ПАВЕЛЪ ПЕТРОВИЧЪ ЗАБѢЛИНЪ – БОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТУРГІЯ ПРЕЖДЕОСВЯЩЕННЫХЪ ДАРОВЪ.

Въ Православной церкви чрезъ всю св. Четыредесятницу, за исключеніемъ дней субботнихъ, воскресныхъ и немногихъ праздничныхъ, случающихся въ Великомъ постѣ, не совершается полной литургіи. Это обыкновеніе Православной церкви не ново: оно было узаконено еще отцами шестаго вселенскаго собора и Лаодикійскаго. «Не подобаетъ въ Четыредесятницу приносити св. хлѣбъ, – говорили отцы Лаодикійскаго собора, – развѣ только въ субботу и въ день воскресный» (пр. 49). «Во вся дни поста св. Четыредесятницы, кромѣ субботы и недѣли и святаго дня Благовѣщенія, св. литургія да бываетъ не иная, какъ преждеосвящееныхъ Даровъ», – подтверждали отцы шестаго вселенскаго собора (пр. 52). Изъ того, что отцы собора Лаодикійскаго запрещаютъ совершать полную литургію во дни св. Четыредесятницы, можно заключать, что еще въ IV вѣкѣ считалось неприличнымъ совершать безкровную жертву во дни Великаго поста. Но это мнѣніе хотя и не повсемѣстное въ христіанской церкви, конечно, тогда уже было не новымъ; помѣстный соборъ не могъ бы утвердятъ его вопреки всеобщему древнему обыкновенію или по крайней мѣрѣ изложилъ бы причины, побуждавшія къ такому нововведенію. Очевидно соборъ утвердилъ это мнѣніе потому, что оно еще прежде было принято многими и служило правиломъ для нѣкоторыхъ частныхъ церквей. Дѣйствительно такое мнѣніе существовало еще во время Тертуліана, который говоритъ: «иные полагаютъ, что во время богослуженія во дни постовъ не слѣдуетъ приносить безкровной жертвы» (О молит. гл. 14). Итакъ издавна считалось и потомъ узаконено неблаговременнымъ совершать безкровную жертву въ дни св. Четыредесятшщы.

Спрашивается: почему же Церковію не принято и не опредѣлено совершать полную литургію во дни Четыредесятницы, кромѣ субботъ и дней воскресныхъ? Приношеніе Даровъ и освященіе Ихъ – Евхаристія, особенно въ томъ видѣ, какъ оно совершалось въ древности, т. е. когда въ связи съ Евхаристіею устроились братскія вечери любви, – не совмѣстно съ строгостію поста. Присутствуя при освященіи Даровъ или совершеніи таинства Евхаристіи, истинные христіане одушевляются чувствомъ высокой радости о Христѣ Спасителѣ. Литургію, на которой совершалось освященіе Даровъ, древніе христіане называли Пасхою, потому что они присутствовали при этой литургіи съ такими же радостными и высокими чувствами, съ какими и при торжествѣ Пасхи. Но эти чувства не совмѣстны съ сокрушеніемъ и печалію, съ какими должно проводить дни Великаго поста. Потому въ извѣстные дни Великаго поста и не положено совершать таинства Евхаристіи (освященія Даровъ). «Если кто будетъ доискиваться причины, говоритъ Михаилъ Анхіалъ, патріархъ Константинопольскій XII вѣка, – почему запрещено священнодѣйствіе Евхаристіи во св. Четыредесятницу, тотъ пусть знаетъ, что это запрещено для того, чтобы мы были способны и расположены только оплакивать свои души, умерщвленныя грѣхомъ, и только то дѣлать и говорить, что можетъ возбудить большую печаль и исторгнуть сильнѣйшіе вопли. Сорокодневное поприще поста для насъ есть время войны и битвы съ воинствами тьмы. А во время битвы, когда предстоитъ крайняя опасность жизни, воины заботятся только о томъ, какъ бы не пострадать отъ нападенія и жестокости враговъ, нисколько не думаютъ о праздникахъ и торжествахъ... Между тѣмъ спасительная для всего міра жертва Искупителя доставляетъ намъ веселіе... Но несообразно и противно разсудку радоваться и печалиться въ одно и то же время» (У Алляція dе Missa praesanct. р. 1573). Почти тоже самое говоритъ Зонара: «постные дни назначены для плача и умиленія въ очищеніе грѣховъ каждаго, а приносить Богу жертву значитъ торжествовать; торжествовать же значитъ веселиться. Но можемъ ли въ одно и тоже время и печалиться и радоваться? Потомуто въ нѣкоторые дни Четыредесятницы... не освящается безкровная жертва»... (въ толков. на 52 пр. собора Трульскаго – шестаго вселенскаго). Тѣ же слова повторяетъ и Ѳеодоръ Валсамонъ (въ своемъ толков. на 52-е же пр. соб. Трульск.).

