Опубликовано Общество - пт, 08/23/2019 - 01:17

Священномученик Павел (Кратиров) епископ Старобельский

Главным украшением сонма подвижников Луганской земли, несомненно, является
священномученик Павел, епископ Старобельский. Он первый из подвижников Луганщины
причислен Церковью к лику святых.

(Дополнительные фотографии в фотогалерее сайта)

Епископ Павел в миру Павел Фёдорович Кратиров, родился 6 мая 1871 г. в с.Покровское Тотемского уездного Вологодской губернии в семье священника Молочской Троицкой церкви, который впоследствии стал епископом Саратовским Ионном.

Родом из духовной семьи, он окончил Вологодскую Духовную Семинарию, а в 1897 г.

Казанскую Духовную Академию со степенью кандидата богословия. Преподавал в Тульской, Курской, а затем с 1902 г. в Харьковской Духовной Семинарии. В журнале «Вера и Разум» за 1903 г. в №7 и №14 на страницах 197 и 424 указано: «Богословия догматического, основного и нравственного Павел Фёдорович, надворный советник; по окончании курса в Казанской Духовной Академии, назначен на должность преподавателя греческого языка в Тульскую Духовную Семинарию; 26 сентября 1902 г. — перемещен на должность преподавателя словесности в Курскую Духовную Семинарию, откуда приказом г-н.Обер-Прокурора Св.Синода преподаватель КДС Кратиров с 12 марта 190? г. переведен на должность преподавателя основного, догматического и нравственного богословия в ХДС. Имеет орден св. Станислава III степени». В №3 за 1911 г. в «Отчете в состоянии Харьковского епархиального Совета, от 9 сентября 1909 г., утвержденным Его Высокопреосвященством 16 сентября преподаватель русского языка в 6 нормальном классе (4 урока) и гражданской истории по 2-х классах (4 урока) надворный советник Павел Фёдорович Кратиров, вследствие осложнения его занятий в Духовной Семинарии согласно прошению, уволен от должности преподавателя при Училище».

Павел Фёдорович активно печатал свои труды в периодических изданиях епархии.

Павел Фёдорович отличался благочестивой жизнью, был глубоко верующим человеком. Он имел супругу и трёх дочерей- Валентину, Инну и Зою.

Господу было угодно лишить его супруги, которая в июне 1914 года скончалась.

Можно представить душевную скорбь, которую переносил вдовец, ещё более усугублявшаяся слезами дочерей, лишённых матери. Эта скорбь, как горнило очищала его душу и приготавливала к многоскорбной монашеской жизни.

С приходом большевиков к власти начинаются гонения на Православную Церковь. В то время как Русская земля обагрилась кровью, сокрывая в себе всё новые и новые тела мучеников Христовых, Павел Фёдорович и сам возгорелся желанием пострадать за Христа.

Принять священный сан в то время означало обречь себя на скорби и гонения со стороны безбожной власти.

В апреле 1920 г. на Харьковскую кафедру был назначен архиепископ Нафанаил (Троицкий), ранее бывший Архангельским архиереем. Он 11 (24) сентября 1921 г.

рукоположил Павла Фёдоровича в сан диакона, в 13 (24) сентября того же года в сан священника и направил его для пастырского служения в харьковский храм в честь Озерянской иконы Божией Матери на Холодной горе.

В 1919 году вместе с Белой Армией Харьков покинул Архиепископ Харьковский Григорий с двумя викарными епископами, среди которых был Старобельский епископ Феодор, скончавшийся от тифа в пути. Благочестие о.Павла привлекло внимание архиеп.Нафанаила и он предоставляет его кандидатуру Патриарху Тихону и Священному Синоду для рукоположения в сан епископа на Старобельскую кафедру.

Священный Синод на заседании 12 (25) января 1922 г. постановил:

1. Согласно представлению Вашего Преосвященства, назначить вдового священника церкви Озерянской Божией Матери г.Харькова Павла Кратирова на кафедру епископа Старобельского, викария Харьковской епархии, с тем чтобы наречение и хиротония его в сан епископа по предварительном пострижении в монашество и возведении в сан архимандрита совершены были в г.Харькове.

2. Предоставить будущему епископу Старобельскому права полусамостоятельного епископа с кругом дел по усмотрению Вашего Преосвященства.

3. Местожительством епископа Старобельского назначить Харьковский Покровский монастырь.

4. Предоставить избранному на Старобельскую кафедру Павлу Кратирову, по рукоположении его в сан епископа, права настоятеля Старо-Харьковского Куряжского Преображенского монастыря, о чём и уведомить Ваше Преосвященство.

15 (28) января 1922 г. Священник Павел Кратиров был пострижен в монашество в Трёхсвятительской церкви Покровского монастыря наместником- иеромонахом Палладием, 2 (15) февраля возведён в сан архимандрита в Кафедральном соборе Харькова. 5 (18) февраля совершилось его наречение во епископа, а 6 (19) февраля- хиротония во епископа Старобельского в церкви «Всех скорбящих Радосте» Покровского монастыря, по другим данным наречение и хиротония были совершены в Кафедральном соборе. Хиротонию совершили Назарий, митр.Курский и Оболянский, Нафанаил, архиеп.Харьковский и Ахтырский, Корнилий, еп.Сумской и Никон, еп.Белгородский.

В этот период большевики расправлялись с Православной Церковью при содействии обновленческого раскола. Основатели этой «живой церкви» воспользовались неволей Патриарха Тихона и организовали в Москве в мае 1922 г. своё Высшее Церковное Управление (ВЦУ), которое отличалось грубым нарушением канонов, и приняло раболепную позицию по отношению к советской власти. Архиепископ Харьковский Нафанаил и епископ Старобельский Павел отказались подчиниться ему, и ВЦУ 6 (19) августа 1922 г. уволило на покой еп.Павла, 11 (24) августа архиеп.Нафанаила. Указы об увольнении на покой и высылке за пределы Харьковской епархии были им объявлены в народном комиссариате юстиции (НКЮ) 15 (28) августа 1922 г. Помещение епархии было опечатано и затем передано обновленцам.

Газета «Коммунист» от 16 (29) августа 1922 г. сообщала: «Вчера в час дня, Харьковский архиеп.Нафанаил, еп.Старобельский Павел (викарный), члены епархиального совещания протоиерей Буткевич и Попов и протоиерей Воскресенской церкви Иван Гаранин были вызваны в Наркомюст (Народный Комиссариат Юстиции), где в присутствии представителя НКЮ тов. Сухоплюева, уполномоченный ВЦУ на Харьковщине, гражданин Захаржевский объявил им за подписью постановление ВЦУ об увольнении их за штат с высылкой их из пределов Харьковской епархии.

Уволенный архиерей и его приспешники попробовали было возражать против постановления ВЦУ, но затем дали обязательство подчиниться этому решению. Затем в присутствии НКЮ, милиции, уполномоченного ВЦУ, помещение епархиального совещания было опечатано».

В 1922 году Владыка Павел посетил город Старобельск, епископом которого ему суждено было остаться на всю жизнь. Небольшой уездный город Старобельск сиял подвижнической жизнью. Главной достопримечательностью его был знаменитый Свято- Скорбященский женский монастырь, где несколько сотен монахинь и послушниц в истинно-монашеской жизни, в тайных подвигах и молитвах проводили свою богоугодную жизнь.

Также многие миряне не хотели отставать в благочестии от инокинь и тайно дома проводили подвижническую жизнь.

Главным кафедральным храмом города был кафедральный Покровский собор, отличавшийся довольно большими размерами. Он был двухэтажным, имел четыре престола.

В городе еще были Николаевская церковь и кладбищенская в честь Рождества Святого Иоанна Предтечи. Недолго старобельцам было суждено видеть своего Владыку, но память о нём, как о святителе Христовом сохранилась до наших дней. Его фотографии хранились инокинями и мирянами, как святыни. Одна из них была в уже в наше время найдена в г.Старобельске. На ней Владыка снят в старобельской фотомастерской, сидящим в кресле.

Эта фотография принадлежала старобельской монахине, доживавшей свои годы после Великой Отечественной войны в одном из киевских монастырей. Перед смертью эта монахиня отдала фотографии еп.Павла и последней игуменьи Старобельского монастыря знакомой из Старобельска, приехавшей навестить её. Женщина хранила эти фотографии как святыню.

В Харьков епископ вернулся осенью 1922 года, но нигде не служил. 4 (17) сентября 1922 г. архиепископ Нафанаил был привлечён к суду и выслан из Харькова осенью 1922 года.

В город он больше не вернулся и потому на общем собрании духовенства и мирян, которое состоялось осенью этого года в Старо-Троицкой церкви было принято решение: «3. Для возглавления Харьковской епархии должен быть приглашён епископ Старобельский Павел».

