ЧЕНСТОХОВСКАЯ СВЯТЫНЯ

Уже издалека, подъезжая к польскому городу Ченстохова, можно видеть построенную в 1716 году в барочном стиле 106-метровую стройную колокольню католического Ясногорского монастыря, знаменитого тем, что здесь хранится величайшая реликвия, почитаемая и православными, и католиками, – чудотворная Ченстоховская икона Божией Матери, написанная, по преданию, самим евангелистом Лукой. Икона, называемая также «Черная Мадонна» – из-за темного лика Богоматери, принадлежит к числу самых почитаемых святынь Польши и многих европейских стран. В стране ее нынешнего пребывания она давно величается «Королевой Польши», а еще именуется «Ясногурской». О последнем свидетельствует и полное название принадлежащего монашескому ордену святого Павла Фивейского (паулинов) местного монастыря – Санктуарий Пресвятой Девы Марии Ясногорской (Sanktuarium Najświętszej Maryi Panny Jasnogórskie).
Ясной Горой (Ясна Гура) в Ченстохове называют холм высотою в 293 метра, где расположен комплекс монастырских построек, окруженных оборонительным валом и большим парком. Впервые название Ясна Гура (Clarus Mons) упомянуто было в 1382 году. Такое название дали холму монахи ордена святого Павла, прибывшие сюда из Венгрии: на Ясной Горе в городе Буда, тогдашней венгерской столице, располагался главный храм ордена. А само название расположенного на реке Варта в Верхней Силезии города Ченстохова происходит от славянского имени Ченстох – «основатель осады»[1]. Впервые рыцарское поселение Ченстохова упоминается в 1220 году, а статус города им получено лишь в 1377 году.

История этого поселения на реке Варте связана и с именами равноапостольных просветителей славян Кирилла и Мефодия. Считается, что в IХ веке, проповедуя слово Божие, они шли на север именно вдоль берегов Варты[2]. По одной из трех распространенных версий появления в Ченстохове святыни, икона могла быть принесена в эти места Кириллом и Мефодием, которые трудились не только в Моравии, но и в южной Польше.

Доминирующая над современным городом колокольня, увенчанная на шпиле крестом, а еще и символом монашеского ордена святого Павла Фивейского – вороном с хлебом в клюве, является ориентиром для прибывающих сюда на автобусах и машинах паломников из всех стран центральной и восточной Европы.

Первые массовые паломничества в Ясногорский монастырь известны еще с начала XV века. По давней традиции, паломники, отправившиеся к святыне в одиночку, примыкали к группам богомольцев, собиравшихся в соседних с Ченстоховой населенных пунктах, где им безвозмездно предоставлялись кров и пища, а потом все вместе шли к Ясной Горе. Особенно много паломников было 3 мая 1966 года, когда в Польше широко отмечали праздник 1000-летия крещения страны, и в 1982 году, когда праздновали 600-летний юбилей Ясногорского монастыря. Но самым рекордным по числу паломников, пожалуй, был август 1991 года, когда в Ченстохове проводился Всемирный день католической молодежи с участием главы Ватикана Иоанна Павла II. Тогда, согласно официальной статистике, паломничество к Ченстоховской святыне совершили более миллиона человек. По некоторым данным, ежегодно поклониться святыне прибывают сотни тысяч паломников со всего света, а в день Успения Божией Матери, 15/28 августа, сюда стекаются свыше 200 тысяч человек.

Так получилось, что Ченстоховская святыня давно стала символом Римско-Католической Церкви Польши, поэтому в российском и украинском интернете, к сожалению, можно найти немало публикаций, авторы которых выступают «против массовой пропаганды в России католической иконы», способствующей якобы «усилению католической экспансии». Вероятно, начитавшись подобных статей, некоторые мои знакомые прихожане, узнав, что я собираюсь в Ясногорский монастырь, стали отговаривать: «А нужно ли нам, православным, ехать на поклон к “Матке Боске Ченстохове”? Ее же давно инославные считают “Королевой Польши”!». Попутчиков-паломников из числа смущенных прихожан не нашлось, я и сам стал сомневаться, нужно ли мне ехать, но мое смущение развеял приходской священник:
– Если Пресвятой Богородице было угодно после Иерусалима, Константинополя и России избрать Ченстохову местом пребывания Своего чудотворного образа, то почему бы туда не поехать к Ней на поклон? Что касается лукавого, то он всегда изощренно искушает и смущает нашего брата, внушая ему писать или произносить всякую хулу на святую икону. Ченстоховская святыня официально признается и почитается в нашей Русской Православной Церкви! Какие еще могут разговоры?! С Богом! А после возвращения мне и другим расскажете, что и как там.