Запрещая въ извѣстные дни Четыредесятницы совершать безкровную жертву, которая, напоминая и изображая совершенное Iисусомъ Христомъ спасеніе міра, возбуждаетъ радость, Церковь не лишала и не лишаетъ вѣрующихъ божественнаго Тѣла и Крови во все это время. Божественное Тѣло и Кровь Христа составляетъ насущный хлѣбъ для души. Подкрѣпленіе этою небесною нищею особенно необходимо постящимся, при духовныхъ подвигахъ. Такъ какъ древніе христіане имѣли обыкновеніе причащаться св. Тайнъ каждодневно; то Церковь разрѣшала имъ причащаться и во св. Четыредесятнвцу, для чего и установила совершать литургію преждеосвященныхъ Даровъ. «Воины, – говоритъ Матѳей Властарь, – цѣлый день проведя въ битвѣ и только подъ вечеръ разлучаясь съ непріятелемъ, когда вспоминаютъ о пищѣ, приготовляютъ для себя столъ изъ вчерашнихъ запасовъ, чтобы не истощить своихъ послѣднихъ силъ. Съ разсвѣтомъ дня они тотчасъ же должны снова вступить въ битву съ врагами и такимъ образомъ, будучи совершенно заняты войной, не имѣютъ возможности закалять воловъ и приносить жертвъ, по обыкновенію тѣхъ, которые ежегодно отправляютъ празднество. Точно такъ и мы, принося новую нашу жертву въ субботу и въ день Господень, когда ослабляетъ насъ напряженіе чрезмѣрнаго подвига, какъ сѣтующіе и воюющіе вкушаемъ прежде предложенныхъ и преждеосвященныхъ крупицъ, чтобы только продлить жизнь свою до вечера; но содѣлавшись причастпиками этой св. плоти, укрѣпляемся, чтобы снова вступить въ бой съ врагомъ. Подлинно духовному воину и пища духовная служитъ подкрѣпленіемъ» (Math. Blast. Syntag. Alphab. lit. A). Когда вѣрующіе имѣли благочестивую ревность каждодневно приступать къ св. Тайнамъ, тогда литургія преждеосвященныхъ Даровъ совершалась во всѣ дни Четыредесятиицы; но когда потомъ, вслѣдствіе ослабленія этой ревности въ христіанахъ, не стало каждодневныхъ причастниковъ, тогда миновала нужда каждодневно предлагать народу св. Дары и Церковь перестала каждодневно совершать литургію преждеосвященныхъ Даровъ. Такимъ образомъ, утвердилось обыкновеніе совершать эту литургію только въ среду и пятокъ, какъ въ дни болѣе важные но воспоминанію событій изъ жизни Господа. Такъ уже уставъ Іерусалимскій не назначалъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ по понедѣльникамъ, вторникамъ и четвергамъ св. Четыредесятницы. Впрочемъ и въ настоящее время въ Кіево-Печерской лаврѣ литургія преждеосвященныхъ Даровъ совершается въ каждый день св. Четыредесятницы, кромѣ субботы и воскресенья.