С конца 1922 г. еп.Павел и возглавляемое им духовенство начало борьбу с обновленческим расколом. Недолго продолжалась эта борьба, ибо 17 марта 1923 г. ГПУ арестовало его вместе с 13 священниками и мирянами. В этот день в Благовещенском соборе пел только хор, так как все священники были арестованы. Милиция опечатала собор и забрала ключи у приходского совета. 23 марта собор был передан обновленцам.
Для защиты арестованного епископа в суде верующие собрали два миллиарда рублей, чтобы нанять адвоката, но он не потребовался- суда не было. По постановлению Особой Комиссии ГПУ УССР по административным высылкам от 2 (15) мая 1923г. было определено: «Выслать из пределов Украины сроком на 3 года епископа Старобельского Павла, — Кратирова Павла Фёдоровича, Колчицкого Николая Фёдоровича- протоиерея Благовещенского собора, Загоровского Николая Михайловича- протоиерея, Радченко Павла Митрофановича- священника, мирян- Габиева Сергея Александровича и Стешенко Петра Петровича.» Причина ареста в том, что они не признавали ВЦУ как каноническое учреждение и не желали подчиняться ставленникам ВЦУ.

Владыка был освобожден 8 (21) мая 1923 г. под расписку и выехал в Крым.

Дальнейшие сведения о годах ссылки довольно скупы. В Крыму он вступил в управление Ялтинским викариатством Таврической епархии, а затем пребывает на покое. В 1923 г. — начале 1925 г. служил в Вологде, Владимире, Великом Устюге, Москве, неоднократно подвергался арестам.

Некоторое время жил в Москве. В воспоминаниях игумении Иулиании (Невакович):

Игуменья Инна сообщила оставшимся ещё сёстрам Храма Христа Спасителя, что где-то в переулке около Остроженки находится пришедший из тюрьмы больной, в поношенной одежде архиерей. <…> Сестры пошли проведать Владыку и узнали от него, что он только что вышел из Бутырской тюрьмы, где пробыл около шести месяцев, живёт у своих родственников и болен туберкулёзом. В сане епископа он состоит уже два года, но как и в первой епархии, куда он был назначен Святейшим Патриархом викарным, так и в дальнейших, его всегда арестовывали самое большее через месяц после приезда. <…> Его показали врачу, делали ему уколы, кормили, немножко приодели. Владыка подбодрился и весной (мы познакомились с ним зимою) уехал на свою родину, в Крым. Осенью этого же года обновленцами был назначен диспут. Главный их враг, Владыка Иларион, уже был в Соловках. Перед самым диспутом все предполагаемые оппоненты, опасные для обновленцев, выступавших на диспуте, были арестованы, и не только протоиереи (в том числе о. Александр Хотовицкий), но даже и міряне.

В день диспута в Москву приехал поправившийся в Крыму епископ Павел. Ему хотелось повидать Святейшего Патриарха и попросить о назначении, как он думал, в последний раз. Идя по Москве, он увидел большие плакаты, возвещавшие о диспуте. Придя к своим родственникам, людям церковным, он узнал о только что бывших арестах и тогда решил пойти на диспут и там говорить во славу Божию. Вид у него был невзрачный, одежда тоже, ничьё внимание он привлечь не мог, а поэтому, когда он на диспуте попросил слова, ему с удовольствием дали его. Но когда Владыка заговорил, то не только разбил все доводы обновленцев, но так горел любовью к Господу, что в эту минуту вся аудитория была готова идти к ним вместе на Крест. Диспут кончили моментально, не дав говорить следующим ораторам. Публика бросилась узнавать, кто этот проповедник. Узнав, что это епископ, все стали подходить под благословение и выражать свой восторг, свою готовность идти за Христом на крест. Но пошел на крест в этот день только один Владыка Павел.

Перед возвращением в Харьков в 1925 г. он обращается в ГПУ с просьбой разрешить ему вернуться до окончания срока высылки. Разрешение было дано.

После смерти Патр.Тихона 25марта (7 апреля) 1925 г., он числится среди епископов подписавших акт о восприятии церковной власти митрополитом Петром (Полянским) от 1 (14) апреля 1925 г. Здесь он именуется еп. Старобельским. С весны 1925 г. жил в Харькове на положении ссыльного. Проживал на улице Мариинская, 16. Весной 1926 г. поддержал претензии на пост Заместителя Местоблюстителя митрополита Агафангела (Преображенского).
pavel_starobelskiy_3_0.jpg
(На фото Священномученик Павел во время пребывания в Харькове)
В 1927 г. начался новый этап гонений на Русскую Церковь. Митрополит Сергий (Страгородский) собрав временный Синод, в которой входило чуть более 10 епископов от лица всей Церкви обнародовал своё послание — «Декларацию» от 16 (29) июля 1927 года.

Цель послания : «...Поставить нашу Православную Русскую Церковь в правильные отношения к советскому правительству и тем дать Церкви возможность вполне законного и мирного существования». Эта попытка легализации Церкви была воспринята православным церковным сознанием, как капитуляция перед безбожной властью. Епископ Павел резко выступил против митр.Сергия, которого он не признавал еще до выхода Деклаации, считая его захватчиком высшей церковной власти, которая с 1926 г. должна принадлежать митр.Агафангелу Ярославскому. За это он был запрещен в священнослужении экзархом Украины митр.Михаилом (Ермаковым). Но еп.Павел отправил в конце 1927 г. письмо митр.Агафангелу и полуил от него поддержку, так как тот назвал митр.Сергия «узурпировавшим церковную власть». Получив поддержку еп.Павел в апреле 1928 г. Отослал митр.Сергию официальное заявление об отходе от него. За что и был запрещен в священнослужении постановлением сергиевского Синода. В это время владыка проживал на улице Мануиловской, 11, находясь без места.

Летом 1928 г. владыка через протоиерея Николая Загоровского отбывавшего высылку в Ленинграде, узнает о епископе Димитрии (Любимове), которому и отправляет письмо с сообщением, что он еще в 1926 г. вышел из подчинения митр.Сергия и сейчас просит принять его в молитвенное общество. Еп.Димитрий запросил документы и объяснения по этому вопросу, и после их получения принял еп.Павла в общение, а также предложил ему окормлять ближайшие истинно -провославные общины. С этого момента между ними устанавливается переписка. Например, владыка Павел просил указаний по следующим вопросам: как относится к запрещениям, наложенным митр.Сергием, существуют ли планы организовать новое церковное управление и легализировать его перед гражданской властью.

В одном из писем он пишет: «Не поставлены ли мы долгом своего служения пастырского в необходимость препятствовать на каждом шагу существующей власти в её работе? Разве можем мы одобрять безбожное воспитание в современных школах? Разве допустима классовая борьба и даже угнетение одного класса другим...? Не более ли достойно нашего великого служения прямо и откровенно засвидетельствовать власти, что пути наши идут в разных направлениях и что мы можем говорить только о своем желании быть лояльными, но делами своими свидетельствовать свою лояльность не можем...»

Из Ленинграда к еп.Павлу приезжали с посланиями: игумен Клавдий (Савинский), монахиня Раздобаровского монастыря Антония, сын настоятеля собора Воскресения Христова (Спаса -на-Крови) инженер Илья Верюжский, в 1923—1930 годах работавший в Харькове. Еп.Димитрий присылал в Харьков святое Миро, антиминсы, рукополагал священников.

С лета 1928 г. владыка начал вполне легальную деятельность в качестве правящего архиерея. Его вызвали в ОГПУ, спросили об отношениях к Декларации и разрешили делать выезды для служения в храмах, которые к нему присоединялись. За лето 1928 г. к нему перешло около 20 общин. Первым был приход Рождественской церкви в г.Дергачи со священником Павлом Лобковским, который был помощником благочинного и диакон Иаков Подкуйко, затем собор в г.Золочеве, Покровский храм и иные храмы в г.Балаклея, четырех сел Богодуховского района,общины из села Бакаровки с иереем Стефаном Ильченко, села Сенного с иереем Михайлом Платоновым Ахтырского района, четырех сельских прихода Днепропетровской епархии. От всех общин он требовал законно принятого постановления о присоединении к нему.

Вскоре его снова вызвали в ОГПУ и потребовали прекратить возносить имя Патриаршего Местоблюстителя митр.Петра. После отказа со стороны владыки выполнить это требование, последовал запрет на дальние поездки и дальнейшее присоединение приходов.

В конце сентября 1928 г. владыку вновь вызвали в ОГПУ и разрешили дальние поездки, каждый раз с особого разрешения, но в марте 1929 г. последовал окончательный запрет. Выезжать на службы в другие города он перестал, хотя продолжал принимать общины. Так в 1930 г. под его руководство перешли иосифлянские приходы Киева, новые общины г.Ананьева Одесской епархии, г.Глухова Черниговской епархии, г.Курска, сл.Засосной Острогожского округа, с.Нескучное Липецкого округа. В январе 1931 г. община с.Мелекино Мантушского р-на Мариупольского округа и другие приходы. Ниже приводится список тех священников о которых точно известно, что они подчинились епископу Павлу. В самом Харькове к нему перешли: иерей Григорий Доля, протоиерей Иван Лисицкий, иерей Антоний Краснокутский, иерей Сергей Березянский, иерей Андрей Попов, бывший настоятель Киево-Печерской Лавры архимандрит Климент (Жеретиенко), наместник Лавры архимандрит Макарий (Величко), игумен Евстратий (Грумков) и четыре монаха, которые образовали общину, проводя богослужения тайно на квартирах. Один из монахов был Горбань Афанасий Артемович 1866 года рождения. Также перешло несколько приходов в Харьковской епархии. Помимо указанных выше ему подчинялась Преображенская церковь в селе Ледное под Харьковом, Иоанно-Предтеченский храм в селе Станичное Ново- Водолажского района. Все свои силы владыка уделял на служение Церкви Христовой, до последнего ареста он возглавлял около 40 иосифлянских приходов.

Кроме окормления приходов, еп.Павел занимался распостранением посланий о вреде и ложности для Православия курса выбранного митр.Сергием. Всего он написал четыре послания-рассуждения на тему, кто должен управлять Русской Церковью, два обращения к советской власти и письмо старобельским благочинным в ответ на их коллективное обращение с упрёком о непризнании им митр.Сергия.

Из четырёх посланий до нас дошли два. В них он не только отвергал новый курс церковной политики, но и отказался вообще признавать полномочия митр.Сергия и Синода.

Он указывал на то, что митр.Сергий боролся за власть в Церкви; получив её, самовольно вступил на новый курс издав Декларацию, призывая всех к миру, он тем временем налагает на всех несогласных с ним церковные прещения. Еп.Павел также обличил пагубный результат высказываний митр.Сергия из-за которых отдавались на расправу большевикам те иерархи, которые были с ним не согласны по исключительно церковным вопросам.

Существует ещё одно послание от 21 марта (3 апреля) 1928 года, которое, хотя и не подписано автором, но по стилю и идентичности идей и выражений, вероятнее всего принадлежит еп.Павлу. Оно даёт хорошее представление о настроенности автора- оппонента митр.Сергия. Обращено оно к безымянному архиерею, видимо стороннику митр.Сергия. В нём автор говорит, что не надо опасаться разделений в церковной среде, а напротив, приветствовать протест «грозной работе митр.Сергия». Владыка указывает, что существуют три господствующие, схожие в направлении, Церкви: обновленческая, григорианская и сергиевская.

Массовые аресты непоминающих иосифлян или, как их ещё называли, приверженцы Истинно-Православной Церкви начались по плану ОГПУ на всей территории СССР. На Украине они начались с января 1931 г. Поэтому 4 (17) января 1931 г. еп.Павел, как руководитель Харьковского филиала ИПЦ, был арестовал. Вместе с ним были арестованы и многие его единомышленники. Процедура арестов отошедших от мирт.Сергия описывается следующим образом: агент ОГПУ являлся к епископу и ставил ему следующий вопрос:

«Как вы относитесь к Декларации митр.Сергия (Старогородского)?»

Если епископ отвечал, что он её не признаёт, то агент заключал: «Значит вы контрреволюционер» и епископ арестовывался.

Содержался владыка в тюрьме города Харькова на Холодной горе. Пробыв в тюрьме почти год, еп.Павел по постановлению КОГПУ от 20 декабря (2 января 1932 г.) 1931 г. по ст.58-10,11 УК УССР был приговорён к 10 годам лагерей. Но владыке не суждено было отбыть свой срок заключения.

Официально пишется, что Владыка тяжело заболел в тюрьме и 25 декабря (5 января 1932 г.) 1931 г. в 11 часов 15 минут скончался в больнице Харьковской тюрьмы.

Но автор располагает совсем другими сведеньями.

В 1996 году в г.Луганске доживала свои последние годы престарелая катакомбная инокиня Таисия, духовная дочь луганского священномученика игумена Рафаила. Отец Рафаил был духовным чадом Владыки и тайно окормлялся им. Вот, что поведала ин.Таисия о кончине Владыки Павла:

« В начале 1932 года к о.Рафаилу приехали из Харькова его знакомые и сообщили, что Владыка Павел был расстрелян на кладбище, брошен в яму и засыпал землёй. Верующие извлекли тело Владыки ночью из земли, но за время пребывания в тюрьме он так изменился, что у некоторых появилось сомнение- точно ли это Владыка Павел? Тело снова возвратили в яму и засыпали землей. Отца Рафаила срочно просят приехать для опознания, так как он был одним из близких людей к Владыке Павлу.

Отец Рафаил приехал. Собрались духовные чада Владыки. Ночью кладбищенский сторож извлёк из ямы тело священномученика. Осмотрев извлечённое тело, отец Рафаил подтвердил, что это Владыка Павел. Епископа облачили в архиерейское облачение и положили в гроб. Отпевание тайно совершил игумен Рафаил вместе с верующими. На каком кладбище был расстрелян Владыка- неизвестно.

Похоронен был Владыка на кладбище, которое находилось недалеко от Озерянской церкви, что на Холодной горе. В 1960-х годах кладбище сносили и тогда две монахини из Харьковской катакомбной общины перенесли останки еп.Павла на другое кладбище. К большому сожалению, они скончались не успев показать точное место новой могилы и теперь невозможно узнать на каком кладбище Харькова покоятся мощи святителя Павла. Но не смотря на то, что от нас сокрыто это место, мы уповая на его молитвенное предстательство о нас грешных, призываем Владыку в своих молитвах:

«Святителю, отче наш Павле, моли Бога о нас!»

Отец Рафаил, приехав в Луганск, духовным чадам рассказал о мученической кончине Владыки Павла и его погребении. Одним из слушателей этого рассказа и была инокиня Таисия. В том же году о.Рафаил был арестован и отправлен в лагерь, где и погиб.

Остальные сподвижники Владыки получили длительные сроки лагерей.

Архимандрит Макарий (Величко) и игумен Евстратий (Грумков) были приговорены к 5 годам заключения и погибли в Свирских лагерях. Протоирей Григорий Селецкий был приговорен к 10 годам лагерей, отбывал срок в Темниковском, а затем в Беломорском лагерях. Игумен Варсонофий (Юрченко) был осуждён на 5 лет, отбывал срок в Темниковском и Саровском лагерях.

Остаётся лишь добавить, что еп.Павел вместе с иными Новомученниками и Исповедниками Российскими был причислен к лику святых на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви Заграницей (РПЦЗ) в 1981 году.

Его память празднуется вместе с другими Новомученниками и Исповедниками Российскими в последнее воскресенье января в день их Собора.
Критические Замечания по поводу второго послания (18/31 дек. 1927г.) митр. Сергия.
 

Творения сщмч.Павла еп. Старобельского.

 

 

Критические Замечания по поводу второго послания (18/31 дек. 1927г.) митр. Сергия.

 

Второе послание митрополита Сергия было вызвано появлением в Москве большого числа анонимок и листовок, направленных против него и его церковной работы, а также определенно выставленных против него обвинений и упреков со стороны некоторых иерархов.

Митрополиту Сергию для того, чтобы реабилитировать себя в глазах православных иерархов и народа, нужно было ответить на целый ряд обвинений. Мы укажем на важнейшие из них, с какими имели возможность познакомиться.

1) Он не имел права говорить в своем «воззвании» [16/29 июля 1927г] от лица всей Русской Церкви, так как не получил на то полномочий ни от митрополита Петра, ни от православного епископата.

2) Проявивши такое самочиние, он тем самым лишил себя права на доверие и подчинение ему со стороны его собратий епископов и православной его паствы.

3) Содержание «воззвания», сделанное митрополитом Сергием, не приемлемо для христианской совести, так как в нем нет надлежащей искренности и правдивости:

а) Нельзя искренно радоваться всем радостям той власти, которая, между прочим, ставит своей задачей совершенно упразднить религию в государстве и Церковь;

б) нельзя искренно благодарить ее за внимание ее к духовным нуждам православного населения, так как в действительности этого, конечно, не оказывается.

4) В своем «воззвании» митр. Сергий предрешает, по затронутым им вопросам, соборные определения.

5) Заверивши гражданскую власть в изменении своих взглядов на нее и в тех чувствах, какие указаны нами выше, он тем самым поставил под удар всех честных служителей Церкви, лояльных к власти, но не одобряющих церковной работы его и совершил, таким образом, акт предательства по отношению к ним и гнусной клеветы.

Ответил ли митрополит Сергий, хотя на одно слово из предъявленных ему обвинений? Безусловно, нет. Основная мысль его «послания» такова: он носитель церковной власти и все православные верующие, для блага Церкви, во избежание разделений, пагубных для Церкви, должны подчиниться ему до Собора. Только Собор произнесет свой суд над его работой.

Он уверяет читателя, что не отступал и не отступит от Православия и потому просит относиться к нему с полным доверием, ибо только при взаимном доверии возможно церковное строительство. Уверяет и в том, что огромное большинство духовенства русского и заграничного относится к нему с доверием и находится в ведении Московской Патриархии, т. е. его — Сергия, и его Синода. На свое служение Церкви в настоящем своем положении Заместителя, он смотрит, как на тяжелый крест, возложенный на него Самим Господом и только сознание им своего долга пред Церковью, будто бы даст ему силы оставаться на своем посту.

Вот главные мысли послания митрополита Сергия. Все эти мысли, конечно, здравые, и для сознания православного христианина приемлемые, но, к сожалению, в устах митрополита Сергия не для всех одинаково убедительные. Не погрешим, если скажем, что они убедительны только для тех, кто собственно и не нуждается в убеждении, кто не сомневается в его каноничности и одобряет его церковную деятельность. Что же касается всех остальных, а ведь их то и должен был успокоить митрополит Сергий, то это послание ни в какой мере не удовлетворяет их.