Каждые четверть часа 36 ченстоховских колоколов исполняют мелодию гимна, посвященного Царице Небесной, образ Которой хранится в так называемом святилище Богородицы (ul. O.A. Kordckiego, 2). Организованный при нем Ясногурский справочный центр на любом языке оказывает помощь всем паломникам, независимо от их конфессиональной принадлежности, расположиться в доме паломников, способном сразу принять более 800 человек. Информацию о том, когда в течение дня открывают в главной капелле чудотворный образ, можно узнать из транслируемых в паломническом центре передач «Радио “Ясна Гура”». Православные паломники должны помнить, что это священное место и хранимая в нем икона находятся в руках латинян, посему невозможно здесь освящаться ни латинскими молитвами, ни благословением, ни таинствами. Важно также учесть и то, что в 21:00 по местному времени колокола призывают своим звоном верующих на молитву, называемую католиками «Ясногурским призывом», или просто «Призывом», которым и завершается паломнический день на территории святилища. В этот час в последний раз открывается чудотворная икона, и если все собравшиеся перед нею католики трижды поют: «Мария, Королева Польши, я стою перед Тобой, помню и верую…», то православные в это время довольствуются молчаливым поклонением дорогой для их сердца святыне, читая акафист или только известную молитву, обращенную к Ченстоховской иконе Божией Матери.

Никаких документов о времени и месте написания этого образа не сохранилось. Согласно преданию, Ченстоховская святыня относится к иконам Пресвятой Богородицы (тип Одигитрия), написанным евангелистом Лукой в Иерусалиме, в Сионской горнице. В 66– 67 годах, во время осады города римскими войсками, христиане бежали с образом в местечко Пеллу, где сохраняли его вместе с другими святынями в пещерах. Равноапостольная царица Елена во время посещения Иерусалима в 326 году получила эту икону в дар, привезла ее в Константинополь и поставила в дворцовой часовне, где святыня находилась в течение пяти веков.

Многие искусствоведы сходятся во мнении, что нынешняя чудотворная икона все-таки создана в Византии в IX–XI веках. Подкрепленная документами история иконы прослеживается лишь с конца XIII века, когда этот чудотворный образ был подарен в Константинополе русскому военачальнику, галицко-волынскому князю Льву I Даниловичу (ок. 1228 – ок. 1301), основателю города Львова. С великой честью этот образ был принесен на Русь и помещен князем в замковой церкви города Белз, упоминаемого еще в «Повести временных лет». Церковь находилась тогда в ведении православного духовенства. Образ, прославившийся многими чудесами, на Руси весьма чтили.

При вторжении польского короля Казимира III Великого (1310–1370) в русскую Галицию икона была захвачена поляками вместе с множеством других православных святынь, а затем вывезена польским князем Владиславом Опольчиком (ок. 1326 – 1401) и передана им в Ченстохове монахам католического монастыря святого Павла.

Народное предание гласит, что оплакиваемая православными «плененная русская святыня», уходившая из Белза в другие земли, неожиданно явила по дороге еще один свой чудотворный образ. Это случилось вблизи рощи в районе местечка Турковицы, где его жители заметили чудное сияние, исходившее от образа Божией Матери, источавшей слезы. Образ представлял собой точное подобие Ченстоховского[3]. Список Турковицкой иконы Божией Матери был обретен в Вознесенской церкви Кривого Рога и в августе 1998 года торжественно перенесен в кафедральный Спасо-Преображенский собор этого города.