Когда же явилась литургія преждеосвящешшхъ Даровъ, какъ служеніе особенное, назначенное для дней св. Четыредесятницы? Съ точностію невозможно опредѣлить, когда явился чинъ этой литургіи. Трульскій соборъ – шестой вселенскій, своимъ 52 правиломъ узаконилъ повсемѣстное употребленіе литургіи преждеосвященныхъ Даровъ: «во всѣ дни Четыредесятницы, кромѣ субботы и недѣли и дня Благовѣщенія, св. литургія да бываетъ не иная какъ преждеосвященныхъ Даровъ». Но было бы несправедливо утверждать, что эта литургія только и явилась во времена Трульскаго собора. Еще задолго до времени сего собора она была въ употребленіи на Востокѣ и Западѣ. Въ первой половинѣ VII вѣка она была въ употребленіи въ церквахъ Іерусалимскихъ: «нынѣ, – говоритъ Софроній, патріархъ Іерусалимскій, – болѣе прочихъ въ уваженіи священнодѣйствія Василія Великаго и Іоанна Златоуста съ литургіею преждеосвященныхъ Даровъ». Въ церкви Александрійской также употреблялась литургія преждеосвященныхъ Даровъ ранѣе времени собора Трульскаго. Въ Александрійской пасхальной хроникѣ подъ 612-мъ годомъ значится: «на третьемъ году Ираклія, при Константинопольскомъ натріархѣ Ссргіѣ, съ первой недѣли поста послѣ «Да исправится», во время перенесенія Даровъ преждеосвященныхъ изъ сосудохранительницы, начали пѣть особую пѣснь; послѣ того, какъ іерей скажетъ: «По дару Христа Твоею», народъ начинаетъ: «Нынѣ силы небесныя невидимо служатъ съ нами. Се входитъ Царь славы. Се жертва тайная, совершенная дориносится. Вѣрою и любовію приступимъ, да причастниками будемъ жизни вѣчной. Аллилуія». (Истор. обзор. пѣсноп. и пѣсн. греческ. церкв. Филар. Черн. Спб. 1860 г. стр. 173). Въ александрійской хроникѣ такимъ образомъ говорится о чинѣ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, какъ объ извѣстномъ въ самомъ началѣ VII вѣка, и указывается только время, когда нужно пѣть «Нынѣ силы небесныя», пѣснь вновь явившуюся при патріархѣ Сергіѣ. Изъ тою же свидѣтельства александрійской хроники можно видѣть употребленіе литургіи преждеосвященныхъ Даровъ и въ церквахъ Константинопольскихъ. Въ ней упоминается о Константинопольскомъ патріархѣ Сергіѣ, вѣроятно, потому, что этотъ патріархъ установилъ пѣть на литургіи преждеосвященныхъ Даровъ «Нынѣ силы небесныя», пѣснь, составленную Георгіемъ Писидою, современникомъ патіарха Сергія, какъ предполагаетъ Филаретъ архіеп. Черниговскій (Истор. обзор. пѣсноп. и пѣсн. греческ. церкв. стр. 174). Кромѣ того, есть общее преданіе, что въ концѣ VI вѣка Григорій Двоесловъ, бывши во Константинополѣ, письменно изложилъ чинъ этой литургіи. Задолго до времени собора Трульскаго совершалась литургія преждеосвященныхъ Даровъ и на западѣ въ церквахъ Гальскихъ, Испанскихъ и Римской. Судя потому, что въ церквахъ Гальскихъ и Испанскихъ сохранялось вообще богослуженіе Греческой церкви и послѣ собора Трульскаго, нельзя сомнѣваться, чтобы въ этихъ церквахъ не отправлялась и литургія преждеосвященныхъ Даровъ. Что касается до Римской церкви, то тамъ ввелъ ее въ употребленіе Григорій Двоесловъ. Итакъ литургія преждеосвященныхъ Даровъ много ранѣе собора Трульскаго была въ обширномъ употребленіи, хотя не во всѣхъ частныхъ церквахъ. Обширность употребленія литургіи преждеосвящевныхъ Даровъ въ концѣ VI и въ началѣ VII вѣка предполагаетъ гораздо раннее происхожденіе этого богослуженія, почему изслѣдователи христіанства ищутъ начало литургіи преждеосвященныхъ Даровъ въ первыхъ вѣкахъ христіанства. Многіе церковные писатели – Михаилъ Анхіалъ, Алексѣй Аристенъ, Матѳей Властаръ и др. – видятъ указаніе на литургію преждеосвященныхъ Даровъ въ постановленіи собора Лаодикійскаго; «не подобаетъ въ Четыредесятницу приносити св. хлѣбъ (священнодѣйствовать), развѣ только въ субботу и въ день воскресный» (пр. 49). Въ этомъ правилѣ конечно нѣтъ прямаго указанія на литургію преждеосвященныхъ Даровъ, но при этомъ нужно взять во вниманіе, что соборъ, запретивши совершать приношеніе и освященіе Даровъ въ Четыредесятницу, кромѣ субботъ и дней воскресныхъ, не запретилъ вѣрующимъ въ продолженіи цѣлаго года равно и въ продолженіи Четыредесятницы каждодневно пріобщаться св. Тайнъ. Частое, сколько возможно, пріобщеніе св. Тайнъ, обычное въ жизни древнихъ христіанъ, не могло быть прерываемо во дни поста на цѣлыя седмицы, когда усерднѣйшіе христіане даже времени Василія Великаго, по свидѣтельству этого св. отца, приступали къ Тайнамъ до четырехъ разъ и болѣе въ недѣлю (Epist. 93. Истор. обзор. пѣсноп. и пѣсн. греческ. церкв. Филар. Черн. стр. 82). Такимъ образомъ, соборъ Лаодикійскій хотя не упоминаетъ о литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, но предполагаетъ употребленіе ея – пріобщеніе преждеосвященными Дарами съ приличными молитвословіями. А что дѣйствительно во время и до Лаодикійскаго собора употреблялись преждеосвященные Дары и христіане пріобщались ими не только въ домахъ, но и церквахъ, это не можетъ подлежать сомнѣнію. Въ самой глубокой древности видимъ обыкновеніе посылать чрезъ діаконовъ св. Дары къ небывшимъ въ церкви (1 апол. Іуст. Мучен. гл. 67). При этомъ легко могло случиться, что св. Дары доставляли къ нѣкоторымъ на другой день по совершеніи литургіи, – за отдаленностью христіанскихъ жилищъ отъ храма, или приносимые Дары получались послѣ принятія пищи и потому по необходимости приходилось откладывать причащеніе до другаго дня. Не менѣе древне и другое обыкновеніе христіанъ – уносить присутствовавшими при богослуженіи часть Даровъ для пріобщенія (Клим. Александр. Strom. lib. 1; Тертул. въ поел, къ женѣ кн. II, гл. 5). Кипріанъ священномученикъ разсказываетъ объ одной падшей женщинѣ, что она, желая раскрыть ковчегъ, въ которомъ находились св. Дары, устрашена была огнемъ, изшедшимъ изъ ковчега (въ книгѣ de lapsis).

Если христіане имѣли обыкновеніе въ домахъ пріобщаться преждеосвященными Дарами, то тѣмъ болѣе въ храмѣ при общественномъ богослуженіи, гдѣ оставлялись и хранились нѣкоторыя части Евхаристіи для требующихъ св. причащенія (Апост. Пост. кн. VIII. гл. 13). Тѣ христіане, которые жили вдали отъ храмовъ, уносили св. Дары съ собою домой, а тѣ, которые жили вблизи храмовъ, не имѣли такой нужды, и могли пріобщаться въ храмѣ запасными Дарами, когда не была совершаема литургія, какъ во дни поста. Древній церковный писатель Тертулліанъ удостовѣряетъ насъ въ томъ, когда говоритъ: «не торжественнѣе ли будетъ постъ твой, если станешь предъ жертвенникомъ Господнимъ? Принявши тѣло Господне сохраненное, обое цѣло пребываетъ, и пріобщеніе жертвы и исполненіе должности (поста)» (О молитв. гл. 14). Пріобщеніе въ церкви запасными Дарами не могло быть допущено безъ необходимыхъ молитвъ и обрядовъ, приличнѣе было пріурочить причащеніе запасными Дарами къ службѣ церковной; и потому въ тѣ дни, когда не совершалась литургія, пріобщеніе могло соединяться съ вечернимъ молитвословіемъ, также слушаніемъ слова Божія или съ нѣкоторыми частями литургіи, исключая только молитвъ и дѣйствій самаго освященія Даровъ. Писатели церковные первыхъ вѣковъ указываютъ на такія собранія во дни поста, гдѣ были совершаемы молитвословія, чтенія