Слово въ день Вознесенія Господня.

Митр. Исидоръ Никольскій

И бысть, егда благословляше ихъ, отступи отъ нихъ, и возношашеся на небо. И тіи поклонишася Ему, и возвратишася въ Іерусалимъ съ радостію великою (Лук. 24, 51-52).

Господь вознесся на небо. Чему же радоваться? — думаемъ мы въ простотѣ сердца. Не паче ли должно скорбѣть, что мы лишены счастія тѣхъ, кои собственными очами видѣли Сына Божія, и отъ Него самого слушали глаголы живота вѣчнаго? Самъ Спаситель называлъ ихъ блаженными: блажени очи видящіи, яже вы видите, и уши слышащіи, яже вы слышите (Лук. 10, 24). Доколѣ былъ въ мірѣ, Онъ соблюдалъ вѣрующихъ во имя Его, и никтоже отъ нихъ погибе (Іоан. 17, 12); какъ добрый Пастырь, искалъ заблудшую овцу; какъ всемогущій Врачъ душъ и тѣлесъ, спѣшилъ на помощь ко всѣмъ страждущимъ недугами душевными и тѣлесными. Удивительно ли, что первая вѣсть о скоромъ Его отшествіи ко Отцу скорбію исполнила сердца (Іоан. 16, 6) даже тѣхъ пріискреннихъ учениковъ, коимъ дано было вѣдати тайны царствія Божія (Лук. 8, 10). — Но эта простодушная скорбь столько же была несообразна со всеблагою премудростію Искупителя и собственнымъ спасеніемъ сѣтующихъ, сколько противно было волѣ Его желаніе одного изъ нихъ, устроить вѣчную обитель на Ѳаворѣ. Истинно вамъ глаголю: лучше для васъ, да иду Азъ (Іоан. 16, 7), сказалъ Господь ученикамъ своимъ: Аще бысте любили Мя, возрадовалися бысте убо, яко рѣхъ: иду ко Отцу (Іоан. 14, 28).

По воскресеніи, явившись Маріи Магдалинѣ, Спаситель послалъ ее, паки возвѣстить радость ученикамъ, не о томъ, что Онъ воскресъ, но что восходитъ ко Отцу: иди ко братіи Моей, и рцы имъ: восхожду ко Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему (Іоан. 20, 17).

Изъ сего видимъ, слушатели, что, по разуму Іисуса Христа, съ вознесеніемъ Его на небо, тѣснѣйшимъ образомъ соединено и наше спасеніе и наше истинное и высочайшее блаженство.

Аще не иду Азъ, т. е., на небо ко Отцу, — Утѣшитель не пріидетъ къ вамъ, сказалъ Господь ученикамъ своимъ: аще ли же иду, послю Его къ вамъ, — да будетъ съ вами въ вѣкъ, Духъ истины, Иже отъ Отца исходитъ, Той наставитъ вы на всяку истину (Іоан. 16, 7. 13). Апостолы поняли тайну вознесенія Господня, и, разлучившись съ возлюбленнымъ Учителемъ, возвратились въ Іерусалимъ съ радостію великою. Для насъ, христіане, нужно еще руководство, чтобы понять ее и радоваться.

Родъ человѣческій имѣлъ Утѣшителя во Христѣ Іисусѣ. Три года съ половиною не умолкало слово утѣшенія небеснаго. Открыты были тайны царствія Божія. Знаменія и чудеса подтверждали истину откровеній. Все, чтó нужно было для просвѣщенія ума и образованія сердца, — все это возвѣстилъ единородный Сынъ Божій, — возвѣстилъ избранному отъ всѣхъ языкъ народу, коего нѣсколько вѣковъ приготовлялъ чрезъ Пророковъ ко пріятію слова истины и спасенія.

Принято ли слово Христа-Утѣшителя? Умудрились ли во спасеніе слышавшіе премудрость Божію? Внемлите, чтó говоритъ о семъ самъ Спаситель, — повторяя слова Пророка: Господи! кто вѣрова слуху нашему, и мышца Господня кому открыся? Одебелѣ бо сердце людей сихъ, и ушима тяжко слышаша, и очи свои смѣжиша, да не како узрятъ очима, и ушима услышатъ, и обратятся, и исцѣлю ихъ (Іоан. 12, 38; Матѳ. 13, 15). Болѣе образованные изъ народа негодовали, съ ожесточеніемъ отвергали глаголы живота вѣчнаго, — посмѣвались небесной премудрости, — искали уловить Его въ словѣ. Простые сопутствовали Ему, будучи привлекаемы безчисленными чудотвореніями, — слушали Его ученіе, — вѣровали, и въ тоже время или сознавались въ своемъ невѣдѣніи: чтó сіе есть, еже глаголетъ? не вѣмы, что глаголетъ! (Іоан. 16, 18), или, не постигая тайнъ Божіихъ, роптали: жестоко слово сіе, кто можетъ послушати его? (Іоан. 6, 60). Даже малое число избранныхъ учениковъ Его, предназначенныхъ быть просвѣтителями вселенной, неспособно было возвыситься надъ земными помышленіями и постигнуть разумъ своего Учителя. Представляя Его Царемъ земнымъ, думали, что и открытыя имъ тайны царствія Божія относятся къ устроенію царства израильскаго. Сорокъ дней и по воскресеніи Спаситель являлся имъ и глаголалъ, яже о царствіи Божіи (Дѣян. 1, 3). Казалось бы, что проповѣдь Воскресшаго, усиленная непостижимымъ и поразительнымъ чудомъ воскресенія, могла оторвать умы ихъ отъ земныхъ мечтаній. Но такова немощь ума человѣческаго: ученики, въ самый день вознесенія Господня, еще страшивали: Господи! аще въ лѣто сіе устрояеши царствіе Израилево? (Дѣян. 1, 6).

