Ювенальный фашизм в действии... Детей у матери изъяла полиция с дубинками

От детей остались только вещи...

Жители 15-й Амурской сильно удивились, когда на их тихой улочке почти на самом краю города появились мужчины в форме и с дубинками. Но на их глазах разворачивалась вовсе не военная операция по захвату преступника. Органы опеки вместе с приставами приехали забирать детей у их соседки.

Со двора дом, и правда, выглядит жутковато.

«ЧИНОВНИКИ ЗАЯВИЛИ, ЧТО В ДОМЕ ОБИТАЮТ НАРКОМАНЫ!»

С того дня 41-летняя Зухра Бакиева уже полгода бьется, чтобы ей вернули четверых ребятишек. Им 12, 9, 7 и 1,5 года. А проблемы женщины начались, когда она сама обратилась в опеку за помощью. Мать-одиночка едва сводила концы с концами, поэтому попросила выделить ей материальную помощь. Семья живет на зарплату технички и детское пособие. И, конечно, возникает резонный вопрос, зачем в такой ситуации заводить четвертого ребенка.

- Так уж получилось… я против абортов, – говорит Зухра, но ее слова вызывают еще больше вопросов.

Весь дом состоит из комнаты и сеней, где находится кухня.

Обещанной матпомощи омичка так и не дождалась. Зато сотрудники органов опеки после этого зачастили к ней в гости. Справедливости ради надо сказать, что построенный 50 лет назад частный дом многодетной матери может шокировать кого угодно.

Убогонькое жилище внутри выглядит не лучше, чем снаружи. Стены частично без обоев, старая мебель, у ребятишек вместо кровати стулья, на которые сверху положили матрац. В общем, кругом просто веет нищетой. Но главная проблема – в крыше дома. Она держалась на деревянных подпорках, которые могли рухнуть в любой момент. Сотрудники опеки не раз указывали Зухре на эту проблему, говоря, что жить детям здесь опасно.

- Я перестала их пускать. Толку все равно никакого, - продолжает многодетная мать. – Я кормлю грудью еще, а они нервы треплют. Приходили даже без стука, в любое время. Потом обвинили в диких вещах: что у меня тут наркоманы обитают. А потом подали в суд, чтобы забрать детей.

Крошечную обувь теперь никто не носит.

Претензии социальных служб резонны: женщина не работает и живет на детские пособия. Сама Зухра объясняет: во время последней беременности был жуткий токсикоз. Не то, что полы мыть, даже ходить трудно было. Сейчас омичка снова устроилась уборщицей, планирует найти еще одну работу
- Ребятишек приехала забирать целая армия – человек пять. Я была в шоке, – плачет женщина. – Были бы деньги, сняла квартиру и не нашли бы нас. А тут – куда спрячешь? Мне даже не сказали, куда забирают детей! Звонила в опеку, умоляла сказать адрес, а мне говорят: «Я в отпуск ухожу, не до вас! Через месяц обращайтесь».

Почти на всех полках - фото ребятишек, их рисунки и игрушки.

«ЗУХРА – НАСЕДКА, РЕБЯТИШКИ ПО НЕЙ ТОСКУЮТ»

К счастью, одна из дочерей сама позвонила Зухре и сказала адрес. Женщина кинулась туда. Оказалось, четверых детей отдали на временную опеку сотруднице соцзащиты Оксане Огневой.

- За всю мою практику, это первая мать, которая вообще приходила за своими детьми, - объясняет Оксана. – И потом по несколько раз в неделю приезжала проведать их, привозила что-нибудь вкусное. По правилам, им нельзя видеться, но я ее пускала.
- А в каком состоянии к вам попали дети?

- Спокойные, домашние, ухоженные. Привязаны к матери, тосковали по ней. Зухра, мать-наседка, жутко переживала, постоянно звонила, спрашивала, как они. Просто попала в трудную ситуацию. Детей забрали не потому что она к ним плохо относится, а из-за бедности.