изъ слова Божія, но не было освященія Даровъ, также принимаемы были св. Тайны, но въ вечернее время, а не въ утреннее, слѣдовательно Тайны преждеосвященныя. Въ 8 словѣ на 118 Псал. св. Амвросій выражается такъ: «увѣщаваетъ (тебя къ посту) также и жертва вечерняя, чтобы ты никогда Христа не позабывалъ, да и забыть не можешь, когда къ одру отойдешь, того Господа, къ которому на западѣ дня проливалъ молитву, Который алчущаго тебя снѣдію своего тѣла насытилъ». Здѣсь, въ словахъ Амвросія Медіоланскаго не ясно ли указаніе на такія вечернія богослужебныя собранія христіанъ, при которыхъ не совершалось таинство Евхаристіи, но было пріобщеніе св. Тайнами, при молитвословіяхъ, приличныхъ таинственной вечери? Въ такихъ-то вечернихъ богослужебныхъ собраніяхъ можно видѣть и начало и образецъ настоящей литургіи преждеосвященныхъ Даровъ. И въ настоящемъ видѣ литургія преждеосвященныхъ Даровъ есть ни что иное какъ вечернее богослуженіе, соединенное съ молитвами предъ принятіемъ и по принятіи св. Даровъ.

Съ какими моленіями происходило причащеніе древнихъ христіанъ преждеосвященными Дарами, о томъ нѣтъ подробнаго описанія. Литургія преждеосвяпщииыхъ Даровъ, по обыкновенію первыхъ вѣковъ, совершалась по устному преданію и вѣроятно съ тою свободою, съ какою совершались другія церковныя службы въ той или другой церкви. По общему преданію Церкви вселенской, Григорій Двоесловъ первый изложилъ чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ письменно и передалъ его для церкви Римской. Съ чиномъ этой литургіи онъ познакомился еще въ Константинополѣ, когда былъ тамъ въ продолженіи трехъ лѣтъ папскимъ апокрисіаріемъ при Пелагіѣ II. Какъ любитель церковно-богослужебнаго чина, онъ изложилъ ее письменно и, сдѣлавшись Римскимъ первосвященникомъ, ввелъ въ употребленіе въ Римской церкви. Такъ какъ Греческая церковь до Григорія Великаго не имѣла письменнаго чина литургіи преждеосвященныхъ Даровъ и не находила его въ другихъ церквахъ, то и приняла чинъ этой литургіи, написанный св. Григоріемъ. Отъ церкви Греческой чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, написанный Двоесловомъ, вскорѣ заимствовали и другія церкви – Іерусалимская, Александрійская, что можно было видѣть изъ свидѣтельствъ Софронія, патріарха Іерусалимскаго и Александрійской хроники. Распространенію чина литургіи, написаннаго Григоріемъ Двоесловомъ, способствовалъ и тотъ авторитетъ, которымъ пользовался этотъ отецъ на востокѣ и западѣ, какъ великій учитель и администраторъ Церкви. Тѣмъ не менѣе чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, написанный Григоріемъ Двоесловомъ, не могъ войти во всеобщее употребленіе безъ соборнаго опредѣленія (См. 59 пр. соб. Лаодик.; сн. 18 пр. того же собор.). Поэтому соборъ Трульскій 52 пр. и утвердилъ совершеніе этого чина для всѣхъ церквей въ дни Четыредесятницы. Но существующее преданіе, что чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, введенный во всеобщее употребленіе соборомъ Трульскнмъ, написань Григоріемъ Двоесловомъ, по-видимому, подрывается двумя древнѣйшими списками, относящимися къ XIII или XIV вѣку. Одинъ изъ такихъ списковъ – Калабрійскій имѣетъ слѣдующую надпись: «Божественная литургія преждеосвященныхъ Даровъ, составленная св. отцомъ нашимъ Германомъ, патріархомъ Константинопольскимъ». Подобная же надпись и на другомъ спискѣ: «Литургія преждеосвященныхъ Германа патріарха». Обѣ эти надписи нисколько не ослабляютъ достовѣриости общаго преданія Церкви о составителѣ письменнаго чина литургіи