Прочитавши его, они могут только призадуматься над вопросом: имеем ли мы действительно право до церковного суда и соборного осуждения, отказывать митрополиту Сергию, если он действительно законный носитель церковной власти в подчинении?

Мы выскажем свои соображения по этому вопросу.

1) Мы лично смотрели и в настоящее время смотрим на митрополита Сергия только как на захватчика высшей церковной власти, которая по праву должна принадлежать митрополиту Агафангелу.

2) Признаем, что в известных случаях мы не погрешим, если откажем в своем послушании даже законной власти: это в тех случаях, когда власть потребует от нас явно беззаконного и противного воле Божией. Митрополиту Сергию, конечно, хорошо известно, что ответили апостолы своему синедриону, когда тот потребовал от них противного воле Божией.

Если же беззаконное требование будет иметь принципиальный характер? Если в основу церковного строительства полагается ложь и клевета, как это мы видим у митрополита Сергия, определяющая весь ход церковной деятельности его, то не погрешим, думается нам, если и совершенно выйдем из послушания такой власти и ее самую отвергнем. Нам дано на то право и особым Патриаршим указом от 1920 г.

Обязаны ли мы ждать соборного решения?

При суждении о вопросах чисто догматических, не имеющих такой очевидности, как элементарные вопросы морали, и не имеющих такого жизненного значения как последнее, можно без ущерба для дела церковного ждать авторитетного разрешения их на законном церковном соборе и очень продолжительное время.

Но совсем не такого характера те вопросы, которые отделяют нас от митрополита Сергия. Да и возможность законного собора, при настоящем хаотическом времени и состоянии Церкви, весьма сомнительна. Что же, неужели православный христианин должен идти со спокойной совестью за митрополитом Сергием и за его Синодом, куда бы и как они не вздумали нас повести? Нам известна крайняя неустойчивость взглядов митрополита Сергия, совершенно недопустимая в лице носителя высшей церковной власти, и ни рассудок, ни совесть не позволяют нам слепо следовать за ним.

Некоторые примеры этой неустойчивости:

а) В 1922 году митрополит Сергий признает обновленческое Высшее Церковное Управление вполне каноническим и все постановления его законными, и приглашает всех последовать его примеру. В 1924 году приносит раскаяние в содеянном им Патриарху, а в 1926 году уже становится сам во главе ориентации враждебной обновленчеству.

6) В 1926 году считает легализацию Временного Высшего Церковного Совета «признаком неправославия» в нем, а в 1927 году сам усиленно добивается ее, не стесняясь при этом никакими средствами.

в) В 1926 году митрополит Сергий дает совет заграничным православным епископам создать там самостоятельное церковное управление; ровно через год осуждает такое желание их (см. переписку его с митрополитом Евлогием и сравни с письмом к зарубежным епископам от 12 сент. 1926 г.).

Когда же был прав митрополит Сергий и по какому пути мы должны идти за ним?

3) Митрополит Сергий только говорит о необходимости церковного соборного осуждения, а поведением своим сам же себя опровергает. не осудили ли мы, а потом и он, одинаково с нами, обновленцев и их управление ранее церковного осуждения их? Он скажет, что то — незаконное управление… Но ведь признавал же он его законным, как мы сказали выше и других призывал к тому же! Сами обновленцы тоже (искренне или нет — Бог им Судья), считают свое управление законным.

Не церковный ли собор, в конце концов, должен был осуждать их по мысли митрополита Сергия? Как же он решился до церковного суда выйти из подчинения обновленческому синоду? Если митрополит Сергий называет раскольниками тех, кто не подчинился ему, то не правы ли будут, с точки зрения митрополита Сергия, и обновленцы, называющее и его самого, и всех нас такими же именами? И если мы со спокойной совестью вынесли свой приговор обновленцам, то не имеем ли мы возможности тоже самое сделать и по отношению к митрополиту Сергию? Мы думаем, что в нашем рассуждении более логики и правды, чем у митрополита Сергия.

Вот более других серьезная мысль в послании митрополита Сергия, заслуживающая и внимания нашего, и рассмотрения. Все остальное, в глазах тех, кто не желает слепо следовать за митрополитом Сергием, не имеют решительно никакой ценности. Мы думаем, что будет нетрудно доказать это, если сделаем некоторый критически анализ их.

Митрополит Сергий начинает свое послание заявлением, что «Сам Господь возложил на него великое и чрезвычайно ответственное дело — править кораблем нашей Церкви в такое время…» Можем не обинуясь исповедать, — говорить он, — что «только сознание служебного долга пред Церковью не позволило нам, подобно другим, уклониться от выпавшего на нашу долю столь тяжкого жребия»

Какая неправда, сугубо преступная в устах епископа, занимающего даже первосвятительский пост. Как это заверение митрополита Сергия расходится опять же с его поведением и действительностью. Допустим, что он, во имя долга, принял от митрополита Петра временное заместительство…

Но, что же скажет он в оправдание своего поведения со времени возвращения законного местоблюстителя патриаршего престола митр. Агафангела. Не он ли прилагал все меры к тому, чтобы лишить того возможности стать во главе управления? Не он ли отдал его под суд епископов за одну только попытку осуществить свое право, не смотря на определенно выраженную волю митрополита Петра, чтобы возглавил Русскую Церковь именно митрополит Агафангел? Не он ли одно время готов был судить самого местоблюстителя митрополита Петра за признание им митрополита Агафангела, а в другое сам закрепляет свое положение его действительным или измышленным Пермским посланием.

Только именно благодаря малой осведомленности окраин в том, что делается в центре, о чем говорит далее митрополит Сергий, как о прискорбном явлении в церковной жизни, и дана ему возможность «возложить на себя этот крест». Ссылка на Господа, таким образом, совершенно здесь неуместна и даже кощунственна.

Митрополит Сергий возлагает свою надежду на небесного Пастыреначальника, что Он в трудную минуту «не оставит нас сирых», и «упование не посрамит его». Ввиду вышесказанного, мы перейдем за границу возможного, если разделять будем надежды митрополита Сергия на то, что Господь будет ему Помощником в его деяниях, да и сам он, конечно, не имеет для такой надежды никаких моральных оснований.

Правильнее будет думать, имея ввиду его последние выступления, исполненные искательства перед сильными мира сего, что Господь оставил его и Дух Божий отступил от него.

Далее, желая, видимо, оправдать свое «воззвание», митрополит Сергий говорит о той, более благоприятной обстановке для церковного строительства, которая создалась благодаря ему: теперь функционирует не только Синод, но во многих епархиях епархиальные советы, пустующие кафедры замещаются, церковные дела разрешаются, явилась возможность сношений с Восточными Патриархами и прочее.

Но, выражаясь словами одного Святителя, писавшего митрополиту Сергию, скажем и мы: какая польза нам от получения возможности церковного строительства, когда сами то мы, служители Церкви и устроители Дома Божия на земле, стали «непотребными», стали солью обуявшею негодною для употребления, которую следует выбросить вон. —

Мало утешает нас ваше высокопреосвященство, и ваше сношение с Восточными Патриархами, о чем вы с такою радостью сообщаете в своем послании, ибо Восточные Патриархи еще ранее вас признали обновленческое церковное управление, да и Временный Высший Церковный Совет, на который вы, в полном его составе, наложили свое запрещение, еще задолго до вас установили сношения с этими Патриархами. Вы, таким образом, как в деле легализации, так и здесь, несколько запоздали и оказались по этой причине в хвосте у тех, кого вы осуждали.

Не тяжелый крест, возложенный Господом, несете вы, владыко, в этот ответственный момент Русской Церкви, а сами восприняли на себя жалкую и позорную роль (уже достаточно выясненную нами выше), которая свела на нет все ваши прежние церковные заслуги, если таковые, как уверяют некоторые, у вас имелись…

Вы думаете, по-видимому, оправдать свою церковную работу тем, что значительное большинство духовенства идет за вами. Мы объясняем это не сочувствием вам и вашей работе, а различными иными причинами, именно:

а) плохою осведомленностью многих о том, как и каким образом оказались вы во главе церковного управления;

б) безвыходность создавшегося положения, при котором многие, и очень многие, были бы рады и бежать от вас, да некуда…;

в) утомлением духовенства, утратившего в громаднейшем большинстве случаев, ту энергию в борьбе за истину церковную, какую проявило оно ранее в момент появления «живой церкви». Эти последние теперь, не имея мужества возвысить свой голос в защиту Истины, стараются оправдаться, и свои компромиссы с совестью объясняют заботами о мире и благе церковном, забывая, что еще ранее их искали себе спасения под этими прикрытиями обновленцы.

В своем послании, как прежде и в воззвании, митрополит Сергий снова клевещет на тех, кто находится «в административном отделении от них», уверяя кого-то в той нелепости, что неподчиняющиеся митрополиту Сергию и его Синоду «торжество Христианства склонны видеть в господстве христианских народов над нехристианскими», что в переводе на политический язык, означает «в господстве культурных и просвещенных народов над некультурными», а еще определеннее, может быть, «в господстве Англии над Китаем».

