение как высший аргумент в любом церковном споре. К несчастью, достаточно широкая поддержка в определенных кругах верующих им обеспечена. Спекулируя на неизбежных муках запоздалого роста, которые обрушились сейчас на Россию, эти "лжефундаменталисты" (ибо фундамент действительной традиции они как раз и разрушают) пытаются законсервировать в душах отдельных верующих состояние личной и национальной инфаль-тильности, причем злобной и агрессивной. Глубоко символично, что в России нашлись (даже в среде иерархии) "духовные лидеры" этого направления, чье по сути "карловацкое мировоззрение", облеченное в "сергианские одежды", создает почву для крупнейшего церковного раскола.

Но есть и другая опасность, заключающаяся в отрыве от корней во имя мнимого творчества, отказ от традиции во имя ложно понятой свободы, стремление к межконфессиональному сближению за счет "теплохладности". К сожалению, часть верующих склонна преувеличивать эту угрозу, другая же часть — ее недооценивать. Наша надежда на преодоление этих опасных "уклонений" внутри Церкви возлагается на усвоение святоотеческого богословия и творческое его приложение во всем его полном объеме. В связи с вышесказанным относительно вышеочерченных течений внутри современной православной Церкви фигура митр. Сергия становится еще более значительной. Требует своего осмысления удивительный факт — тот, что у истоков возникновения современных противостоящих внутрицерковных течений стоит митр.