Чтобы отремонтировать свой дом, женщине дали полгода. Если Зухра ситуацию не исправит, может лишиться родительских прав навсегда. Чтобы хоть как-то привести жилье в порядок, женщина заложила единственные ценные вещи в доме – золотой браслет и цепочку дочери. На 10 тысяч купила стройматериалы. Вместе с отцом поменяла гнилые стропила крыши на новые, застелила рубероид, наклеила обои. Переложили печь. Неравнодушные люди предлагают помочь с электропроводкой.

- Не знаю, что еще мне сделать. Как на картинке из модного буклета, он точно не будет, - вздыхает Зухра. – На деньги от продажи дома я могу купить только 1-комнатную квартиру. Но тогда будет недостаточная площадь для шести человек – с нами живет еще мой старший 22-летний сын. А в аварийном жилье им тоже нельзя находиться, Это замкнутый круг.

Пообщались мы и с Людмилой Давыденко, которая уже пять лет живет по соседству с семьей Бакиевых. Женщина и сама многодетная мама – их ребятишки часто ходили друг к другу в гости.

- Зухру тут бог знает, в чем обвиняют. Ни разу не видели ее пьяной. Каждое утро она провожала детей до школы. И дома у них очень бедно, но всегда чистые полы, вещи аккуратно сложены. Отбирать у матери детей только из-за того, что у нее нет денег на новые обои, бесчеловечно! Ее обвиняли, что в доме чуть ли не притон с педофилами. Это неправда! Дети всегда сытые. Тут у одного из моих был день рождения, так ребятишки Зухры даже торт до конца не доели. Голодные бы, наверное, накинулись на еду.

Крышу Зухра уже привела в порядок.

МНЕНИЕ ОРГАНОВ ОПЕКИ

«Родительские обязанности не выполняет, а устраивает личную жизнь».
Комментария от уполномоченного по правам ребенка «Комсомолка» в течение трех дней так и не добились. Но получили кое-какие документы. Мы изучили их, чтобы разобраться, в чем обвиняют органы опеки Зухру.

Из обзорной справки инспектора ОДН ОП № 11

«…Родительские обязанности по воспитанию и содержанию детей Бакиева З. Т. не выполняет. В доме из одной комнаты, разделенной перегородкой, холодно, включаются обогреватель и электрическая плитка. На ней готовится еда. Из-за ветхой проводки мать подвергает жизнь и здоровье детей опасности. Узкий проход из дома захламлен вещами, что может затруднить выход детей при пожаре. В доме необходимо сделать ремонт. У детей отсутствуют отдельные спальные места, постельное белье, посезонная одежда. Продукты питания в ограниченном количестве. Дети неухоженные, грязные, неряшливо одеты, правила личной гигиены не привиты. Мать устраивает свою личную жизнь. На все замечания отвечает агрессивно».

Из акта обследования жилого помещения:

«…Отопление печное. Печь с открытой топкой, дверцы нет, функционирует плохо, чувствуется запах гари. Приготовлением пищи Бакиева занимается на газовой плите. Допускается использование 50-литрового газового баллона на расстоянии 1,2 м от печи».

Краски пока хватило только на то, чтобы привести в порядок фасад.

Источник: http://www.omsk.kp.ru/daily/26593/3609281/
.................................
 

Ювенальный бес-предел... Изъять 4 детей за 30 тыс долга по ЖКХ

Супругов из Болхова Орловской области хотят лишить родительских прав из-за того, что у них скопилась задолженность за газ и электроэнергию. И не нужно говорить, что Путин тут ни при чем, т.к. это западные агенты творят геноцид русского народа. Он за всё несет ответственность, он подписывает все антисемейные и антинародные законы! Он и его друзья-олигархи, захватившие власть в стране, развели в стране настоящий ювенальный фашизм. Да запретит им Господь!