Что это, как не донос и только прикрытое несколько обвинение в контрреволюции тех иерархов, которые расходятся с ним исключительно на церковной почве. Мы лично всем существом своим отвергаем митрополита Сергия и его Синод, но понять не можем, какое же отношение имеет это к господству христианских народов над нехристианскими. Не подлежит никакому сомнению, что и все другие епископы, отрицательно относящиеся к митрополиту Сергию, засвидетельствуют такое же свое недоумение от чего же говорит такую нелепость митрополит Сергий. Для того, думается нам, чтобы запугать тех, кого ему не удается убедить настоящим своим посланием. А таких, надо полагать, будет немало.

Далее митрополит Сергий призывает всех возлюбленных отцов, братий и сестер к совместной и единодушной работе по упорядочению дел церковных. Между прочим, чтобы «обманутых убедить и заблудших вразумить» и для успеха самого дела, говорит о необходимости взаимного доверия.

Не знаем, кого митрополит Сергий думает вразумлять? Вероятно тех, кто согласен с ним. Мы же горячо убеждаем его самого принести, во имя блага Церкви, в жертву свое самолюбие и властолюбие, которыми он до сих пор руководился больше чем боголюбием, и снова чистосердечно покаяться во всех своих церковных прегрешениях, а управление Церковью предоставить тому, у кого оно было им отнято.

Рассчитывать на исполнение им этого нашего желания, конечно, довольно трудно, так как митрополит Сергий уверяет нас в своем послании, что «его сердце исполнено радостной уверенностью, что он не порвал золотой нити Апостольского преемства и это сознание дает ему внутреннее спокойствие при всех треволнениях церковной жизни. Отсюда до раскаяния далеко. Хотя и говорит он немного выше о каких-то покаянных молитвах, но, видимо, слов этих к себе не относит. Не будем спорить с митрополитом Сергием. Может быть он здесь говорит действительно правду о своем самосознании и чувствованиях, но мы бы на его месте не имели бы уверенности в законности своего управления, ни спокойствия в своей совести.

Пусть не забывает митрополит Сергий, что как бывший обновленческий деятель, он не имеет права не только возглавлять Православную Церковь, но не имеет права даже на положение простого члена присутствовать на соборе (Постановление о приеме кающихся обновленцев, пр. 5. Цит. по второму изданию брошюры: «Правда о ВВЦС и Нижегородском митрополите Сергие»).

Каким образом митрополит Сергий рассчитывает приобрети к себе то доверие, о необходимости которого он говорит выше? Он уверяет, что вполне сознает всю важность и всю ответственность своего положения в Церкви и потому, как в первом своем послании, так и теперь, он свидетельствует о своей воле и о своем решении не отступать от Православия. И только… приходится положиться на слова митрополита Сергия и верить в его Православие, потому что он сам считает себя православным. Кто же и когда из церковных наших деятелей сам признавал себя неправославным?

Да и можно ли доверять словам митрополита Сергия столь часто менявшего свои убеждения и взгляды, когда самые дела его приводят нас в великий соблазн и смущение.

В заключительной части своего послания митрополит Сергий предлагает всем оставаться в союзе с законной церковной властью и терпеливо ожидать разрешения всех недоумений на церковном Соборе, а пока будем, говорит он, «стараться сохранить единство Духа в союзе мира, помня о едином Теле Христове».

Совет хороший. Но вот беда наша: у нас, как мы высказали выше, существует в настоящее время не одна сергиевская «законная власть», а есть и обновленческая, которая признает нас даже раскольниками; есть и Временный Высший Церковный Совет, считающий себя каноническим и законным. Есть на Украине и некоторые другие церковные организации, продолжающие считать себя православными. Есть, наконец, те епископы, которые по своей совести не могут присоединиться ни к одной из существующих ориентаций… Значит законность сергиевского управления не так уж убедительна…

И если бы митрополит Сергий действительно желал до Собора сохранить «единство Духа в союзе мира», «чтобы не разрывать хитона Христова», как он выражается, то, оказавшись всякими неправдами и правдами во главе церковного управления, он не пугал бы напрасно церковными канонами непризнающих его, как это делает он всё время с большим усердием; не налагал бы единолично запрещений на десятки несогласных с ним епископов, а с должным смирением, поставивши собственную каноничность под знаком вопроса «в единстве Духа и в союзе мира», ожидал бы будущего Собора, который разберется в том, кто прав, и кто виноват в церковных смутах, и каждому воздаст по делам его. Только под этим условием, думается нам, возможен был бы некоторый мир в Церкви, столь необходимый, как для самих пастырей, так и для мечущихся из одной стороны в другую овец Христова стада. Под этим только условием возможен и самый Собор.

В заключение скажем: канонически бесспорной власти, которую бы все согласились признать таковою, в настоящее время нет в Православной Церкви. Нужно отыскать таковую. А если нельзя сделать этого, то самое широкое самоуправление православных епископов до времени Собора, согласно постановлению Патриаршего Синода от 7/20 ноября 1920 года, вот по нашему мнению, правильный лозунг нашего времени.

Когда кораблю угрожает потопление, то спасаются в лодках…

Февраль, 1928г.
 

Первое письмо епископа

 

Христос Воскресе!

Отче, брате и друже. Приветствует тебя со светлым Праздником Христова Воскресения, избавляющего нас от врат адовых и просвещающего нас к познанию Истины, возводящий от смерти к жизни вечной, недостойный раб Христов из служителей Его, принадлежащих к «лягальной» (от слова «лягать») Церкви, уходящей в пустыню от врагов внешних и своих «легальных приятелей», готовых пожрать Невесту Христову за ее стремление избежать союза и общения с блудницей, чтобы не сделаться участницей Вавилонского богоотступления, — желаем тебе через благоговейное и молитвенное созерцание современной церковно-исторической обстановки и сквозь обступившую Церковь Божию мглу, уразуметь смысл значения нашего времени для вечного спасения своего и для наилучшего руководства других, тебе вверенных душ, к вечному спасению о Христе Иисусе.

Вот ты скорбишь, что «потерян мир и разделение среди нас растет», а я, наоборот, радуюсь сему, и если бы не было протеста сергиевским затеям со стороны богомудрых архипастырей, преподобных отцов и боголюбивых мирян, то я, грешный, немедленно стал бы просить у Бога смерти для себя, чтобы избежать тяжкой необходимости взирать на заблудшуюся, червленную, бывшую Невесту Христову и переживать грядущие, ради сего безобразия, бедствия на всех верующих. Посему радуюсь сугубо нарушению мира и разделению в Церкви Христовой воинствующей, по попущению Божьему, подвергшейся великим испытаниям.

Ведь споры и разделения происходят сейчас не в единомыслен-ной и единосердечной среде, что было бы весьма грустно, а в среде многоразличной и крайне пестрой, что весьма полезно для чистого Тела Христовой Церкви. По попущению Божьему, началозлобный сеет нас как пшеницу, а Господь наш Иисус Христос молится за нас, дабы не оскудела наша вера. По милости Божьей моя вера в непобедимость Царства Божия на земле не оскудевает и я до последнего моего издыхания презираю их и тех, кто спасет Царство Божие, или Церковь, в союзе с темными силами глубинного, связанного пока узами Господними, и лишь сейчас довольно сильно и заметно высунувшего свою рожу, чтобы посмотреть, не пора-ли уже ему приступить к решительным и окончательным действиям.

Уже не раз он высовывал свою рожу. Когда он показывал свое мрачное лицо в последнее время земной жизни Спасителя, то Господь наш, схваченный в Гефсимании сказал собравшимся на Него: «но теперь ваше время и власть тьмы» (Лк. 22, 53). Согласно сим словам Спасителя сказала Церковь Христова тоже и во дни Юлиана Отступника, когда св. Василий Великий, сия труба церковная и орган Духа Святого, молится о том, чтобы Юлиан не вернулся из персидского похода для осуществления своих незаконных планов. Также Церковь молилась и в эпоху господства иконоборческой ереси.

А вот теперь пошли новые порядки. Митр. Серий просто наплевал на
О модернизированной Церкви или о сергиевском «православии» примеры жизни угодников Божиих и дерзнул ввести во святилище мерзостный клич (ибо молитвой его никак нельзя назвать) — да здравствует богоотступление. Ведь сергиевскую молитву свободно можно перефразировать так: «о благополучном пребывании богоотступления, Господу помолимся», или «об искоренении Христовой веры, Господу помолимся».

Митр. Серий и его единомышленники направо и налево рассыпаются в уверениях, что всё это они делают для спасения Церкви, для спасения церковного корабля. Но ведь каждому мало-мальски сведующему в делах веры христианину ясно, что Церковь Христова это ничто иное, как Царство Божие, а оно, по словам Спасителя, внутри нас.