Что изъ сего слѣдуетъ? То ли, что ученіе, коего люди принять не могли, было проповѣдано безъ цѣли? Нѣтъ! Богъ ничего не творитъ безъ цѣли. Или то, что цѣль, къ коей было направлено ученіе Спасителя, не могла быть достигнута? Нѣтъ! Это противно премудрости и всемогуществу слова Божія. Глаголъ Господень не возвращается тощь (Ис. 55, 11).

Главная цѣль воплощенія Сына Божія та, чтобы искупить родъ человѣческій отъ грѣха, проклятія и смерти.

Грѣхъ владычествовалъ надъ человѣкомъ со времени паденія прародителей. Раждаясь во грѣхѣ, бѣдный рабъ его противъ воли творилъ, чего требовалъ грѣхъ. Не еже бо хощу, сіе творю, говоритъ Апостолъ, но еже ненавижду, то содѣваю (Рим. 7, 15). Спаситель принялъ на Себя немощную плоть нашу, кромѣ грѣха, и осудилъ грѣхъ во плоти своей (Рим. 8, 3), лишилъ его владычества.

Прародители согрѣшили преступленіемъ заповѣди Божіей, и вмѣстѣ съ собою подвергли проклятію все потомство: писано бо есть: проклятъ всякъ, иже не пребудетъ во всѣхъ словесѣхъ закона (Гал. 3, 10). Спаситель, будучи Господомъ закона, за насъ исполнилъ законъ, послушливъ бывъ волѣ Божіей даже до смерти крестной (Флп. 2, 8), и на Себя снялъ заслуженное нами проклятіе.

Неизмѣнный законъ правосудія небеснаго опредѣлилъ грѣшнику смерть. Спаситель умеръ за насъ, и своею смертію умертвилъ смерть.

Цѣль Его пришествія, съ Его стороны, достигнута. Но, чтобы искупленное Имъ человѣчество воспользовалось Его заслугами; чтобы наслѣдовало завѣщанное Ему царство; чтобы грѣхъ паки не возобладалъ наслѣдіемъ Христовымъ, — нужно было, просвѣтить умы человѣковъ свѣтомъ вѣры и познанія Его и указать путь заповѣдей Божіихъ. Къ этой цѣли было направлено Его ученіе. Сѣятель небесный посѣялъ сѣмя слова животнаго, положилъ основаніе къ просвѣщенію рода человѣческаго. Если земля, пріявшая сѣмя, не принесла, во время земной жизни Сѣятеля, желаемыхъ плодовъ: это не значитъ, что ученіе Его не достигло цѣли, — это значитъ, что землѣ нужно оплодотвореніе, что сердца человѣческія, сами по себѣ, неспособны творить плодовъ жизни, доколѣ не получатъ сію способность свыше.

Здѣсь начинается дѣло иного Утѣшителя — Духа, безъ благодати Коего, и заслуги Искупителя, не принесутъ намъ никакой пользы.

Душа наша мертва прегрѣшеньми (Ефес. 2, 5). У ней есть умъ, но этотъ умъ, въ дѣлѣ спасенія, не больше значитъ, какъ закрытые глаза, которые не видятъ свѣта. У ней есть воля, но эта воля безъ силы для добра. Кто оживитъ нашу бѣдную душу? — Какъ тѣло оживляетъ душа: такъ душу оживить можетъ единый животворящій Духъ Божій. Воскроплю на вы воду чисту, глаголетъ Вседержитель, и очиститеся отъ нечистотъ вашихъ. И дамъ вамъ сердце ново, и духъ новъ дамъ вамъ, и отъиму сердце каменное отъ плоти вашея, и дамъ вамъ сердце плотяно; и духъ Мой дамъ въ васъ (Іез. 36, 25-26). Тогда и умъ нашъ познаетъ свѣтъ и истину ученія Христова; ибо Духъ Святый воспомянетъ намъ вся, чтó Онъ рекъ намъ (Іоан. 14, 26). И сердце возлюбитъ заповѣди Божіи: ибо любы Божія изліется въ него Духомъ Святымъ, даннымъ намъ (Рим. 5, 5). Тогда душа будетъ жить истинною вѣрою во Христа: ибо и вѣра дается Духомъ (1 Кор. 12, 9).

Вотъ почему Спаситель говорилъ ученикамъ: лучше для васъ, да иду Азъ ко Отцу. Если бы Онъ остался на землѣ: не пришелъ бы Духъ-Утѣшитель. Прежде подобало Христу внити въ славу свою (Лук. 24, 26), принять всякую власть на небеси и на земли (Матѳ. 28, 18), вознестись на небо и возсѣсть одесную Отца (Марк. 16, 19). Ибо, по замѣчанію Евангелиста, не у бѣ Духъ Святый на земли, пока Іисусъ не былъ прославленъ (Іоан. 7, 39).

Ходатай нашъ теперь вознесся на небо, пріялъ славу, юже имѣлъ у Отца прежде міръ не бысть (Іоан. 17, 5). Да исполнится и на насъ грѣшныхъ обѣтованіе Твое, Владыко, — и Духъ Твой Святый да пріидетъ и вселится въ ны! Аминь.

http://slovo.russportal.ru/index.php?id=alphabet.y.isidore01_007