Слово въ недѣлю о Самарянынѣ.
Митр. Исидоръ Никольскій
Человѣку сродно желать благополучной жизни, любить дни видѣти благи (Псал. 33, 13). Богъ указалъ къ тому средства. Пользуйся урокомъ, преподаннымъ нынѣ въ Евангеліи, и будешь счастливъ.
Бесѣдуя съ женою самарянскою о водѣ обыкновенной, Спаситель сказалъ: всякъ піяй отъ воды сея, вжаждется паки; а иже піетъ отъ воды, юже Азъ дамъ ему, не вжаждется во вѣки; но вода, юже Азъ дамъ ему, будетъ въ немъ источникъ воды текущія въ животъ вѣчный (Іоан. 4, 13-14).
Итакъ, по словамъ Спасителя, все, что обѣщаетъ намъ міръ сей, обманчиво. Все, что даетъ онъ, непрочно, не оправдываетъ надеждъ. Всякъ, піяй отъ воды сея, вжаждется паки. Кто этого не знаетъ! Если бы намъ не указывали, въ подтвержденіе сего, никакихъ примѣровъ, собственная жизнь каждаго, къ несчастію, богата этою горькою опытностію. Посмотрите, въ чемъ проходитъ жизнь наша. Нѣтъ конца заботамъ; — нѣтъ часа покоя. Каждый думаетъ, что ищетъ спокойствія, довольства, счастія, и жертвуетъ всѣми силами души для достиженія своего мнимаго блага. Какъ ни различны желанія, успѣхъ искателей одинаковъ: пустота въ сердцѣ, послѣ минутной радости скука, раскаяніе, новыя заботы, безпокойство. Былъ ли хоть одинъ счастливецъ, который бы, по совѣсти, могъ сказать: «я нашелъ, чего искалъ, — и больше ничего не желаю!»
Невольнымъ образомъ иной спроситъ: «зачѣмъ Богъ далъ мнѣ душу съ такими желаніями, коихъ удовлетворить невозможно? Зачѣмъ водворилъ меня въ такомъ мірѣ, который обѣщаетъ и не можетъ дать того, чего ищетъ душа? Неужели для того, чтобы ненасытимое желаніе счастія всегда мучило меня, поощряя къ трудамъ и безпокойствамъ, не приносящимъ покоя и радости?»
Но такіе вопросы только обличали бы невнимательность его ко гласу совѣсти. Сколько разъ сѣтующая душа внушала ему: «зачѣмъ ты хочешь удержать меня въ семъ мірѣ, которому я не принадлежу? Зачѣмъ направляешь мой умъ и склоняешь мои желанія на суетные предметы чувственности, и, думая насытить меня, томишь гладомъ и жаждою? Піяй отъ воды сея, вжаждется паки. Мой міръ — небо; моя пища — хлѣбъ ангельскій; мои утѣхи въ десницѣ Вышняго; моя жизнь, мое счастіе — въ возлюбленныхъ селеніяхъ Господа».
Кто жь виною, что мы и среди изобилія чувствуемъ недовольство, среди утѣхъ находимъ скуку, и то, къ чему такъ неудержимо стремимся, тотчасъ бросаемъ, чтобы вновь искать пищи для своихъ желаній и вновь обманывать свои надежды? Кто виною, какъ не наши превратныя сужденія о самихъ себѣ и нуждахъ души своей? Душа безсмертна: ей и блага нужны вѣчныя. Она изошла отъ Бога, къ Богу стремится и къ Богу возвратится: естественно ли ей искать совершеннаго успокоенія на землѣ? Тѣсный союзъ ея съ тѣломъ не долженъ измѣнять прямаго направленія ея способностей. Посмотрите, вотъ этотъ огонь находится въ тѣсной связи съ грубою матеріею свѣтильника, и не можетъ отъ него оторваться: несмотря на то, огонь всегда стремится вверхъ. Дуновеніе вѣтра можетъ колебать его, измѣнять направленіе, но въ тишинѣ онъ мгновенно принимаетъ прежнее прямое направленіе. Это подобіе души нашей, заключенной въ грубую плоть. Порывы страстей могутъ затмѣвать умъ, наклонять желанія къ землѣ, волновать, раздроблять чувствованія сердца, заглушать вопли совѣсти, набрасывать обманчивыя мечты на воображеніе, ослаблять, перепутывать всѣ силы души. Но это неестественное состояніе не можетъ быть продолжительнымъ. Водворится тишина: душа воспрянетъ, въ сердцѣ отзовется пустота, въ совѣсти — угрызеніе, и силы душевныя, какъ огонь свѣтильника, паки устремятся горѣ — въ обитель свѣта и радостей, невѣдомыхъ міру. Если хотите знать, чтó значитъ тоска и недовольство у людей, которые, по нашему мнѣнію, имѣютъ всѣ средства, составить, упрочить, разнообразить, разцвѣтить свое счастіе, переведите ее на языкъ совѣсти, — и вы прочитаете слова вѣчной истины: всякъ піяй отъ воды сея, вжаждется паки.
