ПРОТОІЕРЕЙ НИКОЛАЙ ДУМИТРАШКО – НЕОЖИДАННОЕ ПРОЗРѢНІЕ.
Полтавской губерніи и уѣзда въ селѣ Диканькѣ жилъ крестьянинъ князя Кочубея, Елисей Ивановъ Луценко. Онъ имѣлъ жену и дѣтей, занимался хлѣбопашествомъ и всегда отличался благочестіемъ и безукоризненною жизнію. Достигши 55 лѣтъ, онъ былъ еще очень крѣпокъ и бодръ, но, по заведенному въ имѣніи князя порядку, имѣлъ право на освобожденіе отъ работы, ради преклонныхъ лѣтъ. Къ сожалѣнію своему, Елисей Луценко никакъ не могъ доказать настоящаго своего возраста, такъ-какъ въ метрическихъ книгахъ актъ его рожденія и крещенія оказался пропущеннымъ. Пока шло разслѣдованіе о его лѣтахъ, его приставили къ винокуренному заводу, гдѣ онъ долженъ былъ присматривать за печью. Отъ сильнаго ли огня винокуренной печи, или отъ простуды, или-же отъ какой-либо другой причины, Елисей сначала заболѣлъ глазами а потомъ и совершенно ослѣпъ.
Ровно 14 лѣтъ продолжалась его слѣпота; онъ не видѣлъ рѣшительно ничего и, разумѣется, ничего не могъ работать. Родные тяготились имъ и, по весьма естественному въ бѣдномъ человѣкѣ чувству, часто ворчали на слѣпаго старика, называя его дармоѣдомъ и лежнемъ. Скорбь бѣднаго Елисея были велика, а помогающаго небыло; онъ находилъ утѣшеніе только въ молитвѣ, но и это утѣшеніе не всегда было дли него доступно: въ церковь его водили очень рѣдко, а дома молиться не всегда было удобно,
Одинъ разъ – это было въ 1856 году – скорбь его дошла до крайнихъ предѣловъ. Дѣло было въ великій пятокъ. Дома, въ убогой хатѣ Елисея, жена и дочери убирали все къ свѣтлому празднику: шло усердное мытье, чищенье, мазанье. Понятно, что слѣпой Елисей былъ тутъ помѣхою; – и вотъ жена стала ворчать на него, что онъ не только самъ ничего не дѣлаетъ, но и другимъ мѣшаетъ. – Какъ тебѣ не грѣхъ попрекать меня лежнемъ, отвѣчалъ старикъ. Развѣ я отъ лѣности не дѣлаю ничего? Развѣ я по своей волѣ все лежу, да лежу? Вотъ и теперь я съ радостію пошелъ бы въ церковь Божію, еслибы кто ни будь изъ васъ проводилъ меня....
– Теперь таки и время возиться съ тобою, перебила его жена, Иди-ка изъ хаты на огородъ.
Съ величайшею досадою выбрался онъ изъ хаты, прошелъ кое-какъ дворъ и уже смѣлою поступью готовъ былъ ступить на огородъ, какъ вдругъ запнулся за небольшой колышекъ въ воротахъ и со всего размаха ударился о землю. Отъ боли, досады и огорченія онъ заплакалъ горячими слезами, и изъ глубины души, съ пламеннымъ чувствомъ, молилъ Спасителя возвратить ему зрѣніе. Онъ чувствовалъ, что глаза его какъ будто горѣли. Пролежавъ нѣсколько минутъ въ слезахъ и молитвѣ, наконецъ хотѣлъ встать и чуть только поднялъ голову, какъ вдругъ замѣтилъ, что онъ прозрѣлъ: сквозь горячія слезы ему ясно видѣлся сосѣдній плетень, мерзлая груда, на которую онъ упалъ, и далѣе сарай. Въ это самое время раздался звонъ къ вечернѣ
Вставши совсѣмъ, Елисей перекрестился съ неподдѣльнымъ, искреннимъ чувствомъ благодарности къ Богу и благоговѣнія и, все еще невѣря себѣ, тихо и осторожно воротился черезъ дверь въ хату. Въ сѣняхъ онъ увидѣлъ вынесенное изъ комнаты свое платье, свиту и шапку. Онъ поспѣшно одѣлся и, не говоря никому ни слова, съ палкою въ рукѣ отправился къ церкви св. Николая, отстоящей отъ села не ближе полуторы версты. Не смотря на свои 70 лѣтъ и на недавній сильный ушибъ при паденіи, Елисей какъ будто не слышалъ земли подъ собою: добрымъ и вѣрнымъ шагомъ быстро прошелъ онъ полутораверстное разстояніе, любуясь свѣтомъ Божіимъ, котораго не видѣлъ 14 лѣтъ и возбуждая удивленіе во всѣхъ встрѣчавшихъ его диканскихъ жителяхъ, которые недоумѣвали, какъ можетъ слѣпой идти такъ смѣло и рѣшительно, безъ всякаго провожатаго. Скоро достигъ онъ церкви и поспѣлъ какъ разъ къ самому началу вечерни. Всю вечерню онъ простоялъ на колѣнахъ и съ умиленіемъ молился Богу. Но когда наконецъ вынесена была священная плащаница, онъ залился слезами благодарности и, припавъ къ стопамъ распятаго и погребеинаго Господа, благодарилъ Его отъ всего сердца за чудное и неожиданное свое прозрѣніе, дарованное Имъ.
Съ тѣхъ поръ Елисей Луценко не пропускаетъ ни одной Божественной службы и, не смотря ни на что, ни на грязь, ни на дождь, всякій разъ бываетъ въ церкви; глаза его видятъ очень хорошо, и онъ занимается разными работами по дому, напр. молотьбою хлѣба и т. под.
***
Всѣ эти подробности передалъ мнѣ духовный отецъ диканской николаевской церкви, протоіерей и благочинный о. Іосифъ Зеленскій. Разсказъ его такъ занялъ меня, что и непремѣнно хотѣлъ увидѣть прозрѣвшаго Елисея.
Разъ какъ-то лѣтомъ 1858 года ѣхали мы съ о Іосифомъ къ Никольской церкви. При поворотѣ въ одну изъ улинъ увидѣлъ я сѣдаго старика, высокаго роста, съ небольшою бѣлою бородою. Онъ шелъ, опираясь на палочку, и, обернувшись, пристально смотрѣлъ на насъ издали, прикрывъ глаза рукою.
– Вотъ это и есть Елисей, который прозрѣлъ, сказалъ мнѣ о Іосифъ,
Я попросилъ остановить лошадь, и мы вышли изъ экипажа. Поздоровавшись съ старикомъ, я сталъ съ участіемъ и вниманіемъ распрашивать о его чудномъ прозрѣніи. Онъ повторилъ мнѣ почти слово въ слово расказъ о. Іосифа.
– Чтоже ты теперь дѣлаешь, старикъ, чѣмъ занимаешься? – спросилъ я его наконецъ.
– Та щожъ меня більше робить, якъ въ церковь ходить, та Бога хвалить! – отвѣчалъ онъ съ особеннымъ благоговѣйнымъ чувствомъ.
Елисей Луценко скончался въ нынѣшнемъ 1860-мъ году, въ генварѣ мѣсяцѣ, имѣя отъ роду 74 года.
Протоіерей Николай Думитрашко.
«Руководство для сельскихъ пастырей». 1860. № 19. С. 21-24.