От автора: на прошлой неделе ко мне обратилась подруга, попросившая помочь ее знакомым. Она рассказала, что мать четверых несовершеннолетних детей тяжело больна, и мужу одному приходится работать. Из-за того, что мужчина не может уехать на заработки из родного городка, он вынужден трудиться на местном сыродельном заводе за 7500 тысяч.

Эти деньги с трудом покрывают расходы на лечение и содержание детей. Сама Елена еле передвигается, поэтому о трудоустройстве речь сейчас вообще не идет. За те полтора года, что Елена Бобкова болеет, у семьи скопился долг по оплате коммунальных услуг.

13 октября состоялось заседание Комиссии по делам несовершеннолетних, на котором супругам поставили условие – расплатиться до ноября по счетам или у них отберут детей.

16 октября я приехала на встречу к Елене, чтобы узнать подробности этой шокирующей истории.

Меня встретила Елена и ее старшая дочь Светлана. Свете уже 24 года, она живет и работает в Орле, но каждую неделю приезжает сюда, чтобы хоть чем-то помочь матери, отчиму и своим младшим братишкам и сестренкам. Света решительная и боевая, что не скрывает, а, наоборот, пытается показать всем своим видом. Она возмущена тем, что сейчас происходит в этом небольшом городке.

- Жаль, что меня не было на этом заседании, я бы им показала, - сразу же заявляет она.

А дальше мать с дочерью по очереди начинают рассказывать о том, как вышло, что вскоре из этого уютного и ухоженного дома могут забрать детей.

… Елена в своей жизни уже пережила и немало горя, и немало радости. Любовь, ненависть, расставания – было все. Сначала неудачный роман с отцом Светы, потом знакомство с Дмитрием. От него на свет появились две очаровательные девчонки. Ангелине сейчас одиннадцать лет, Лере – восемь. Однако брак оказался не вечным, и любовь куда-то делась.

Сейчас вспоминать об этом мужчине здесь не хотят, да и рассказывать особо нечего. Тогда Елена осталась в своем доме в Полозовских Дворах Орловского района, а совсем скоро наконец-то встретила того мужчину, о котором мечтала всегда.

Павел оказался прекрасным мужем и отличным отцом – не только своим сыновьям, родившимся вскоре, но и дочерям жены, которые сразу же стали звать его папой. Все в руках у него спорилось – дом привел в порядок, хозяйство наладил, даже развели кроликов. Сын Тимофей у супругов родился в 2010 году, а спустя два года у него появился братик Даня. Елене казалось – больше в жизни не о чем мечтать.

В 2014 году у супругов появилась идея – переехать в другой дом, побольше, да и место для учебы детей сейчас было не самое лучшее и удобное. Орел не рассматривался – покупку дома для такой большой семьи им здесь не потянуть. Решили переехать в Болхов.

- Столько знаков было плохих, но мы не обращали на них внимание, - вздыхает сегодня Елена. – Пока оформляли документы, всего за полгода у меня сгорела вся техника. Потом Даня, ему тогда было всего два годика, вылил на себя чайник с кипятком, делали пересадку кожи.

Но в Болхов все же переехали. Работу там было найти сложно – оказалось, что в этом небольшом областном городке попасть на хорошее место можно было только благодаря знакомствам.

Сначала Павел работал в Орле – чтобы заработать побольше. А полтора года назад у Елены появились проблемы со здоровьем. Началось с небольших болей в ногах, а потом у здоровой молодой (всего-то 45 лет) женщины начала неметь вся правая сторона. Потянулись бесчисленные походы к врачам, сдача анализов и, наконец, диагноз – грыжа и гемангиома позвоночника, другими словами доброкачественная опухоль, которая к тому момента успела поразить полтора позвонка.

В Орловской областной больнице направили в Москву на вертебропластику: это хирургическое вмешательство, которое выполняется с целью укрепления повреждённого тела позвонка путём ввода в него специальной пластмассы – костного цемента. Елене выделили на лечение квоту – 600 тысяч рублей. За операцию готова была взяться центральная клиническая больница РАН, куда Елена и отправилась в июле 2015 года. Думала – вернется здоровым человеком, но оказалось, что все ее беды только начались.

