«Церковный расколъ».

Отъ издателя.
Пять мѣсяцевъ тому назадъ мое издательство выпустило первую книгу о Церковной смутѣ: «Возбудители раскола». За это время произошло именно то, что предсказывали лица, сохранившія каноническое подчиненіе Архіерейскимъ Собору и Сνноду.
Церковь Зарубежная была подведена́ подъ удары большевиковъ.
Сдѣлали это и продолжаютъ эту работу тѣ же самые масоны, которые разрушили Великую Російскую Монархію.
Совершая эту сатанинскую работу, они выполняютъ волю своего госпо- дина – дiавола. Ихъ дѣйствіямъ удивляться не приходится, но, что сказать о безсознательной массѣ, которая, нежеланіемъ понимать происходящее, помогаетъ своимъ врагамъ, продѣлывая то же, что дѣлала въ темные годы 1916-1917, подготовляя революцію.
Неужели рускіе въ изгнаніи не чувствуютъ и не замѣчаютъ, что пріемы масоновъ въ борьбѣ съ Церковью тѣ же, что и въ ихъ борьбѣ противъ Мона-
( Collapse )

рхіи: ложь, клевета, злоба...
Не оставляя надежды открытъ глаза добросовѣстно заблуждающимся, я и рѣшилъ выпустить въ свѣтъ настоящій трудъ. Князь М. Горчаковъ. 14/27 Сентября 1927 г. Воздви́женіе Креста Господня.

Патріархъ Тихонъ запрещаетъ духовенству борьбу съ большевиками.
Патріархъ Тихонъ 25 Сентября 1919 г. обратился къ духовенству, предлагая ему прекратить борьбу съ большевиками, потому что борьба эта безцѣльна и только умножаетъ кровопролитіе. Да кромѣ того, говорилось въ Посланіи, всякая власть отъ Бога и бороться съ нею не слѣдуетъ.
Этимъ Посланіемъ Патріархъ Тихонъ нарушалъ волю Высшей Руской Церковной Власти – Всеросійскаго Церковнаго Собора 1917-1918 г.г. Соборомъ было опубликовано въ Январѣ 1918 г. Воззваніе къ «Православнымъ Хрiстіанамъ», въ которомъ грозно обличались «люди, ставшіе у власти и назвавшіе себя народными комиссарами», желающіе сдѣлать «поганою» Русь Святую, обратить ее «въ землю антихрiстову, въ пустыню духовную, въ которой смерть лучше жизни». Соборъ звалъ къ борьбѣ. «Лучше кровь свою пролить и удостоиться Вѣнца мученическаго, чѣмъ допустить Вѣру Православную врагамъ на поруганіе», – говорилось въ томъ же Воззваніи. Церковнымь Соборомъ установлено было общее правило, что Церковь не признаетъ государственныхъ законовъ, противорѣчащихъ канонамъ.
Въ полномъ соотвѣтствіи со взглядами членовъ Собора, Патріархъ Тихонъ издалъ 19 Января 1918 г. Обращеніе къ «Архипастырямъ, Пастырямъ и всѣмъ вѣрнымъ чадамъ Православной Церкви Російской». Да изба́витъ насъ Госпо́дь отъ настоя́щаго вѣ́ка лука́ваго (Гал. 1:4). Такъ начинаетъ Патріархъ свое обращеніе. «Опомнитесь, безумцы, – взываетъ онъ, обращаясь къ большевикамъ, – прекратите ваши кровавыя расправы. Вѣдь то, что творите вы, не только жестокое дѣло: это поистинѣ дѣло сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому въ Жизни будущей – загробной и страшному проклятію потомства въ жизни настоящей, земной. Властью, данной Намъ отъ Бога, запрещаемъ вамъ приступать къ Тайнамъ Хрiстовымъ, анаѳема́тствуемъ васъ, если только вы носите имена Хрiстіанскія. Изми́те зло́го отъ васъ сами́хъ (1 Кор. 5:13)».
Столь же сильно обличаетъ большевиковъ Патріархъ Тихонъ въ Посланіи «къ чадамъ Православной Церкви» въ 1918 г. по поводу заключенія Брестъ-Литовскаго мира и 25 Октября 1918 г. по случаю годовщины большевицкаго властвованія.
Послѣ Указа Патріарха Тихона отъ 25 Сентября 1919 г. Церковно-политическіе пути Рускаго духовенства разошлись. Патріархъ Тихонъ и его преемники все время шли по пути дальнѣйшихъ уступокъ въ отношеніи большевиковъ и, въ лицѣ Митрополита Сергія, дошли нынѣ до заключенія договора съ «сатанинской» властью, превратившей Святую Русь «въ землю антихрiстову».
Оторванное внѣшними обстоятельствами отъ Москвы духовенство, оказавшееся впослѣдствіи зарубежнымъ и возглавлявшееся Соборомъ Епископовъ, съ Митрополитомъ Антоніемъ во главѣ, – твердо выполнило постановленія Всеросійскаго Церковнаго Собора, звавшаго къ борьбѣ съ сатанинской властью. Постепенно, подъ вліяніемъ темной силы, о чемъ рѣчь будетъ ниже, отъ этого Соборной Властью сплоченнаго духовенства, отходитъ Митрополитъ Евлогій, укрѣпившійся за границей, именно, въ силу указа 1919 г. и его дополнявшаго указа 1922 г., и объявившій себя «аполити́чнымъ».
Посланіе 1919 г. получено было въ Симферополѣ, существовавшимъ тогда, Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ отвоеванныхъ у большевиковъ часте́й Росіи. Распоряженіе Патріарха оставлено было безъ исполненія. Входившіе въ составъ Церковнаго Управленія Іерархи: Архіепископъ Ѳеофа́нъ Полтавскій, Епископъ Веніами́нъ Севастопольскій и др. правильно разсудили, что они не могутъ прекратить борьбу съ антихрiстовой властью, поработившей Росію.
Не считало никогда для себя обязательнымъ это распоряженіе Патріарха и Высшее Церковное Управленіе Зарубежной Церкви, находившееся въ Сре́мскихъ Ка́рловцахъ. Епископы уходили за границу съ частью духовенства, а также паствы именно съ тѣмъ, чтобы не подчиниться злодѣйской власти и, напротивъ, продолжать борьбу съ нею изъ за рубежа. Епископы-«бѣженцы» (какъ прозвали ихъ теперь масоны) стремились поддержать Церковно-патріотическій духъ у пасо́мыхъ, воодушевлять спасенные остатки бойцовъ за Росію къ дальнѣйшимъ подвигамъ для освобожденія Родины.
Партіархъ Тихонъ все это отлично понималъ. Именно въ цѣляхъ узаконе́нія оторванныхъ отъ него Епископовъ Высшимъ Церковнымъ Установленіемъ въ Росіи, съ его благословенія и утвержденія, и́зданъ былъ въ Ноябрѣ 1920 г. новый для Руской Церкви канонъ [вопросу объ этомъ канонѣ посвященъ прекрасный трудъ Архіепископа Ха́рбинскаго Меѳодія «По поводу Церковныхъ несогласій», выпущенный уже вторымъ изданіемъ въ 1927 г.]. Этимъ закономъ-канономъ Архіереямъ, оторваннымъ отъ Высшей Церковной Власти, поручалось создавать съ другими Епископами, находящимися въ такомъ же положеніи, общій о́рганъ управленія. Выполненіе же такого каноническаго объединенія поручалось старѣйшему изъ Архіереевъ, оторванныхъ отъ Москвы. Отчетъ о всѣхъ своихъ дѣйствіяхъ этотъ о́рганъ Епископскаго управленія долженъ былъ дать Всеросійскому Церковному Собору.
Законъ этотъ и былъ въ точности выполненъ зарубежными Іерархами въ 1922 г., когда они оказались совершенно оторваными отъ Патріарха Тихона, лишеннаго большевиками свободы и наканунѣ своего задержанія изда́вшаго, подъ явнымъ давленіемъ большевиковъ, указъ 22 Апрѣля (5 Мая) 1922 г., ко́имъ наносился крупный ударъ зарубежному духовенству.

Попытка большевиковъ въ 1922 году
разгромить Зарубежную Церковь. Помощь имъ въ этомъ зарубежныхъ лѣвыхъ.
Указъ Высшей Церковной Власти отъ 22 Апрѣля (5 Мая) 1922 г. упразднялъ Высшее Церковное Управленіе заграницей, ставя ему въ вину слѣдующее, ясно выраженное въ предложеніи Патріарха Тихона Высшей Власти. «Прилагаю при семъ №№ «Новаго Времени» отъ 3 и 4 Декабря и 1 Марта 1922 г. Въ нихъ напечатаны Посланія Карлова́цкаго Собора и обращеніе къ міровой Конференціи. Акты эти носятъ характеръ политическихъ и, какъ таковы́е, они противорѣчатъ моему Посланію отъ 25 Сентября 1919 г. По сему: 1) Я признаю Карлова́цкій Соборъ Заграничнаго Духовенства и мірянъ не имѣющимъ каноническаго значенія и Посланіе его о возстановленіи Династіи Романовыхъ и обращеніе къ Генуэзской Конференціи не выражающимъ оффиціальнаго голоса Руской Православной Церкви...».
Іерархи, участники Церковнаго Собора 1921 года въ Сре́мскихъ Ка́рловцахъ, дѣйствительно, столь же сознательно, какъ и ранѣе въ Крыму, – не исполнили распоряженія Патріарха отъ 25 Сентября 1919 г., запрещавшаго духовенству борьбу съ большевиками. И именно въ цѣляхъ усиленія этой борьбы съ сатанистами, Соборомъ постано́влено было 1) призвать Зарубежье къ молитвамъ о возстановленіи въ Росіи Монархіи съ Домомъ Романовыхъ во главѣ; 2) привѣтствовать про́тивобольшеви́ческое воинство – Рускую Армію и 3) обратиться съ Посланіемъ къ Міровой Конференціи, прося не общаться съ большевиками и, напротивъ, помочь Бѣлой Арміи свергнуть большевиковъ.
Послѣднее постановленіе Собора было выполнено предсѣдателемъ его, Митрополитомъ Антоніемъ, отправившимъ до́лжное посланіе на Генуэ́зскую Конференцію, собиравшуюся Весною 1922 г. Посланіе это было напечатано въ «Новомъ Времени». Оно, какъ мы читали выше, и было въ этомъ видѣ предъявлено Патріарху, отъ котораго чекисты потребовали наказанія тѣхъ Епископовъ, ко́и нарушили устраивавшее большевиковъ распоряженіе 1919 г. и какъ разъ въ то время, когда большевики принимались въ среду Западныхъ государствъ. Патріархъ это распоряженіе выполнилъ, на слѣдующій день былъ лишенъ свободы, всѣ же Высшія Церковныя Установленія были разгромлены.
Со времени этого злополучнаго подневольнаго Указа 1922 г. и начала́сь нужная большевикамъ смута въ Зарубежной Церкви, успѣшно разжигаемая заграницей масонами. Съ тѣхъ поръ еще яснѣе выявилось различіе отношенія къ задачамъ Руской Церкви заграницей разныхъ группъ духовенства и мірянъ.
Соборъ Зарубежныхъ Архіереевъ, засѣдавшій въ Аνгустѣ 1922 г. въ Сре́мскихъ Ка́рловцахъ, при́нялъ къ исполненію каноническую часть распоряженія Высшей Церковной Власти, хотя тогда же понималось, что оно дано было подъ давленіемъ большевиковъ. Высшее Церковное Управленіе заграницей, состоявшее изъ вы́борныхъ Епископовъ, клириковъ и мірянъ, было упразднено. Въ виду того, что къ этому времени Патріархъ былъ въ заточеніи, о́рганы Высшаго Управленія разгромлены, связь съ Москвой была нарушена – Архіерейскій Соборъ примѣнилъ общій Канонъ 1920 г., о которомъ говорилось выше. Всѣ объединившіеся Епископы составили Архіерейскій Соборъ, ежегодно собирающійся. Исполнительнымъ его о́рганомъ былъ Архіерейскій Сνнодъ, избираемый Соборомъ. Во главѣ Сνнода поставленъ былъ, въ силу того же Канона 1920 года, «старѣйшій»: Преосвященный Антоній, Митрополитъ Кіевскій и Га́лицкій. Старѣйшимъ онъ былъ и по времени поставленія во Епископы и по званію Митрополита Кіевскаго.