Неужели же это Царство Божие внутри нас нуждается во всей этой мерзостной системе, которую допускает митр. Серий во взаимоотношениях со внешними? Неужели же из-за сохранения церковно-хозяйственного имущества (храмы, здания, утварь), канцелярии и ее принадлежностей, можно продать Христа и Царство Божие? Какая же тогда разница между Иудой и современными христопродавцами? Иуда продал Господа и Учителя за 30 сребреников, а современные единомышленники его творят тоже ради временного сохранения своего спокойствия, внешнего благополучия, каменного и деревянного имущества (храм, здания).

Но они жестоко ошибаются. Ни спокойствия, ни внешнего благополучия они не приобретут, а канцелярию и храмовые здания обязательно потеряют и погибнут, как Иуда за то, что продали нетленное за тленное, небесное за земное.

Один архиерей идиотствующий, или идиот архиерействующий (не знаю, Бог знает что), член сергиевского Синода, договорился в своем печальном послании к пастве до того, что изрек такую фразу: «Воззвание от 16/29 июля 1927 года создало обстановку для митр. Серия мирного, ни кем и ни чем не возбраняемого труда на пользу Церкви под охраною советского законодательства».

Трудно для меня решить вопрос, кто это изрек, подлец или церковный негодяй, или дурак предельной степени. Я никогда не поверил бы, что эта фраза принадлежит православному, как он себя называет, архиепископскому члену сергиевского Синода, если бы собственными глазами не прочитал это отвратительное, идиотское послание.

Неужели ты чувствовал бы себя спокойно и с радостью переживал бы отсутствие протеста и справедливого возмущения при виде грозной работы митр. Серия и подобных ему. Я не в состоянии вынести всего этого ужаса и ухожу в пустыню, отрекаюсь от всякой легализации, становлюсь рабом «лягальной» чистой Невесты Христовой, ибо при данной церковно-исторической обстановке, всякая «легальная» Церковь становится неизбежно блудницей Вавилонского богоотступления.

Я не могу не возмущаться и не страдать при виде червленно-заблудной Церкви, потому что я сам блудный и многогрешный, имею великую нужду в целомудрящей нас Церкви — Деве, носящей белую одежду целомудрия и совершенно чистой, незапятнанной Невесте Христовой, могущей спасти меня многогрешного. Но ты спросишь и скажешь мне: «Ведь митр. Сергий не сделал никаких догматических и канонических отступлений, почему же преждевременно станем отрекаться от него?»

А вот почему я отрекаюсь от сергиевской церкви. Тело церковное с внешней стороны, как будто и целое и всё в порядке, но через богоотступление голова уже отрублена. И сколько бы митр. Серий не кричал о верности Православию, но самого главного уже нет. Получилась не Церковь, а церковная партийная организация, ориентация, налицо не корабль церковный, а сергиевская ладья — «душегубка».

Апостол Иаков сказал: «Кто исполнит весь закон, но согрешит в одном чем-нибудь, тот становится виновным во всем» (Иаков. 2, 10).

Так как сергиевская церковь надела на себя червленную ризу блудницы, то через то стала повинной и преступной во всем. А Апостол Павел говорит о Церкви так: «…да представит ее Себе славну Церковь, не имеющую скверны, или нечто от таковых, но да будет свята и непорочна» (Еф. 5, 27).

Можно-ли о сергиевской церкви сказать, что она не имеет скверны порока, или нечто от таковых? Конечно нельзя, если принять во внимание, что всякий протестующей против сергиевского обновления подвергается лишениям и всяческим ляганием во вне.

Помимо этого сергиевская церковь допустила у себя превратное толкование слова Божия, смешала нормальные времена с апокалиптическими, обнаружила легкомысленное отношение к священному тексту и почти исключительное непонимание духа и силы слова Божия, с удивительной ясностью и точностью различающего времена нормальные (Мф. 22, 21; Рим. 13, 1-7; 1Тим. 2, 1-7) и ненормальные (Лук. 22, 53; 2Сол. 2, 1-12; Апок. глава 13), и нормальное человеческое общество и беззаконное общество, поклонение которому лишает кланяющихся жизни вечной.

То, что доступно всякому простому боголюбцу, стало непонятно церковной верхушке. Поистине ослепли наши вожди церковные, относя к временам апокалиптическим завещание апостола Павла, сказанное в отношение к временам нормальным (Рим. 13, 1-7). Уже теперь исполняется слово апостола о том, что некогда Господь пошлет людям «действо льсти, так что они будут верить лжи» (2 Сол. 2, 11) и всякой неправде погибающих.

В своем удивительном указе от 8/21 октября 1927 года митр. Серий обнаружил совершенное незнакомство с тем, что слово Божие различает ясно врагов личных (Мф. 5, 44), церковных (Мф. 18, 17; 1Ин. 2, 19; 1Тим. 1, 19-20; Тит. 3, 10 и много др.) и врагов Божиих (псалмы 67, 82, 36; Лк. гл. 19, 14, 27; Мф. 12, 32 и др.).

Если бы митр. Серий и его соработники и единомышленники молились по указанию Церкви Христовой, то они не подписали бы столь срамного указа, так как в помяннике о разных врагах молятся по разному. О врагах личных, христианин молится так: «Спаси, Господи, и помилуй ненавидящих и обидящих меня и пакости мне творящих и не оставь их погибнуть меня ради, грешного». За врагов церковных Церковь молится так: «Отступивших от православной веры и погибельными ересьми ослепленные светом Твоего познания просвети и святой Твоей Апостольской, Соборной Церкви причти». А за врагов Божиих Церковь молится так: «Мерзкое и богохульное агарянское (можно заменить и другим словом) царство вскоре ниспровергни…».

Сергиевская церковь по данному вопросу совершенно игнорировала церковные предания и практику вселенской Церкви, которая никогда не молилась о благополучии и процветании богохульных гонителей и мучителей, истребляющих христианскую веру, а, наоборот, возносила молитвы о просвещении их светом евангельского учения, или в случае неисправности и крайней ожесточенности, просила об истреблении врагов Христианства.

О святом Василии Великом в житии его читаем следующее: «Василий, угодник Божий, боролся за веру Христову, когда царь Юлиан Отступник, богохульник и великий гонитель христиан, похвалявшийся истребить христианскую веру во вселенной, отправился воевать против персов. Св. Василий молился тогда в церкви перед иконой Пресвятой Богородицы, у ног Которой было изображение святого великомученика Меркурия, в виде воина с копьем.

Молился же св. Василий о том, чтобы Бог не попустил гонителю и губителю христианской веры Юлиану, возвратиться живым с персидской войны. И вот он увидел, что образ св. Меркурия, стоявшего вблизи Пресвятой Богородицы, изменился и изображение мученика на некоторое время стало невидимо. Спустя немного времени, св. великомученик снова показался, но с окровавленным копием. В это самое время Юлиан Отступник был поражен в сражении великомучеником Меркурием, посланным Пречистой Девой Богородицей погубить врага Божия Юлиана».

Не стану перечислять многочисленных примеров из жизни палестинских, сирийских, египетских и азийских подвижников, молящих Бога об истреблении нераскаянных врагов Божиих. А христианские мученики никогда не молились о благоденствии и благополучии врагов Божиих — гонителей святой христианской веры, а молились лишь о просвещении их светом христианской истины, либо об истреблении нечестивых, если не покаются.

Самый дух боговдохновенной Псалтири протестует против богомерзкого сергиевского указа за №549 от 8/21 октября 1927 года. А прочитай-ка 67 псалом… Неужели ты не почувствуешь сергиевского блудомыслия?

Сергиевская церковь, подобно обновленческой, теперь свирепствует, господствует, запрещает, высылает и через это являет себя цезаро-папистской организацией в самом гнуснейшем смысле слова.

А посему я ухожу в пустыню в той надежде, что в данное время только пустынная, лягальная Церковь может указывать тот истинный путь к вечному спасению, по которому должно идти христианину. По всему видно, что мне уже не суждено Богом возвратиться в недра господствующей сергиевской церкви. Теперь пока три господствующих церкви: обновленческая, григорианская ВВЦ и сергиевская. Скоро, вероятно, будет и четвертая группировка.

Знай, что и к четвертой ориентации я принадлежать не буду, если и она станет на путь «легализации», потому что легализация Церкви Христовой или Царства Божия в современных условиях представляет собой чистейший абсурд, бессмыслицу, и говорить о легализации Царства Божия в наших условиях равно, что говорить о круглом квадрате или о темном свете, горячем льде и т. п. Легализация Церкви Христовой, легализация не в кавычках, а подлинная легализация, сейчас, в наших условиях, немыслима.

Сейчас если и возможно говорить о легализации, то лишь в ироническом смысле, так как, иначе, всякая легализация обязательно лишает Церковь Христову — «Царство Божие внутри нас» — Невесту Христову, внутренной, и через это причиняет тяжкий вред нетленному и чистому Телу Церкви Божией.

В современных церковно-исторических условиях истинной Христовой Церковью можно считать только ту, что ушла в пустыню (Апок. гл. 12). В эпоху иконоборческой ереси церковь-блудница пользовалась благами легализации, а истинная Церковь пребывала в гробах, пещерах, пустынях, ссылках, заключениях и т. п. Вспомни имена Никифора Исповедника, Стефана Нового, Феодора Студита, Иоанна Дамаскина, Феодора и Феофана Начертанных, Григория Декаполита, Иосифа Песнописца, Феофилакта еп. Никомидийского, Феофана Сигрианскаго и тысячи других.