На Украине, в том числе и на западных ее границах – в современном Белзе, распространена еще одна версия о появлении здесь Ченстоховской святыни. Предание повествует, что эту икону в Х веке привезла в Киев византийская царевна Анна (963 – 1011/1012), ставшая супругой равноапостольного великого князя Владимира, просветителя русского народа. Великий князь Владимир велел поместить икону в знаменитой Десятинной церкви – первой каменной церкви Киевcкой Руси, где она находилась до 1240 года, а во время осады города ханом Батыем чудотворный образ был тайно вывезен в княжеский город Белз – владение Льва I Даниловича.

В недавно изданных материалах монашеского ордена святого Павла[4] трактовка истории появления в Ченстохове чудотворной иконы, ранее находившейся в замке Белз, несколько отличается от той, какую мы привыкли читать в российских источниках. Икону в 1382 году сначала «нашел» при неизвестных обстоятельствах в относящемся к Львовской епархии городе Белзе польский князь Владислав Опольчик, а потом привез ее на попечение монахам-паулинам в Ясную Гору. Такая история иконы изложена в старой рукописи «Translatio tabulae» (1474), выдержки из которой хранятся ныне в архиве монашеского ордена[5].
Существует еще одно объяснение, почему князь Владислав передал икону монахам-латинянам. В правление этого князя вторгшиеся в пределы России татары осадили и замок в Белзе. Князь повелел вынести икону и поставить ее на городской стене. Когда стрелы татар угодили в чудотворный образ Богоматери, из раны истекла кровь, приведшая в ужас врагов. От неведомой им силы они стали массово погибать и прекратили осаду замка. После спешного удаления татар с места боев князь Владислав пожелал перенести чудотворный образ в более безопасный замок Ополье в Силезии. Однако перенесению иконы не суждено было сбыться по той причине, что неожиданно самим князем и его людьми овладел неодолимый страх. Князь Владислав опустился на колени и стал усердно молиться перед образом Небесной Заступницы, а во сне ему было видение: некий голос повелевал перенести чудотворный образ из замка в Белзе на Ясную Гору, неподалеку от древней Ченстоховы. Построив на этой горе монастырь, князь Владислав торжественно передал икону монахам-паулинам.
Капеллу Девы Марии, где хранится ныне Ченстоховская святыня, верующие называют сердцем Святогорского монастыря. Сначала, в 1384 году, была выстроена небольшая капелла из дерева. Позже, в первой четверти XVI века, была поставлена на королевские деньги другая, которая в 1644 году была перестроена в трехнефную часовню. Сама икона (ее размеры – 121,7 х 81,5 см), украшенная серебряной рамкой (1673), вставлена в алтарь из черного эбенового дерева (1645–1650). С давних пор монахи пекутся о безопасности иконы, поэтому она бывает обыкновенно полностью закрыта серебряной панелью (1723), называемой «затвором». В установленные часы и при громко звучащем органе монахи открывают образ для поклонения паломников. Икона находится высоко над главным престолом, поэтому ее можно только издали обозревать, но никак нельзя рассматривать вблизи и уж тем более приложиться к ней. Не соответствует действительности кочующая из одной статьи в другую информация о том, что якобы при возжигании пред образом Богородицы свечи монахи «встают на престол ногами, как на табуретку»[6].

В 1716 году ясногорские монахи подали в Рим прошение о короновании образа, а после одобрения этой просьбы понтификом Климентом ХI через год икона в присутствии 200 тысяч паломников была коронована. Возложение на главы Иисуса и Его Матери корон символизировало, по замыслу монахов, особые значимость и чудотворность иконы.

Усыпанный бриллиантами оклад и золотые короны над главами Богоматери и Младенца, которые сегодня видят паломники на иконе, – дар папы Римского Пия Х, сделанный им в 1910 году. С левой стороны от образа с 1926 года помещены регалии Богородицы – «Королевы Польши» – скипетр и яблоко, выполненные на пожертвования польских женщин-католичек. С правой стороны иконы можно видеть «золотую розу» и сердце из золота с надписью «Totus tuus ego sum» («Я весь твой»), преподнесенные иконе папой Римским Иоанном Павлом II в 1979 и 1982 годах.