Политической же части указа 1922 г. Соборъ не подчинился, какъ не подчинялись Епископы и предшествовавшему Указу 1919 г.
Архіерейскій Сνнодъ, сохранившій духовную связь съ все болѣе разгромляемой большевиками Высшею Церковною Властью, въ лицѣ Мѣстоблюстителя Патріаршаго Престола, – считалъ себя совершенно свободнымъ въ выполненіи своего святого долга передъ Церковью и Родиной. Тѣсно идейно связанный съ подчинившимися ему дѣ́йственными Іерархами Китая, Японіи и Дальняго Востока, Архіерейскій Сνнодъ и его предсѣдатель, Митрополитъ Антоній, всегда благословляли всѣ патріотическія начинанія Рускихъ людей, ревновавшихъ о несчастной Родинѣ.
Иначе дѣйствовалъ Митрополитъ Евлогій, который всѣ эти послѣдніе годы старался отмежева́ться отъ здоровой государственной работы зарубежья. Имъ была провозглашена́ «аполити́чность» Церкви, столь чу́ждая Рускому Православному духовенству, въ теченіе тысячелѣтія бывшаго сугубо политическимъ. Въ своемъ отвѣтѣ Митрополиту Сергію отъ 30 Аνгуста (12 Сент.) с.г. «невмѣшательство Церкви въ политическую жизнь» онъ ставитъ себѣ въ заслугу. Конечно и «аполитичность» и «невмѣшательство» нужны были Митрополиту Евлогію лишь для отхода отъ всего полезнаго въ Зарубежьи. Самъ онъ – провозглашая эти, соблазнявшія «малыхъ сихъ», начала – былъ орудіемъ въ рукахъ опредѣленныхъ дѣльцовъ лѣваго направленія.
Монархическія объединенія, конечно, сочувствовали и всецѣло поддерживали большинство зарубежныхъ Іерарховъ, выполнявшихъ именно то, что на протяженіи многихъ вѣковъ дѣлала всегда Руская Церковь. Церковь, въ лицѣ Преподобнаго Сергія, Святителя Алексѣя, Митрополита Московскаго, Патріарха Гермоге́на и со́нма Святыхъ, являла яркій примѣръ Церковно-политическаго служенія духовенства Росіи.
Монархистамъ ясны́ были и замыслы большевиковъ, стремившихся внести смуту въ Зарубежную Церковь, путемъ тонкаго покровительства болѣе пріемлемыхъ для нихъ – на время – іерарховъ, для нанесенія затѣмъ окончательнаго удара всей Зарубежной Церкви.
«Нынѣ (большевикамъ нужно) устранить Митрополита Антонія, оставляя на время призрачное первенство за Митрополитомъ Евлогіемъ, а затѣмъ можно приняться и за него. Кто же можетъ помѣшать московской «живой церкви» и ея іудейскимъ коммунистическимъ покровителямъ и союзникамъ прислать новый анонимный Указъ объ упраздненіи Митрополита Евлогія и т.д., пока Заграничная Православная Церковь не будетъ приведена въ такое же хаотическое состояніе, въ какое Церковь уже повергнута въ Росіи? Идя по пути такихъ «указовъ», можно дождаться и здѣсь появленія «лжеепископовъ», вродѣ Антони́на и Владиміра Путя́ты, а съ нимъ запустѣнія храмовъ и распаденія Церковной жизни» – писалось въ № 58 «Еженедѣльника» Высшаго Монархическаго Совѣта еще 25 Сент. пр. ст. 1922 г.
Высшій Монархическіи Совѣтъ и объединяемыя имъ Организаціи понимали, что для пользы всей Руской Православной Церкви, и значитъ для Росіи, важно, чтобы Высшее Церковное Управленіе заграницей не было бы безпрекословно подчинено Высшей Іерархіи въ Росіи, находящейся въ плѣну у большевиковъ.
Инымъ было отношеніе къ Зарубежной Церкви лѣвыхъ круговъ. Архіерейскій Сνнодъ былъ имъ ненавистенъ за то, что онъ не сходилъ съ вѣковыхъ устоевъ Вселенской Православной Церкви. Сνнодъ, въ силу самы́хъ каноновъ и всей исторіи Православія, былъ идейно монархиченъ, конечно, сочувствуя всякой полезной борьбѣ противъ сатанинской власти большевиковъ.
Лѣвымъ – всѣхъ то́лковъ, – бо́рющимся съ большевиками лишь относительно, пуще всего боящимся чистаго Православнаго Монархизма, надо было разрушить Архіерейскій Соборъ и создать свое политическое Церковное средото́чіе, прикрытое пресловутой «аполити́чностью» Церкви.

Борьба лѣвыхъ и митрополита Евлогія противъ Архіерейскихъ Собора и Сνнода.
Либераламъ, учитывавшимъ Религіозныя настроенія Росіи и Зарубежья, при выполненіи ихъ «церковнаго» плана прежде всего нуженъ былъ Православный Іерархъ, послушный ихъ велѣніямъ. Такового они и нашли въ лицѣ Митрополита Евлогія.
Своимъ удачнымъ продвиженіемъ Епископъ Евлогій въ дореволюціонное время обязанъ былъ исключительно своему кричащему націонализму, умѣренной правизнѣ́ и умѣнію политика́нствовать. Этими способностями онъ отличался и въ Хо́лмщинѣ, и въ Государственной Думѣ и, наконецъ, въ Гали́ціи, гдѣ его дѣйствія принесли много вреда Рускому дѣлу. Заграницей онъ законоучи́тельствовалъ въ Рускомъ Институтѣ въ Югославіи, откуда въ 1921 г., съ согласія Митр. Антонія, былъ вывезенъ, по просьбѣ монархистовъ и на ихъ средства, въ Берлинъ, гдѣ требовалось упоря́доченіе Церковной жизни. Въ это же время въ Рейхенгаллѣ состоялся первый Монархическій съѣздъ, на коемъ – тогда Архіепископъ – Преосвященный Евлогій участвовалъ въ качествѣ представителя группы конституціонали́стовъ въ Бѣ́лградѣ.
Монархическій съѣздъ открытъ былъ Архіепискокомъ Евлогіемъ, который теперь въ письмѣ къ Митрополиту Сергію отъ 30 Аνгуста пр. ст. увѣряетъ, что заботою его являлось: «сосредоточе́ніе Церковно-общественной дѣятельности исключительно на Религіозно-нравственномъ воспитаніи паствы, съ невмѣшательствомъ Церкви въ политическую жизнь, при чемъ это послѣднее достигнуто было мною путемъ долгой и тяжелой борьбы и цѣной тяжкихъ страданій». Перенесшій, якобы, столько страданій Архіепископъ Евлогій, открывая съѣздъ говорилъ, что «Православная Вѣра всегда играла огромную роль въ Руской исторіи. Многіе Святители Православной Руской Церкви были Великими Рускими патріотами. Православіе есть одна изъ Великихъ основъ, на которыхъ зи́ждилась Російская Монархія. Съѣзду надлежитъ громко провозгласить своимъ лозунгомъ великія слова: «За Вѣру, Царя и Отечество», за которыми пойдетъ по пути спасенія изстрадавшійся Рускій Народъ». (Засѣданіе 16/29 Мая) [протоколъ засѣданія отъ 29 Мая 1921 г. подписанъ: предсѣдателемъ А. Н. Крупенскимъ, Тов. Пред. А. А. Римскимъ-Корсаковымъ, кн. В. М. Волконскимъ, А. М. Масленниковымъ, гр. М. Н. Граббе и Секретаремъ А. С. Римскимъ-Корсаковымъ].
По избраніи съѣздомъ Высшаго Монархическаго Совѣта, въ составѣ Н. Е. Маркова, кн. А. А. Ширинскаго-Шихматова и А. М. Масленникова, Архіепископъ Евлогій вмѣстѣ съ другими подписалъ письменное обязательство полнаго подчиненія Высшему Совѣту слѣдующаго содержанія: «Постановили и торжественно о семъ объявляемъ: Обѣщая сохранять въ совершенной тайнѣ все то, что признано Съѣздомъ не подлежащимъ оглашенію, приня́ть на себя обязанность не токмо за страхъ, но и за совѣсть исполнять, по мѣрѣ силъ своихъ и разумѣнія, всѣ распоряженія и указанія учрежденнаго нынѣ Высшаго Совѣта, направленныя къ великой цѣли возсозданія Монархической Росіи. Обѣщаніе это хранить свято и нерушимо по нашей вѣрности долгу и принесенной нами присягѣ Царствующему Дому, что каждый изъ насъ и подтверждаетъ собственноручною подписью». Архіепископъ Евлогій вторымъ подписалъ это обѣщаніе. Архіепископъ Евлогій тогда не боялся открыто заниматься «политикой» и зналъ, что только монархисты честно и незаинтересованно поддерживаютъ Православную Церковь. Въ засѣданіи 3 Іюня 1921 г. послѣ доклада А. П. Роговича, Архіепископъ Евлогій говоритъ слѣдующее, занесенное въ журналъ, подписанный указанными ранѣе, Предсѣдателемъ, тов. Предсѣдателя и Секретаремъ Съѣзда. «Архіепископъ Евлогій заявляетъ, что Высшимъ Церковнымъ Управленіемъ ему поручено управленіе всѣми Рускими Православными Церква́ми въ Западной Европѣ. Наши заграничныя Церкви находятся въ тяжеломъ положеніи. Многія изъ нихъ закрыты, нѣкоторыя остаются безъ священниковъ. Бѣженцамъ грозитъ духовное одичаніе. Причина этого – отсутствіе матеріальныхъ средствъ, отчасти также затрудненія, чини́мыя нѣкоторыми странами при выдачѣ визъ Православному духовенству. Рускіе дипломатическіе представители не оказываютъ содѣйствія. Нѣкоторые изъ нихъ въ отвѣтъ на просьбу о помощи указывали, что управленіе заграничными Рускими Церква́ми лежитъ на Петроградскомъ Митрополитѣ, съ которымъ со времени захвата власти большевиками нѣтъ возможности сноситься. Архіепископъ проситъ о моральной и матеріальной поддержкѣ со стороны Монархическихъ организацій» [заявленіе это имѣетъ особо важное значеніе теперь. Въ заявленіи Преосвященный Евлогій признае́тъ, отъ кого онъ получилъ въ управленіе заграничныя церкви. «Высшее Церковное Управленіе» и есть поноси́мые теперь имъ и масонами «Ка́рловцы». Онъ не считаетъ себя подчиненнымъ Петроградскому Митрополиту и съ неудовольствіемъ говоритъ, что на это подчиненіе указываютъ ему дипломаты. Послѣдніе, видимо, были недовольны имъ тогда за его монархизмъ и онъ у монархистовъ ищетъ помощи. Теперь же, ставъ «аполитичнымъ», т.-е. либераломъ, онъ пользуется покровительствомъ г. Гирса и др.].
По постановленію Съѣзда, Архіеп. Евлогій замѣнялъ Митр. Антонія въ засѣданіяхъ Высшаго Совѣта. Передо мною лежатъ журналы Высшаго Монархическаго Совѣта за 1921 г., подписанные участвовавшимъ въ засѣданіяхъ Архіепископомъ Евлогіемъ. Въ засѣданіяхъ этихъ разсматривались вопросы внѣшней и внутренней политики. Архіепископъ Евлогій дѣлалъ и доклады Высшему Совѣту.
Вотъ, напримѣръ, запись въ журналѣ засѣданія отъ 25 Октября 1921 г. «Архіепископъ Евлогій докладываетъ о своей поѣздкѣ во Францію, о своихъ бесѣдахъ съ Великими Князьями: Николаемъ Николаевичемъ, Дмитріемъ Паνловичемъ, Кирилломъ Владиміровичемъ, а также о работѣ мѣстныхъ Монархическихъ организацій».
На Всезаграничномъ Церковномъ Соборѣ 1921 г. въ Сре́мскихъ Ка́рловцахъ, Митрополитъ Евлогій, вопреки распространяемымъ нынѣ свѣдѣніямъ, участвовалъ въ вынесеніи всѣхъ политическихъ постановленій. Высказался онъ и за осужденное Патріархомъ Тихономъ, подъ давленіемъ большевиковъ, «Моленіе о возстановленіи Монархіи», возражавъ только про упоминаніе о Династіи Романовыхъ. «На первой мысли (о Монархіи) мы всѣ согласны, и́бо она была представлена въ Церковномъ освѣщеніи, вторая мысль (о Династіи) – чисто политическая – встрѣчаетъ наше разногласіе» [дѣя́нія Рускаго Всезаграничнаго Церковнаго Собора. 1922 года].