преждеосвященныхъ Даровъ: ихъ нельзя понимать въ томъ смыслѣ, что будто бы патріархомъ Германомъ впервые и написанъ былъ чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ. Если признать, что патріархъ Германъ первый написалъ чинъ этой литургіи, то значитъ допустить несообразности. Патріархъ Германъ жилъ спустя долгое время послѣ собора Трульскаго, а соборъ Трульскій назначалъ для всеобщаго употребленія литургію преждеосвященныхъ Даровъ, чего сдѣлать онъ не могъ бы, если бы чинъ литургія преждеосвященныхъ Даровъ не былъ написанъ и извѣстенъ многимъ церквамъ; въ противномъ случаѣ самъ соборъ до этого опредѣленія долженъ былъ бы письменно изложить чинъ литургіи и обнародовать его для всеобщаго употребленія. Извѣстно однако, что отцы собора Трульскаго не опредѣляли чина для литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, и до и послѣ этого собора не было другаго письменнаго чина литургіи, кромѣ того, который у насъ содержится въ православной Церкви и по преданію приписывается св. Григорію Двоеслову. При томъ же Софроній, патріархъ Іерусалимскій, жившій еще до собора Трульскаго, говоритъ о литургіи преждеосвященпыхъ Даровъ какъ чинѣ писанномъ, потому что упоминаетъ объ ней также, какъ о писанныхъ литургіяхъ Василія Великаго и Іоанна Златоуста. Такимъ образомъ, нѣтъ возможности приписать чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ патріарху Герману и приведенныя надписи не могутъ быть принимаемы за показанія о сочинителѣ литургіи; остается принять ихъ въ томъ смыслѣ, что патріархъ Германъ посылалъ въ Калабрію изложеніе литургіи съ предписаніемъ совершать ее по изложенному чину, согласно съ правиломъ шестаго вселенскаго собора. Чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ не можетъ быть приписываемъ и современнику Германа – Григорію 2-му, Римскому папѣ, какъ хотятъ думать латиняне, утверждая, что чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ установилъ этотъ папа и что греки, по плохому знакомству съ Римской исторіей, смѣшиваютъ Григорія Двоеслова или перваго съ Григоріемъ вторымъ, и потому ошибочно приписываютъ первому то, что принадлежитъ второму.

Надобно думать, что св. Григорій, излагая письменно чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, слишкомъ мало измѣнилъ древній чинъ ея. Къ такому заключенію приводитъ то обстоятельство, что многія священныя дѣйствія, эктеніи и молитвы въ чинѣ литургіи св. Григорія носятъ ясные слѣды своего глубоко ранняго происхожденія. Въ первыя времена христіанства оглашенные во дни Четыредесятницы обыкновенно готовились ко крещенію или просвѣщенію, почему и называемы были просвѣщаемыми (φοτιξομενος). О нихъ тогда Церковь повседневно возносила особенныя молитвы, которыя находимъ и въ чинѣ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ св. Григорія; а отъ среды четвертой недѣли великаго поста до великой субботы, въ которую происходило крещеніе просвѣщаемыхъ, она еще болѣе усиливала эти молитвы, какъ должно быть и по чину литургіи св. Григорія. Чтобы побудить оглашенныхъ къ большему приготовленію, вызвать въ душахъ ихъ сильнѣйшее желаніе къ св. просвѣщенію, священникъ чрезъ послѣдніе двадцать дней Четыредесятницы осѣнялъ ихъ свѣтомъ возженныя свѣчи, означая чрезъ сіяніе вещественнаго свѣта приближающійся къ нимъ свѣтъ умный, свѣтъ истинный, просвѣщающій всякаго человѣка грядущаго въ міръ. (Бл. Август. 