Слово при наречении во епископа Шанхайского
Святитель Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский
«Грядите по Мне и сотворю вы ловца человеком» (Матф. 4:19), сказал Господь, призывая Своих первых апостолов. Не думал я в раннем детстве, что и ко мне будет обращен тот же призыв, хотя с первых дней, что начал сознавать себя, желал служить правде и истине. Родители мои возгревали во мне стремление непоколебимо стоять за истину, и душа моя пленялась примерами тех, кто отдавал за нее свою жизнь, борясь против царей, когда они были гонителями спасительной веры, и за царей, когда они являлись носителями и защитниками благочестия.
Плохо я представлял себе в начале путь, которым нужно идти. Подрастая, думал себя посвятить военной или гражданской службе Отечеству, являвшемуся тогда оплотом и хранителем истинного благочестия.
Я поступил в учебное заведение, посвященное одной из славных страниц истории России (Петровский Полтавский Кадетский корпус), но в нем я почувствовал, что мне нужно избрать другой путь. Особенно тому способствовало общение с нашим законоучителем (протоиереем Сергием Четвериковым) и с ректором семинарии (ныне архиепископом Варлаамом).
День окончания мною среднего учебного заведения совпал со днем вступления на кафедру города, где предстояло проходить высшее образование, нового иерарха (ныне митрополит Киевский Антоний, тогда архиепископ Харьковский), который сделался навсегда руководителем моей духовной жизни. Изучая светские науки, я все больше углублялся в изучение науки наук, в изучение духовной жизни. Монастырь, где жил архипастырь, и церковь привлекали меня больше, чем место где я учился высшим светским наукам. Совершившееся крушение государственной мощи нашего Отечества убедило меня окончательно в непрочности всего земного и слабости человеческих сил и способностей, и я решил отречься от сует земного мира, посвятив себя едино служению Богу.
Но служение Богу, властно призывая мою душу, «отречься себя, взять крест свой и идти за Христом» (Матф. 16:24; Мк. 9:24), в то же время накладывало внутреннюю необходимость стать ловцом людей. Еще прежде, чем окончательно порвалась моя внешняя связь с светским миром, жажда к богословским знаниям привлекла меня в училище, имеющее своим покровителем великого святителя Савву, а потом и на путь, им показанный.
Ныне устами Архипастырей Церкви призываюсь я восприять архипастырское служение. Не смею помыслить себя достойным сего сана, сознавая греховность свою, но боюсь и отрекаться от него, слыша слова Господни, обращенные к согрешившему, но кающемуся Петру: «Аще любиши Мене, ....паси агнцы Моя, ...паси овцы Моя» (Ин.21:15—17). Святой Иоанн Златоуст, объясняя настоящее место Евангелия, обращает внимание на то, что в доказательство любви Господь потребовал не иного подвига, а именно подвига пастырства. Почему же так велико в очах Господних пастырское служение? Потому, что пастыри, по выражению апостола Павла, суть «Богу... споспешницы» (1 Кор.3:9). Христос пришел на землю восстановить осквернившийся образ Божий в человеке, призвать людей, соединить их во единого человека, едиными усты и единым сердцем прославляющего своего Творца.
Задача каждого пастыря привлекать людей к тому единству, перерождать и освящать их. Что может быть более великим, чем воссоздать создание Божие! Какую большую пользу можно принести своему ближнему, чем подготовив его к вечной жизни! Нелегко выполнение сей задачи — приходится бороться с испорченной грехом природой человека. Часто встречается непонимание, а иногда сознательное сопротивление, ненависть со стороны тех, кого любишь и о ком заботишься. Велико должно быть самопожертвование пастыря и велика любовь к своему стаду. Все готов должен быть перенести он ради его пользы, и каждая овца должна найти место в его сердце, к каждой должен он применить соответствующее врачевание, сообразуясь с особенностями характера и обстоятельствами каждого. Если же столь трудны и сложны обязанности обычного пастыря и велика его ответственность за спасение им пасомых, что можно сказать об архипастыре? Поистине к нему обращены речи Господни, сказанные некогда пророку Иезекиилю: «Сыне человечь, стража дах тя дому Израилеву» (Иез. 3:17).