Самое ранее описание лика Божией Матери на этой иконе принадлежит некоему Яну Длугошу. Описание это встречаем в хранящемся у монахов документе «Liber Beneficijrium»: «Королева Света… с наичудеснейшим ликом… написана удивительным и редким способом»[7]. Потемневший от времени лик Царицы Небесной, писанный на зелено-голубом с бирюзовым оттенком фоне, обращен к верующим, на них же взирает и Младенец Иисус, в одеянии Которого преобладает карминный цвет. Над челом Приснодевы виднеется небольшая шестиконечная звезда. На правой щеке Богородицы заметны две большие и одна маленькая прорезанные или прочерченные царапины. Темно-синее с голубыми тонами облачение и такого же цвета мафорий Божией Матери украшены золотыми стилизованными лилиями. Вокруг глав Богоматери и Ее Сына – широкие нимбы, сливающиеся в одно целое. Их золотисто-желтый цвет контрастирует с потемневшими от времени другими красками иконы.
Специалисты считают, что первообраза Ченстоховской иконы, памятника древней живописи, вероятно, уже больше не существует[8], так как в 1434 году икона, которой требовалась срочная реставрация, была попросту заново переписана на старой доске при дворе польского короля Владислава Ягеллы в Кракове, о чем свидетельствуют материалы монашеского ордена святого Павла на Ясной Горе[9]. Эти данные обнаружены в повествовании некоего Петера Рисинуса – «Истории пульхра» (1523), где рассказывается, что привлеченные к реставрации художники безуспешно наносили на икону темперные краски, которые никак не ложились на краски восковые. Значит, оригинал иконы был написан в особой технике, где связующим веществом красок являлся расплавленный воск, – энкаустике. В этой технике, разновидностью которой является отличающаяся яркостью и сочностью красок восковая темпера, написаны многие раннехристианские иконы.
Предположительно, на западный вкус и с учетом местных традиций, икону переписали западно-русские мастера, работавшие в «греческой манере»[10]. В польских источниках повествуется, что после того как иконописцы не смогли отреставрировать икону, они «сняли с доски остатки первичной краски и нарисовали новую ее копию, приближенную к оригиналу». Там, где виднелись порезы на лике Божией Матери, «в память о действиях вандалов, на новую икону резцом нанесли следы»[11].

Шрамы на лице Богоматери – следы сабельных ударов. 14 апреля 1430 года, в дни Пасхи, гуситы из Богемии, Моравии и Силезии напали на монастырь и ограбили его. Они сорвали икону, которая во время падения треснула на три части, и нанесли по лику Божией Матери несколько ударов саблей. Вместе с ценностями тогда навсегда были утрачены и многие важные документы, имевшие отношение в том числе и к истории Ченстоховской святыни.

В настоящее время в России, Украине и Белоруссии имеется немало древних списков с образа Ченстоховской иконы Божией Матери, называемых в Польше «славянками» и разительно отличающихся своими «непохожими ликами» и техникой исполнения от находящейся в Ясногорском монастыре иконы. Эти выводы подтверждает и сравнительный анализ образцов фотографий и репродукций разных Ченстоховских образов, имеющихся в большой коллекции Н. Романовой[12].

Некоторые оппоненты, называющие в своих заметках Ченстоховский образ «сомнительной иконой», приводят в подтверждение этой характеристики такие доводы: икону «окатоличили»[13]: в одеянии Богородицы присутствуют «неканонические цвета», у Нее «непривычно цветастый покров», а изображение над Ее челом шестиконечной звезды является «чуждым христианству символом».

Один знакомый мне в Москве специалист в области иконографии высказывает такое небесспорное мнение: Ченстоховскую святыню глубоко почитают, но никто ее серьезно не исследует, а может из каких-то соображений ее и не дают исследовать. Этим и можно объяснить отсутствие на сегодняшний день официально-достоверных заключений ученых-специалистов о том, как проходили первые реставрационные работы и какое первоначальное изображение скрывается на древней иконной доске в Ченстохове.