Въ Февралѣ 1922 г. Митрополитъ Евлогій участвовалъ на происходившемъ въ Берлинѣ съѣздѣ конституціонныхъ монархистовъ и читалъ тамъ свой докладъ.
Но въ дальнѣйшемъ Митрополитъ Евлогій сталъ все больше сближаться съ либеральными группами, которыя были особенно по душѣ его чисто интеллигентскимъ вкусамъ. Окончательный союзъ между ними былъ заключенъ по переѣздѣ его въ Парижъ. Берлинъ былъ оставленъ Митрополитомъ изъ опасенія надвигавшихся коммунистическихъ безпорядковъ и передъ отдачей посольскаго храма большевикамъ. Потерянъ былъ храмъ вслѣдствіе неправильныхъ дѣйствій Митрополита Евлогія.
Въ Парижѣ либералы окружили Митрополита Евлогія плотною стѣной. Побуждая Митрополита провозглашать всюду начала «аполитичности», они приставили къ нему – въ качествѣ членовъ Епархіальнаго Совѣта – двухъ своихъ яркихъ единомышленниковъ: Е. П. Ковалевскаго, б. комиссара революціоннаго Временнаго Правительства и А. В. Карташева, «министра» исповѣданій въ кабинетѣ Керенскаго, нынѣ предсѣдателя такъ называемаго Національнаго Комитета. Отъ группъ Милюкова прикомандированы были къ Митрополиту докторъ Манухинъ и г. Демидовъ. По масонскимъ ложамъ данъ былъ приказъ «интересоваться» Церковными дѣлами и проникать во всѣ Церковныя учрежденія, что успѣшно и выполнялось. Масонами отданъ былъ приказъ принять всѣ мѣры къ уничтоженію Архіерейскаго Собора и побуждаютъ Митрополита Евлогія къ полному разрыву съ законною Церковною Властью за рубежемъ.
До смерти Патріарха Тихона планъ лѣвыхъ былъ таковъ: добиться отъ Патріарха упраздненія Архіерейскаго Собора и предоставленія единоличнаго управленія Зарубежной Церковью Митрополиту Евлогію. Работали они по своимъ линіямъ, Митрополитъ же Евлогій тайно входилъ со своими предположеніями къ Патріарху, продолжая для видимости признавать власть Архіерейскихъ: Собора и Сνнода.
Имѣются данныя, что постоянныя домогательства Митрополита Евлогія и его политическихъ друзей очень раздражали покойнаго Патріарха. Вынужденный все болѣе признавать большевицкую власть, Патріархъ именно радовался создавшемуся отдѣленію отъ него не признаю́щей большевиковъ Зарубежной Церкви, за Которую онъ и не отвѣчалъ. За Нее же онъ былъ спокоенъ, отлично зная, что Она управляется Соборно, въ силу общихъ каноновъ и Постановленія 1920 года. Всѣ домогательства Митрополита Евлогія оставлялись имъ безъ отвѣта.
Закулисная работа Митрополита Евлогія, дѣйствовавшаго противъ созданнаго при его участіи управленія Зарубежной Церкви, стала извѣстна прочимъ Епископамъ. На Архіерейскомъ Соборѣ 1924 г. Митрополитъ Евлогій былъ запрошенъ по поводу своихъ сношеній съ Патріархомъ Тихономъ, направленныхъ противъ Архіерейскаго Собора. Митрополитъ Евлогій упорно отрицалъ наличіе подобныхъ сношеній. Потребовалось оглашеніе его же представленій Патріарху для того, чтобы Митрополитъ Евлогій вынужденъ былъ умолкнуть.
Послѣ смерти въ Мартѣ 1925 г. Патріарха Тихона, Митрополитъ Евлогій пытался добиться исключительнаго для себя положенія черезъ Митрополита Петра, своего бывшаго сотоварища по ученію. Но и тутъ потерпѣлъ неудачу. Митрополитъ же Петръ вскорѣ заточенъ былъ въ тюрьму, при чемъ обвиненъ былъ въ сношеніяхъ съ заграницей.
Съ конца 1925 г. тактика лѣваго окруженія Митрополита Евлогія мѣняется. Правящая Іерархія въ Росіи къ тому времени изничтожалась большевиками все сильнѣе. Невозможно было разсчитывать на полученіе отъ нее какихъ-либо распоряженій. Поэтому, съ истинной масонской ловкостью, въ поддерживающей Митрополита Евлогія печати стали развиваться положенія, что только послѣдній тѣсно связанъ съ Истинно-Церковной Росіей, является хранителемъ особыхъ завѣтовъ Патріарха Тихона, отчего и расходится идейно съ прочими Епископами, старающимися, якобы, совершенно отдѣлиться отъ Руской Церкви.
Къ этому же времени упро́чился и таинственный орденъ «Братство Св. Софіи», о которомъ много разъ упоминалось въ правой печати [«Возбудители раскола»]. Во главѣ его стоятъ: тотъ же «аполитичный» политикъ А. В. Карташевъ и прот. Сергѣй Булгаковъ. Основное ядро его составляютъ «богословы» послѣреволюціоннаго появленія, отосланные большевиками заграницу: Н. Бердяевъ, С. Франкъ, Б. Вышеславцевъ и другіе. Эта организація создала въ Парижѣ «Богословскій Институтъ» и окончательно полони́ла Митрополита Евлогія, будучи черезъ Карташева и др. тѣсно связанной съ политическими либеральными группами.
Постоянныя заявленія Митрополита Евлогія и направлявшихъ его политиковъ о томъ, что Зарубежная Церковь подчинена только Церковной Власти въ Росіи – сильно ухудшало положеніе этой Власти. Все труднѣе становилось для нея отбивать домогательства большевиковъ о принятіи мѣръ противъ зарубежнаго духовенства ссылкой на неподчиненность послѣдняго. Темная сила постановленіями, проводившимися ею заграницей, помогала чекистамъ-вымогателямъ.
Монархисты, всегда ставившіе въ основу своей дѣятельности охраненіе Православной Церкви, сразу обнаружили преступные замыслы злой силы, игравшей на благородныхъ чувствахъ зарубежниковъ, связанныхъ тысячами нитей съ Родиной, съ гонимой сатанистами Церковью.
Отвѣтомъ на «работу» масоновъ и ихъ приспѣшниковъ, разрушавшихъ Церковное единство за рубежемъ и подставлявшее подъ удары большевиковъ Высшее духовенство въ Росіи, явилась статья Н. Е. Маркова въ № 141 «Еженедѣльника» Высшаго Монархическаго Совѣта отъ 5 (18) Октября 1925 г.
«Какъ для Главнокомандующаго, попавшаго въ плѣнъ къ непріятелю, – писалъ Предсѣдатель Высшаго Совѣта, – невозможно продолжатъ командованіе бо́рющимися съ непріятелемъ частями своей Арміи, такъ и для Православнаго Іерарха, находящагося въ плѣну и порабощеніи у богоборческой власти, невозможно управлять оставшейся на свободѣ отъ сатанинскаго ига Православной Церковью. Не о созданіи какой-то независимой Заграничной Церкви идетъ рѣчь, а о сохраненіи все Той же Единой Святой Руской Православной Церкви. Тутъ нѣтъ никакой автокефа́ліи, а лишь тревожная забота о неугашеніи свѣтильника Вѣры, явно задуваемаго тамъ въ Три́эсэ́ріи злобными порывами духа нечистаго».
«Заявленіе о нашей подчиненности и послушаніи плѣненному Митрополиту Петру или иному Іерарху въ Москвѣ есть прямое возложеніе на него отвѣтственности передъ богоборческой властью за все, что мы здѣсь учинимъ. И если послѣ такого заявленія мы не пожелаемъ предать Мѣстоблюстителя каторгѣ, пыткамъ или убійству, то должны будемъ здѣсь на свободѣ творить только то, что не будетъ вредитъ богоборцамъ».
Этому предупрежденію парижскіе лже-Церковники не внимали. Развѣ волновала ихъ судьба гонимаго духовенства въ Росіи. Имъ нужно было сокрушить Архіерейскій Соборъ. Для этого же всѣ средства были хороши.
Митрополитъ Евлогій
выполняетъ въ 1926 году заданіе по взрыву Архіерейскаго Собора.
Время засѣданій Архіерейскаго Собора 1926 г. признано было темной силой подходящимъ моментомъ для окончательнаго разрыва Митрополита Евлогія съ собратіями Епископами. Считалосъ это необходимымъ и оттого, что темной силѣ извѣстно было, что Соборъ собирается всесторонне освѣтить дѣятельность т.н. Богословскаго Института, гдѣ современные «богословы» безъ ученаго образованія, готовили нужные имъ кадры будущихъ пастырей Церкви. Надо было отражать ударъ Собора, наносимый по ея главной крѣпости. Существовавшія въ то время расхожденія по отдѣльнымъ вопросамъ у нѣкоторыхъ Іерарховъ должны были обле́гчить взрывъ, задуманный темной силой. Вызывавшемуся изъ Америки Митрополиту Платону прямо писалось изъ Парижа, что никогда не будетъ столь благопріятнаго времени для разгрома Архіерейскаго Собора. Обезпечена была поддержка всей либеральной печати, прочно захваченной масонами. Правыхъ органовъ печати тогда не было. «Отечество» только что появилось, его не боялись, разсчитывая даже на его нейтралитетъ въ Церковномъ вопросѣ.
Митрополитъ Евлогій, подбодряемый телеграммами софіа́нъ изъ Парижа, въ точности выполнилъ данныя ему порученія. Придравшись къ пустяшному вопросу объ измѣненіи повѣстки занятій Собора, онъ покинулъ Соборъ и объявилъ его неканоничнымъ, хотя самъ участвовалъ въ его учрежденіи и къ помощи его неоднократно прибѣгалъ.
Смута началась. Либералы ликовали. Изъ подъ законной власти Архіерейскаго Собора ушли они сами и увели двухъ митрополитовъ (ушелъ и митрополитъ Платонъ, давно тяготившійся надзоромъ Собора и Сνнода). Главное же, въ совершенно независимое положеніе попадалъ «Богословскій институтъ». Въ Росіи почти всѣ Іерархи были заточены́ и безгласны. Значитъ, и оттуда нельзя было ожидать распоряженій. Какъ извѣстно, главными стремленіями либераловъ всегда является – разрушеніе существующаго, крики о произволѣ законной власти и полный произволъ и безконтрольность въ отношеніи самихъ себя.
Послѣ Собора начали́сь дикія неи́стовства всей либеральной печати. Стру́ве, въ полномъ единеніи съ Милюковымъ, Ге́ссеномъ и Ке́ренскимъ («Дни» тогда еще существовали), сталъ неприлично травить Архіерейскій Соборъ. По истеченіи пяти лѣтъ существованія Архіерейскаго Собора, газеты, вслѣдъ за Митрополитомъ Евлогіемъ, стали отрицать каноничность Собора. И одновре́менно та же печать всячески прославляла Митрополита Евлогія. Онъ возглашалъ, газеты же не уставали повторять за нимъ, что онъ является блюстителемъ «завѣтовъ Патріарха Тихона», противъ которыхъ возстаютъ Соборъ и монархисты.
Какіе «завѣты» оставилъ покойный Патріархъ, никто объяснить не могъ. Но толпа также требовала исполненія «завѣтовъ», не понимая въ чемъ дѣло, какъ передъ революціей настаивала на «отвѣтственномъ министерствѣ», совершенно не уясняя себѣ, что это означаетъ установленіе безпринципнаго, продажнаго парламентскаго строя.
Можно было подозрѣватъ, что подъ «завѣтами» разумѣлось запрещеніе Патріарха въ 1919 году духовенству бороться противъ большевиковъ. Такъ, то, что именуется «завѣтами», объясняется въ теперешнемъ посланіи Митрополита Сергія.