Нельзя сказать, чтобъ люди совсѣмъ не понимали существенныхъ нуждъ своихъ.
Мы чувствуемъ, что душа жаждетъ просвѣщенія. Стремленіе благородное! Родина души есть царство свѣта: какъ же не желать его! И есть люди, которые цѣлую жизнь проводятъ въ ученыхъ занятіяхъ, съ неимовѣрными трудами и пожертвованіями разширяютъ область наукъ и полезныхъ открытій. Къ удивленію однако, одинъ изъ величайшихъ мудрецовъ и въ этомъ нашелъ крушеніе души. Приложивый разумъ, говоритъ, приложи болѣзнь (Еккл. 1, 18). Неужели и это несродно душѣ? Стремленіе чистое, — но если оно направлено къ такимъ предметамъ просвѣщенія и знаній, которые полезны и нужны только для настоящей жизни и не годятся для жизни будущей, — если они не ведутъ къ познанію Творца и Искупителя, Его премудрости, святой Его воли и нашего вѣчнаго назначенія: то душа не найдетъ въ нихъ полнаго удовлетворенія жажды своей. Для ней нуженъ свѣтъ истинный, свѣтъ животворящій, свѣтъ Христовъ, просвѣщающій всякаго человѣка, грядущаго въ міръ (Іоан. 1, 9).
Жаждешь ли славы? И это потребность души существенная. Она знаетъ, что Господь предопредѣлилъ ее къ славѣ, — знаетъ, что грѣхъ лишилъ ее сего драгоцѣннаго наслѣдія, и что можно возвратить его, и содѣлаться причастникомъ славы нескончаемой. Какъ же удовлетворяютъ этой жаждѣ? Жертвуютъ всѣмъ для честолюбія и тщеславія, не хотятъ знать никакихъ преградъ для достиженія своихъ видовъ, не терпятъ совмѣстничества, унижаютъ равныхъ, попираютъ низшихъ, — какъ опустошительный вихрь, иногда носятся по свѣту, чтобы сдѣлать имя свое громкимъ и грознымъ, — пока то же мнѣніе людей, на которомъ зиждется эта чудовищная слава, не заклеймитъ своего кумира вѣчнымъ позоромъ. Насыщайся, душа! Вотъ тебѣ слава! Такое превратное направленіе получаютъ стремленія души, возвышенныя и чистыя!
Жаждешь ли стяжаній? Не удивляюсь. Иначе и быть не можетъ. Душа была богата; не знала чувства лишенія, пока преступленіемъ заповѣди Божіей не лишилась благъ, отъ Бога дарованныхъ. Теперь она чувствуетъ свою бѣдность и наготу, — хочетъ восполнить пустоту въ сердцѣ. Отсюда происходитъ желаніе пріобрѣтенія. Что жь дѣлаютъ для утоленія столь естественной жажды? Не заботятся узнать, о какихъ сокровищахъ воздыхаетъ душа, и какія стяжанія ей нужны; съ непонятнымъ корыстолюбіемъ собираютъ болѣе и болѣе богатства, часто не щадятъ для него ни совѣсти, ни жизни. Други мои! Неужели вы забыли, что земное останется на землѣ, и этотъ грузъ вашъ для души совсѣмъ ненуженъ?
Доколѣ тяжкосердіи? всякую любите суету, и ищете лжи (Псал. 4, 2)? Ничто въ мірѣ васъ не успокоитъ, не насытитъ вашихъ желаній; не доставитъ истинной и постоянной радости, доколѣ не прилѣпитесь всѣмъ сердцемъ и всею душею ко Христу-Спасителю нашему. Если бы вы вѣдали даръ Божій, вы бы просили у Него, и далъ бы вамъ воду живу (Іоан. 4, 10).
Піяй отъ воды, юже Азъ дамъ ему, — говоритъ Господь нашъ, — не вжаждется во вѣки: но вода, юже Азъ дамъ ему, будетъ въ немъ источникъ воды текущія въ животъ вѣчный.