Правда, уже около трех десятков лет известный польский реставратор Войчех Курпик, профессор варшавской Академии изящных искусств, наблюдает за состоянием иконы и проводит ее ежегодные осмотры и необходимые для сохранения образа действия. Их цель – прекратить отслаивание краски от деревянного основания, на котором написана икона. «Несмотря на небольшие проблемы, в целом состояние иконы очень хорошее», – сообщал в 2006 году В. Курлик информационному агентству ИТАР-ТАСС. Ежегодная проверка состояния иконы проводится им без использования технических средств. Реставратор тщательно простукивает поверхность иконы, и в то место, откуда вместо звонкого звука сухого дерева слышится глухой, делает укол клеящим веществом, укрепляющим связь краски и дерева.

Об истории монастыря и пребывании в нем чудотворного образа рассказывают экспонаты музея 600-летней обители, арсенала, тематических выставок. В 1655 году Ясную Гору осадили шведы, захватившие к тому времени почти всю Польшу. Героическая оборона монастыря, который, несмотря на большое численное превосходство врагов, заставил шведов снять осаду, и спасение Ченстоховской иконы вызвало большой патриотический подъем в стране, приведший к изгнанию шведов за пределы Польши. Эти события, изложенные, кстати, в историческом романе Генрика Сенкевича «Потоп», были расценены многими поляками как чудо, совершенное Ченстоховской святыней.

В первый день апреля 1656 года польский король Ян Казимир торжественно провозгласил Божию Матерь Ченстоховскую Покровительницей королевства. В следующем столетии в ходе Северной войны монастырю пришлось пережить еще несколько нападений – в 1702, 1704 и 1705 годах, однако они по молитвам народа перед чудотворной иконой были также успешно отражены.

Имеются сведения, что Ченстоховской святыне приезжали поклониться российские императоры Петр I, Александр I, Николай I. В ходе наполеоновских войн монастырь в 1813 году был занят русской армией, и настоятель Ясной Горы преподнес список Ченстоховского образа русским военачальникам; список этот, как известно, потом долго хранился в Казанском соборе Санкт-Петербурга. Однако икона, называвшаяся в России «символом победы русского оружия», была навсегда утеряна после событий 1917 года.

В годы Второй мировой войны Ясногорский монастырь был оккупирован нацистами и все паломничества к чудотворной иконе были запрещены. В середине января 1945 года внезапная атака советских танков на Ченстохову привела к тому, что немецкие солдаты оставили монастырь, не причинив вреда его великой святыне и не разграбив его бесценные сокровища. А их здесь было превеликое множество.
Музейные материалы рассказывают, что, начиная еще со средних веков, Ченстоховской святыне приносились дары из всех европейских стран. Это были и скромные пластины-украшения из воска, и подвески из золота и серебра, а также уникальные по красоте ювелирные и художественные ценности, выполненные из золота, жемчуга и драгоценных камней. Сначала эти приношения монахи нехитрым образом прикрепляли или прибивали гвоздем к стене в непосредственной близости к иконе. В 1585 году в монастыре проводилась инспекция, и скопившиеся уже к тому времени многочисленные дары- украшения были сняты со стен и помещены в специальные деревянные стенды, украсившие свободные пространства вокруг алтаря. К концу XVII века число подаренных украшений значительно увеличилось. Их было так много, что монахи решили шить специальные оклады – одеяния из бархата, на которые пришивались ювелирные изделия, выполненные из каких-либо однородных драгоценных металлов или камней.
В 1717 году украшения стали переносить на новый фон, конструируя специальные оклады-одеяния с металлической основой. Свои названия оклады стали получать от преобладающих на них камней или украшений: бриллиантовый, рубиновый, жемчужный, оклад из золотых или только серебряных цепочек и т.д. Помимо дорогостоящих окладов имеются и другие, например выполненные только из разных семян или покрытые орденами и боевыми наградами воинов. Последний оклад, правда, предназначен для списка с чудотворной иконы, называемого «Ясногурской Гетманкой». В 2005 году самые известные мастера золотых и янтарных дел Гданьска по специальному заказу изготовили для иконы янтарный оклад с золотыми нитями.

В монастырской сокровищнице можно видеть среди даров и интересную коллекцию русских икон XVI–XVIII веков и ювелирных изделий. На стенах притвора – оставленные паломниками костыли и палки, а также множество медальонов и металлических пластинок с ликами святых, которые носили на груди уже ушедшие из жизни их жертвователи, когда-то воевавшие на фронтах Первой и Второй мировых войн. Здесь хранятся и четки из черного хлеба, сделанные священниками – узниками Освенцима. Демонстрируются и так называемые «дары в память мученичества поляков», например тюремная тарелка томившихся в 1981–1982 годах в тюрьме в Глогове преследуемых деятелей движения «Солидарность».