Затуманенное лживой, масонской печатью, Руское общество и, что поразительнѣе всего, Бѣлое Воинство, съ неистовствомъ отстаивало «завѣты» о прекращеніи борьбы съ большевиками, и поносило Архіерейскій Соборъ «Ка́рловцы» (по жидо-масонскому наименованію), – именно распоряженіямъ 1919 и 1922 г. о прекращеніи борьбы съ богоборцами и убійцами Росіи не подчинившійся!
Тою же печатью и Митрополитомъ Евлогіемъ подчеркивалось полное, ислючительное подчиненіе послѣдняго «Патріаршей Церкви», въ лицѣ Мѣстоблюстителя и его Замѣстителя, каковымъ являлся Митрополитъ Сергій.
«Главнѣ́йшій и даже единcтвенный якорь нашего спасенія отъ всякихъ бѣдъ

Церковнаго безпорядка – это стойкая, непоколебимая, самоотверженная вѣрность нашей законной Церковной Власти. О́рганами этой власти въ Руской Церкви являются – Помѣстный Соборъ, Патріархъ, или его законный Мѣстоблюститель съ Священнымъ Сνнодомъ и Высшимъ Церковнымъ Совѣтомъ и епархіальные законопослушные Епископы» – писалъ 6(19) Аνгуста Митрополитъ Евлогій «своей паствѣ». Призывая далѣе паству къ «твердому и неуклонному слѣдованію волѣ нашего Св. Патріарха Тихона» по вопросу объ устроеніи Заграничной Церкви въ его, Митрополита Евлогія, пониманіи, онъ писалъ: «Конечно, если бы мы могли получить какое-либо разрѣшеніе нашихъ разногласій отъ высшей Всеросійской Церковной Власти, это положило бы конецъ всякому нашему раздѣленію. Я немедленно ему подчинился бы».
Начало полной подчиненности распоряженіямъ изъ Росіи было ясно, опредѣленно выдвинуто, правда, въ увѣренности, что распоряженія не послѣдуетъ. Но – наивно и преступно было не пониматъ, что большевики не упустятъ этой возможности подчинить себѣ зарубежное духовенство.
Конечно, для большевиковъ Митрополитъ Евлогій съ его «аполитичностью» былъ пріе́млемѣе Архіерейскаго Собора, дѣйственно поддерживавшаго всѣ про́тивобольшеви́ческія начинанія. Но все же и Митрополитъ Евлогій, опирающійся на торгово-промышленные круги, «Совѣтъ Пословъ», Національный Комитетъ и всѣ подобныя, изъ тѣхъ же лицъ состоящія «центральныя» организаціи, – то же признавался ими ненадежнымъ. Его заявленія о «подчиненности», и столь рѣшительной, давали чекистамъ прекрасный поводъ вымогать отъ Митрополита Сергія нужныя имъ распоряженія. Митрополитъ Сергій заявлялъ не разъ, по примѣру Патріарха Тихона и Митрополита Петра, – о своей лойяльности въ отношеніи совѣтской власти. Большевики могли требовать теперь «лойяльности» и отъ заявлявшаго о своей подчиненности Митрополиту Сергію Митрополита Евлогія и оставшагося съ нимъ духовенства.
Монархисты, сознававшіе, какое непреодолимое препятствіе для большевиковъ въ этихъ ихъ планахъ представляетъ Архіерейскій Соборъ, ясно опредѣлившій степень подчиненности своей только свободной волѣ Патріаршей Церкви, – конечно, встали на защиту Архіерейскаго Собора. Не менѣе волновало ихъ и положеніе Высшей Іерархіи въ Росіи, подставляемой парижскими лже-Церковниками подъ удары большевиковъ.
Въ среду 8(21) Іюля, дѣйствуя по уполномочію Высшаго Монархическаго Совѣта, А. Н. Крупенскій и я посѣтили Митрополита Евлогія. Съ полной откровенностью указали мы Митрополиту на всѣ опасности для Церкви въ Росіи и заграницей, проистекшія отъ образа его дѣйствій. Митрополитъ все время повторялъ, что онъ считаетъ себя подчиненнымъ исключительно Митрополиту Сергію и подчинится всякому его распоряженію. Мы возражали, говоря, что Митрополитъ Сергій держится большевиками плѣнникомъ въ Нижнемъ и они могутъ заставить его издать вредныя для Зарубежной Церкви распоряженія. Митрополитъ Евлогій настаивалъ на своей подчиненности ему.
«Но Владыко», сказалъ тогда я. «Вѣдь можетъ случиться, что Митрополитъ Сергій, подъ давленіемъ большевиковъ, Васъ уволитъ и пришлетъ на Ваше мѣсто, съ разрѣшенія большевиковъ, другого епископа». «И я подчинюсь», заявилъ Митрополитъ Евлогій. «Но Вы не имѣете права такъ поступать!», воскликнулъ я. «Я такъ поступлю», рѣшительно заявилъ Митрополитъ.
Подавленные ушли мы тогда и вечеромъ на собраніи монархической партіи А. Н. Крупенскій передалъ эту часть бесѣды съ Митрополитомъ Евлогіемъ.
Надъ Зарубежной Церковью – изъ-за политиканства лѣвыхъ и потворства имъ Митр. Евлогія – нависала страшная опасность.

Лѣвые подготовля́ютъ заграницей почву для большевиковъ.
«До какихъ предѣловъ будетъ распространяться «подчиненіе»? писалъ я въ «Отечествѣ», отъ 12-25 Іюля 1926 г. «Исполнено ли будетъ духовными лицами, отрекшимися отъ Архіерейскаго Собора, напримѣръ, приказаніе при́знанной ими церковной власти, которая подъ давленіемъ большевиковъ, вызоветъ ихъ на судъ въ Росію, уволитъ и пришлетъ на смѣну духовенство, «извѣстное» совѣтской власти? Ясно, что никакого фактическаго подчиненія быть не можетъ. Его и нѣтъ. Подчеркиваніе же несуществующаго подчиненія ставитъ въ тягчайшее положеніе и безъ того страдающихъ Іерарховъ въ Росіи, которымъ большевики, пользяусь этими изъявленіями покорности, смогутъ предъявить требованія желательныхъ имъ распоряженій въ отношеніи Зарубежной Церкви».
«Не теряю надежды, что единеніе въ Зарубежной Церкви наступитъ», писалъ я черезъ недѣлю въ № 8 «Отечества», стараясь остановить паденіе въ бездну. «Но все же считаю своимъ долгомъ призвать къ благоразумію тѣхъ духовныхъ и мірянъ, кто признае́тъ надъ собою исключительно фактическую власть Высшей Іерархіи въ Москвѣ, находящейся въ плѣну у большевиковъ.
«Этимъ лицамъ пока легко провозглашать это начало, освобождая себя отъ подчиненія Архіерейскому Собору, дѣйствующему на основаніи свободнаго волеизъявле́нія Патріарха Тихона, отъ Ноября 1920 года. Но, не надо забывать и послѣдствія, ко́и проистекутъ отъ такого исключительнаго подчиненія».
«Мы знаемъ, что подъ давленіемъ большевиковъ, Патріархъ Тихонъ готовъ былъ вызвать на судъ Митрополита Платона и Указъ не былъ опубликованъ только изъ-за того, что Патріархъ не добился разрѣшенія ему самому назначить новаго Епископа въ Америку. Чѣмъ мы обезпечены, что въ дальнѣйшемъ не повторится то же? Мы, вѣдь, знаемъ, что большевики добираются въ Германіи, Франціи, Даніи, Америкѣ до Церквей, что ими поддерживаются растри́ги-священники».
«Что произойдетъ, если получится, – однородный съ Актомъ 22-го Апрѣля 1922 года, – Указъ, признаваемой Зарубежной Церковью Высшей Власти въ Росіи, – вызывающей на судъ, увольняющій тѣхъ Іерарховъ, священниковъ, которые готовятся теперь громогласно подчинить себя только зависимой отъ большевиковъ, страждущей Церковной власти? Тогда поздно будетъ возражать. «Откуда право, оттуда и судъ», – читали мы выше [это изрѣченіе помѣшено́ было въ органѣ Митрополита Платона и относилось къ Епископу Адаму, не желавшему подчиняться постановленію Архіерейскаго Собора 1924 года]. Придется только подчиниться. Однимъ ѣхать въ Москву, другимъ готовиться встрѣчать то духовенство, которое послано будетъ, съ разрѣшенія вѣ́дающаго Церковными дѣлами чекиста».
«Мы же, не признаю́щіе такого слѣпого подчиненія, чтимой нами, но подневольной Церковной власти, разсматривающіе всѣ ея распоряженія въ зависимости отъ того, свободно ли они выражаютъ волю власти, – мы еще тѣснѣе сплотимся тогда вокругъ Собора Епископовъ, благодареніе Господу, могу́щаго свободно возвышать свой голосъ и проявлять свою волю, готоваго за свои и наши дѣянія держать въ свое время отвѣтъ передъ освобожденной отъ ига сатанинства Высшей Церковной Властью».
Въ томъ же духѣ, въ № 12 «Отечества» отъ 29 Аνгуста н.ст. писалъ и И. П. Але́ксинскій: «При отстаиваніи несуществующей зависимости въ порядкѣ управленія и полученія указаній Руской Зарубежной Церковью отъ Высшей Церковной Власти въ Росіи, подневольность послѣдней распространяется и на Рускую Зарубежную Церковь».
«Насиліе III интернаціонала надъ Православной Церковью въ Росіи отражается при такомъ положеніи и на свободномъ выполненіи cвятой миссіи Зарубежной Руской Церковью, и́бо всякое выступленіе Ея въ защиту своего порабощеннаго народа, всякое участіе Ея священнослужителей въ борьбѣ противъ величайшаго мірового зла, терзающаго нашу Родину, можетъ повести къ ожесточенію гоненій на Православныхъ священнослужителей въ Росіи. Сознаніе такого положенія, парализующаго свободу голоса Руской Зарубежной Церкви, и нежеланіе въ то же время признать органическую самостоятельность Ея въ порядкѣ управленія – явились причиной возникновенія въ нѣкоторыхъ зарубежныхъ Церковныхъ кругахъ особаго аполитичнаго направленія».
«Нѣкоторыми примѣрами такого сугубо аполитичнаго направленія были: воспрещеніе Митрополита Евлогія приходамъ участія въ Російскомъ Зарубежномъ Съѣздѣ, имѣвшемъ цѣлью сплоченіе Рускихъ людей во имя борьбы съ III интернаціоналомъ и возстановленія Національной Росіи, и воспреще́ніе и́збраннымъ на Съѣздъ священнослужителямъ принимать въ немъ участіе, поступившее въ бюро Съѣзда ультимативное требованіе А. В. Карташева и другихъ лицъ, предложить при́бывшему на Съѣздъ Высокопреосвяще́ннѣйшему Митрополиту Антонію сложить съ себя делегатскія полномочія и остаться на положеніи гостя; отказъ Предсѣдателя Съѣзда П. Б. Стру́ве огласить полностью Посланіе Съѣзду Высокопреосвяще́ннѣйшаго Архіепископа Анастасія».
Но этимъ разъясняющимъ, предупреждающимъ словамъ не вѣрили. Масонская печать умѣло настроила массы противъ независимыхъ отъ нея лицъ и на указанія послѣднихъ не обращалось вниманія.
Лѣтомъ 1926 г. прозвучалъ предупреждающій голосъ и изъ Росіи. Стало извѣстно содержаніе представленія Митрополита Сергія совѣтскому правительству о «легализаціи» Церковнаго управленія. Въ представленіи этомъ, признавая власть, но не въ нынѣшнихъ страшныхъ выраженіяхъ, Митрополитъ Сергій всячески отмеже́вывался отъ Церквей, внѣ предѣловъ СССР находящихся. Этимъ ясно опредѣлялись пути Зарубежной Церкви. Фактически отрывъ отъ Москвы, съ сохраненіемъ чисто духовной связи съ Патріархомъ. Оправдывалась мудрая политика Архіерейскаго Собора и тѣхъ, кто шли за нимъ.
Предположенія Митрополита Сергія были извѣстны и Митрополиту Евлогію, который, напомнимъ, неоднократно заявлялъ о своей подчиненности первому. Но съ признаніемъ воли Митрополита Сергія въ этомъ вопросѣ, пришлось бы Митрополиту Евлогію прекратить удобныя для безконтрольности заявленія объ исключительномъ подчиненіи Патріаршей Церкви. Нужно было бы снова подчиниться Архіерейскому Собору. Поэтому Митрополитъ Евлогій сталъ доказывать, что въ представленіи высказано лишь личное мнѣніе Митрополита Сергія и нѣтъ еще одобренія его большевиками.