96 бес. на Іоан.). Осѣненіе народа, возженною свѣчою при возгласѣ: «свѣтъ Христовъ просвѣщаетъ всѣхъ» – видимъ и въ чинѣ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ св. Григорія Великаго. Есть указаніе, что св. Григорій Двоесловъ не вновь составилъ и молитвы по перенесеніи преждеосвященныхъ Даровъ съ жертвенника на престолъ и приготовленія вѣрующихъ къ св. причащенію. Михаилъ Анхіалъ, доказывая древность литургіи съ преждеосвящеиными Дарами, пишетъ: «слова наши подтверждаетъ и слухъ извѣстный во всѣхъ св. церквахъ, произшедшій отъ преданія неписаннаго, – тотъ слухъ, что молитва, которая читается по поставленій преждеосвященныхъ Даровъ на св. жертвенникѣ, принадлежитъ св. Аѳанасію, бывшему въ санѣ діакона на Никейскомъ, первомъ вселенскомъ соборѣ. Въ нѣкоторыхъ древнихъ писанныхъ молитвословахъ эта молитва сохраняетъ и въ надписи имя сего св. Аѳанасія». Слѣдовательно въ XII в., когда жилъ Анхіалъ, молитва, читаемая по входѣ съ св. Дарами въ алтарь, была еще извѣстна подъ именемъ Аѳанасіевой. Патріархъ говоритъ, что эта молитва и въ древнеписанныхъ служебникахъ называлась Аѳанасіева и въ преданіи извѣстна подъ тѣмъ же именемъ (Истор. обзор. пѣсноп. и пѣсн. греческ. церкв. Фил. Черн. стр. 61). Въ той мысли, что св. Григорій Двоесловъ слишкомъ мало измѣнилъ древній чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, утверждаетъ насъ и то, что онъ, излагая чинъ литургіи собственно для римлянъ, не избралъ ни одной молитвы изъ римской литургіи. Безъ сомнѣнія онъ поступилъ такъ потому, что всѣ молитвы, пѣсни и обряды нашелъ готовыми. Наконецъ литургія преждеосвященныхъ Даровъ не надписывается именемъ св. Григорія Двоеслова, какъ надписываются литургіи Василія Великаго и Іоанна Златоуста, – новый знакъ того, что св. Григорій не измѣнилъ чина литургій преждеосвященныхъ Даровъ, подобно тому, какъ Іоаннъ Златоустъ и Василій Великій измѣнили древній чинъ литургіи полной. При всемъ томъ заслуга Григорія Двоеслова велика: онъ привелъ въ надлежащую ясность и опредѣленный порядокъ чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ. Потому-то св. Церковь въ благодарность за его попеченіе и трудъ – привести въ надлежащій и опредѣленный порядокъ чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ – призываетъ его имя при окончаніи этой литургіи на отпустѣ и послѣ благодарственной молитвы читается этому святому тропарь: «Иже отъ Бога свыше божественную благодать воспріемъ славне Григоріе...» и кондакъ: «Подобоначальникъ показался eси начальника пастыремъ Христа, иноковъ чреды отче Григоріе...».

Востановить чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ въ томъ видѣ, въ какомъ онъ вышелъ изъ подъ пера св. Отца, и сличить съ чиномъ той же литургіи настоящаго времени, нѣтъ возможности, если бы этотъ чинъ и помѣщенъ былъ въ сакраментаріѣ Двоеслова, потому что сакраментарій Двоеслова постоянно былъ измѣняемъ и теперь едва ли не по одному имени принадлежитъ ему. Въ нынѣшнемъ Сакраментаріѣ св. Григорія Великаго сохранились только остатки литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, – именно литургіи, совершаемой на западѣ въ пятокъ страстной седмицы. Если въ сакраментаріѣ св. Григорія не уцѣлѣлъ чинъ литургіи преждеосвященныхъ Даровъ, за то во всей цѣлости онъ сохранился въ отдѣльныхъ спискахъ, писанныхъ какъ на востокѣ такъ и на западѣ. Всѣ списки древнѣйшіе и новѣйшіе сходны между собою и литургія преждеосвященныхъ Даровъ почти нисколько не измѣнилась послѣ того, какъ написалъ ее св. Григорій Двоесловъ.

П. Забѣлинъ.

«Руководство для сельскихъ пастырей». 1876. Т. 1. № 13. С. 393-407.

https://afanasiy.net/zabelyn-bozhestvennaya-liturgia-prezhdeosv-darov