Что значитъ эта живая вода? Когда Спаситель, при другомъ случаѣ, повторилъ подобное изреченіе: вѣруяй въ Мя, рѣки отъ чрева его истекутъ воды живы; святый евангелистъ Іоаннъ Богословъ, въ объясненіе словъ Его, присовокупилъ: Сіе же рече о Дусѣ, егоже хотяху пріимати вѣрующіи во имя Его (Іоан. 7, 38-39).
Итакъ живая вода означаетъ благодать Святаго Духа, которую Спаситель изливаетъ въ сердца вѣрующихъ.
Вашимъ спасеніемъ умоляю васъ, христіане, обратить все ваше вниманіе на сіе высочайшее благо, отъ коего зависитъ и наше спасеніе, и наше счастіе — временное и вѣчное, — благо, выше коего самъ Богъ даровать не можетъ.
Счастіе наше заключается не въ тлѣнныхъ вещахъ, ни во мнѣніи людей, также непостоянномъ: оно имѣетъ основаніе въ душѣ. А душа, порабощенная грѣхамъ, отъ владычества коихъ не можетъ освободиться, сама терпитъ непрестанное мученіе, не знаетъ ни покоя, ни радости, — отчуждена отъ жизни Божіей (Ефес. 4, 18), мертва для добрыхъ дѣлъ (Ефес. 2, 5). Только благодать Святаго Духа можетъ оживить ее, дать силу противоборствовать грѣховнымъ наклонностямъ, укротить волненіе страстей, отнять у насъ сердце каменно, и дать сердце плотяно (Іез. 36, 26), просвѣтить умъ свѣтомъ познанія Христова, очистить желанія и возвысить чувствованія, излить въ сердце истинную любовь къ Богу (Рим. 5, 5) и ближнему, поставить человѣка выше всѣхъ обстоятельствъ, внушить мужество противъ всѣхъ искушеній, растворить горечь неизбѣжныхъ скорбей сладостію утѣшенія небеснаго.
Въ этомъ согласіи обновленныхъ душевныхъ силъ, — въ ихъ правильномъ и согласномъ дѣйствованіи заключается Божій миръ, превосходяй всякъ умъ (Флп. 4, 7), блаженство, коего нельзя купить никакими земными сокровищами, и радость о Дусѣ Святѣ (Рим. 14, 17), коей, по слову Христову, никто отнять не можетъ (Іоан. 16, 22).
Спаситель даетъ, не якоже міръ даетъ намъ (Іоан. 14, 27). Благодать Его просвѣщаетъ умъ: и простые рыбари дѣлаются просвѣтителями вселенной, — вѣщаютъ премудрость, юже никтоже отъ князей вѣка сего разумѣ (1 Кор. 2, 8). Касается сердца, и вотъ оживаетъ любовь къ Богу и святой Его волѣ, готовая на всякіе труды, на всякія пожертвованія для сладчайшаго Іисуса. Міръ поноситъ насъ, говоритъ Апостолъ: мы же откровеннымъ лицемъ на славу Господню взирающе, въ той же образъ преобразуемся отъ славы въ славу, якоже отъ Господня Духа (2 Кор. 3, 12). Объ насъ думаютъ, что мы нищи: а мы все имѣемъ, и многихъ обогащаемъ (2 Кор. 6, 10). Насъ гонятъ, яко злодѣевъ: а мы радуемся во страданіяхъ своихъ (Кол. 1, 24)! Кто ны разлучитъ отъ любве Божія (Рим. 8, 35)? Живу не ктому азъ: но живетъ во мнѣ Христосъ (Гал. 2, 20). А гдѣ Христосъ: тамъ и рай мой и блаженство.
Аще бы вѣдали даръ Божій, — вѣщаетъ Спаситель, — вы бы просили у Меня, и далъ бы вамъ воду живу. Піяй отъ воды сея, не вжаждется во вѣки.
Просите, христіане, и дастся вамъ. Ищите, и обрящете (Матѳ. 7, 7) — счастіе, коего толико жаждетъ душа ваша.
Да почіетъ на васъ благословеніе Господа нашего Іисуса Христа, и любовь Его въ насъ да пріумножится. Вседѣтельный Духъ Его да наставитъ васъ, творити заповѣди Его, и да соблюдаетъ васъ въ мирѣ и взаимной любви и единомысліи. Аминь.
http://slovo.russportal.ru/index.php?id=alphabet.y.isidore01_111