«Вы желаете, значитъ, придавать значеніе только тѣмъ документамъ, которые могутъ быть истолкованы въ Вашу пользу», писалъ 18(31)-го Декабря 1926 года Митрополиту Евлогію Митрополитъ Антоній, – «хотя бы они и носили слѣды большевицкаго насилія, а свободное волеизъявленіе Церковной Власти, не санкціонированное большевицкой властью, Вы игнорируете, – что доказали и Вашимъ отзывомъ о Посланіи Митрополита Сергія, заявивъ, что оно частное посланіе, т.к. совѣтскою властью еще не одобрено его Посланіе и потому оно не вошло въ силу и не опубликовано. И если вы признае́те только тѣ распоряженія высшаго духовнаго начальства, которыя авторизованы совѣтской властью, даже помимо воли самого Первоіерарха, то кого же Вы признаете своимъ начальствомъ? Можетъ быть только большевиковъ, какъ поступили обновленцы?» («Церковныя Вѣдомости», №1 и 2 (116-117) 1 и 15 Янв. 1927 г.).
Еще болѣе предупредительный характеръ носило, признанное либеральной печатью подлиннымъ, письмо Митрополита Сергія двумъ зарубежнымъ Іерархамъ отъ 30 Аνгуста 1926 г. Признавая полное свое незнакомство съ устройствомъ Зарубежной Церкви, Митрополитъ Сергій пишетъ: «Ваше письмо даетъ мнѣ поводъ поставить общій вопросъ: можетъ ли, вообще, Московская Патріархія быть руководительницей Церковной жизни Православныхъ эмигрантовъ, когда между нами фактически нѣтъ отношеній». Далѣе Митрополитъ Сергій, прежде всего, совѣтуетъ создать «центральный органъ управленія», т.-е. именно то, что и представляли собою, тогда ему, ви́димо, невѣ́домые: Архіерейскіе Соборъ и Сνнодъ.
Но и этому голосу возбудители смуты не внимали. Имъ важно было поддерживать обманъ о наличіи какой-то подчиненности. Это избавляло ихъ Митрополита отъ подчиненности Архіерейскому Собору.
«Признать Ка́рловцы – значитъ вотировать вмѣстѣ съ ними недовѣріе Патріарху и Руской Церкви; вѣрить въ Патріарха и Рускую Церковь – значитъ осудить вмѣстѣ съ нею ту линію поведенія, которую упрямо проводитъ Карлова́цкій Сνнодъ. Недовѣріе къ Патріарху и его Церкви составляетъ сущность Карлова́цкаго настроенія и оно-то именно есть нарушеніе соборности: Патріархъ будто бы дѣйствовалъ изъ страха большевиковъ и въ угожденіе имъ? Значитъ Руск. Церковь пала при большевикахъ? А мы можемъ, наоборотъ, сказать, мы, бывшіе тамъ – что Руская Церковь никогда не стояла на такой высотѣ», – писалъ 6 Февр. 1927 г. въ № 2146 іудейскихъ «Послѣдн. Новостей» профессоръ «Богословскаго Института» Б. Вышеславцевъ, одинъ изъ идейныхъ вдохновителей Митрополита Евлогія.
Несчастная «паства», окончательно одурманенная, позволяла графу Коковцеву отъ имени своего подносить «адреса» Митрополиту Евлогію, утверждая его въ тѣхъ дѣйствіяхъ, которыя, подводя Высшую Іерархію въ Росіи подъ удары большевиковъ, усиливали смуту въ Зарубежной Церкви.
Паства эта, съ ужасомъ прочитавшая теперь распоряженія Митрополита Сергія, естественно, переданныя черезъ такъ часто «подчинявшагося» Митрополита Евлогія, въ Мартѣ 1927 г. расписывалась въ полномъ подчиненіи подневольной Церковной власти.
«Мы открыто и съ полнымъ сознаніемъ отвѣтственности нашей совѣсти передъ вами, подчиняемся одной вашей волѣ, и́бо черезъ нее только мы сохраняемъ неразрывную связь съ нашей родной Всеросійской Православною Церковью. Мы столь же открыто говоримъ вамъ, Владыко, что въ нашемъ пониманіи, одна Высшая власть этой церкви можетъ измѣнить рѣшеніе Святѣйшаго Патріарха и состоящаго при немъ Церковнаго Управленія, и безъ ея изволенія, какъ и безъ вашего согласія, не могутъ быть измѣнены и предоставленные вамъ предѣлы полномочій», – вотъ, что писалось въ однородныхъ адресахъ, выработанныхъ Жижиными и др., и въ изобиліи подносившихся Митрополиту Евлогію («Возрожденіе» № 632).
Тѣмъ же прихожанамъ, которые пытались обрисовать истинное положеніе дѣлъ, устраивали скандалы, не давали говорить, незаконно исключали ихъ изъ приходовъ. Приходскія собранія искусно составлялись изъ сторонниковъ Митрополита Евлогія, въ Январѣ 1927 г., канонической властью запрещеннаго въ священнослуженіи. Позорна въ этомъ отношеніи дѣятельность графа Коковцева, проявившаго особое упорство въ борьбѣ съ Истиной и ревность въ подталкиваніи Зарубежной Церкви въ бездну.
Еще ранѣе весеннихъ резолюцій засѣдалъ въ Декабрѣ 1921 г. въ Парижѣ внезаконный «благочинническій съѣздъ». Злобность его участниковъ была такова, что пришедшій въ ужасъ отъ него прот. Петръ Изво́льскій назвалъ его ря́ду лицъ «собраніемъ бѣсноватыхъ». «Съѣздъ» этотъ постановилъ, что «не признаетъ никакой иной власти, кромѣ той, которая будетъ исходить отъ единой, законной, руской канонической власти – патріаршей» («Возрожденіе» № 569).
Власть эту, какъ извѣстно, осуществляетъ Митрополитъ Сергій, свое подневольное распоряженіе теперь и приславшій.
Подталкивали большевиковъ на насилія надъ Митрополитомъ Сергіемъ и политическія либеральныя организаціи, кричащія объ «аполитичности» Церкви и давно политически управлявшія Западно-Европейской епархіей.
Возглавлявшееся Струве и Гукасовымъ (тогда едиными въ борьбѣ съ Истиннымъ Православіемъ) «РЦО» (по руски – «Російское Центральное Объединеніе», созданное группами, провалившими Зарубежный Съѣздъ), 26 Февраля вынесло резолюцію Главнаго Совѣта, напечатанную въ № 637 «Возрожденія».
Рѣзко обрушиваясь на «Церковный переворотъ 26 Января 1927 г.», какъ ими именовался Актъ Архіерейскаго Сνнода о запрещеніи Митрополита Евлогія въ священнослуженіи. Главный Совѣтъ подсказывалъ большевикамъ и возможность захвата имущества при наличіи сугубаго подчиненія Митрополита Евлогія Патріаршему Управленію.
«Возвратъ къ Церковному положенію, существовавшему до попытки Церковнаго переворота, диктуется, какъ общимъ «бѣженскимъ» положеніемъ всего Зарубежья, такъ, въ частности, имущественными интересами рускихъ заграничныхъ приходовъ, опирающихся въ своей борьбѣ за Церковное имущество на непрерывно правовое преемство между Російской, Сνнодальной и Патріаршей, Церковью, съ одной стороны, и Митрополитомъ Евлогіемъ, какъ прямымъ ставленникомъ, съ другой стороны. Всякое колебаніе идеи и факта этого правового преемства противорѣчитъ Церковно-имущественнымъ и Церковно-національнымъ интересамъ всего Зарубежья и должно быть, поэтому, рѣшительно отвергнуто».
Резолюція эта находится въ тѣсной связи съ гнусной клеветнической кампаніей, которая велась тогда противъ «монархистовъ». Толпу смущали ложными слухами, что подчиненіе Митрополита Евлогія Архіерейскому Собору (пять лѣтъ это подчиненіе существовало) грозитъ отнятіемъ Церковнаго имущества большевиками. Тогда какъ разъ наоборотъ – подчиненіе это затрудняло домогательства большевиковъ. Въ Соед. Штатахъ пока Митрополитъ Платонъ подчинялся Архіерейскому Собору – понимаемому иностранцами, какъ Церковное Управленіе, независимое отъ большевиковъ – имущество Церковное оставалосъ за нимъ. Послѣ же отрыва Митрополита Платона отъ Собора, суды стали присуждать имущества большевикамъ.
Забѣгая для ясности впередъ, укажемъ, что именно теперь, когда, въ итогѣ постановленій о подчиненіи «Патріаршей Власти», получилось Посланіе Митрополита Сергія, главные сторонники Митрополита Евлогія считаются съ возможностью захвата большевиками Церковнаго имущества.
«Худшее, что можетъ случиться для Церкви здѣсь, это – утрата храма на рю Дарю́, куда Москва можетъ назначить своего представителя. Тогда Митрополиту Евлогію пришлось бы управлять отсюда съ Подворья. Но лучше потерять храмъ на рю Дарю́, чѣмъ потерять всю или почти всю паству», пишетъ проф. Глубоко́вскій въ № 2 «Россіи» отъ 3 Сентября с.г.
«Самое большое, если м. Сергій согласится на требованіе совѣтской дипломатіи и пошлетъ одно духовное лицо въ нѣкоторыя страны для подкрѣпленія ходатайства совѣтскихъ полпредовъ объ отобраніи рускихъ церквей въ вѣдомство отнынѣ дѣйствительно неподложнаго російскаго Сνнода», – пишетъ въ № 3 «Россіи» главный смутьянъ, глава «Братства св. Софіи», А. Карташевъ, утѣшающій читателей лишь непрочностью совѣтскаго представительства въ Парижѣ.
Въ духѣ Рос. Центр. Объед. высказался и оживающій для вредныхъ для рускаго дѣла выступленій «Народно-монархическій союзъ» («конституціоналисты», боящіеся называтъ себя такъ).
Возглавленная г.г. Шебеко и Ковалевскимъ эта организація 11 Марта с.г., заявляя о правахъ Митр. Евлогія, постановила: «Отрицаніе или самовольное отклоненіе отъ выполненія этой, ясной выраженной патріаршей воли, имѣющей вновь подтвержденіе въ письмѣ Мѣстоблюстителя, Митроп. Сергія, было бы отпаденіемъ отъ православной патріаршей церкви и привело бы къ моральному разрыву съ нашими братьями, страдающими за вѣру въ Росіи».
«Для Ц.К.Н.М.С. ясно, что происходящая нынѣ Церковная смута возникла въ результатѣ упорной и планомѣрной работы, опредѣленной политической группировки, объединяющейся около организаціи, именующей себя Высшимъ Монархическимъ Совѣтомъ. Цѣлью этой работы было оторвать Зарубежную Церковь отъ Ея Матери – Руской Патріаршей Церкви [Тихоновской, но НЕ сергiанско-гундяевской, – прим.] въ Росіи, использовать вліяніе Церкви для достиженія своихъ партійныхъ задачъ и плановъ». («Возрожденіе» № 649).
Жизнь скоро показала, къ какому «отрыву» стремился Высшій Монархическій Совѣтъ. Онъ только предусматривалъ неизбѣжность давленія большевиковъ на Патріаршее Управленіе и убѣждалъ воздерживаться отъ заявленій о «подчиненіи», преступныхъ въ отношеніи страждущаго духовенства въ Росіи и опасныхъ для Церкви за рубежомъ.
Не измѣнили вредную работу парижскихъ «церко́вниковъ» и свѣ́дѣнія, приходившія изъ Росіи и печатавшіяся въ ихъ же газетахъ.
Въ № 622 «Возрожденія», отъ 14 Февраля, сообщалось о новыхъ притѣсненіяхъ противъ духовенства. «Въ связи съ категорическимъ требованіемъ совѣтской власти о переводѣ праздниковъ на новый стиль и объ анаѳема́тствованіи всего заграничнаго духовенства, арестованъ замѣняющій Мѣстоблюстителя Митрополитъ Нижегородскій Сергій».
Полученныя нами свѣ́дѣнія были еще болѣе опредѣленными и мы огласили ихъ на страницахъ «Двуглаваго Орла» (въ № 4 отъ 10(23) Февраля с.г.) въ статьѣ подъ показательнымъ названіемъ: «Заграничные возбудители Церковныхъ гоненій».