- Когда я приехала, мне сказали, что вертебропластика относится к разряду пластических операций, а это значит, что квота их не покрывает, надо платить наличкой. Хотя они же знали сразу мой диагноз, знали, какое лечение мне требуется, и все равно взялись. А потом вдруг передумали. Вместо этого мне предложили другое лечение, - вспоминает Елена, так и не сумевшая понять, какие цели преследовали врачи, пригласившие ее в свою клинику.

- Выходит, что увеличить грудь и спасти человека — это одно и тоже, - возмущенно перебивает мать Светлана.

Женщине удалили грыжу и вставили титановый корсет, предназначенный для фиксации позвоночника, а уже 5 августа она вернулась домой. Правда, боли никак не проходили, но она это списывала на постоперационный период и спасалась с помощью обезболивающих. Павлу к тому времени пришлось устроиться (с большим трудом) рабочим на болховский сыродельный завод – жена просто не смогла бы справляться с хозяйством и детьми без его помощи. Зарплата смешная – 7500 тысяч, но другого выхода у них не было. Помогала Света, работавшая в Орле, и родственники.

Время шло, но боли у Елены все не кончались, а становились, наоборот, с каждым днем сильнее и сильнее. Она с трудом поднималась с кровати и передвигалась по дому. Все заботы по уходу за детьми пришлось взять на себя Павлу, но он не жаловался и делал все для того, чтобы любимая женщина чувствовала себя как можно лучше, старался оградить ее ото всех забот. А она, уложив детей и мужа спать, в одиночестве давала волю слезам – от безысходности и беспомощности.

Местные врачи сначала разводили руками, а этим летом, сделав рентген, обнаружили, что один из шести титановых шурупов, вживленных в позвоночник женщины, сломан.

- У Плющенко такой титановый шуруп сломался на тройном тулупе, а тут – у лежачей практически женщины. Как могло такое произойти? – удивляется Светлана.
Ее мама подходит к этому с юмором.
- У меня в спине 600 тысяч, а толку от них никакого, - шутит она.

Шутки шутками, а местные врачи не берутся за такую операцию по замене шурупа, в московской же клинике заявили, что гарантии на шуруп нет, поэтому придется платить за лечение. Квоту, конечно же, больше не выделят, а своих денег на операцию в семье сейчас просто нет. Как нет денег и на другие, жизненно необходимые вещи.

Вот, например, и платить за газ и свет сейчас нечем – все уходит на лекарства и еду. Таким образом, за эти жуткие полтора года, пока вся семья билась за здоровье Елены, накапал долг – чуть больше 29 тысяч.

И вот недавно супруги получили письмо, подписанное главой Болховского района. В нем родителям напоминают об ответственности, которую они несут перед своими детьми, и дают ссылку на ст. 63 Семейного кодекса, в соответствии с которой «родители обязаны заботиться о здоровье, психическом, физическом, духовном и нравственном развитии своих детей». А в конце – предупреждении о том, что они обязаны в кратчайшие сроки погасить задолженность.

В минувший четверг собралась целая комиссия в составе сотрудников администрации Болховского района и соцзащиты, а так же зампрокурора района, на которой Елене и Павлу дали срок до ноября на погашение долга. В ином случае будет решаться вопрос о том, могут ли они воспитывать своих детей. Пока же обошлись постановкой их на «профилактический учет в органы системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних».

- Их не волнует, где мы возьмем сейчас сразу всю эту сумму, если на одни лекарства для меня сейчас приходится тратить порядка трех тысяч в месяц – иначе эти боли терпеть просто невозможно. Уехать муж не может из-за меня, а другой работы с большей зарплатой здесь найти невозможно, - Елена не может сдержать слез.