Архипастырь ответствен не только за всех агнцев, Богом врученных ему, но и за пастырей. Взыщется с него за каждого грешника, которого во время не образумил, за каждого, кто шел путем правды, но совратился с него. Долг его болеть болезнями своих овец и тем исцелять их, подобно Пастыреначальнику Христу, «раною Которого мы исцелехом» (Ис. 53:5). Нет у него личной жизни, весь должен он отдаться делу спасения душ человеческих и водительству их в Царство Небесное. Он должен быть готов перенести все озлобления, гонения и самую смерть ради истины, пить чашу Христову и креститься Его крещением (Матф. 20:23; Мк. 10:39). Он должен заботиться не только о приходящих к нему, но и сам искать и возвращать стаду заблудших овец, нося их на раменах своих. Долг его возвещать Христово учение его незнающим, памятуя заповедь Господню: «шедше в мир весь проповедите Евангелие всей твари» (Мк. 16:15). Будучи проникнут сознанием вселенскости Церкви, он не должен ограничиться заботой только о тех, кто непосредственно поручен ему, но должен духовным оком озирать всю вселенную Церковь Христову, желать просвещения всех народов и преуспеяния их в вере истинной, ибо в Церкви «несть еллин, ни иудей, ...варвар и скиф» (Кол.3:11), но все суть одинаково любезныя дети Отца Небесного.
Заботясь о спасении людей, должно применяться к их понятиям; дабы привлечь всякого, подражая в том апостолу Павлу, и подобно ему нужно быть способным сказать: «Быть Иудеем яко иудей, да иудеи приобрящу, ...беззаконным яко беззаконен, ...да обрящу беззаконныя. Бых немощным, яко немощен, да немощныя приобрящу: всем бых вся, да всяко некия спасу» (1 Кор. 9:20—22).
Заботясь о спасении душ человеческих, нужно помнить, что люди имеют и телесные потребности, громко заявляющие о себе. Нельзя проповедывать Евангелие, не проявляя любовь в делах. Но при том нужно опасаться, чтобы заботы о телесных потребностях ближних не поглотили все внимание пастыря и не шли бы в ущерб попечению о духовных нуждах, помня слова апостолов: «не угодно есть нам оставльшим слово Божие служити трапезам» (Деян. 6:2). Все должно быть направлено к снисканию Царства Божия и исполнению Христова Евангелия. Истинное христианство не состоит в умоотвлеченных рассуждениях и учениях, а воплощается в жизни. Христос сходил на землю не для того, чтобы преподать людям новые знания, а чтобы призвать к новой жизни. К вечной жизни мы приуготовляемся в жизни земной. Обстоятельства и события временной жизни влияют и на духовную жизнь человеческую. Сильные характером преодолевают влияние окружающей среды, а слабые поддаются ему. Сильные духом закаляются при гонениях, но слабые падают. Потому нужно, насколько возможно, создавать условия, в которых бы возможно больше людей могло духовно созидаться.
Пастырю нельзя уклоняться от участия в общественной жизни, но участвовать в ней нужно в качестве носителя Христова закона и представителя Церкви. Священнослужитель не смеет превращаться в обыкновенного политического или общественного деятеля, забывая главную сущность своего служения и его цель. Христово Царство «не от мира сего» (Иоан. 18:36), и Христос не устроял земного царства. Не делаясь политическим вождем и не вдаваясь в партийные распри, пастырь может давать духовное освящение явлениям жизни, дабы его пасомые знали путь, которого держаться, и являлись бы христианами как в своей личной жизни, так и в общественной. Архипастырь должен уметь каждому дать совет духовный: и монаху отшельнику, очищающему душу от помыслов, и царю, устрояющему державу, и военачальнику, идущему на брань, и обычному гражданину. Особенно это нужно пастырю Русской Церкви, личная жизнь которой ныне тесно связана с событиями на Родине.