Мы сообщали, что отъ Митрополита Сергія потребовали ввести новый стиль, латинскую пасхалію и принять карательныя мѣры противъ Заграничнаго Архіерейскаго Собора. Митрополитъ Сергій отказался, ссылаясь на то, что никакой фактической связи съ Зарубежною Церковью онъ не имѣлъ и не имѣетъ и что Зарубежная Церковь управляется Сама, не прибѣгая къ Патріархату. Поэтому онъ не можетъ давать заграницу какія-либо приказанія. Чекистъ Тучковъ, вѣ́дающій Церковными дѣлами, предъявилъ тогда Митрополиту Сергію рядъ помѣще́нныхъ въ рускихъ заграничныхъ газетахъ резолюцій Западно-Европейскаго духовенства и статей сторонниковъ Митрополита Евлогія, въ которыхъ настойчиво подчеркивалось непосредственное подчиненіе Митрополита Евлогія и его сторонниковъ Мѣстоблюстителю Патріаршаго Престола и его Замѣстителямъ. Изъ предъя́вленныхъ чекистами документовъ вытекало, что заграничная епархія и паства только и ждутъ распоряженій изъ Москвы, чтобы ихъ послушно исполнить [нынѣшнія выступленія Бердяева, Страто́нова показываютъ, что эти лица къ этому-то и вели]. Митрополитъ Сергій продолжалъ утверждать, что никакой связи съ заграницей у Патріаршаго Престола нѣтъ, указывалъ, что это хорошо извѣстно всѣмъ заграничнымъ Іерархамъ и что онъ никакъ не можетъ отвѣчать за несоотвѣтствующія дѣйствительности заграничныя утвержденія, будто заграничная Церковь управляется Патріаршимъ Престоломъ изъ Москвы. Видя упорство Митрополита Сергія и раздраженные его отказомъ вмѣшаться въ дѣла заграничной Церкви, большевики арестовали Митрополита Сергія».
Но вѣдь это сообщалъ «Двуглавый Орелъ». Онъ былъ подъ іудо-масонскимъ хере́момъ [др. евр. ана́ѳема, проклятiе и отлученiе въ iудаизмѣ]. Его запрещали продавать около церкве́й Митрополита Евлогія.
Ясно было, что большевики используютъ дѣйствія парижскихъ смутьяновъ и начнутъ у́силеннѣе вынуждать отъ Митрополита Сергія карательныя мѣры противъ зарубежнаго духовенства. Существованіе послѣдняго всегда изводило большевиковъ. Раньше Митрополиту Сергію такъ легко было отражать ихъ домогательства, основываясь на дѣйствительномъ положеніи: «Заграничное духовенство мнѣ не подчиняется и мои распоряженія для него никакой силы имѣть не могутъ. Съ такимъ же успѣхомъ Каменевъ и Тухачевскій могутъ отдавать приказы Врангелю и Кутепову».
Но сторонники Митр. Евлогія дѣлали положеніе Митр. Сергія все труднѣе и опаснѣе. Изъ-за границы сыпались постановленія о безусловномъ подчиненіи Патріаршей Церкви, имъ управляемой. Въ это же время онъ готовилъ заключеніе догово́ра (конкорда́та) съ большевиками. Послѣдніе стали требовать включенія правила о подчиненіи совѣтской власти и заграничнаго духовенства, считавшаго себя исключительно зависимымъ отъ Патріаршей Церкви.
Митрополитъ Евлогій и его руководители: гр. Коковцевъ, Ковалевскій, Карташевъ и др. своими послѣдующими дѣйствіями снова помогли большевикамъ въ ихъ давленіи на Митрополита Сергія, котораго тѣ мучали, то сажая, то выпуская изъ тюремъ.
На самозванномъ «Епархіальномъ Собраніи» представители вычищенныхъ отъ соборя́нъ приходовъ, 6 Іюля н.ст. по докладу гр. Коковцева, вынесли резолюцію:
«1. Западно-Европейская Православная Руская епархія, признавая себя нераздѣльной частью Руской Православной Церкви, какъ таковая, находится въ исключительномъ каноническомъ подчиненіи законнымъ правопреемникамъ Патріарха Тихона и состоящимъ при нихъ Высшимъ Церковнымъ Установленіямъ.
2. Всѣ постановленія Московскаго Священнаго Собора 1917-1918 г.г., опредѣляющія основанія о порядкѣ епархіальнаго и приходскаго управленія, ра́вно какъ и всѣ исходящія отъ Патріаршаго Управленія распоряженія, подлежатъ неуклонному исполненію Западно-Европейскимъ Епархіальнымъ Управленіемъ».

Использованіе большевиками созданнаго либералами положенія въ Церкви.
Большевики получили нужный имъ заключительный документъ. «Епархіальный Съѣздъ» говорилъ отъ имени всей паствы Митрополита Евлогія. Очевидно, этотъ документъ былъ предъявленъ и Митрополиту Сергію, который вынужденъ былъ покориться. Послѣдовало страшное Посланіе Митр. Сергія отъ 16/29 Іюля. Отъ зарубежнаго духовенства потребовано было исполненіе обѣщаній о «подчиненіи». Подчиненіе же должно было выразиться въ дачѣ подписки о «лойяльности» въ отношеніи сатанинской власти, съ которой управлявшій «Патріаршей Церковью заключалъ договоръ».
Распоряженіе Патріарха Тихона 1919 г., запрещавшее духовенству борьбу съ большевиками и подкрѣпленное карательнымъ Указомъ 1922 г., на которомъ строилъ свои права́ Митрополитъ Евлогій, – завершено было Митрополитомъ Сергіемъ, отбирающимъ нынѣ подписки въ выполненіи запрещенія.
Простъ, послѣдователенъ и ясенъ отвѣтъ Архіерейскаго Собора, въ особомъ приложеніи нами печатаемый.
Зато сложно, запутанно и ложно положеніе Митрополита Евлогія и несчастныхъ клириковъ, вмѣстѣ съ нимъ поддерживающихъ смуту.
Весь расчетъ ихъ строился на томъ, что «Патріаршая Церковь» – въ лицѣ правящей Іерархіи – заживо похоро́нена, и никогда не заговоритъ. Оттого такъ и легко было твердить о подчиненіи ей. Іерархія же эта вдругъ заговорила и стала настаивать на подчиненіи ужасающимъ требованіямъ.
Кромѣ того борьба съ Архіерейскимъ Соборомъ, съ «Епископами-бѣженцами», по наименованію Митрополита Евлогія, заставила его заключить тѣсный союзъ и съ іудейскими «Послѣдними Новостями» и съ присланными большевиками за границу на пагубу эмиграціи «богословами» новаго образованія, давно веду́щими борьбу противъ Истинной Православной Церкви.
И эти союзники стали выступатъ. При чемъ, справедливость требуетъ отмѣтить, что въ требованіяхъ, предъя́вленныхъ къ все время ими поддерживавшемуся запрещенному митрополиту, они не расходились съ высказывавшимися ими ранѣе вредными взглядами.
Органъ рускаго іудейства и оторванной отъ Росіи республиканской демократіи «Послѣднія Новости» 26 Аνгуста, въ № 2347 писалъ: «По отношенію къ духовенству въ эмиграціи, къ которому обращается Посланіе, линія поведенія ясна́. Она есть непосредственное продолженіе той линіи, которая уже была взята той частью зарубежной церкви, которую мы все время поддерживали противъ монархическаго политиканства Карлова́цкихъ епископовъ съ Митрополитомъ Антоніемъ во главѣ. Можно предвидѣть, что эта послѣдняя часть эмигрантскаго духовенства изберетъ посланіе Митрополита Сергія предлогомъ, чтобы окончательно отряхнуть прахъ съ ногъ своихъ отъ Тихоновской церкви и отречься отъ всякаго единенія съ ней – а вмѣстѣ и съ родиной. Путь другой части православной паствы, возглавлявшейся Митрополитомъ Евлогіемъ совершенно иной. Она въ свое время подчинилась велѣнію покойнаго Патріарха Тихона и предписала своимъ сочленамъ строжайшее воздержаніе отъ всякой политики и всякаго политиканства. Въ этомъ и только въ этомъ и должно было заключаться соблюденіе той «лойяльности» церкви по отношенію къ совѣтской власти, которую покойный Патріархъ сдѣлалъ основнымъ правиломъ своего поведенія. Надо было предвидѣть тогда же, что эта «лойяльность» потребуетъ и болѣе серьезныхъ жертвъ».
«Къ внѣшнимъ эмигрантамъ Митрополитъ Сергій обращается только, какъ къ части единой церкви, въ лицѣ ея духовныхъ представителей: и имъ онъ ставитъ уже требованіе, а не просьбу: или «письменно обязаться въ полной лойяльности къ совѣтскому правительству во всей своей общественной дѣятельности», т.-е. дѣйствительно стать аполитичными, или «быть исключенными изъ состава клира». По нашему мнѣнію, у Митрополита Евлогія и его послѣдователей тутъ нѣтъ выбора, кромѣ подчиненія».
Тѣ же мысли въ рядѣ статей, подъ названіемъ «Испытаніе крестомъ», развивалъ въ «Послѣднихъ Новостяхъ» (№№ 2352, 4, 6) И. Демидовъ, одинъ изъ сподвижниковъ Митрополита Евлогія, горячо защищавшаго его, когда тотъ допустилъ къ напечатанію въ газетѣ кощунственный разсказъ Минцлова объ Іудѣ предателѣ.
«Надо, однако, помнить, – пишетъ теперь Демидовъ, – что въ то время, когда патріархъ съ одной стороны не признавалъ Карлова́цкаго «собора», распустилъ заграничный Сνнодъ и предписалъ всему клиру, находящемуся въ изгнаніи, полное устраненіе отъ политики, а съ другой – сказалъ «я – не врагъ совѣтской власти» – надо помнить, что тогда всего этого было болѣе, чѣмъ достаточно, чтобы усумниться и, вставъ на точку зрѣнія «не сужденія» и не «осужденія», заговорить о «безсмысленности политическаго приспособленія Зарубежной Церкви къ совѣтской власти». Такъ и поступили Ка́рловацкіе епископы и ихъ послѣдователи: они до сихъ поръ хранятъ патріаршій указъ подъ сукномъ, называя его вынужденнымъ, совѣтскимъ документомъ. Инымъ путемъ пошла другая часть епископовъ во главѣ съ митрополитомъ Евлогіемъ. Этотъ путь привелъ его и его паству къ Московской Патріархіи и къ заграничному епархіальному съѣзду. Онъ далъ возможность сохранить связь съ Церковью-Матерью и создать западно-европейскую епархію. И это произошло потому, что митрополитъ Евлогій и его паства вѣрили въ свободное, а не вынужденное рѣшеніе Патріарха Тихона и понимали, что, исключительныя условія, окружающія Патріарха и весь клиръ въ Росіи, требуетъ отъ эмиграціонной церкви особо-чуткаго отношенія, но не къ совѣтской власти, а къ положенію Московской Патріархіи: во имя ея надо было ограничить себя».
«Ни на мгновеніе не надо забывать, – завершаетъ свою мысль Демидовъ (курсивъ его), – что Заграничный Епархіальный Съѣздъ единогласно призналъ каноническое подчиненіе З. Е. епархіи Московской Патріархіи. Такое признаніе предопредѣляетъ для Митрополита Евлогія и всего клира безпрекословное повиновеніе конечному указу Мѣстоблюстителя. Можетъ случиться, что этотъ конечный указъ Митрополиту Евлогію и всему клиру будетъ гласить: ваши объясненія ничего не мѣняютъ; или подпишите присланную формулу, или считайте всѣ себя уволенными отъ занимаемыхъ вами званій и должностей. А клиръ во главѣ съ Митрополитомъ Евлогіемъ прину́ждены будутъ или подписать или принять увольненіе. Для нихъ другого каноническаго исхода нѣтъ и быть не можетъ».
Еще опредѣленнѣе высказался въ «Послѣднихъ Новостяхъ» (№ 2365) преподаватель подвѣ́домственнаго Митрополиту Евлогію «Богословскаго Института» Н. Бердяевъ, тоже въ свое время высланный большевиками.