С Ченстоховской святыни сделаны многие копии, хранящиеся в православных и католических монастырях и храмах. К сожалению, неизвестна судьба уникального списка с иконы работы иконописца Блазиуса Люкса. Список этот хранился в бывшем православном храме во имя равноапостольных Кирилла и Мефодия, освященном 15 октября 1872 года и располагавшемся в центре Ченстоховы на аллее Пресвятой Девы Марии. Ныне он перестроен в католический костел. Список называли «не только прекрасным, но и благодатным»: по молитвам у него исцелялись парализованные и люди с больными ногами. Икона была увешена серебряными и золотыми подвесками, а в 1880 году ее одарили «прекрасной» бронзовой ризой. После отделения в 1918 году Польши от России храм был занят католиками, и в 1938 году он был освящен в костел во имя апостола Иакова.

Списки с Ченстоховской иконы делаются и в наше время. Так, пару лет назад по заказу архиепископа Тираспольского и Дубоссарского Юстиниана польскими иконописцами с чудотворного образа был выполнен список, который сначала был освящен в Ченстоховском монастыре, а позже с почестями путешествовал по православным приходам, расположенным вдоль Днестра, и торжественно доставлен в Тирасполь, став его христианской святыней.

Древнюю Ченстоховскую святыню, ставшую после войны 1812 года символом победы русского оружия, православные верующие называют в посвященном ей акафисте «Непобедимой Победой»[14]; иногда встречается и совсем редкое ее именование – «Милиуса». Ченстоховский образ стал боевой хоругвью в некоторых частях Вооруженных сил России. Памятными событиями для православных москвичей и петербуржцев стали состоявшиеся в 2002 году крестные облеты на самолетах с Ченстоховским образом вокруг Москвы и Санкт-Петербурга.

Достойно и по сей день хранят память о чудотворной иконе и верующие жители и городские власти расположенного в трех километрах от польской границы современного украинского города Белз (Сокальский район Львовской области). Примечательно, что здесь список с Ченстоховской святыни называют иначе – Белзской иконой Божией Матери; ее бережно хранят в специальной мемориальной часовне.

Как известно, в XI–XVII веках Белз был одним из важных городов Галицкой Руси. Ныне остатки древнего города можно видеть в урочище Замочек на низком левом берегу реки Солокии, между ее нынешним и старым руслами. С 2001 года Белз и его окрестности стали Государственным историко-культурным заповедником «Княжий Белз».

В 1935 году в Белзе установили мемориальный комплекс в честь чудотворного образа, пребывавшего в древности в церкви замка князя Льва I Даниловича. А в 2006 году городские власти Белза приобрели копию Ченстоховской (Белзской) иконы и поместили ее в часовне святого Валентина неподалеку от православной церкви во имя святителя Николая, отметив этой мемориальной часовней то святое место, где в старину хранился чудотворный образ.

О чудотворной иконе и сохранившемся о ней предании, указывающем на место написания ее первообраза – гору Сион в Иерусалиме, свидетельствует и недавнее увековечивание ее памяти на Святой Земле. С древних времен считается, что в старой части Иерусалима, близ горницы Тайной вечери, находился дом апостола Иоанна Богослова, где жила и преставилась Пресвятая Богородица. На предполагаемом месте Успения Богородицы еще со времен императора Константина Великого (IV в.) и до 966 года существовала базилика «Святой Сион», а через тысячелетие на ее месте германский император Вильгельм II в 1900–1910 годах построил знаменитый храм Успения (Mariendom). В нем ныне находится каменное ложе с изваянием усопшей Богоматери, сделанным из вишневого дерева и слоновой кости. С недавних пор и в этом известном иерусалимском храме всех паломников встречает список почитаемой православными и католиками чудотворной Ченстоховской иконы Божией Матери.

Анатолий Холодюк

19 марта 2009 г.
источник материала