По всему видно, что из пустыни мне уже не выбраться пока, да я и сам спешу туда, чтобы укрыться там, пока пройдет гнев Божий. Скорблю только о том, что среди архипастырей Русской Церкви нашлось немало последователей практически-смраднаго сергиевскаго блудословия. Прости и молись за меня и покайся, пока не поздно. Позже тебе уже не удастся выскочить, сам знаешь почему.

Богу нашему слава. Аминь.

3 апреля ст. ст., 1928 г.
 

О модернизированной Церкви или о сергиевском «православии»

 

Дорогой брат о Христе. Отовсюду идут все нехорошие вести, что церковные деятели, разделяющие заблуждение митр. Серия, уже отчасти сознают, что все они сидят в обновленческом болоте, но, чтобы успокоить свою совесть и других, они уверяют себя и пасомых, что декларация и церковная деятельность митр. Сергия касается лишь внешней организационной стороны Церкви Христовой, что митр. Серий в своей декларации и последующей деятельности не нарушил ни канонов, ни догматов церковных, — что всё им сделанное касается земных внешних интересов Царства Божия, что они, единомышленники митр. Сергия, презрели внешнюю сторону ради сохранения сущности и порядка церковной жизни, — что они решили внешнее временно игнорировать, чтобы получить возможность блюсти в чистоте сущность Церкви, как Божию закваску и энергию в жизни людей, а посему не стоит, мол, из-за пустяков смущаться, а тем более отмежеваться от митр. Сергия и осуждать его «многополезную» для Церкви работу. Так-ли это? действительно-ли сергиевская декларация и деятельность не затрагивает сути православно-церковного вероучения?

Господь наш Иисус Христос, сказавший: «воздадим кесарево Кесарю», и тем определившей отношения Церкви Своей к власти земной, сказал также, в другое время (беззаконному сборищу богоубийц): «но теперь ваше время и власть тьмы» (Лк. 22, 53). Соответственно этому в пророческих поучительных книгах Ветхого и Нового Заветов точно различаются времена обычные, и времена необычные, ненормальные, эсхатологические.

О тех и других наиболее подробно говорится у пророка Даниила и в Откровении св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова. Точно также и св. апостол Павел различает времена нормальные и последние (1Тим. 4, 1-2; 2Тим. 3, 1-5) — эпоху великого отступления и явления человека греха, который своей боговраждебной деятельностью погубит вселенную и весь род человеческий.

Между тем митр. Серий в своей декларации и знаменитом указе(2) выставляя себя великим знатоком знамений времени, совершенно игнорирует учение Слова Божия, смешивает времена нормальные с апокалиптическими, относя к последним завещание апостола Павла (Рим. 13, 1-7; 1Тим. 2. 1-7), сказанное к временам обычным и нормальным.

Св. пророк Даниил (см. главы 7-9, 11-12) точно различает нормальную государственность и боговраждебную, а потому и беззаконное государство последних времен.

С особенными подробностями говорит о боговраждебной государственности св. апостол Иоанн Богослов, свидетельствующей о том, что Церковь Христова не поклонится Зверю — человеко-богу, говорящему гордо и богохульно, и предпочтет жить в пустыни, а поклонятся человеко-богу лишь те, имена которых не написаны в книге жизни (Апок. 12 и 13 главы).

Хотя, конечно, не исключается возможность того, что в те печальные времена многие церковные вожди поклонятся человеко-богу, его боговраждебной деятельности и растлевающему душу учению, а самих себя и пасомых станут успокаивать и говорить всем, что они не нарушили ни догматов, ни канонов, остаются, как и прежде, православными, не замечая того, что их преступление грешнее и тяжелее, чем ересь и раскол. А когда им возразят и скажут: «Ведь вы же поклонились Зверю и нас ведете на погибель», они без всякого смущения им ответят: «До Зверя еще далеко, зачем вы напрасно омрачаете свою душу».

Нечто подобное наблюдается и сейчас. Верующие в Грядущего судить живых и мертвых отчетливо сознают ту бесспорную истину, что Русская Православная Церковь в данную историческую эпоху, либо вступила в период великого отступления рода человеческого от веры в Бога, о котором неоднократно говорил ап. Павел (2Сол. 2, 3), и который предшествует временам Презренного (Дан. 11 глава), либо переживает «время и власть тьмы» (Лк. 22, 53) — апокалиптический эпизод, глубоко насыщенный эсхатологическим содержанием — промыслительный намек Божий на необходимость покаяния и нравственного исправления.

В том и другом случае Церковь Христова, по примеру святого своего Основоположника и Главы Господа Иисуса Христа не должна покланяться боговраждебному институту. Сатана обещал Спасителю все царства мира и славу их, беспрепятственное распространение Христианства без крови и мученичества, без Голгофы и Креста, все блага и удобства вкупе с легализацией проповеди о Царстве Божием в царстве диавола, только при одном условии: «если пав поклонишься мне». Но Иисус Христос сказал ему в ответ: «Отойди от Меня, сатана, ибо написано: Господу Богу твоему покланяйся, и Ему Одному служи» (Мф. 4, 9-10).

Однако митр. Серий поступил иначе. Исходя из ложных понятий о толкованиях пророческих книг слова Божия, игнорируя знамения времени, церковное предание и святоотеческое учение (см. молитву св. Василия Великого об Юлиане Отступнике, житие вел. муч. Меркурия), митр. Серий не лично от себя и своего Синода, но от имени всей Православной Кафолической Церкви поклонился человеко-богу, говорящему гордо и богохульно. Не только справедливость беззакония и богоотступничества, но и, как всем известно, ввел в церковно-богослужебную практику Православной Церкви «осанна» хулящим Господа, Промыслителя и Вседержителя вселенной.

Теперь рассуди сам, как назвать таких церковных вождей, которые от имени Православной Церкви поучают о том, что в христианском храме или молитвенном доме, должен петь «осанна» каждый не только Сыну Божию, но и сынам беззакония, хулящим крестную силу Божию и поставивши своей первейшей и ближайшей задачей не только уничтожение христианской религии, но и истребление в человеческой психике инстинкта богоощущения. А как, рассуди, назвать то место, где взамен христианизации душ человеческих и христианского учения о спасении, совершается одна из тайн беззаконий — модернизированная, хорошо замаскированная сатанизация «малых сих», плохо или с трудом разбирающихся в вопросах православно-христианского благочестия, и слепо следующих за авторитетными церковными заправилами.

Я, грешник, думаю, что таких церковных деятелей нужно назвать не только еретиками и раскольниками, но и богоотступниками. Ведь митр. Серий вводит в церковное богослужение неслыханную в истории Церкви ересь модернизированного богоотступничества, естественным последствием которой явилась церковная смута и раскол.

Можно-ли после этого утверждать, что декларация и деятельность митр. Сергия касается только внешней стороны церковной жизни, нисколько не затрагивая сущности церковного Православия? Ни в коем случае сказать этого нельзя.

Митр. Сергий своей суемудренной и злочестивой декларацией, и последующей антицерковной работой, создал новый обновленческий раскол, или сергиевское обновление, которое, сохраняя для «малых сих» фикцию Православия и каноничности, гораздо преступнее первых двух обновлений (1922 г. и 1925 г.)

Итак, митр. Сергий попрал не внешнюю сторону, а самое внутреннее существо церковного Православия. Ведь «осанна» Христу и Антихристу, исполняемая сейчас в христианских храмах, касается самой сущности христианской веры и представляет собою явную апостасию — отпадение от веры, богоотступление. Поэтому придерживающейся сергиевского суемудрия, а тем более разделяющий его, не может быть наставником и хранителем благочестия, т. к. неизбежно помимо его воли, христианская закваска и соль, носителем которых он является, преподаются жаждущему истины спасения вместе с бесовской прелестью и диавольским заблуждением.

Всякий внимающий таким церковным учителям, вместо благочестия поучается злочестию, вместо истины ее фальсификации, вместо отрады и духовного утешения испытывает горечь и теряет надежду спасения. Поэтому, умоляю тебя, брате, не успокаивай себя ложными мыслями о том, что внешнее можно игнорировать, чтобы сохранить внутреннюю чистоту и порядок церковной жизни, ибо митр. Сергий ниспровергает самую сущность церковного Православия.

Тем, кто поплелся за митр. Сергием, возвращение на путь истины — задача трудная, сопряженная с немалыми скорбями и лишениями. Но я, грешный, вижу всё, и живу надеждой на Бога, Милующего, Умудряющего и Укрепляющего немощных. Ему же подобает всегда и во веки честь, слава и поклонение.

Спасайся, брате, остался ты один только. С братскою о Христе Иисусе любовью, твой брат из Церкви «лягальной» (от слова «лягать»), пребывающей в пустыни по случаю гнева Божия, чающий спасения не от врагов Божиих и князей бесовских, но от Бога Иаковля, Сотворившего небо и землю. Аминь.

Май, 1928 г.

(1) Взято из: «Новомученик Российской Церкви Святитель Павел (Кратиров)». П. И. Иванов. Казань. 1992г.