Сей учитель «священниковъ» софіанцевъ считаетъ, что «разрывъ обяза- тельной свя́зи правосланной церкви съ самодержавной монархіей» есть «великое благо». Онъ разрѣшаетъ Церкви только духовно бороться противъ совѣтской власти. И это не должно означать: «политической борьбы церкви противъ совѣтскаго строя, противъ рабоче-крестьянскаго государства, не означаетъ склонности церкви къ контръ-революціи и реставраціи». «Церковь можетъ примириться и съ коммунизмомъ, какъ природно-историческимъ фактомъ, стремясь его хрiстіанизи́ровать».
«Эмигрантскіе церковные круги до сихъ поръ мѣшали этому духовному выздоровленію рускаго народа, здоровому его развитію, пугая его призраками свя́зи Церкви съ реставраціей, мѣшали жизни и дѣлу Руской Церкви. Объ этомъ напомнилъ архіепископъ Сергій.

Нѣкоторыя мѣста посланія архіепископа Сергія шокируютъ, подписка, которую онъ предлагаетъ дать, лишена отчетливости и юридическаго смысла. Но нужно внутренно понять, чтó все это значитъ. Архіепископъ Сергій даже лишенъ возможности назвать Росію по имени и принужденъ называть ее Совѣтскимъ Союзомъ. Но мы должны увидѣть за этимъ Росію и признать ея радости и печали своими. Практически пойти навстрѣчу призыву митропол. Сергія, значитъ совершенно прекратить въ зарубежной Церкви великокняжескіе и царскіе молебны, носящіе характеръ политическихъ демонстрацій (само собой разумѣется, что панихиду по каждомъ отдѣльномъ человѣкѣ Церковь должна служить, будь онъ царь или крестьянинъ), что не должны быть допускаемы проповѣди въ церква́хъ или рѣчи на епархіальныхъ съѣздахъ, которыя носятъ политическій характеръ. Это есть ликвидація въ зарубежной Церкви періода, связаннаго съ гражданской войной. На этотъ путь уже вступилъ Митрополитъ Евлогій и этотъ путь долженъ быть завершенъ. И этимъ Церковь лишь освободиться отъ тѣхъ соглашеній и компромиссовъ, къ которымъ она была вынуждена въ прошломъ. И это будетъ нашимъ духовнымъ возвращеніемъ на родину».
Въ томъ же духѣ – о подчиненіи требованію Митрополита Сергія высказывались: въ Парижѣ на собраніи членовъ Имки [масонская организація (Союзъ Хрiстіанской молодежи), – прим.], другой преподаватель «Богословскаго Института» Флоровскій и въ Берлинѣ проф. Страто́новъ. Послѣдній извѣстенъ вызвавшимъ негодованіе всей Руской колоніи разрѣшеніемъ зарыванія большевиковъ безъ отпѣванія на Тегелевскомъ кладбищѣ. Это не помѣшало г.г. Саблину, Замену, Коренечевскому и др. выписать его въ Лондонъ, гдѣ онъ преподнесъ слушателямъ новое, удобное для Митрополита Евлогія, толкованіе Сνмвола Вѣры. Стратоновъ былъ всегда главнымъ посредникомъ Митрополита Евлогія въ его сношеніяхъ съ какими-то «церковными кругами» въ Росіи.
И что особенно трагично для Митрополита Евлогія, это то, что всѣ эти его единомышленники послѣдовательно стараются продвинуть его по тому страшному, предательскому пути, по которому онъ, опираясь на ихъ плечи, шелъ всѣ эти годы и по которому влекъ за собой и зависившій отъ него клиръ и не разбиравшихся въ обстановкѣ мірянъ.
Митрополитъ Евлогій легко и пошелъ бы дальше по этому пути.
Православный Епископъ еще 24 Марта пр. ст. 1924 г. въ Берлинѣ, въ проповѣди выступавшій противъ масонства и черезъ два дня въ бесѣдѣ со мной скорбѣвшій о дѣлаемыхъ масонами завоеваніяхъ – позволилъ, однако, окружить себя масонамъ, получившимъ изъ ложъ распоряженіе «говѣ́ть» у него и открывающихъ ему свое нахожденіе въ сообществѣ враговъ Господа-Бога и Росіи. Онъ понимаетъ, что держится на своемъ посту исключительно ихъ поддержкой. Чтó стоило бы ему дать подписку о «лойяльности» въ отношеніи коммунистической власти, развѣтвленія одной и той же темной силы.
Не дѣлаетъ же Митрополитъ Евлогій это по основаніямъ, откровенно указаннымъ его близкимъ другомъ проф. Глубоковскимъ. Послѣдній въ № 2 газеты г. Струве «Россія» отъ 3 Сентября с. г., писалъ: «Митрополитъ Евлогій, конечно, не дастъ подписки въ лойяльности совѣтской власти, и́бо въ такомъ случаѣ отъ него откололась бы вся паства: этому я имѣю многочисленныя свидѣтельства».
Не боязнь отвѣта передъ Господомъ Богомъ за признаніе антихрiстовой власти, а боязнь «паствы». Страхъ той «паствы», которую обманно убѣдили пойти за ушедшимъ изъ Собора Епископовъ Митрополитомъ, отстаивавшимъ «завѣты» о прекращеніи борьбы съ большевиками, той «паствы», которая состоитъ, главнымъ образомъ, изъ военныхъ, уцѣлѣвшихъ на благо Родины отъ столь нелюбезнаго г. Бердяеву «періода, связаннаго съ гражданской войной».
И страхъ этотъ справедливъ. Очнувшаяся паства не позволила бы Митрополиту Евлогію подчиниться ненавистной ей совѣтской власти.
Зато молчитъ страхъ другой – передъ совѣстью, указу́ющей единственно Хрiстіанскій, смиренный, покаянный путь. Признать долженъ Митрополитъ Евлогій всѣ свои вины́, совершенныя за послѣдніе годы, вернуться къ собратіямъ Епископамъ, столь имъ поносимымъ и оказавшихся столь предусмотрительными, стойкими. Подчиниться снова Архіерейскому Собору.
Этотъ путь подсказываетъ Митрополиту Евлогію лучшая часть «его» паствы. Но и по этому пути онъ не пойдетъ. Гордыня не допуститъ, масоны не разрѣшатъ.

Попытки Митрополита Евлогія выйти изъ тупика.
Въ послѣднее время приходилось наблюдать, какъ растерявшіеся парижскіе смутьяны, ме́чась изъ стороны́ въ сторону, старались придумать выходы изъ созданнаго ими же положенія.
Одно за другимъ рушились различныя предположенія. Пренебрегши заявленіями о своей вѣрности «Патріаршей Церкви», полагали было отдаться подъ Сербскую Патріархію. Но послѣдняя признае́тъ явную каноничность Архіерейскаго Собора и обращеніе къ ней признано было безцѣльнымъ. Подававшаяся Патріарху Димитрію въ Январѣ этого года группой лицъ, во главѣ съ графомъ Коковцевымъ, записка осталась безъ отвѣта.
Возлагались надежды на Вселенскаго Патріарха, который, добиваясь подчиненія себѣ всей Зарубежной Церкви, конечно, всячески потворствовалъ отрыву Митрополита Евлогія отъ Собора Епископовъ. Какъ увидимъ выше, глава софіанъ Карташевъ допускалъ подчиненіе считавшейся имъ «номинальной опекѣ» Вселенстаго Патріарха. Но теперь стало извѣстно опредѣленіе Сνнода Александрійской Церкви, постановившей, что: «Митрополитъ Евлогій совершенно антиканони́чески поставленъ въ Парижѣ, гдѣ существуетъ другой, законно поставленный Архіерей [имѣется въ виду Германъ, Митрополитъ Ѳіати́рскій, давно назначенный Вселенскимъ Патріархомъ и проживающій въ Лондонѣ. Въ 1924 г., въ № 1293 «Послѣднихъ Новостей», онъ обвинялся въ переговорахъ съ совѣтской властью. Въ № 652 «Возрожденія» за 1927 г. запрещенный священникъ Про́зоровъ ссылался на «авторитетный» отзывъ этого Германа]. Митрополитъ Евлогій не можетъ быть пастыремъ рускихъ въ Зап. Европѣ». Далѣе говорится, что всѣ Православные рускіе, проживающіе въ Европѣ, канонически подчинены Вселенскому Патріарху и Епископамъ, только имъ поставленнымъ. Александрійскій Патріархъ Мелетій связанъ тѣсными узами со Вселенскимъ Патріархомъ Василіемъ и опредѣленіе Александрійскаго Сνнода, конечно, одобрено послѣднимъ. Митрополитъ Евлогій оторвался отъ Собора, подчеркивалъ свою преданность власти, дѣйствовавшей противъ Патріарха Тихона. Вселенскій Патріархъ теперь и призвалъ его къ подчиненію.
Выдвигалось, наконецъ, и еще не оставлено нелѣпое предположеніе о подчиненіи «епархіи» Митрополита Евлогія Митрополиту Платону, б. главѣ Сѣверо-Американской епархіи. Сдавъ въ архивъ прошлогоднія заявленія о томъ, что Архіерейскій Соборъ оклеветалъ Митрополита Платона, обвинивъ его въ провозглашеніи автокефаліи [въ № 456 «Возрожденія», отъ 1 Сентября 1926 года, Митрополитъ Платонъ возмущается обвиненіемъ его въ провозглашеніи автокефаліи], смутьяны теперь признаю́тъ уволеннаго Патріархомъ Тихономъ Митрополита Платона самостоятельнымъ. Ему они склонны были бы для видимости подчиниться.
Въ либеральной печати появился рядъ статей, задачей которыхъ является подготовка общественнаго мнѣнія къ полной перемѣнѣ взглядовъ на Церковный вопросъ.
Все время «Возрожденіе» и пр. газеты этого направленія твердили о недопустимости отдѣленія отъ «Патріаршей Церкви» и обвиняли неправильно Архіерейскій Соборъ въ этихъ поползновеніяхъ. Теперь же, когда «ихъ» Митрополитъ оказался въ безвыходномъ положеніи, которое не трудно было предвидѣть, газеты доказываютъ возможность отдѣленія отъ той же «Патріаршей Церкви» и образованіе самостоятельной церкви.
Въ Февралѣ 1927 г. въ № 633 «Возрожденія» г. Струве писалъ, что отдѣленіе Зарубежной Церкви «въ особую самочинную автокефальную организацію должно быть отвергнуто». Теперь же, споря съ Бердяевымъ, тотъ же г. Струве въ № 4 «Россіи» отъ 17 Сентября с.г. пишетъ: «А, съ церковно-исторической точки зрѣнія, «эмигрантская церковь» такъ же возможна, какъ стала въ свое время возможна Церковь Руская, органически отвѣтвлявшаяся отъ Константинопольской Патріархіи по причинамъ національно-политическимъ. Также по національно-политическимъ причинамъ возникла Церковь Болгарская, до нынѣ Константинополемъ признаваемая схизматической».
Глава же Софійскаго Братства, важнѣйшій устроитель смуты, Карташевъ въ № 3 газеты, тоже «брата», Струве ознакомилъ читателей со своими, или «Братства», проектами устроенія судьбы Митрополита Евлогія.
Считаясь съ возможнымъ увольненіемъ изъ Москвы Митрополита Евлогія и его клира, Карташевъ 10 Сентября пишетъ, правильнѣе, отдаетъ приказы: «Вся паства западно-европейской митрополіи будетъ просить оставшееся съ нею «заштатное» духовенство, во главѣ съ Митрополитомъ Евлогіемъ, продолжать пасти ее духовно. Житейски такое положеніе – простѣйшее, канонически – труднѣйшее. По канонамъ, нашъ клиръ, съ Митрополитомъ Евлогіемъ во главѣ, долженъ получить отъ высшей епископской инстанціи благословеніе на такое окормленіе бѣженской церкви. Какъ и откуда? Очутившись вынужденно и несправедливо въ жизненно и канонически нелѣпомъ положеніи [на неизбѣжность такого положенія нами всегда указывалось. Струве, Карташевъ, кн. Г. Н. Трубецкой, нѣкій Никаноровъ и др. къ этому положенію и вели], Митрополитъ Евлогій умоляемый церковнымъ народомъ, обратится [Карташевъ уже просто говоритъ за Митрополита] съ окружнымъ посланіемъ ко всѣмъ самостоятельнымъ главамъ православныхъ церквей [къ лже-епископу Аввѣ «Финляндскому», прежде всего], изложивъ въ немъ всѣ обстоятельства дѣла. И нѣтъ никакого сомнѣнія, что будетъ ими признанъ законно и праведно временно управляющимъ ниспосланной ему Богомъ паствою. А если бы при этомъ, послѣ всѣхъ проволочекъ и переписокъ, пришлось, ради мира церковнаго, покориться временно номинальной опекѣ и Константинопольской патріархіи [постановленіе Александрійской церкви не было еще, вѣроятно, извѣстно Карташеву], то и это можно стерпѣть».