Мы прощаемся на грустной ноте. Елена плачет, снова и снова осознавая, в какой ситуации она оказалась. Когда-то их семья ни в чем не нуждалась, было здоровье, деньги, счастливые дети и безоблачное будущее. Болезнь перечеркнула все разом, и где найти выход, пока не понятно. Как не понятно и то, почему власти, вместо того, чтобы помочь семье, добивают еще сильнее.

Ведь не такие это большие деньги, и, наверное, не настолько нищий бюджет, чтобы нельзя было оказать помощь многодетной семье. Однако на деле выходит, что проще отправить детей в приют, чем выделить им 30 тысяч рублей.

17 октября я позвонила главе администрации Болховского района Виктору ДАНИЛОВУ и задала вопрос о том, считает ли он правильным лишать родительских прав семью вместо того, чтобы оказать материальную помощь.

- Вы знаете, сколько таких, как они? Люди начинают умышленно не платить коммунальные платежи потому, что якобы негде работать. Наступает зима, не дай Бог что-то случится. А мы каким-то образом должны с такими семьями разбираться. Но проще же всего обратиться в газету и сказать, что их обижают власти. Вы хотите, чтобы мы пришли к ним и сказали: «Вот вам денежки, пожалуйста, заплатите и живите себе дальше?», -возмущенно заявил мне Виктор Николаевич.

Марьяна СЛАВИНА, Болховский район
Источник: http://province.ru/orel/news/item/4993.html
................................

А в это время в стране как будто главным лозунгом является девиз: "Меньше народа - больше кислорода!" - Россию фактически лишили медицины

Правительство планирует сократить расходы на нацпроекты по здравоохранению. Чиновники предлагают выделить из бюджета в 52 раза меньше денег, чем запросил Минздрав.
Под громкими заголовками в СМИ выходят «интересные» сюжеты про то, как в какой-нибудь области местный министр здравоохранения пытается провернуть многомиллионную махинацию. Или про то, как от повального алкоголизма медиков страдают чиновники в своих кабинетах, заваленные письмами — жалобами от бдительных общественников и пациентов выборочных ЛПУ.

Есть и другие сюжеты. Про то, как в Челябинской области дети с редким заболеванием не получают лекарства, а родители вынуждены выбивать у местных чиновников от здравоохранения препараты, от которых зависит жизнь их детей. Про то, как руководство орловского дома-интерната оформляло кредиты — микрозаймы под 200% годовых — на инвалидов, угрожая выселить их из интерната и лишить пособий, надсмехаясь, издеваясь над теми, кого они должны опекать и защищать. Нормальному человеку трудно представить весь этот ужас.
Историй много, а вопрос один и риторический — что это, если не цинизм?

Сегодня стало известно, что чиновники предлагают выделить из бюджета в 52 раза меньше денег, чем запросил Минздрав на реализацию пяти приоритетных здравоохранительных проектов. Среди них —улучшение качества медпомощи новорожденным и женщинам в период беременности и после родов, развитие санитарной авиации в труднодоступных территориях, информатизация здравоохранения, развитие мониторинга движения лекарственных препаратов и подготовка кадров.

На их реализацию в течение трех лет (с 2017 по 2019 год) Минздрав планировал потратить 32 млрд. рублей, но Кабмин готов дать всего 610 млн. рублей.

Правительство предлагает выделить на реализацию приоритетных проектов Минздрава меньше денег, чем на проекты в сфере экологии (62,1 млрд. рублей), на проекты, связанные с ипотекой и арендой жилья (21,8 млрд. рублей), на развитие моногородов (9,4 млрд рублей) и на ЖКХ (5 млрд рублей). А на приоритетные проекты по развитию малого предпринимательства и строительству безопасных и качественных дорог Кабмин денег вообще не нашел.

Ранее сообщалось, что правительство решило сократить расходы на здравоохранение в 2017 году на 33%. Подробности следуют из проекта закона «О федеральном бюджете на 2017 год и на плановый период 2018 и 2019 годов», опубликованного Минфином на федеральном портале проектов нормативных правовых актов.