Мало кто из русских людей остался незатронутым явлениями, которые глубоко потрясают душу всякого человека, думающего о них. Разве можно безучастно взирать на то, как над священным Кремлем исполнились горькие слова пророка Исаии: «Како бысть блудница град верный Сион полн суда? в немже правда почиваше, ныне же убийцы» (Ис. 1:21). Какая верующая душа не содрогнется, размышляя об осквернении святынь и неслыханном гонении! Все сыны Руси тем или другим образом ощущают на себе дыхание красного зверя, враждующего против Невесты Христовой.
Христиане от первых веков переносили гонения за Христа, но никогда не радовались им, а возвышали свой голос против них. Целый ряд апологетов и мучеников изобличал гонителей в первые века, а за ними последовал великий сонм святителей и исповедников. В мирные времена святители и подвижники поучали, а в злые, изобличали носящих власть. Русь устроялась при непосредственном влиянии ее великих пастырей и молитвенников. Не можем мы не скорбеть, видя разрушение великого дома Богородицы, каковое имя носило некогда Русское государство. Мы не можем не испытывать боли, когда терзаются души и тела наших близких, когда страхом смерти принуждены к молчанию наши архипастыри и пастыри, находящиеся на Родине. И за пределами Руси мы остаемся ее сынами. Изгнанные из земного Отечества мы продолжаем быть духовным стадом святителей Петра, Алексия, Ионы, Филиппа и Ермогена. Мы остаемся частью Русской Церкви, страдающей и гонимой, облитой кровию священномучеников Владимира Киевского, Вениамина Петроградского, Гермогена Тобольского, Митрофана Астраханского, Андроника Пермского и безчисленного множества других новых священномучеников и мучеников. Заветы их — святыня наша, которую мы должны сберечь до того времени, когда Богу угодно будет явить силу Свою и возвысить рог христиан православных. А до тех пор мы должны пребывать в духовном единстве с гонимыми, молитвой укрепляя их.
Заочно лобызаем узы их, скорбим о тех кто поколебался. Знаем, что колебались иногда и древние исповедники истины. Но имеем примеры непоколебимости: пример Феодора Студита, изобличившего всякое отступление от церковной правды, пример Максима Исповедника, пример патриарха Ермогена.
Страшимся отступить от путей, которыми они шли, ибо если находящиеся под игом выставят в оправдание человеческую слабость, что скажем мы, если испугаемся одних угроз? Находясь в сравнительной безопасности, мы должны укрепляться духом, чтобы воссозидать разрушенное, если Господь благоволит «возвратити... плен Сион» (Пс.125:1), или же и самим пойти по стопам пострадавших за истину, если то потребуется. Ради того прежде всего мы должны хранить между собой единодушие и единство, представляя единую Русскую Церковь, а в то же время продолжать ее великое дело среди других народов. С самых первых веков христианства в России из нее шли проповедники в другие края. Просияли вначале преподобный Кукша, Леонтий Ростовский, после Стефан Пермский, Иннокентий Иркутский, уже в наши времена апостол Алтая Макарий и Николай Японский. Теперь рассеянный русский народ сделался проповедником веры во всех краях вселенной. Задача Русской Заграничной Церкви позаботиться о том, чтобы просветить возможно большее число людей из всех народов. Ради выполнения сей цели Русский Архиерейский Заграничный Синод посылает меня в страну, откуда восходит чувственное солнце, но которая нуждается в просвещении лучами мысленного Солнца Правды.
Сознаю свои слабые силы; из послушания церковной власти и моему духовному руководителю покоряюсь сему избранию не ради чести и власти, а всего себя отдавая на служение Церкви.
Молюсь Господу Богу, чтобы Он помог мне и укрепил меня до смерти подвизаться за истину. В сей великий для меня час молюсь о тех, кто воспитывал меня и назидал своими наставлениями и примером, молюсь о тех, среди которых проходило до сих пор мое церковное служение, о молодежи, которую воспитывал, о моей будущей пастве, о вселенской Церкви, о страждущей земле Русской! Уповаю на молитвы и предстательство великого сонма небесных поборников рода христианского. Прошу и Вас Святители Божии, а заочно и моего Архипастыря преосвященного епископа Виктора, помолиться о мне и преподать Божие благословение.
Белград, 27 мая 1934 г.
источник материала