Все смогутъ «стерпѣть» Карташевъ и прочіе софіане. И то, что ихъ Митрополитъ, клиръ и міряне оказались бы лжецами, слѣдуй они указаніямъ софійнаго вождя и отказываясь отъ прежнихъ своихъ заявленій, выше приводившихся. Стерпѣть и полное презрѣніе къ канонамъ, благодаря которымъ создается «труднѣйшее» положеніе и на которыхъ весь этотъ годъ, ложно толкуя ихъ, старались обосновать они положеніе. Можно стерпѣть и покориться Вселенской Патріархіи, тѣсно связанной съ большевиками и предававшей Патріарха Тихона.
Одного только не могутъ «стерпѣть» смутьяны. Это подчиненіе канонической власти Архіерейскихъ: Собора и Сνнода.
Жгучая ненависть къ Собору благодатныхъ Епископовъ толкаетъ устроителей смуты на дальнѣйшія преступленія. Имъ мало того, что ихъ дѣйствіями Митрополитъ Сергій всталъ на страшный путь. Теперь ихъ печать играетъ головой или совѣстью несчастнаго узника Митрополита Петра, требуя его подписи, его распоряженій. И этимъ они отдаютъ его въ руки Бѣлобородовыхъ и Тучковыхъ.
Въ Парижскихъ газетахъ 3/16 Сентября напечатанъ, наконецъ, отвѣтъ Митрополита Евлогія Митрополиту Сергію. Разославъ всѣмъ Епископамъ требованіе Митрополита Сергія о подпискѣ въ «лойяльности» совѣтской власти, Митрополитъ Евлогій медлилъ отвѣтомъ.
Длительная обработка Митрополита Евлогія не прошла даромъ. Два года тому назадъ, 3/16 Сентября 1925 г., въ посланіи своемъ къ паствѣ Митрополитъ Евлогій, клеймя «Обновленческій Сνнодъ», писалъ, что они «отдали Церковь въ жалкое унизительное рабство совѣтской власти и даже не стыдятся открыто признавать свою солидарность съ темными, кровавыми совѣтскими учрежденіями. Обновленческій Сνнодъ, обвиняя «Тихоновскую Церковь» въ томъ, что она «недобитая революціей анти-совѣтская группировка», прямо заявляетъ, что онъ ставитъ себѣ задачей «перевоспитать церко́вниковъ въ прія́тіи совѣтскаго строя и распространеніи въ жизни религіознаго ленинизма». Дальше этого кощунства, кажется, идти нельзя» («Возрожденіе № 119). Теперь же, когда Митрополитъ Сергій дѣлаетъ то же, объявляетъ совѣтскія радости и горести радостями и горестями Церкви, Митрополитъ Евлогій это произведеніе чекистовъ, скрѣпленное въ тюрьмѣ несчастнымъ Митрополитомъ Сергіемъ, объявляетъ: «голосомъ Всеросійской Церковной Власти», который ему «крайне важно услышать».
Подтверждаетъ онъ, далѣе, «тѣснѣйшее, нерасторжи́мое единство съ Матерью Руской Патріаршей Церковью», которой вѣдь и управляетъ Митрополитъ Сергій, призывающій къ подчиненію большевикамъ.
Сказавъ явную неправду, что задачей его являлось «невмѣшательство Церкви въ политическую жизнь» [мы приводили рядъ примѣровъ яркаго участія Митр. Евлогія въ политической жизни эмиграціи. Еще недавно Митрополитъ Евлогій служилъ молебны при открытіи и закрытіи явно политическаго и противобольшевицкаго Російскаго Зарубежнаго Съѣзда и говорилъ соотвѣтствующія проповѣди], Митрополитъ Евлогій вступаетъ съ Митрополитомъ Сергіемъ въ юридическій споръ, доказывая, что распоряженіе его, «естественно», предъявляется къ совѣтскимъ гражданамъ, но не можетъ быть распространено на эмигрантовъ. Ни слова осужденія сатанинской власти. Напротивъ о ней Митрополитъ Евлогій говоритъ, какъ о какомъ-то законномъ правительствѣ, вродѣ Германскаго, Сербскаго и др.
Митрополитъ Евлогій обязу́ется не допускать, чтобы въ подвѣ́домственныхъ ему храмахъ «церковный амво́нъ обращался бы въ политическую трибуну».
Захотятъ Рускіе люди торжественно помолиться за Членовъ Царственнаго Дома, за вождей противобольшевическаго движенія. По ясному смыслу заявленія Митрополита Евлогія – теперь это стало не возможнымъ. Такой молебенъ обращалъ бы Церковный амво́нъ «въ политическую трибуну».
Замучатъ звѣрски большевики новыя сотни жертвъ. Весь міръ содрогнется. Бросятся эмигранты въ церкви, захваченныя Митрополитомъ Евлогіемъ и его священниками, захотятъ услышать обличительное пастырское слово о звѣрствахъ сатанистовъ, помоли́ться – не за частной панихидой – за убіенныхъ. Нельзя это сдѣлать, нельзя повторить панихиду по двадцати замученнымъ. Нельзя будетъ служить общественныя панихиды и въ страшную годовщину октябрьской революціи. Все это было бы явнымъ превращеніемъ Церкви въ политическую трибуну.
Этого не позволяетъ дѣлать Бердяевъ, это обязуется не дѣлать Митрополитъ Евлогій.
Нельзя будетъ въ церква́хъ, какъ это дѣлается въ Соборныхъ Храмахъ, призывать къ пожертвованіямъ въ пользу партизановъ, взрывающихъ мосты, убивающихъ богоборцевъ коммунистовъ, въ пользу героя Коверды́. Вѣдь, начальство Митрополита Евлогія, Митрополитъ Сергій, призналъ всѣ такія патріотическія начинанія вредными для Церкви. Да это и было бы превращеніемъ храма «въ политическую трибуну».
Митрополитъ Евлогій стремится уговорить Митрополита Сергія отказаться отъ предъя́вленныхъ «политическихъ» требованій. Но онъ, вѣдь, отлично сознаетъ, что торгъ идетъ не съ Митрополитомъ Сергіемъ, вышедшимъ изъ тюрьмы съ трясущейся головой и руками, а съ страшнымъ убійцей Бѣлобородовымъ и чекистомъ латышемъ Тучко́вымъ, доведшимъ Митрополита Сергія до такого состоянія. На Лубянкѣ будетъ обсуждаться вопросъ о томъ, достаточно ли «лойяльно» держитъ себя Митрополитъ Евлогій и можно ли вѣрить его теперешнимъ обѣщаніямъ.
Предположимъ самое маловѣроятное. Большевики на время отъ требованія подписки откажутся и удовлетворятся самы́мъ фактомъ заявленія Митрополита Евлогія о подчиненіи полоне́нному ими Митрополиту Сергію. Тогда Митрополитъ Евлогій, считающій себя епархіальнымъ Архіереемъ и вмѣстѣ съ своимъ «епархіальнымъ съѣздомъ» признавшій обязательность всѣхъ постановленій Московскаго Собора 1917-1918 г., долженъ будетъ по ряду вопросовъ входить съ представленіями въ Москву, связь съ которой установилась. И прежде всего онъ, согласно ст. 52 «Положенія о Высшемъ и епархіальномъ управленіи Православной Церкви», обязанъ будетъ представить на утвержденіе Митрополита Сергія (значитъ и Бѣлобородова съ Тучковымъ) «Епархіальный Совѣтъ», въ составъ коего входятъ гр. Коковцевъ, Ковалевскій и др.
Въ случаѣ, если Митрополитъ Сергій призна́етъ данныя Митрополитомъ Евлогіемъ заявленія недостаточными, то послѣдній проситъ благословить его на временное самостоятельное существованіе. При этомъ Митрополитъ Евлогій собирается управлять всею Зарубежной Церковью.
Какъ все это лукаво, уклончиво, въ какія новыя дебри заводитъ Митрополитъ Евлогій несчастныхъ, ему довѣрившихся.
И какъ его дѣйствія и слова разня́тся съ опредѣленною отповѣдью сдѣланной Митрополиту Сергію истиннымъ Архипастыремъ, Митрополитомъ Антоніемъ, съ опредѣленіями Архіерейскаго Собора, переносящими насъ ко временамъ пламенныхъ Посланій Святителя Гермогена.
Благодатныхъ Епископовъ за ихъ дѣйствія благословляетъ сонмъ Святителей и Преподобныхъ, на Руси просіявшихъ, за Церковь, за Царство Руское боровшихся.
Митрополита же Евлогія поощрительно хвалитъ главный виновникъ прокля́той руской революціи Милюковъ.
Милюковъ, волновавшійся недавно за Раковскаго, могу́щаго ухудшить отношенія большевиковъ съ Франціей, въ № 2368 «Послѣднихъ Новостей» радостно привѣтствуетъ Митрополита Евлогія. Онъ радъ, «что Митрополитъ еще разъ признаетъ для себя въ лицѣ Митрополита Сергія высшую каноническую власть, а для епархіи – ея неразрывную связь съ Московской Патріархіей. Важно не то, что признаніе повто́рено, а то, что оно сказано уже послѣ Московскаго Посланія. Этимъ съ пути Митрополита совершенно отметается возможность самостоятельнаго и немедленнаго отрыва Зарубежной Церкви отъ Церкви въ Росіи».
Милюковъ одобряетъ. Тучковъ съ Бѣлобородовымъ будутъ обсуждать отвѣтъ Митрополита Евлогія и передадутъ свое рѣшеніе Митрополиту Сергію.
Въ страшныя времена приходится жить. Темная сила работаетъ всюду, пробралась она и въ Церковь, завладѣла Епископами и клириками.
Но унывать не до́лжно. Правда выявляется все больше и больше. И въ Парижѣ видишь, какъ за внѣшнимъ великолѣпіемъ церкви на рю Дарю́ болѣе чуткіе люди начинаютъ понимать правду. Узнали теперь, что подносимое имъ подъ видомъ «завѣтовъ Патріарха Тихона» оказалось требованіемъ отказа отъ борьбы съ сатанинской властью. Видятъ, какъ запутались, смущены тѣ, кто еще недавно настраивалъ ихъ противъ канонической Церковной Власти заграницей: Архіерейскихъ Собора и Сνнода.
Поняли, и одинъ за другимъ идутъ молиться въ скромную церковь Зна́менія Божіей Матери на рю Оде́сса 18. Тамъ, за правду пошедшій противъ всего клира о. Іоаннъ Мали́нинъ возноситъ горячія, проникновенныя моленія за страждущую Родину, читаетъ ектеніи́, давно установленныя Архіерейскимъ Сνнодомъ, но въ церква́хъ Митрополита Евлогія не возносимыя.
Пройдетъ время и, очнувшись, какъ и послѣ революціи, отъ злого навожденія Зарубежье окажется снова въ лонѣ Истинной Соборной Церкви. И только озлобленныя, очерствѣлыя лица, вродѣ нынѣшнихъ, къ счастью, малочисленныхъ, политическихъ мертвецовъ, будутъ напоминать о тѣхъ тяжелыхъ годахъ, когда темная сила чуть не торжествовала побѣду надъ Православіемъ [къ сожалѣнiю, подъ водительствомъ отступника Архiеп. Лавра (Шкурло́) и его «сνнода», 17 Мая 2007 г. б́ольшая часть Зарубежной Церкви оффицiально вли́лась въ антихрiстову московскую лже-патрiархiю, – прим.]. Н. Д. Тальбергъ.
9/22 сентября 1927 г. Обрѣтеніе мощей Святителя Ѳеодосія Углицкаго, Архіепископа Черниговскаго.
Источникъ: Н. Д. Та́льбергъ. «Церковный расколъ». – Парижъ: Издательство Свѣтлѣ́йшаго Князя М. К. Горчако́ва «Долой зло», 1927. – С. 1-30.
источник материала