(2) Указ №549 митр. Сергия от 8/21 окт. 1927 года о поминовении властей за богослужением и об отмене поминовения епархиальных архиереев, находящихся в ссылке (Л. Регельсон, стр. 439).

Источник материала.

Исторические материалы о святых местах.

aАхтырский Троицкий монастырь

aАфон и его окрестности

aНовый русский скит св. апостола Андрея Первозванного на Афоне

aХарьковский Свято-Благовещенский Кафедральный собор

aВифлеем

aВИЛЕНСКИЙ СВЯТО-ДУХОВ МОНАСТЫРЬ

aВладимирская пустынь

aСказание о чудотворной Высочиновской иконе Божией Матери и создании Высочиновского Казанского мужского монастыря. Книга 1902 года.

aГефсимания. Гробница Богородицы

aГефсиманский скит.

aГлинская пустынь

aГора Фавор и долина Изреель

aГолгоѳо-Распятскій скитъ

aДИВНОГОРСКИЙ УСПЕНСКИЙ МОНАСТЫРЬ.

aОписание Зилантова монастыря

aЗмиевской Николаевский казацкий монастырь

aСпасо-Преображенский Лубенский Мгарский мужской монастырь.

aКосьмо-Дамиановский монастырь

aКраснокутский Петропавловский монастырь

aЛеснинский монастырь

aНазарет

aСИОНСКАЯ ГОРНИЦА

aмонастыри Афона

aЕлеонская гора - место Вознесения Господня

aЕлецкий Знаменский монастырь на Каменной горе.

aМОНАСТЫРЬ СВЯТОЙ ЕКАТЕРИНЫ

aКиевский Богородице-Рождественский монастырь в урочище «Церковщина».

aКуряжский Старохарьковский Преображенский монастырь

aСпасо-Вифанский монастырь

aНиколаевский храм на Святой Скале

aНиколаевский девичий монастырь

aВсехсвятский кладбищенский храм.

aОзерянская пустынь

aИСТОРИЧЕСКОЕ ОПИСАНИЕ СКИТА ВО ИМЯ СВ. ИОАННА ПРЕДТЕЧИ ГОСПОДНЯ, НАХОДЯЩАГОСЯ ПРИ КОЗЕЛЬСКОЙ ВВЕДЕНСКОЙ ОПТИНОЙ ПУСТЫНИ

aРека Иордан

aИсторическое описание Саввино-Сторожевского монастыря

aЛЕТОПИСЬ СЕРАФИМО-ДИВЕЕВСКОГО МОНАСТЫРЯ.

aКРАТКАЯ ИСТОРИЯ ПОДВОРЬЯ СЕРАФИМО-ДИВЕЕВСКОГО МОНАСТРЫРЯ В ХАРЬКОВЕ

aСЕРАФИМО — ПОНЕТАЕВСКИЙ МОНАСТЫРЬ

aСофийский собор

aСвято-Успенская Святогорская пустынь

aСпасо-Вознесенский русский женский монастырь

aПокровский храм Святогорской обители.

aПещеры Свято-Успенской Святогорской пустыни(Лавры).

aПещерный храм преподобных Антония и Феодосия Киево-Печерских

aСеннянский Покровский монастырь

aХорошевский Вознесенский женский монастырь.

aСобор Христа Спасителя в Спасовом Скиту возле с.Борки.

aСвято-Успенская Почаевская Лавра

aУспенский собор Свято-Успенской Святогорской пустыни(Лавры).

aУспенский собор Киево-Печерской лавры

aУспенский собор в городе Харькове.

aСвято-Успенский Псково-Печерский монастырь

aЧасовня апостола Андрея Первозванного

aПещерная церковь Рождества Иоанна Предтечи

aИСТОРИЯ ПРАЗДНИКА ВОСКРЕСЕНИЯ СЛОВУЩЕГО. ИЕРУСАЛИМСКИЙ ВОСКРЕСЕНСКИЙ ХРАМ.

aИстория Святогорского Фавора и Спасо-Преображенского храма

aСвятая Земля. Хайфа и гора Кармил

aХеврон. Русский участок и дуб Мамврийский (дуб Авраама)

aХрамы в Старобельском районе.

aХрамы Санкт-Петербурга

aПамять о Романовых за рубежом. Храмы и их история.

aШАМОРДИНСКАЯ КАЗАНСКАЯ АМВРОСИЕВСКАЯ ЖЕНСКАЯ ПУСТЫНЬ

Церковно-богослужебные книги и молитвословия.

aАрхиерейский чиновник. Книга 1

aАрхиерейский чиновник. Книга 2

aБлагодарственное Страстей Христовых воспоминание, и молитвенное размышление, паче иных молитв зело полезное, еже должно по вся пятки совершати.

aБогородичное правило

aБогородичник. Каноны Божией Матери на каждый день

aВеликий покаянный Канон Андрея Критского

aВоскресные службы постной Триоди

aДРЕВНЯЯ ЗААМВОННАЯ МОЛИТВА НА ПАСХУ.

aЗаклинание иже во святых отца нашего архииерарха и чудотворца Григория на духов нечистых

aЕжечасныя молитвенныя обращенія кающагося грѣшника къ предстательству Пресвятой Богородицы

aКанонник

aКанонник

aКоленопреклонные молитвы, читаемые на вечерне праздника Святой Троицы.

aМОЛЕБНОЕ ПѢНІЕ ВО ВРЕМЯ ГУБИТЕЛЬНАГО ПОВѢТРІЯ И СМЕРТОНОСНЫЯ ЗАРАЗЫ.

aМОЛИТВА ЗАДЕРЖАНИЯ

aМолитвы иерея

aМолитва ко Пресвятей Богородице от человека, в путь шествовати хотящаго.

aМолитва Михаилу Архистратигу, грозному воеводе

aМОЛИТВА ОПТИНСКИХ СТАРЦЕВ

aМолитва по соглашению

aМОЛИТВА Cвященномученика Киприана

aМолитва святителя Иоасафа Белгородского

aМОЛИТВЫ ПОКАЯННЫЕ КО ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЕ

aМолитвенное поклонение святым угодникам, почивающим в пещерах Киево-Печерской Лавры

aМолитвы священномученика Серафима (Звездинского), составленные в заключении.

aМолитвы митрополита Филарета (Дроздова)

aМОЛИТВЫ ВЪ НАЧАЛѢ ПОСТА СВЯТЫЯ ЧЕТЫРЕДЕСЯТНИЦЫ.

aМолитвослов

aМолитвослов

aМолитвослов

aОктоих воскресный

aПанихидная роспись в Бозе почивших Императорах и Императрицах, Царях и Царицах и прочих Высочайших лицах. С-Петербург. - 1897г.

aПассия

aПѢСНЬ БЛАГОДАРСТВЕННА КЪ ПРЕСВЯТѢЙ ТРОИЦЫ, ГЛАГОЛЕМА ВО ВСЮ СВѢТЛУЮ НЕДѢЛЮ ПАСХИ

aПОЛНЫЙ СЛУЖЕБНИК 1901 ГОДА

aПоследование молебного пения, внегда Царю идти на отмщение против супостатов. 1655 г.

aПсалтирь

aПсалтирь

aПсалтирь Божией Матери

aПоследование во святую и великую неделю Пасхи

aПоследование седмичных служб Великого поста

aПостная Триодь. Исторический обзор

aПОХВАЛЫ, или священное послѣдованіе на святое преставленіе Пресвятыя Владычицы нашея Богородицы и Приснодѣвы Марíи

aСлужбы предуготовительных седмиц Великого поста

aСлужбы первой седмицы Великого Поста

aСлужбы второй седмицы Великого поста

aСлужбы третьей седмицы Великого поста

aСлужбы четвертой седмицы Великого поста

aСлужбы пятой седмицы Великого поста

aСлужбы шестой седмицы Великого поста

aСлужбы Страстной седмицы Великого Поста

aСОКРАЩЕННАЯ ПСАЛТЫРЬ СВЯТОГО АВГУСТИНА

aТипикон

aТребник Петра (Могилы) Часть 1

aТребник Петра (Могилы) Часть 2

aТребник Петра (Могилы) Часть 3

aТриодь цветная

aТРОПАРИОН

aЧасослов на церковно-славянском языке.

aЧинъ благословенія новаго меда.

aЧИНЪ, БЫВАЕМЫЙ ВЪ ЦЕРКВАХЪ, НАХОДЯЩХСЯ НА ПУТИ ВЫСОЧАЙШАГО ШЕСТВІЯ.

aЧИНЪ «НА РАЗГРАБЛЯЮЩИХЪ ИМѢНІЯ ЦЕРКОВНЫЯ»

aЧИН ПРИСОЕДИНЕНИЯ КЛИРИКОВ ПРИХОДЯЩИХ ОТ ИЕРАРХИИ МОСКОВСКОЙ ПАТРИАРХИИ УСТАНОВЛЕННЫЙ СОБОРОМ ЕПИСКОПОВ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ЗАГРАНИЦЕЙ (27 ОКТЯБРЯ/9 НОЯБРЯ 1959 Г.)

aЧин чтения 12-ти псалмов