Ранее премьер-министр РФ Дмитрий Медведев заявил, что «эффективная бюджетная политика является непременным условием адаптации экономики к новым реалиям», а «жить по средствам, прежде всего, означает расходовать эффективно». «Мы продолжим оптимизацию расходов бюджета, сокращая менее эффективные расходы», — подчеркнул он. Еще заметил, что власти не могут позволить себе «ни словесного, ни тем более бюджетного» популизма, а в самый сложный период 2014—2015 гг. они «не давали пустых обещаний и не совершали опасных действий».

Он много говорил про «не будем», «глубокие структурные реформы», «популизм», за «который всегда платит народ», «постиндустриальное общество», «новые повестки», наблюдаемые «эффекты импортозамещения» и про другие «трансформации» всякого разного.

Завершил он просто. Премьер уверен, что сейчас «нет возможности экспериментировать или просто ошибиться», что «все принимаемые решения должны быть максимально эффективными», так как «только в этом случае» можно «в обозримом будущем увидеть не просто контуры новой структуры экономики, а вполне ощутимые результаты», «которые, прежде всего, почувствуют люди», «которые дадут возможность России играть одну из ведущих ролей в мировой экономике», «которыми мы все сможем гордиться».

Фактически это означает, что пока нет никакой возможности выполнить «майские указы», которые определяют стратегические задачи и цели для развития страны на ближайшие годы — от прописанных жизнеутверждающих планов, подразумевающих мощный приток инвестиций в страну, до качественной и доступной медицины.

Высокопоставленным чиновникам и политикам признаваться публично в таком неисполнении нельзя. И гаранту конституции нельзя. Остается неприлично экономить, чтобы найти хоть какие-то деньги в бюджет. На этом фоне чиновники бодренько рассуждают об очередном прохождении по «дну кризиса» и находят «скромные поводы для оптимизма», понимая, что особенных иллюзий не было.

Несмотря на здравый смысл и надежду, здравоохранение попало под «бюджетные ножницы». И уже давно. Если люди от медицины называют преступлением то, что здравоохранение выводится из приоритетных стратегических направлений (безусловно, этот процесс не заявляется на трибуне: там у нас почти всё прекрасным образом обстоит), то в окружении премьера и президента всё громче звучат голоса тех, кто обозначает это колоссальное социальное бедствие для страны «оптимизацией».

В одном из своих интервью директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии очень просто объяснил суть «оптимизированных» вещей: «Был такой национальный проект „Здоровье", со всеми недостатками, но он был, так как деньги выделялись и люди работали: удалось немного поднять зарплаты, сохранить первичное звено Тогда удалось сохранить хотя бы то, что было. Но спустя три года все хорошие идеи закопали в землю и стали требовать — „сократить", указывая на колоссальный дефицит бюджета, и соответствовать процессу оптимизации».

В 2014 году уже произошло очевидное резкое снижение финансирования здравоохранения. Стало ясно, что разрушенную государственную систему здравоохранения просто рушат. В 2015 году стало ясно, что дальнейшего демонтажа системы здравоохранения не избежать. Премьер-министр прокомментировал утверждение о том, что современная реформа системы здравоохранения — это сокращение расходов под видом реформы, которое приведёт к росту цен на медицинские услуги.

В результате оптимизации страна должна выйти на такое состояние медицины, когда медицинские услуги оказываются уже на другом уровне, сказал он в интервью пяти телеканалам. А мысль премьера о том, что коечный фонд в стране используется неэффективно, так как на койки «тратятся огромные деньги, и в то же время они либо не используются, либо используются не по назначению, просто для того чтобы человек полежал, отдохнул», расхватали на цитаты.

И в 2016 году выходит статья Дмитрия Медведева, в которой премьер утверждает, что «в самый сложный период 2014—2015 гг. мы не давали пустых обещаний и не совершали опасных действий».

Когда Кабмин сокращает расходы на приоритетные проекты в здравоохранении, что этому предшествовало? Что это, если не цинизм? Власть просто уничтожает народ!
источник материала